С пенсией по жизни

6 марта, 2014, 19:29 Распечатать Выпуск №8, 6 марта-14 марта

Немедленная пенсионная реформа дает Украине шанс стать богатой европейской страной. Промедление — разрушит национальную экономику уже в ближайшие годы. Претворение сказки в быль требует экономического роста. Но где его взять?

Немедленная пенсионная реформа дает Украине шанс стать богатой европейской страной. Промедление — разрушит национальную экономику уже в ближайшие годы. Претворение сказки в быль требует экономического роста. Но где его взять?

Пенсионный фонд Украины выглядит сейчас как самая крупная финансовая пирамида страны c годовым оборотом 252 млрд грн. Ее устройство очень напоминает печально известную "МММ": пенсионный доход одного поколения финансируется из зарплат последующего. Вся эта "преемственность" называется солидарной системой. На сегодняшний день в том виде, в каком эта система функционирует, она себя изжила, угрожая рухнуть в очень недалеком будущем. В Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку (НКЦБФР) нагнетают страсти, утверждая, что до наступления момента критического разложения ныне существующей системы ПФ осталось не более трех лет. Точка невозврата еще не пройдена, но экономика-2014 уже нащупала ее.

Объем ежегодных выплат ПФУ достиг 17% от ВВП. Это — континентальный рекорд по скорости проедания национального богатства (в Греции — 12,6% России — 9,4, Великобритании — 6,7%). Для роста пенсий у падающей экономики нет никаких контраргументов. Но не повышать пенсии невозможно. Во-первых, они в Украине необычайно низкие. Во-вторых, январская девальвация гривни неминуемо приведет к подорожанию предметов первой, да и второй необходимости. Не протянуть руку помощи бедным, даже если в этой руке будет смехотворная надбавка в 50–100 грн, власть не сможет — 25 мая президентские выборы.

Ситуацию усугубляет демография страны. 30,8% граждан Украины — пенсионеры (в Италии — 16,7%, Германии — 17,2, Франции — 20%). В итоге в Украине сложилась уникальная ситуация: число пенсионеров сравнялось с числом работающих. Финансовой пирамиде приходит конец. "Мы находимся в заколдованном кругу, — резюмирует Александр Пасхавер, президент Центра экономического развития. — Решить это можно, только если государство изменится".

Коренные изменения в государстве неотвратимы. Это одно из требований Международного валютного фонда — проведение в Украине полномасштабной пенсионной реформы. Требование это было высказано миссией еще в 2010 г.

И хотя вчерашняя оппозиция, т.е. нынешняя власть пыталась реформу отменить, теперь премьер-министр Украины Арсений Яценюк согласен на все. "Не может даже стоять на повестке дня такой вопрос, как отмена пенсионной реформы", — сказал он, открывая свое первое в карьере заседание правительства.
4 марта 2014-го МВФ после долгого перерыва снова в Киеве. Здесь их встречают не с пустыми кейсами.

План по изменению государства в части пенсионной системы, развития финансового сектора и негосударственных пенсионных фондов (НПФ) предложили сразу несколько экспертов. Если из всего задуманного удастся выполнить хотя бы половину, нынешнее поколение будет жить при капитализме. Правда, украинские реалии, как известно, всегда привносят свои сюрпризы и коррективы в самые благие намерения и начинания. С другой стороны, очевидно, что и оставить все, как есть, уже нельзя — долго не протянем. Так что подступаться к проблеме откуда-то все равно надо.

Дыра большого срама

В текущем году уже ушедший со своего поста министр социальной политики Наталия Королевская обещала трижды повышать пенсии: с 1 марта,
1 июля, 1 октября. Почему накануне президентских выборов о росте пенсионных выплат заявляют громко с телеэкранов, а о пенсионной реформе — шепотом в кулуарах, объяснять нет особой необходимости. Новейшая история Украины — это череда имитаций преобразований, где политическая целесообразность стоит во главе угла.

Повышение пенсий — это почти евангельская добродетель власти. Однако избранный инструмент — традиционно варварский. Ведь только через вымывание средств из реальной экономики и при колоссальной нагрузке на госбюджет миссия становится выполнимой.

Не от сладкой жизни Закон Украины №719-VII "О Государственном бюджете Украины на 2014 год" в статье 20предоставляет ПФУ право привлекать банковские кредиты "для покрытия временных кассовых разрывов". Кроме того, в текущем году и без того перегруженный соцобязательствами госбюджет планирует направить в ПФУ 87,4 млрд грн, из которых 65,3 млрд — дотация на выплату пенсий и надбавок, а 22,1 млрд — покрытие дефицита средств.

Трансферы из госбюжета в Пенсионный фонд за последние шесть лет удвоились — с 42 млрд до 83 млрд грн в 2013 г. Иными словами, ПФУ на треть состоит из дотаций госбюджета. Госбюджету дотации в ПФУ на выплату пенсий обходятся в четверть его расходов. Три года назад экс-министр Грузии по координации экономических реформ Каха Бендукидзе, увидев бухгалтерию ПФУ, от удивления перешел на сленг: "Это все. Это кердык". Как говорил герой фильма "Кавказская пленница", "барбамбея кергуду".

Анатолий Амелин, член Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку, часто вспоминает эту саркастическую реплику грузинского реформатора. Он, как и большинство его коллег, признает, что солидарной пенсионной системе действительно наступает "барбамбея кергуду".

Чтобы избежать этого неприятного вердикта, в стране должен случиться экономический бум. Например, вырасти внутреннее потребление. Его можно было бы стимулировать за счет кредитных программ, но при сегодняшней стоимости заемных ресурсов — от 25% годовых — это не стимул, а гильотина. Можно попытаться заработать на экспорте. Но во внешней торговле с 2005 г. торговое сальдо практически неизменно в длинном минусе. И конца этому тренду не видно. Экономика проедает саму себя, отдавая ресурсы внешним игрокам.

Еще один фактор роста — инвестиции. Но пока что Украина чаще видит спины инвесторов, чем их лица. Анатолий Кинах, глава Украинского союза промышленников и предпринимателей, называет нынешний отток капиталов беспрецедентным. Как следствие, для поддержания обменного курса гривни в январе Нацбанк Украины потратил более 1 млрд долл. из золотовалютных резервов. Теперь понятно, что и эта жертва была напрасной. Гривня по отношению к доллару менее чем за неделю обвалилась на 10%. Официальный курс НБУ — 9,72 грн/долл., это более чем на 10% выше, чем заложенный в гобюджет 2014 г. средневзвешенный курс в 8,5 грн/долл.

Кто виноват

Немного истории. Солидарная система накопления пенсий, когда работающее население отчисляет социальный налог на содержание пенсионеров, прекрасно прижилась в советской Украине.

Вторая мировая война выкосила миллионы украинцев, которые должны были в 1970–1980-х годах выйти на пенсию. В противовес этому послевоенный рост рождаемости в УССР привел к тому, что в эти же годы численность молодого, трудоспособного населения значительно превышала число стариков. Идеальная ситуация для солидарной системы. На одного пенсионера — четыре-пять тружеников. Но уже под занавес существования СССР рождаемость пошла на убыль.

По данным ООН для воспроизводства населения необходимо, чтобы в стране ежегодно на каждую женщину в среднем приходилось по 2,1 ребенка. Так было в Украине вплоть до 1970 г.

После рождаемость только снижалась и в 2001 г. достигла рекордного минимума — 1,1 ребенка на одну женщину. "Это самый низкий в мире уровень", — говорит Лидия Ткаченко, ведущий научный сотрудник Института демографии и социальных исследований НАН Украины. К 2012 г. украинки не без помощи украинцев выровняли ситуацию, доведя рождаемость до 1,5 на каждую женщину. Но даже сейчас, с более высоким уровнем рождаемости по сравнению с началом 2000-х, число новорожденных падает. Все потому, что представителей поколения возраста 20–35 лет (основной родительский контингент) становится все меньше и меньше. Рожать некому. Параллельно с сужением репродуктивности нации происходит и рост продолжительности жизни. "Процент доживающих до пенсии будет все выше, и в пенсионном возрасте люди будут жить все дольше", — сообщает эту деталь украинской демографии г-жа Ткаченко.

Если добавить к этому проблему постоянного оттока из страны трудовых резервов, который, по разным данным, составляет от 3–4 млн мигрантов, получим картинку, при которой вспоминается блестящая оговорка бывшего премьер-министра России Виктора Черномырдина: "Мы с вами еще так будем жить, что наши внуки и правнуки нам завидовать будут". К этому все и идет.

В ближайшие годы на пенсию начнут массово выходить представители поколения так называемого послевоенного бэби-бума, рожденные в 1950–1960-х годах. Содержать их будет малочисленная армия рожденных в 1980–1990-е.

В 2013 г. численность украинских пенсионеров достигла 13,5 млн человек, а численность плательщиков единого соцвзноса — 13,7 млн. То есть один работающий взял на содержание одного пенсионера. "При растущей экономике, при росте зарплат, росте производительности труда, росте количества рабочей силы эта модель, может быть, была бы оправдана, — говорит А.Амелин. — В Украине мы имеем абсолютно обратную ситуацию".

В Институте демографии спроектировали результаты существующих тенденций к 2050 г. Это, кстати, не так далеко. В этот год нынешние 24-летние украинцы выйдут на пенсию. Так вот, к тому времени численность налогоплательщиков, по оптимистическим прогнозам Института демографии и социальных исследований, снизится до 12,6 млн, по пессимистическим — до
11,3 млн. Число пенсионеров превысит 15 млн. То есть на
10 работников будет приходиться 13 пенсионеров.

"Когда каждое последующее поколение больше предыдущего, тогда солидарная система хорошо работает, — поясняет Александр Пасхавер. — Если оно равно, не говоря уже о том, что меньше, то невозможно обеспечить пенсионные выплаты".

Вот поэтому, напомним, десять лет назад, в январе 2004-го, вступил в силу Закон "Об общеобязательном государственном пенсионном страховании", предусматривавший создание в Украине новой трехуровневой пенсионной системы, включающей солидарную (первый уровень) и обязательную накопительную (второй уровень) системы, а также систему добровольного государственного пенсионного обеспечения (третий уровень), основой которой были призваны стать негосударственные пенсионные фонды. Что и говорить о полноценном третьем, если даже второй уровень за десять лет так и не родился.

Элла Либанова, директор Института демографии и социальных исследований, утверждает, что накопительная пенсионная система (то есть так называемый второй уровень) не решит социальных противоречий общества и даже, напротив, может их создать.

В первую очередь, потому что этот уровень предполагает фактически приватизацию части публичных пенсий. Вышеупомянутый Закон "Об общеобязательном государственном пенсионном страховании" предоставляет право собственности наследникам на получение накопительной пенсии умершего пенсионера. В солидарной системе наследовать можно только в случае "потери кормильца". Поскольку при развитии второго уровня неминуемо будут сокращаться отчисления в первый, состояние финансов ПФУ будет неизменно ухудшаться.

Кроме того, часть средств накопительных фондов переместится в корпоративный сектор — страховой бизнес, на фондовые площадки и т.д. Таким образом, опасается г-жа Либанова, второй уровень постепенно выйдет из государственного попечения. Но вот гарантии минимального уровня пенсий за государством сохранятся.

В таких условиях застрахованным будет выгодно не получать до конца своих дней пенсию со второго уровня. А забрать ее в виде одноразовой выплаты и далее получать минималку от государства. Это пока только фантазии, но превратить их в действительность не так уж и трудно. Финансовые рынки Украины очень слабые. Госконтроль за использованием средств в НПФ — весьма примитивен и пока очень далек от даже минимального уровня, необходимого для обеспечения более-менее надежных гарантий сохранности пенсионных сбережений. И сегодня это — главная угроза для воплощения любых самых благих и светлых намерений на этом поприще.

Да и средств, которые за десять лет скопились в НПФ, необычайно мало — всего-то около 2 млрд грн. Этих денег едва хватит их немногочисленным вкладчикам (а таковых на конец третьего квартала 2013 г. было
588,5 тыс. человек) для выплат минимальных пенсий в течение всего одного квартала. Иными словами, третий уровень недалеко оторвался от второго, начав загибаться уже в зародыше.

"Без развитого финансового рынка говорить о каких-то втором и третьем уровнях пенсионной системы нельзя", — отмечает Олег Устенко, исполнительный директор международного фонда Блейзера.

Проблема, по мнению Игоря Бураковского, руководителя Института экономических исследований и политических консультаций, не только или не столько в дефиците средств, сколько в дефиците качественных инвестиционных предложений. "Нет финансового рынка, — говорит И.Бураковский. — Я с трудом себе представляю, куда в Украине можно вложить длинные деньги, с минимальной прибылью, но с высоким уровнем безопасности".

Что делать

Бывшего премьер-министра Израиля Голду Мейер однажды спросили, в чем секрет экономического чуда ее страны. "У нас было секретное оружие, — ответила она, — отсутствие альтернативы". В этом смысле Украина вооружена до зубов: альтернативы нет совсем.

"В конце концов, с чем мы хотим столкнуться? С тем, что ни одному пенсионеру вообще нечем будет платить? — задается вопросом О.Устенко. — Или придется резать пенсии в номинальном выражении совсем скоро, через 5–10 лет".

В ответ на этот глас вопиющих НКЦБФР разработала план действий, который презентовала членам правительства — министрам финансов, экономики, соцполитики, а также отдала на экспертизу в Институт демографии. Авторы проекта рассчитывают, что в результате реализации предложенных мер в Украину потекут инвестиции, финансовый ресурс станет доступным для бизнеса любого размера, национальные фондовые рынки соберут качественных эмитентов, так что украинские пенсионеры смогут составить конкуренцию немецким сверстникам на главных европейских курортах. И говорят они обо всем этом на полном серьезе, так как на пике реформы, по их расчетам, средняя пенсия должна достигнуть 7,2 тыс. грн.

Разумеется, речь идет о политической и экономической ситуации куда более стабильной по сравнению с нынешней. Это, так сказать, послевоенная реформа, которая призвана превратить одну из самых несчастных экономик континента в быстрорастущий рынок.

Такой, мягко говоря, недюжинный оптимизм едва ли учитывает все особенности украинской действительности. Речь не только и не столько о политическом кризисе, который перерос в Украине в гражданское противостояние с бесчисленными жертвами. Речь о докризисной повседневности.

"У нас очень неблагоприятная среда для проведения реформ, — признает Л.Ткаченко. — Если в Швеции, какую бы реформу ни делали, все пойдет хорошо, то у нас любая реформа будет сведена к очередному дерибану".

Однако же и пенсионная проблема в Украине уже приобрела такую остроту и актуальность, что поиск путей ее решения давно должен вестись во всех правительственных, парламентских, научных и остальных государственных кабинетах, что называется, денно и нощно. Поэтому почему бы как базовое предложение для дальнейших дискуссий не рассмотреть предложение НКЦБФР и не только его?

Александр Савченко, ректор Международного института бизнеса, реализацию своего предложения о накачивании экономики деньгами советует начинать с кардинального сокращения единого социального взноса (ЕСВ, составляет в среднем около 40%) вплоть до 12%. "Нужно увеличить пенсионный возраст, сделать для всех одинаковую систему пенсионного обеспечения, и тогда нам будет хватать 12% ЕСВ", — говорит А.Савченко.

А.Амелин предлагает опустить планку до 15%. Тоже очень смело. Чтобы компенсировать очевидные потери и без того нищего Пенсионного фонда, НКЦБФР предлагает обязать вначале госкомпании, а потом и остальных 15% от фонда оплаты труда направлять на накопительные счета своих сотрудников в НПФ.

После того, как в НПФ пойдут деньги, 70% от этих доходов они обязаны будут первые пять лет вкладывать в госбумаги. Побочный эффект — доходность ОВГЗ должна упасть с нынешних 9% до приблизительно 5%. Госбумагам поручат финансировать дефицит Пенсионного фонда. При этом 30% от доходов НПФ направят в реальный сектор, что простимулирует инвестиционную активность, а главное — начнет снижать стоимость внутренних банковских заимствований.

Следующий инструмент хирургического вмешательства в пенсионные накопления — изменение структуры ЕСВ, в котором 86% — это пенсионные отчисления. "Я уверен, что безболезненно можно перераспределить и перенаправить 90% в Пенсионный фонд, а в остальные, соответственно, меньше, — делится своими соображениями А.Амелин. — Это дополнительные 5 млрд грн на покрытие дефицита Пенсионного фонда".

После того, как часть ликвидных средств будет инвестирована в госбумаги, потом в качественные квазигосударственные и обеспеченные госгарантиями бумаги госкорпораций, наступит очередь и корпоративных бумаг, а вслед за ними — наконец рынка акций. При идеальном сценарии весь этот спектр способен развернуться в течение ближайших пяти лет. Появление же первых 5 млрд грн вышеупомянутого длинного внутреннего пенсионного ресурса способно оживить финансовый рынок и особенно фондовые биржи.

А главное, без фискального стимула не заработает ни третий, ни второй уровень пенсионной реформы. Невозможно заставить платить дополнительный налог в накопительную систему, сохраняя остальные подати на прежнем уровне.

Махровая маниловщина? Читать про такой "мармелад", когда в стране рвутся гранаты, а до гранат трещала экономика, невыносимо. Очевидно, что реформы требуют политической тишины и экономической стабильности. Романтизировать реформу опасно, так как ее предложение совпало с самым худшим периодом в новейшей истории Украины. Но цикличность жизни такова, что за наихудшим наступает рассвет. Должен наступить.

Приблизительно по такому сценарию был создан вполне успешный проект — Варшавская фондовая биржа. Именно пенсионные деньги дали жизнь этому восточноевропейскому гиганту рынка ценных бумаг тогда, когда Польша еще лежала в пепле. Несравнимом с украинским, но все же в пепле.

Пенсионная реформа в Польше стартовала в 1999 г. Согласно одному из ее аспектов каждый работающий поляк в возрасте более 30 лет должен платить 12,2%, а не 19%, как ранее, в государственный пенсионный фонд, а 7,3% перечислять на личный накопительный счет в НПФ (новая норма закона — 2,3%). За первые четыре года было создано 16 НПФ, которые управляли около 45 млрд злотых (более 10 млрд евро). Еще через три года денежная масса возросла до 29,5 млрд евро, а к 2011-му — превысила 50 млрд евро. В Украине, как уже отмечалось, местные НПФ за десять лет собрали около 2 млрд грн.

О.Устенко приводит также пример США, где дополнительные отчисления в НПФ поощряются соответствующим снижением подоходного налога. Поощрение налоговыми льготами как бизнеса, так и населения к накоплению в НПФ — это еще далеко не все, уточняет А.Пасхавер. "Главная проблема заключается в качестве государственных обязательств, в их надежности и доверии к ним, — говорит эксперт. — Мы не можем этого сделать, потому что население не доверяет государству".

Еще больше украинскому государству не доверяют портфельные инвесторы. В начале февраля рейтинговое агентство Fitch понизило долгосрочный рейтинг дефолта Украины в иностранной валюте с уровня В- (ограниченный запас прочности) до уровня ССС (возможен дефолт). За десять дней до них РА Standart&
Poor's проделало эту же процедуру, "наградив" Украину рейтингом ССС+ (высокий кредитный риск). А уже 21 февраля S&P "уронила" украинский рейтинг еще ниже — до преддефолтного уровня CCC.

Расставленные вокруг украинского госдолга красные флажки вовсе не означают, что иностранный капитал окончательно охладел к отечественному рынку. Уж слишком он огромен, чтобы его игнорировать. Это не в последнюю очередь касается потенциала рынка НПФ.

По подсчетам О.Устенко, уже на старте реформы можно привлечь примерно 3 млн украинцев к накачиванию НПФ длинными сбережениями. "Три миллиона — это уже рынок, — делает он вывод. — Это значит, что ты должен допустить на этот рынок мировых известных страховщиков или перестраховщиков. В противном случае доверия, такого, как к Lloyd's или подобным компаниям, не будет. Иностранцы не против войти сюда".

А.Пасхавер предлагает еще один путь к реанимации рынка НПФ. Поскольку на сегодняшний день в Украине нет привлекательных инструментов длинных капиталовложений, почему бы не разрешить инвестиции в иностранный ликвид? "Это, конечно, плохо, когда собранные средства работают на чужие экономики, — признает эксперт. — Но сначала можно было бы разрешить вкладывать в чужие экономики или в чужие валюты".

В случае реализации этого плана О.Устенко прогнозирует большой отток капитала из страны. Например, на Варшавскую площадку. "Этого надо бояться", — предупреждает он. Но ведь на европейских биржах торгуются и акции украинских компаний. Отечественные НПФ могли бы покупать там наши ценные бумаги. Эта идея, высказанная журналистом ZN.UA, успокоила О.Устенко и даже подсказала ему путь для дальнейшего анализа. "С одной стороны, ты оживляешь этот рынок, — продолжает эксперт. — Я имею в виду пенсионные фонды. И параллельно ты оживляешь наших производителей, которые находятся в поиске капитала за пределами собственной страны. Когда они увидят, что есть ресурс внутри страны, возможно, они придут размещаться здесь".

В инвестиционной компании "Альтана Капитал" подсчитали, что экономический и социальный эффект от реализации планов по накачиванию НПФ длинными деньгами с помощью снижения фискального давления на бизнес существенно оживит национальный рынок ценных бумаг.

В этом месте статьи должны бы звучать бурные аплодисменты. Но они не звучат. Так как предложение несет большие риски. Например, согласно проекту уровень средних пенсий с
2020-го по 2035 г. в результате будет расти значительно медленней, чем при ныне действующей системе.

Это кислая новость для рожденных в 1960-е и 1970-е. Правда, затем, с 2040-го, согласно проекту пенсии должны стремительно пойти верх. Это — благая весть для восьмедисятников и младше.

Лидия Ткаченко призывает искать золотую середину и находит ее в ставке на солидарную систему. Ее преимущество в том, что система работает с колес, сколько собрали, столько и раздали. Ахиллесова пята инвестиционных денег в том, по мнению эксперта, что они изымаются из оборота, и тогда сокращается потребление.

В любом случае, утверждает Элла Либанова, размер социальных выплат всегда зависит от масштаба текущего национального дохода. Это бесспорные истины. Вопрос в том, как этот текущий доход без длинных инвестиций преумножить?

Авторы предложенной реформы утверждают, что уже в первый год реформы через НПФ внутренний инвестор направит в экономику Украины свыше
3 млрд грн, на следующий год — 12,5 млрд грн, спустя пять лет — 63,4 млрд грн (расчет в ценах 2013 г.). Давление денег снизит стоимость финансового ресурса для корпоративного сектора с сегодняшних 25% годовых до 12%. Номинальный ВВП в результате пенсионной реформы к 2025 г. более чем удвоится.

К 2050 г., когда сегодняшние выпускники вузов будут готовиться к выходу на заслуженный отдых, пенсия на 87% будет состоять из выплат НПФ. Ее средний размер — 7,2 тыс. грн (в ценах 2013 г). К этому времени госбюджет должен забыть, что такое дотации в ПФ для содержания солидарной системы. Чтобы сказка стала былью, все пазлы должны сложиться в идеальную картинку. Но мир далек от идеала, а Украина далека от мира. Здесь возможен любой сценарий.

Например, сохраняется высокий риск не выдержать нагрузку на госбюджет в связи с резким сокращением ЕСВ. А.Амелин говорит, что речь идет о дыре размером в 2 млрд долл. Ее он надеется залатать с помощью внешних заимствований. "Иностранным инвесторам будет понятно, что эти деньги будут работать на реформирование финансовой системы в части пенсионного обеспечения, и это даст свои плоды", — поясняет член НКЦБФР.

Еще одно слабое звено реформы — это традиция выплаты зарплат в конвертах. Если с помощью снижения фискального давления удастся вывести заработные платы из тени хотя бы на 40%, можно будет пить шампанское, если меньше — придется пить валидол. Тогда нагрузка ПФУ на госбюджет и через 15 лет будет оставаться довольно высокой. Еще труднее просчитать политические риски и риски глобальных экономических кризисов. Но от этого не застрахована ни одна из стран мира.

В конечном итоге все будет зависеть от температуры инвестиционного климата в Украине. И тут необходима реализация еще нескольких принципиальных базовых условий, характерных для любой цивилизованной страны, где правосудие не продано, конкурентная среда создала всем условия равных возможностей, а борьба с коррупцией — это не имитация борьбы нанайских мальчиков, а реальный механизм защиты национальных интересов. Кажется ли вам, что те, кто заступил на посты в исполнительной власти в Украине, способны реализовать эту программу-минимум? Значит, вы оптимист/реалист (нужное подчеркнуть).

"Капитализма не хватает, — резюмирует Лидия Ткаченко. — Тогда у нас все заработает. Только когда же это будет?".

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 6
  • Borodaiev Borodaiev 11 березня, 00:40 Сначала хорошо расписаны трудно разрешимые проблемы обеспечения выплат пенсий. Это, вроде, забота о пенсионерах. А потом тема резко меняется. Основная идея - под видом отчислений в ПФ создать крупный инвестиционный пакет и сделать всю страну богатой : "Немедленная пенсионная реформа дает Украине шанс стать богатой европейской страной". Это чистая утопия, которую можно использовать для прикрытия крупной махинации. согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно