ПРИВАТИЗАЦИЯ-2000: ПОДВЕДЕМ ИТОГИ

29 декабря, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №51, 29 декабря-5 января

Уходит в историю двухтысячный год. Не претендуя на глубокий анализ происшедших изменений в эконом...

Уходит в историю двухтысячный год. Не претендуя на глубокий анализ происшедших изменений в экономической жизни страны, хочу сконцентрировать внимание на анализе главного направления экономических реформ — приватизации.

Как известно, в декабре прошлого года вышел указ Президента Украины по ускорению денежной приватизации, идеология которого впоследствии полностью нашла свое отражение в принятой парламентом в начале этого года Государственной программе приватизации на 2000—2002 годы.

Главной особенностью новой программы является, во-первых, то, что она, в отличие от предыдущих, рассчитана на трехлетний период. Во-вторых, она учитывает индивидуальные особенности приватизации каждого предприятия, исходя из его финансово-экономического состояния, рыночной стоимости, интересов национальной безопасности и необходимости создания цивилизованных условий для участия инвесторов. В-третьих, программа предлагает новые подходы к классификации объектов, разделяя их на потенциально привлекательные и неликвидные. В-четвертых, она направлена на сбалансирование интересов граждан, приватизируемых предприятий, государства в части поступления средств в государственный бюджет и углубление рыночных преобразований.

Для того, чтобы обеспечивать поступление денег в доходную часть бюджета от приватизации крупных стратегических объектов, можно сказать, флагманов нашей индустрии, но и, самое главное, работать на перспективу, гарантируя долгосрочную стратегию развития приватизируемых предприятий, в программе был выписан тезис о том, что право на участие в приватизации крупных стратегических объектов, предприятий, занимающих монопольное положение на рынке, имеют исключительно промышленные инвесторы. Юридической трактовке этого термина в документе отведены почти два десятка строк. Но если более доступно для широкой аудитории сформулировать понятие промышленного инвестора, то это инвестор, который работает на том же сегменте рынка, что и приватизируемое предприятие, — или в части производства аналогичной продукции, или в части производства сырья для выпуска этой продукции и прочее.

К примеру, если бизнес покупателя связан с аграрным сектором рынка, то он, вполне естественно, слабо ориентируется на энергетическом рынке, так как здесь требуются особые знания в части организации и технологии производства, в части рынков сбыта. Поэтому такой покупатель даже если и способен заплатить в бюджет наибольшую цену за государственный пакет акций, он не может принять участие в коммерческом конкурсе или открытом тендере: программа приватизации сориентирована в первую очередь на решение не сиюминутных задач наполнения государственного бюджета, а прежде всего на перспективу — развития нашей экономики, подъема промышленности, приоритетного развития стратегических отраслей.

То есть, иными словами, на предприятие должен прийти собственник, который способен не только заплатить максимальную цену в бюджет за государственный пакет акций, но самое главное — обеспечить долгосрочную перспективу его развития.

Для более жесткого закрепления этой идеологии программа приватизации полностью исключает возможность участия оффшорного капитала в приватизации крупных стратегических объектов.

Приватизация-2000 прошла под флагом денежных продаж прежде всего крупных промышленных объектов группы Г. Хочется напомнить несколько знаковых примеров. Это прежде всего приватизация Николаевского глиноземного завода, которая дала рекордную за всю историю приватизации сумму поступлений денег в бюджет в размере 100 млн. долл. и стратегического инвестора для предприятия.

Второй по значимости, на зло всем скептикам и пессимистам, я бы назвал приватизацию 68- процентного пакета акций крупнейшего в Европе нефтеперерабатывающего предприятия «ЛиНОС», расположенного в Луганской области. Фонду госимущества пришлось выдержать шквал критики из-за якобы низкой цены продажи этого объекта. Причем главные оппоненты приватизации «ЛиНОСа» то ли невзначай, то ли умышленно оставляли за скобками, с одной стороны, колоссальную кредиторскую задолженность этого предприятия, а с другой — тот факт, что без нефти этот уникальный гигантский нефтеперерабатывающий комплекс представляет собой лишь груду ржавеющего металла. И что если сегодня не вдохнуть в него жизнь, то через пару лет потенциальному покупателю придется еще и доплачивать за участие в приватизации.

Жизнь подтвердила правильность реализованной схемы приватизации «ЛиНОСа», в соответствии с которой новый российский собственник контрольного пакета не только внес деньги в бюджет за приобретенные акции, но и взял на себя обязательства погасить львиную долю кредиторской задолженности предприятия и, самое главное, реанимировал его производственно-хозяйственную деятельность. Ведь согласно договору купли-продажи, инвестор обязан ежегодно обеспечивать предприятие нефтью в объеме 4 млн. т (он уже это делает), что дает возможность вывести работу предприятия на минимальный уровень рентабельности. Сегодня нефтеперерабатывающий комплекс работает. Выплачивается заработная плата. Идут отчисления и в государственный, и в местный бюджеты. А главное, коллектив предприятия с оптимизмом смотрит в завтрашний день.

Успешная приватизация Херсонского нефтеперерабатывающего завода казахской структурой «Казахойл» также дала возможность не только привлечь солидную сумму в бюджет, но и обеспечить гарантированное покупателем ежегодное поступление нефти в объеме около 2 млн. т, достаточном для ритмичной, стабильной работы предприятия.

Приобретение контрольного пакета акций николаевского судостроительного завода «Океан» голландской компанией наряду с бюджетными поступлениями обеспечило солидные инвестиции в предприятие и расширение рынков сбыта. Можно приводить еще много позитивных примеров. Но хотелось бы остановиться и на проблемных объектах.

Парламентом был принят законопроект об индивидуальной схеме приватизации крупнейшего металлургического предприятия — Мариупольского комбината им. Ильича без конкурса, методом выкупа государственного пакета акций закрытым акционерным обществом, созданным на этом же предприятии, практически по номинальной стоимости с рассрочкой платежа в бюджет в течение полугода. С одной стороны, это резко уменьшило поступление денег в государственную казну, с другой — в очередной раз больно ударило по инвестиционному имиджу Украины. Кроме того, был создан прецедент проведения приватизации по индивидуальной схеме. На сегодняшний день в недрах парламента разрабатывается законопроект об индивидуальной приватизации еще одного промышленного объекта.

Иностранные инвесторы уже давно смирились с тем, что наше законодательство далеко от совершенства, и готовы при нем работать, но только при одном условии — что мы не будем постоянно с высокой степенью интенсивности вносить поправки в действующие законы, делать исключения из общих правил для отдельных предприятий, коммерческих структур и прочих юридических и физических лиц, разрушающие и без того довольно зыбкое законодательное поле.

Отсутствие стабильного законодательства не только не способствует улучшению инвестиционного климата в Украине, а наоборот, отпугивает серьезных инвесторов, в результате чего мощные инвестиционные потоки транзитом пролетают над нами и приземляются на территории более благополучной в этом плане Польши. Она получила несколько десятков миллиардов долларов иностранных инвестиций, в отличие от Украины, получившей их за весь период независимости почти на порядок меньше — около 3 млрд. долларов.

Нельзя обойти стороной наиболее резонансную продажу года — Запорожского алюминиевого комбината (ЗАлКа). Впервые в Украине был проведен открытый тендер с помощью иностранного советника по приватизации крупнейшего стратегического объекта.

Сперва в начале этого года был проведен конкурс по отбору иностранного советника, который должен был участвовать в приватизации ЗАлКа. Победителем стала австрийская компания «Райффайзен», которая затем, основываясь исключительно на действующей в Украине законодательной базе, разработала весь пакет тендерной документации, впоследствии утвержденный Фондом государственного имущества еще до начала проведения тендера.

Идеология открытого тендера как раз и состоит в том, что члены тендерной комиссии, в которую входят исключительно госслужащие на уровне руководителей (или их заместителей) центральных и региональных органов государственной власти, Кабинета министров, а также представители СБУ и МВД, абсолютно независимы и принимают решения, руководствуясь только действующей нормативно-законодательной базой. По действующему положению членов тендерной комиссии можно заменить. Но никто не вправе давать им прямые указания, какую коммерческую структуру, участвующую в тендере, поддерживать, а какую — нет.

Руководство ФГИУ, члены тендерной комиссии, иностранный советник сделали всё от них зависящее, чтобы этот тендер прошел максимально честно, объективно и прозрачно, прекрасно понимая, что на карту была поставлена не только судьба крупного предприятия, а нечто значительно большее — инвестиционный имидж Украины.

Всё бы так и было, если бы не одно но… Пресса об этом довольно много и объективно писала. Из морально-этических соображений не хотелось бы еще раз комментировать то, что произошло на самом деле. Хотя краткую оценку происшедшему можно дать одной крылатой фразой бывшего премьер- министра России В.Черномырдина: «Хотелось как лучше, а получилось как всегда».

Позиция Фонда госимущества Украины в этом плане одна и незыблема: правила игры на едином приватизационном поле Украины должны быть едиными и общими для всех без каких-либо исключений.

Только абсолютная прозрачность приватизации, только открытая конкуренция капиталов — как отечественных, так и зарубежных — на приватизационном рынке Украины смогут обеспечить наибольшую цену пакетов акций, а следовательно и максимальные поступления денег в бюджет, и максимальные инвестиции в экономику.

Анализируя выполнение главного стоимостного параметра — поступления денег от приватизации в бюджет этого года, хочется привести статистику этих поступлений за несколько предыдущих лет. 1997 год — 70 млн. грн.; 1998-й — 360 млн.; 1999-й — 694 млн.; 2000 — свыше 2 млрд. грн. Для сравнения: последняя сумма, с одной стороны, в три раза превышает поступления прошлого года, а с другой — больше суммарных поступлений от приватизации за все предыдущие годы.

При этом не в плане оправдания, а в плане дополнительной информации хочу отметить следующее. В этом году было сорвано два тендера, проводившихся также с помощью иностранного советника — по приватизации Крымского содового и Харцизского трубного заводов. Цена потерь для бюджета 2000 года — минимум полмиллиарда гривен. При всем уважении к иностранным советникам, отдавая дань их широкой эрудиции, объективности ради следует отметить, что их глобальные знания в области приватизации ни в коем разе не компенсируют недостаток знаний нашей украинской специфики. Здесь и недостаточность знаний нашей законодательной и нормативной базы, украинского рынка и в особенности технологии подготовки, принятия и реализации решений в высших органах государственной власти. Думаю, если бы вышеназванные тендеры проводили исключительно специалисты Фонда госимущества, а уровень квалификации их достаточно высок, приватизация этих объектов, по всей видимости, состоялась бы.

В плане этого года была и приватизация первой группы энергоснабжающих компаний — семи облэнерго. Стартовая цена этих объектов составляла 131 млн. долларов. А после удачной презентации их в Европе — в Париже и Лондоне — ФГИУ ожидал получить в бюджет этого года порядка 250 млн. долларов. Но иностранный советник, который принимал участие в приватизации энергетики, в процессе подготовки продаж вышеназванных энергетических компаний неожиданно и радикально поставил перед руководством Фонда вопрос о полном списании кредиторской задолженности приватизируемых облэнерго. Решение этого вопроса не входило в компетенцию ФГИУ, вследствие чего согласование условий приватизации облэнерго вышло на уровень Кабинета министров и, естественно, повлекло за собой удлинение сроков принятия решений. В конце концов был найден компромиссный вариант, согласно которому предусматривалось не полное списание долгов, а их реструктуризация сроком на пять лет. Но темп был утрачен, и деньги от приватизации этих облэнерго поступят уже в копилку бюджета будущего года.

Принимая государственный бюджет на 2001 год, парламент утвердил сумму поступлений от денежной приватизации в размере 5,9 млрд. грн., или в эквиваленте почти 1 млрд. долларов. Сумма не просто огромная — она колоссальная. Астрономическая. В воздухе витает вопрос: подъёмна ли она для Фонда госимущества? Ответ однозначен. Для одного Фонда — нет. Этот гигантский вес можно одолеть только совместными, максимально слаженными и синхронизированными во времени усилиями Верховной Рады, Кабинета министров и Фонда госимущества.

Причем все должны понять и осмыслить одну азбучную истину. Для того, чтобы вышеназванную сумму получить в бюджет, на приватизационный прилавок должны быть выставлены лучшие, крупнейшие, наиболее привлекательные в инвестиционном плане стратегические объекты. А не по принципу — «на тобі, небоже, що мені негоже». В средствах массовой информации, в заявлениях отдельных политиков высказывается мысль о том, что на приватизацию надо выставлять только то, что уже «добито до ручки» и погрязло в огромных долгах. И теперь давайте найдем глупого инвестора, который заплатит за этот никому не нужный объект сумасшедшие деньги в бюджет, да еще и вложит свои финансовые ресурсы в реанимацию его хозяйственной деятельности. Это все иллюзии. Таких «умных» инвесторов мы уже никогда и нигде не найдем. Не надо думать, что кто-то глупее, чем мы.

Поэтому пелена словесного тумана должна быть полностью рассеяна. Должна быть полная ясность для всех, в особенности для тех, кто будет участвовать в подготовке, в принятии и реализации решений по этому вопросу. А горькая правда жизни одна. Когда на кону стоит не просто 5,9 млрд. грн., а, без преувеличений, судьба бюджета 2001 года, игра пойдет в открытую и ходить придется не с шестерок, а сразу с самых крупных козырей.

По идее, судьбу бюджета 2001 года смогла бы решить приватизация «Укртелекома» и всех энергопередающих компаний. Но в связи с затянувшейся в Кабинете министров процедурой согласования условий приватизации «Укртелекома» реально рассчитывать на поступление денег в госбюджет от его приватизации в 2001 году уже нельзя. Поэтому к приватизации в следующем году Фондом госимущества готовятся ряд других крупных стратегически важных объектов.

Специалисты ФГИУ смогут обеспечить максимальные поступления денег в бюджет от приватизации при одном условии — если в высших органах государственной власти хватит политической воли выставить на приватизационный прилавок самые крупные, инвестиционно привлекательные объекты и предоставить Фонду госимущества возможность провести открытые, прозрачные тендеры с привлечением как отечественного, так и иностранного капитала, поставив во главу угла не политическую, а исключительно экономическую целесообразность.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно