ПОСЛЕДНЯЯ ТОЧКА В «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЕ»

06 февраля, 2004, 00:00 Распечатать Выпуск № 5, 6 февраля-13 февраля 2004г.
Отправить
Отправить

6 февраля 2004 года Виталию Михайловичу Шкуренко исполнилось бы 75 лет. В созвездии ранее засекреченн...

Виталий Шкуренко
Виталий Шкуренко
Виталий Шкуренко

6 февраля 2004 года Виталию Михайловичу Шкуренко исполнилось бы 75 лет. В созвездии ранее засекреченных директоров он занимает особое место: воспитанник «ракетного зубра» — легендарного Александра Макарова — в течение тридцати лет (сентябрь 1965-го —сентябрь 1995 гг.) руководил Павлоградским механическим заводом, выросшим из мастерских артиллерийского полигона в крупнейший отраслевой центр по производству твердотопливных двигателей и ракет. Павлоградский завод стал и единственной в стране базой по сборке и формированию БЖРК — Боевого железнодорожного комплекса, аналогов которому в мире нет. За эти годы на боевое дежурство было поставлено 88 ракет морского, 60 шахтного и 46 железнодорожного базирования, которые обеспечивали стратегический паритет с Соединенными Штатами Америки.

Под руководством Виталия Шкуренко освоены новые теплозащитные покрытия и эрозионно-стойкие материалы, производство титанового литья и высокотемпературных порошковых псевдосплавов.

За выдающийся личный вклад в создание ракетно-космической техники Виталий Шкуренко награжден медалями К.Циолковского, Ю.Кондратюка, С.Королева, М.Янгеля, М.Келдыша, В.Глушко, В.Макеева, дипломом первого в мире летчика-космонавта Ю.Гагарина.

Труд В.Шкуренко отмечен высшими наградами страны, Государственной премией СССР (1977 г.), Почетным знаком Президента Украины (1994 г.), в 1999 году он удостоен звания «Почетный гражданин города Павлограда».

Директор завода № 586 Александр Макаров, объясняя сложившуюся ситуацию, напутствовал Виталия Шкуренко: «Не думай, что мы направляем тебя в ссылку. Конечно, Павлоград не Днепропетровск, ты сам павлоградец и знаешь это лучше меня. Завод там маленький, людей меньше, чем в нашем сборочном цехе. По сути, это не завод, а мастерские при артиллерийском полигоне. Но скоро все изменится. Нам нужен человек, способный создать новый завод и поставить его на нужные рельсы». «Александр Максимович, дайте время хотя бы ознакомиться с заводом», — взмолился Шкуренко. — «Приедем в Павлоград, пока я потолкую с Бадоевым, главный инженер покажет тебе завод».

2 сентября 1965 года А.Макаров подписал приказ о назначении В.Шкуренко директором Специализированного производственного объекта № 8 (СПО-8) завода № 586 и, прихватив с собой своего выдвиженца, поехал в Павлоград. Преодолевая ухабы, директорская «Волга» медленно глотала километры разбитой дороги. От яркого раннего солнца Макаров прикрыл глаза, словно дремал. Шкуренко, размышляя о своем назначении, пришел к любопытному выводу: в его жизни происходили какие-то непредвиденные случайности и неожиданные повороты, которые он объяснить не мог.

Родился Виталий Шкуренко 6 февраля 1929 года. Его мать работала фельдшером, обслуживая несколько близлежащих сел вокруг Елизаветовки, но рожать приехала в Днепродзержинск. Благо город находился совсем рядом, на правом берегу Днепра. Отец работал в сельском совете, но в 1937 году Михаилу Терентьевичу предложили пост председателя райисполкома и семья переехала в Павлоград.

1 января 1941 года в семье Шкуренко родился Владик — младший брат Виталия, а через шесть месяцев началась война. Семья эвакуировалась, главу семейства призвали в морскую пехоту, там он был тяжело ранен, после войны долго хромал, ходил с палочкой... В эвакуации заболела мать и все заботы о семье (мама — инвалид труда, брату — три года) легли на плечи 14-летнего Виталия и его родной тетки...

В 1948-м Виталий окончил среднюю школу, вместе со своими неразлучными друзьями Петей Плешаковым и Толей Шустенко поступил в Харьковский электротехнический институт (1948 г.). Через два года павлоградцы перевелись в самый престижный по тем временам Горный институт (ныне — Национальный горный университет. — Авт.), но горным инженером никто из них так и не стал. В 1952 году в составе группы лучших студентов-горняков, имевших безупречные анкеты, их переводят на физико-технический факультет Днепропетровского госуниверситета, где начиналась подготовка специалистов для рождавшейся новой оборонной отрасли.

Любопытно, что все спецпредметы студентам читали не профессора и доктора наук (таковых еще просто не было), а специалисты-практики: Анатолий Баулин, Михаил Двинин, Петр Караулов, Павел Никитин, Николай Шнякин, среди них только двое были кандидатами наук — Николай Герасюта и Вячеслав Ковтуненко.

В 1954 году всех выпускников физтеха (первый выпуск!) направили на работу в создававшееся ОКБ-586, а Виталия Шкуренко «перехватил» главный инженер завода. «Ну что ты будешь делать в КБ? — допытывался Макаров. — Стоять за кульманом? Имей в виду, не все, что рисуют конструктора, идет в производство. Но дело даже не в этом. Я ведь тоже начинал с науки, но вскоре убежал на живое дело. Вижу, и ты по характеру не кабинетный работник — иди в производство, поработай с людьми, а там посмотрим...».

Так Макаров еще в пятидесятые годы заложил традицию: пришел из вуза — поработай мастером. И все, в том числе и Шкуренко, эту школу прошли. Из молодых специалистов первого выпуска физтеха одного лишь Геннадия Команова сразу назначили заместителем начальника цеха — на то были веские основания: ветеран войны, участник боевых действий, отмечен боевыми наградами.

12 августа 1954 года в трудовой книжке В.Шкуренко появилась первая запись: «Принят в цех № 33 на должность мастера». Спустя три месяца его назначили начальником отделения цеха, затем — старшим мастером, начальником смены, заместителем начальника цеха, исполняющим обязанности и начальником цеха № 33 — головного сборочного цеха самого крупного в стране ракетного завода.

Вспомним, что первым начальником этого цеха был Герман Яковлевич Семенов — ближайший сподвижник С.Королева, которого направили в Днепропетровск как ветерана ракетостроения, одного их опытнейших специалистов.

Виталий Шкуренко всего добился сам! Мы не случайно привели здесь все ступени его ракетного роста. Более десяти лет Шкуренко осваивал все премудрости ракетостроения, учился сам и учил других. Техника, которую собирали в цехе, постоянно обновлялась: на смену королевским Р-1, Р-2, Р-5М пришли янгелевские ракеты, характеристики которых значительно превосходили предшественниц, а это означало, что «изделия» становились все сложнее и «умнее», постоянно требовали современных технологических решений и новой организации работ.

В первые годы сборщики трудились по 12—16 часов, бывало, сутками не выходили из цеха, и такой ритм для многих южмашевцев был нормой жизни. Если случалось, что где-то допустили брак — все всплывало на сборке или на испытательной станции. По иронии судьбы работники цеха главной сборки часто оказывались крайними. Производственники не любили сборщиков за то, что те до всего «докапывались», а высшее руководство — обычно «за плохие новости»...

Положение — хуже не придумаешь: жизнь между молотом и наковальней. Если к этому прибавить выходные, которые, как правило, всегда оказывались «черными», и нередкие ночные вызовы в цех, нетрудно себе представить семейную жизнь нашего героя, раздражение его молодой жены. Все это в какой-то степени компенсировалось молодостью, невероятным оптимизмом и гордостью, что именно тебе доверили дело государственной важности.

В сборочном цехе часто бывали Дмитрий Устинов, Леонид Брежнев, Митрофан Неделин, Константин Руднев, Сергей Афанасьев, Сергей Королев, Михаил Янгель, Василий Будник, Валентин Глушко, Николай Пилюгин. Дважды в цехе побывал Никита Хрущев, часто приезжал Владимир Щербицкий. Не было дня, чтобы на сборку не приходили директора завода — Леонид Смирнов и его преемник Александр Макаров.

В конце концов ракетостроители достигли паритета с Америкой, и, казалось, можно было бы сбавить темпы, перевести дух... Но политики «подбрасывали» новые кризисы, «холодная война» снова набирала обороты, и ракетостроителям опять приходилось «пахать» дни и ночи... Причем «вкалывали» не только советские, но и американские ракетостроители: никому не хотелось уступать, а тем более — отставать.

Когда в шахтах потекли межконтинентальные ракеты «Титан-II», американцы, долго не раздумывая, перешли на твердое топливо. Мы такой «роскоши» себе позволить не могли: в стране не было ни развитой химической промышленности, ни достаточных средств для решения столь грандиозных задач.

В создании жидкостных ракет нашим специалистам удалось добиться выдающихся результатов. Несколько лет напряженного труда увенчались решением проблемы ампулизации компонентов топлива, что позволило ракетным комплексам нести боевое дежурство и пять, и десять, и двадцать лет!

Параллельно решалась проблема создания твердотопливных двигателей. Базой для нового твердотопливного направления выбрали Павлоград. Здесь был крупный химический завод, территория Павлоградского механического завода (ПМЗ) позволяла развернуть строительство мощных производственных сооружений и одного из крупнейших в отрасли огневого стенда, базы для проведения бросковых испытаний в наземных условиях.

Даже мимолетного знакомства с заводом было достаточно, чтобы понять, что ожидает человека, согласившегося стать его директором. Все трудности, с которыми сталкивался Шкуренко в сборочном цехе, просто меркли в сравнении с тем, что надо было сделать в Павлограде.

Свою трудовую деятельность на ПМЗ Виталий Михайлович начал с того, что купил резиновые сапоги, и они постоянно находились в его служебном авто. Дождь, снег, гололед, непролазная грязь — Шкуренко неизменно объезжал или обходил все строительные объекты. К восьми утра, то есть к официальному началу рабочего дня, он уже имел полное представление о состоянии всех объектов. Создавалось впечатление, что он был одновременно и директором завода, и прорабом этой громадной стройки — успевал везде.

Мудрый Макаров наставлял: «Имей в виду, даже если ты будешь трехжильным, но все будешь делать сам, ничего не получится. У тебя должны быть толковые помощники, специалисты, которым можно доверить все». Но где взять классных специалистов, толковых инженеров, технологов, мастеров, слесарей-сборщиков? Они есть на «Южмаше», на других предприятиях отрасли, но чем их заманишь в периферийный Павлоград из Днепропетровска, Красноярска, Златоуста, Челябинска, Перми, Омска? Только одним — интересной работой, перспективами роста, жильем. Жилья в стране катастрофически не хватало, десятилетиями люди стояли в очередях на получение квартиры.

Визиты директора ПМЗ к министру, как правило, завершались решением проблем жилья. Вопрос стоял так: «Вам нужны двигатели, людям — жилье. Будет жилье — будут и двигатели». Министр просто опешил от такой дерзости: «Мы уберем тебя!» — «Я не держусь за кресло, — парировал Шкуренко. — Но люди — везде люди: и в Москве, и в Павлограде. Все хотят иметь свой уголок, жить по-человечески».

Большую помощь павлоградцам оказал «Южмаш». Директор завода разрешил взять из цеха № 33 тридцать лучших сборщиков, а всего из «Южмаша» на ПМЗ было переведено 200 специалистов! Все они получили жилье, но заводская гостиница и общежития были постоянно переполнены командировочными и молодыми специалистами. Спрос значительно опережал возможности.

В феврале 1966 года в структуре КБ «Южное» появилось КБ по проектно-конструкторским разработкам твердотопливных двигателей. Начальником и главным конструктором КБ-5 назначили Владимира Кукушкина. Начался знаменитый тандем «Шкуренко — Кукушкин», длившийся почти 30 лет. Это было продолжением традиций во взаимоотношениях КБ и завода, заложенных главным конструктором Михаилом Янгелем и директором «Южмаша» Александром Макаровым. Совместная деятельность В.Шкуренко и В.Кукушкина переросла в личную дружбу и привела к созданию лучших в мире твердотопливных двигателей.

Изготовленный на ПМЗ первый твердотопливный двигатель 15Д15 был предназначен для первой ступени межконтинентальной ракеты 8К99, размещенной в транспортно-пусковом контейнере, в составе подвижного ракетного комплекса РТ-20П (главный конструктор М.Янгель).

Самоходная пусковая установка представляла собой тяжелый танк на гусеничном ходу, созданный под руководством уроженца Павлограда Жозефа Котина — конструктора всемирно известных тяжелых танков ИС и КВ, самоходных артиллерийских установок, арктического вездехода «Пингвин», тракторов КТ-12 и К-700 «Кировец». Жозеф Котин создавал подвижные установки для первых ракет С.Королева, потом судьба свела его с М.Янгелем. Вместе они создали первый в мире подвижный ракетный комплекс с межконтинентальной ракетой 8К99. На этом комплексе были отработаны три новаторских решения: подвижный старт межконтинентальной ракеты, транспортно-пусковой контейнер и минометный старт. Американцы, отмечая мощь и изящество этой установки, окрестили ее «железной девой». Подвижный ракетный комплекс РТ-20П неоднократно демонстрировали на военных парадах в Москве.

Трудно, очень трудно рождалось новое. Иногда дело доходило до личных трагедий. Не выдержав напряжения, из Павлограда сбежала жена директора: «Не хочу жить в этой дыре!» Неприятная новость взорвала Макарова: «Есть пословица: куда иголка, туда и нитка. Где муж, там и жена. Виталий! Имей в виду, соберешься вновь жениться — покажи мне свою новую избранницу».

Жил генеральный директор ракетного гиганта в старом заводском доме, а когда построили дом повышенной комфортности, наотрез отказался в него переезжать: «Мне и тут хорошо». Жена Макарова Алла Дмитриевна души не чаяла в своем муже, заботилась и оберегала его как младенца. «Понимаешь, Нелочка, — напутствовала Алла Дмитриевна жену Шкуренко, — у наших мужей адская работа, а нервные перегрузки в тысячу раз страшнее физических. Если мы еще дома будем их накручивать, что из этого получится? Иногда что-то не клеилось на заводе, муж придет домой, ругается, кричит, а я ему ласково: «Сашенька, ты уже дома. Приляг, отдохни часок. Успокойся, все будет хорошо!»

Все знали: мир и согласие царили в семье Макарова, мир и согласие воцарились и в семье Шкуренко. Вместе с Нелей Григорьевной они вырастили сына Гришу, он получил три высших образования (!) и благодарен родителям за воспитание в спартанском духе; с гордостью носит имя деда и сын Григория Виталий.

За относительно короткий срок механический завод изменился до неузнаваемости: появились новые производственные и сборочные корпуса, стенды для проведения огневых испытаний, создана первая в стране база для отработки минометного старта ракет наземного базирования.

Шкуренко любили и боялись: он был крутым, но справедливым. Слово директора ценилось выше золота: если обещал, то делал. Его могучая фигура и огромная шевелюра чем-то напоминала казацкого атамана, и в лексиконе заводчан постоянно проскальзывало: «Батько Шкуро». Это была не дань моде, не подхалимаж: люди чувствовали заботу директора и платили ему тем же. Когда заводской поселок разросся, стало понятно, что без больницы не обойтись. Правдами и неправдами больницу построили. Министр здравоохранения 1 ноября 1971 года наградил В.Шкуренко значком «Отличник здравоохранения СССР», а министр ракетостроения объявил В.Шкуренко выговор. Таких выговоров у директора ПМЗ было много, а за строительство бассейна хотели еще отдать под суд. Приехала комиссия — разобрались: не дворцы, не дачи себе строил, заботился о здоровье рабочих завода и жителей города.

Важным этапом в деятельности павлоградских ракетостроителей явилось создание специальных пороховых ракетных двигателей для разведения элементов боевого оснащения разделяющихся головных частей, пороховых аккумуляторов давления для выброса ракеты из транспортно-пускового контейнера, разделения ступеней двигателей системы увода, ориентации и стабилизации головных частей и других.

Особое место в деятельности павлоградцев занял крупногабаритный, весом 48 тонн, маршевый двигатель 3Д65 для ракеты Д-19 (РСМ-52) морского базирования на подводной лодке (главный конструктор Виктор Макеев). В эту сложнейшую разработку были вовлечены десятки организаций различных министерств и ведомств.

У главного конструктора, академика Виктора Макеева, не было сомнений в работоспособности жидкостных ракет в условиях морского старта, тем более что к тому времени уже были решены проблемы ампулизации компонентов топлива, а жидкостные ракеты имели существенное энергетическое преимущество. Но стратеги Военно-Морского флота настаивали на замене жидкостных ракет твердотопливными, как это сделали американцы. Особо упорствовал министр обороны СССР, маршал Андрей Гречко: «Моря и океаны бороздят американские подводные лодки, оснащенные твердотопливными межконтинентальными ракетами «Поларис» и «Посейдон». И у нас должны быть такие ракеты».

На разработчиков и изготовителей обрушился град приказов и постановлений, соответствующих разъяснений. Двигатель такого класса создавался впервые в стране, и шел он очень тяжело. Решения коллегии пестрели выговорами и угрозами.

Можно представить себе гнев и ярость министра общемаша, когда через какое-то время он узнал, что в Павлограде открыли Дворец культуры машиностроителей. Вызвали директора ПМЗ на коллегию. Министр бушевал: «Двигатель не идет! Сроки срываются! Приказы не выполняются, а Шкуренко строит дворцы! Мы не можем больше терпеть эту самодеятельность...».

Неожиданно слово взял генеральный директор «Южмаша» Александр Макаров: «Хочу напомнить членам коллегии, что я тоже строил и строю дворцы, стадионы, школы, детские комбинаты и оздоровительные пансионаты — следовательно, я тоже нарушал и нарушаю «титул». Считаю, меня первым надо снять с работы, а потом уже Шкуренко — за то, что брал с меня пример».

Немая сцена… Макаров демонстративно сел рядом с Виталием Михайловичем, а зал взорвался аплодисментами: все оценили и мудрость Макарова, и то, с каким мужеством и отвагой он бросился защищать своего воспитанника.

Виталий Михайлович просто боготворил своего учителя и подражал ему во всем: ходил на рынок, интересовался ценами, выяснял стоимость продуктов и делал все возможное, чтобы заводчане могли прокормить семью.

Почти десять лет создавался двигатель 3Д65. Разработчикам пришлось решать массу научных и технических проблем, причем большинство из них были решены впервые в стране. Это был огромный шаг вперед не только в ракетостроении, но и в химической промышленности, создании новых композиционных материалов, в порошковой металлургии и сварке, в разработке уникальных технологий.

Задуманный как специализированный объект «Южмаша» Павлоградский механический завод превратился в базовое предприятие отрасли по изготовлению, сборке и отработке двигателей и ракет на твердом топливе.

Больше всего на заводе меня восхитила организация работ, четкий и жесткий порядок во всем, доверие к молодым, — рассказывает городской голова Павлограда Иван Метелица. — Я пришел на завод, когда планы выпуска ракетных двигателей все возрастали, но Шкуренко пришел к убеждению, что в истории «холодной» войны когда-то поставят точку, и начал готовиться к выпуску товаров народного потребления (ТНП). Причем за производство ТНП директор спрашивал так же жестко, как и за основную продукцию. Мы выпускали кухонные машины «Мрія-2М», они пользовались большим спросом в Украине и за ее пределами, их годовой выпуск довели до 120 тысяч в год, а начали с пяти тысяч.

Я был на седьмом небе, когда через год работы на ПМЗ получил квартиру! Вокруг завода выросли благоустроенные поселки, общая жилая площадь достигла почти 300 тысяч квадратных метров. Фактически это был город в городе со всей инфраструктурой: магазинами, школами, детскими комбинатами, спортивным комплексом, профилакторием, дворцом культуры и единственным в городе плавательным бассейном. Громадный вклад Виталия Михайловича в развитие города отмечен присвоением ему звания «Почетный гражданин Павлограда.»

Под величайшим секретом наша доблестная разведка доложила, что американцы создают ракету, способную попасть в «муху». Срочно принимаются ответные меры, чтобы и наше отечество имело ракеты, которыми можно поражать «мух» вероятных противников.

К великому сожалению, нашим ракетостроителям приходилось все время догонять американцев. Неизвестно, сколько бы так продолжалось, если бы наши специалисты не сделали решающий рывок в создании ракетно-ядерного оружия, которое по всем характеристикам аналогов в мире не имеет. Речь идет о создании Боевого железнодорожного ракетного комплекса с межконтинентальной твердотопливной ракетой SS-24.

Этот комплекс является первым и единственным в мире «ракетным поездом». Трехступенчатая твердотопливная ракета имеет разделяющуюся головную часть с десятью боеголовками индивидуального наведения на цели. По всем техническим характеристикам ракета SS-24 соответствует уровню американской ракеты «МХ» и, сверх того, обладает высокой мобильностью, неуязвимостью из-за неопределенности местонахождения.

Внешне «ракетный поезд» не отличается от тех, что ходят по железным дорогам. Принципиальной особенностью этого комплекса стало то, что все «ракетные поезда» уходили с территории Павлоградского механического завода практически прямо на боевое дежурство. Первый поезд ушел в 1986 году, последний — в 1999-м. Они и сейчас несут боевое дежурство в России.

Когда «ракетные поезда» сдали на вооружение, генеральный конструктор Владимир Уткин представил директора Павлоградского механического завода и других особо отличившихся специалистов к званию Героев Социалистического Труда, но Советский Союз «рухнул», и награждать уже было некому...

Твердотопливные ракеты SS-24 имели еще и шахтные старты высочайшей защищенности. Первые ракеты SS-24 шахтного базирования были поставлены на боевое дежурство в районе украинского города Первомайск в 1988 году.

О дальнейшем скажем коротко, поскольку у всех на слуху. То, что создавалось с таким трудом и невероятными усилиями, вскоре пришлось уничтожать. Сегодня многие задают вопрос: была ли необходимость в создании ракетно-ядерного оружия? Прислушаемся к словам великого патриота и гражданина Андрея Дмитриевича Сахарова: «Я и все те, кто со мной работал, были абсолютно убеждены в жизненной необходимости нашей работы, в ее исключительной важности... То, что мы делали, было на самом деле большой трагедией, отражающей трагичность всей ситуации в мире, где для того, чтобы сохранить мир, необходимо делать такие страшные, ужасные вещи».

Будем реалистами: таким людям, как Виталий Шкуренко, выпала не самая лучшая судьба. В иное время он сделал бы намного больше полезных дел, но и то, что сделано, войдет в историю.

Твердотопливные ракетные комплексы SS-24, вышедшие из ворот Павлоградского механического завода, поставили последнюю точку в истории «холодной» войны.

Отметим еще одно глобальное событие: за последние годы человечество пережило десятки мировых кризисов, но ни один из них не привел к мировой войне. Созданные в Днепропетровске и изготовленные в Павлограде ракеты убедили всех: победителей в ракетно-ядерной войне не будет.

Виталий Шкуренко воспитал целую плеяду крупных специалистов. Среди них Л.Деркач, А.Лобов, И.Метелица, В.Субботин, В.Курочка, В.Дудко, А.Романов, О.Шкуропат, В.Парицкий, А.Груздов, А.Примак и многие другие.

И особая гордость павлоградцев: новые районы города, возведенные благодаря стараниям и усилиям В.Шкуренко. Это лучшая память о директоре ПМЗ, почетном гражданине Павлограда. В городе так и говорят: Шкуренко для Павлограда — то же самое, что Макаров для Днепропетровска.

Лучше не скажешь: просто и емко, главное — точно!

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК