Когда скворец прилетел…

20 апреля, 2012, 12:57 Распечатать Выпуск №15, 20 апреля-27 апреля

Когда смотрю на своих детей, радуюсь их успехам и думаю: ну как, КАК можно было дойти до ЭТОГО, чтобы лишить себя такой радости, как Витя, Аня и Лера?

Новая героиня цикла «Разговоры о главном» — Юлия Баева. Она пишет о себе: «Я — прапорщик Государственной пограничной службы Украины. Мама двоих большущих детей: дочери Анне почти 30 лет, сыну Антону было и теперь навсегда останется 16... И троих маленьких, которые в апреле 2008 года пришли к нам из детского дома. Сейчас сыну Вите 12, донечке Анечке — 11 и донечке Лерочке — 9 лет. С их появлением началась наша теперешняя веселая, дружная, счастливая и такая разная жизнь!»

— Юля, ты слишком ответственный серьезный человек, чтобы совершать спонтанные поступки. Расскажи, как ты нашла в себе силы, чтобы принять такое сложное решение — взять на воспитание уже не очень маленьких детей.

— Мне однажды приснился сон, что мой любимый мужчина приводит домой девчушечку лет четырех. Светленькую, голубоглазую. И изгвазданную всю. И вот я эту девчонку в ванной отмываю и понимаю, что я ее уже люблю со страшной силой. Потом мой любимый приводит еще одну девочку. И говорит, что они ничейные, что никому не надо их возвращать. И я прижимаю их к себе и плачу над ними от счастья, что имею возможность их пожамкать, и что они теперь МОИ, и что я уже обеих этих девчонок себе оставляю. Об этом странном сне я написала в своем «Живом Журнале».

И тогда мы с моим мужчиной окончательно решили взять в семью девчонку. Лет четырех-шести. Продали квартиру и переехали в свой дом. Потом долго собирали всевозможные справки. Еще дольше ждали, когда начнутся занятия в так называемой школе приемных родителей, специальный курс в которой мы прослушали с моим Виталиком. Без свидетельства об окончании этой школы детей никому не доверяют. И это еще не все. Человек из горисполкома, который должен был выписать нам направление по детским домам для подбора (Боже, какая мерзкая формулировка!) ребенка, ушел в отпуск, а из отпуска — на длительный больничный!

Все это время нам обоим снились двое детей. Так настойчиво снились, что мы окончательно и бесповоротно решили, что если у НАШЕЙ девчонки будет брат или сестра, мы заберем двоих.

— Ну и, наконец, как же ты познакомилась со своими детьми? Что ты почувствовала, когда первый раз их увидела?

— 1 апреля 2008 года я поехала в Горловский дом ребенка «Надежда». Как только эти две лисички-сестрички — Анечка семи лет и пятилетняя Лерочка —появились в дверном проеме, сердце просто выпрыгнуло из груди им навстречу: МОИ! 

Я присела и позвала их: «Курочки мои, пасочки!!! А идите-ка я вас пожамкаю!» Я больше чем уверена, что такой формулировки они не слышали никогда! Но они моментально бросились мне на шею! И знаешь, какая была их первая фраза, которую они, крепко-накрепко обняв меня за шею, заорали в оба уха?

— А У НАС ЕСТЬ БРАТИК ВИТЯ!

Можно было, конечно, воспользоваться своим правом и на законных основаниях взять в приемную семью только девчонок.

— Как ты принимала решение?

— Даже не задумывалась. Куда было деваться, я пошла знакомиться с братиком Витей. Ему было восемь лет. Как потом выяснилось из документов, когда детей забирали из той их семьи, Витя не разговаривал. Вообще не разговаривал. В семь лет! (Это было примерно за год до нашей с ним встречи.) Воспитатель сразу предупредила, что к концу первого класса Витя очень плохо читает. Витя плохо читает!.. Через год после того, как ВООБЩЕ не разговаривал! Разве это не прогресс?

Приезжаю домой. Мой любимый мужчина только пришел с работы домой и разжигает печку.

— Была? — спрашивает.

— Была.

— Девочка?

— ...

— Две девочки?

— ...

— ...три девочки?

— Нет… Третий — мальчик!

И процесс пошел! Мы стали ездить к нашим детям в детдом и знакомиться ближе. Если девчонки кидались мне на шею, то Витя делал вид, что он просто так, погулять вышел. Но мой Виталий, бывший десантник, высоченный, крепкий, и в рюкзаке у него всегда куча всяких инструментов. И мы Витю прельстили такими волшебными вещами, как шуруповерт, например, или еще чего там было для него интересное. Кроме того, я иногда приезжала в своей пограничной форме, когда ехала прямо с ночной смены. Вите это тоже очень нравилось.

И однажды девочки нас назвали «мама» и «папа».

— Девочки! А кто это к вам приехал? — спросили как-то воспитатели, когда мы явились повидаться с детьми и забрать документы для опекунского совета. Аня стала в позу и гордо сообщила:

— А это НАШИ МАМА И ПАПА!

— Были ли препятствия со стороны чиновников в оформлении документов?

— Никаких. Все шли навстречу. Был опекунский совет. Там все прошло гладко, но нас предупредили: если мы хотим взять детей, то должны официально зарегистрировать брак. И мой любимый стал ворчать: «Тыщу лет замуж зову, а ты все — «хорошее дело браком не назовешь»! 

Мы подали заявление в ЗАГС, нам сказали, что расписали бы нас срочно, если бы я была, скажем, смертельно больна или беременна. Ну а поскольку я была «беременна» тремя довольно крупненькими детишками, то скоропостижно вышла замуж. 

Потом решением горисполкома нам передали детей на воспитание с совместным проживанием (нет, ну до чего же сухие документальные формулировки!). Вот с тех пор мы и стали большой семьей.

— Помню, ты писала в ЖЖ о том дне, когда дети приехали домой. Расскажи подробней.

— 30 апреля 2008 года мы поехали в детский дом большим коллективом. Я с теперь уже законным мужем Виталиком и еще три представителя исполкома. Пока я сопровождала официальных лиц в кабинет директора, Виталик умчался на второй этаж в группы к детям. Сначала к девчонкам. Поздоровался, обнял их, сунул воспитателю для всех остальных детей пакет с печеньями и соками и убежал в группу к Вите.

Малая Лерка как стала рыдать! Дети ведь не спали почти всю ночь. Таскались к нянечке и спрашивали: «А уже скоро утро? А уже скоро мама и папа за нами приедут?»

И тут этот папа нарисовался на пару минут и куда-то делся! Я бы тоже разревелась. Тут возвращается Виталик. Уже с Витей. Лера запрыгивает к нему на шею, вжимается так, что не оторвать. Кто-то из детей имел неосторожность подойти поближе. Спасибо, что наш папа почти двухметрового роста! Лерка начала лягаться и орать:

— ОТОЙДИ! ЭТО НАШ ПАПА!!!

Будь Виталик чуть пониже, тому отважному подошедшему пришлось бы туго. Что говорить… Сердце было не на месте — рядом другие мордашки доверчивые… И вроде все вместе остаются эти детишки, а все равно — каждый одинок. Хотя этот детский дом очень хороший. И персонал, и условия, но детки все хотят маму и папу.

Сидим все у директора. Заполняем и подписываем кучу «приемо-сдаточных» документов. Лера так и не слезла с Виталькиных рук. У меня на руках Анечка, сбоку прижался Витя. Аня смотрит в глаза и со значением вдруг говорит:

— Мама… Бедные вы мои, бедныеееее…

— Ань? — удивилась я, — Почему бедные? Мы — СЧАСТЛИВЫЕ! Наконец-то мы дождались, когда вас можно будет взять домой!

— Мне вас так жалко… — Анюта сокрушается. — Сколько вы уже нам всего купили и сколько еще надо будет покупать…

Ну как не любить этих детей?

А потом мы поехали домой! Пару часов они из детской не выходили. Надевали одну майку, потом примеряли вторую, снимали третьи брюки и надевали снова первые, перетаскали все костюмчики, пижамки, банные халаты. Опробовали все колготы, трусы и носки!

Потом пришел черед игрушек! Когда была обласкана каждая из них, выяснилось, что под новой двухъярусной койкой еще целый ящик игрушек!

— Ты сказала, что девочки стали звать вас мамой и папой еще в детском доме. А Витя?

— До приезда домой Витя к нам никак не обращался. Просто «вы». И все. Я переживала, что этот процесс растянется надолго. Мамой и папой мы для Вити стали, как только переступили порог дома. Тут он сразу ожил! 

— Юля, понятно, что это было ваше общее решение. Но мужчины иногда и к своим родным детям привыкают долго. А как твой муж?

— Виталик их называет галчатами! Они так же галдят! У Леры рот не закрывался со дня приезда: «МАМА! МАМА! МАМА! МАМА! МАМА! МАМА! МАМА!» Если меня нет: «ПАПА! ПАПА! ПАПА! ПАПА! ПАПА!!!»

В первый вечер дома укладываю их спать. Рассказываю сказку. Накануне они почти не спали, и даже дневной сон не спас ситуацию. У Леры физиомордочка клюкает носом в подушку, улыбка не сходит с лица и, уже почти заснув, она еще сто раз вскидывается, смотрит в глаза и щебечет просто одно слово: «Мама!»

— Да, доченька!

Опять засыпает, опять вскакивает... Вот так мы и начали жить вместе. 

— А что изменилось с тех пор?

— 30 апреля будет четыре года, как дети в семье. Прогресс виден невооруженным глазом. Виктор четыре года назад «мама мыла раму» не читал. Сейчас у него скорость чтения выше, чем у Анютки, с которой он учится в одном классе.

С Лерочкой больше года учили только гласные буквы. Сейчас читает вполне на уровне. У Леры и Вити проблемы не столько с учебой, сколько с полным отсутствием какого-либо присутствия концентрации внимания! У Анютки, средней, с учебой проблем нет. Есть другие — типа излишнего желания «царювать». Но все как-то решаемо. Самая важная ее проблема — чисто женская. Вещи класть некуда, а надеть нечего.

— Сложно тебе бывает? Сил хватает? Срываешься?

— Я знаю, что каждому из нас дается по силам. Бывают моменты, когда я этой самой судьбе задаю вопрос: «Да сколько же у меня еще тех сил?!»

Но потом беру себя в руки и живу дальше. 

Далеко не всегда сил хватает. И тогда наша семейка становится похожей на семью из итальянского мультика. Мама «нервится» и кипит, как чайник! Недавно услышала еще одну фразу, добавила в свою копилку ежевечерних «молитв»: «Господи, дай мне силы не применять силы!»

— Дети вспоминают своих биологических родителей? 

— Из всех троих первое время о биородителях вспоминала Анютка. От того, что она рассказывала, у меня «шерсть дыбом вставала». Сейчас и она о них не говорит. И я о них не говорю и не думаю. А если изредка и вспомню, то только тогда, когда смотрю на своих детей, радуюсь их успехам и думаю: ну как, КАК можно было дойти до ЭТОГО, чтобы лишить себя такой радости, как Витя, Аня и Лера?

— А они не давали о себе знать?

— К нам в гости заезжала тетка. Родная. Моих детей. Из России. Когда позвонили из службы по делам детей и поинтересовались моим мнением о возможности визита, я была в шоке!

— Неужели согласилась?

— Но запретить же я не могу? Приехала. Рыдала над детьми. Молодая, симпатичная тетенька. «Наташа, — я ее спрашиваю, — если они вам так дороги, почему же вы их не забрали из детского дома?»

Выяснилось, что она не слишком молода (моего года рождения), что у нее проблемы со здоровьем (у кого их нет) и что у нее шесть внуков. Тут я ей просто позавидовала. Она призналась, что вместе с ней в гости собирался и этот самый, ну, папаша моих детей. Который на радостях, что их увидит, насвинячился так, что просто был не в состоянии выехать из Горловки в Ясиноватую, где мы живем.

Как-то я не шибко расстроилась, что мне не удалось познакомиться с ним лично. Зато тетя дала возможность детям пообщаться с «папой» в телефонном режиме. Первой отдала телефон Лере.

— Алле! Это Лера! Мы только что пришли из школы и садика. А ты кто? Папа?! — изумленно посмотрела на мобильный. Отдала его тетке и сказала мне:

— Мама! Там не наш папа!

— Анечка! Будешь говорить с папой? 

— С папой Виталиком?

— Нет, с папой Лешей!

Моя Анна слетает со скамейки, забегает мне за спину, крепко-крепко обнимает, прижимается и частит:

— Нет-нет-нет!

Озадаченная тетя обращается с тем же вопросом к Вите. Витя в это время сосредоточено шнурует роликовые коньки.

— Нет, не буду!

Вот и поговорили. Уже потом Анку спрашиваю, чего за спину пряталась? Сказала, что боялась, что заберут назад.

— Как ты отдыхаешь, Юля?

— Читаю все, что под руку попадется! В последнее время стараюсь читать что-то не шибко загружающее мозг! Проблем и страстей в жизни и так более чем достаточно! Легкий детективчик какой-нибудь. С удовольствием слушаю бардов, рок, классику тоже слушаю. Бренчу на гитаре под настроение. Хотела бы научиться играть на балалайке! Это все зимой!

А летом отдыхаю…

Ну, как я отдыхаю? Как говорит моя баба Надя, которой 94 года, лучший отдых — перемена видов деятельности! От грядок иду отдыхать в цветники, от цветников — к кроличьим клеткам, от кроличьих клеток — к собачьим вольерам или куриному выгулу!

— Ты можешь что-то посоветовать тем семейным парам, у которых нет детей и по каким-то причинам не может быть? 

— Ой, Марусь, с некоторых пор я боюсь что-то и кому-то советовать. За прошлый год две семьи, среди которых я проводила разъяснительную работу, отказались от взятых детей.

Ясиноватская семья, муж и жена, год выносили мне мозг, как им нужен ребенок. И как они этого жаждут. И как они к этому готовы. У них двое своих мальчишек есть. Взяли мальчика пяти лет и его сестренку, годика два. 

— И? 

— И через неделю вернули. Как сформулировала приемная мамаша несостоявшаяся: «Я для них сделала ВСЕ, что могла…»

ВСЕ сделала. За одну неделю! Все.

Вторая семья забрала девочек из «нашего» детдома. Я этих сестренок отлично знаю. И тех людей, в семью которых они попали, тоже. Положительные такие, не очень молодые. Дети в семье пробыли с весны до августа. Отдали. 

— Почему?!

— Они, видите ли, учебой совершенно не интересуются. И только бы телевизор смотрели. Можно подумать, дай моим право выбора, они бы выбрали уроки, а не телевизор…

Так что теперь я молчу в тряпочку. И не даю больше никому и никогда никаких советов и рекомендаций. Каждый пусть для себя решает, что он может, а чего не может. Что потянет, а с чем не сможет справиться.

— Как же так?! Отдали, как котят…

— И были бы действительно проблемные дети! Так ведь нормальные ребята! Но все ожидают, что в детском доме они встретят ребенка воспитанного, приученного регулярно учиться, послушного, так сказать, готовенького. А эти дети сложные и часто недоверчивые, потому что многое пережили — их обманывали. 

— Раз уж у нас случилась такая возможность, разреши мне поговорить с ребятами. 

— Поговорить — это они с удовольствием!.. 

— Аня, Лерочка и Витя, расскажите, пожалуйста, как вы живете. Кто у вас живет в доме и во дворе, кроме людей?

Витя: Я живу нормально. Мне нравится, когда летают божьи коровки…

Анютка: Кролики, собаки, коты, куры.

— Что, тоже летают?

Анютка: Да нет, бегают…

Лерочка: А еще у нас живут две культурные (декоративные Прим. мамы Юли) крысы — Скрепка и Кнопка.

— А кто у вас в семье главный?

Витя: Мама и папа.

Анютка: Мама и папа.

Лерочка: Папа.

— Витя, кем ты хочешь стать, когда вырастешь? Почему?

Витя (важно): Я пока еще не определился.

Анютка: А я хочу быть стилистом. Потому что мне нравится делать прически и макияж. И делать женщин красивыми.

Лерочка: Я хочу стать доктором. Потому что доктор лечит людей.

— Что вы умеете делать? Как вы помогаете родителям?

Витя: Я умею рисовать, кормить кроликов, лазить в подвал за вкусненьким, работать шуруповертом — меня научил папа.

Анютка: Я умею вышивать, плести макраме, мыть посуду, подметать, мыть пол, помогать маме выращивать цветы на клумбах.

Лерочка: Я умею резать овощи на салат. Помогаю маме рвать траву для кроликов и курочек, сеять морковку, свеклу и тыквы. Вынимать из абрикосов косточки, чтобы варить варенье.

— Что самое вкусное вы любите из того, что мама готовит?

Витя: Жареную картошку, картошку пюре, суп, окрошку.

Анютка: Пирожки, булочки, блины… Короче, ВСЕ!

Лерочка: Сок, который мы делаем с мамой, салат «оливье», компот из яблокОВ.

— А чем вы любите заниматься? Как вы любите отдыхать? Куда вы хотели бы поехать летом? 

Витя: Я люблю рисовать, собирать конструктор, гонять на роликах и велосипеде, но он сейчас сломался. Летом я люблю не учиться. И хочу на море всей семьей.

Анютка: Я люблю смотреть телевизор, общаться с друзьями в Интернете, делать прически своим куклам, вышивать бисером, ходить в бассейн, играть с нашими крысками.

Хочу летом поехать в детский лагерь отдыха и всей семьей на море.

Лерочка: Я люблю писать математику («Во, хватанула!» — мама Юля смеется и качает головой), делать поделки, собирать пазлы, рисовать, лепить из пластилина, жарить шашлык во дворе. Люблю играть с соседскими детьми у нас возле дома.

— О чем вы мечтаете?

Витя: Я мечтаю, чтобы школьные дни закончились! Уроки надоели! Мечтаю о новых колесах на велосипед!

Анютка: Я мечтаю о плойке, буду делать прически! Хочу опять съездить в Артек. И мечтаю о летних каникулах, чтобы не учиться в школе.

Лерочка: Я хочу, чтобы у меня был телефон и в этот раз не буду его ломать и кому-то дарить. И хочу «голову», как у Ани! (Мама Юля: «Это у Анютки есть такая специальная кукольная голова с длинными волосами, над которой она измывается, делая по десять причесок в день».)

— Юля, вся история вашей новой семьи, как мне кажется, это промысел Божий. Как ты думаешь, от кого зависит судьба человека? Как ты, вы все относитесь к вере, к Богу?

— Изредка захожу в церковь, ставлю свечи своим близким, которых уже нет, за упокой. Ставлю свечи за здравие. Каждый вечер молюсь о том, чтобы Боженька дал мне сил, здоровья, уравновешенности, доброжелательности, терпения и терпимости. Чтобы я подняла детей. Вырастила их здоровыми и счастливыми, улыбчивыми и доброжелательными, успешными и удачливыми, уверенными в себе и ответственными за тех, кто рядом.

— Что такое счастье, по-твоему?

— Счастье? Когда все живы и здоровы. Когда ты в силах решать возникающие проблемы. Когда ты просыпаешься утром и улыбаешься. Счастье, когда твои дети улыбаются и бегут с тобой «жамкаться», когда младшая шепчет в ухо свой СЕКРЕТ. Счастье, когда скворец прилетел и орет о чем-то своем на нашей яблоне. Когда вместе с детьми сеешь морковку, и они потом каждое утро бегают на грядки проверить, выросла она уже или пока собирается! Когда идешь из куриной сарайки с миской тепленьких яиц; когда заглядываешь к крольчатам в клетку; когда собака, которую ты отвел купаться, вылезает из воды и ка-а-ак отряхнется на тебя! И ты ругаешься, вся обтекаешь от этих водных процедур. Разве все это не счастье? А еще я совершенно счастлива, когда зимой всех утолкаешь по койкам после горячего душа и тихонечко сидишь одна. И куришь в печку. А в печке уголь — аж голубоватый!!! И тепло-тепло…

Ой, про счастье я могу очень долго говорить!

* * *

Во время разговора Юля много и увлеченно говорила о младших детях, о старшей Анне, которая недавно вышла замуж. С доброй иронией, с которой говорят только о самых родных людях, с любовью и уважением Юля рассказывала о муже Виталии, об очевидно любимых родных. Говорила обо всех. И почти ничего не рассказала о самой себе. Не рассказала о себе. Как о многом этот факт говорит.

Читателю может показаться, что с тех пор, как семья взяла на воспитание троих малышей из детского дома, жизнь Юли и Виталия стала исключительно радостной, светлой и праздничной. На самом деле вам это только покажется. Просто Юля Баева и ее муж Виталий — такие люди: сильные, закаленные, добрые, ответственные и очень надежные. Ко всему, они не привыкли жаловаться, и с проблемами умеют справляться сами. И главное — они любят. Детей и друг друга.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно