АВТОРИТАРНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

26 декабря, 1997, 00:00 Распечатать Выпуск № 52, 26 декабря-4 января 1998г.
Отправить
Отправить

Раскол в крымскотатарском национальном движении на курултае не преодолен, а только обострился, считают его ветераны.....

Раскол в крымскотатарском национальном движении на курултае не преодолен, а только обострился, считают его ветераны...

На прошлой неделе в Симферополе внеочередная сессия третьего курултая крымских татар рассмотрела вопрос о кризисе в меджлисе. В обращении к курултаю шестнадцать его делегатов подняли вопрос о том, что «группа недобросовестных предпринимателей пытается превратить меджлис в «политическое прикрытие» своих незаконных операций, связанных с расхищением бюджетных средств, выделенных на Программу возвращения и обустройства крымскотатарского народа». Уже после курултая Ленур Арифов заявил, что «в меджлисе поселились реакция и авторитаризм» и что меджлис и курултай «превратились в органы, обслуживающие интересы одного человека и лиц, к нему приближенных». «Теперь то, против чего боролся когда-то молодой Мустафа, он внедряет в возглавляемом им органе», - сделал вывод Л. Арифов.

Люди, сочувствующие крымским татарам, восприняли весть о расколе с болью. Ведь несколько последних десятилетий своей истории крымскотатарское национальное движение боролось именно за идеалы демократии. Что же произошло? Ветеран движения Айше Сейтмуратова, назвавшая происшедшее «сталинизмом», сказала в интервью корреспонденту «Зеркала недели» и другим журналистам: «Мустафа - наш национальный герой. Выстоял пресс власти и КГБ, этой страшной машины. Не все выдерживали. Но Мустафа - увы! - не руководитель, при всем моем уважении к нему. Не каждый герой может быть руководителем, и не каждый руководитель может быть героем...» По ее словам, в ее нью-йоркском офисе (Айше-ханум - гражданка США) лежит письмо участника движения Иззета Хаирова, исключенного на этом курултае из членов меджлиса, написанное им еще в 1989 году: «Мустафа уже не тот, за которого мы боролись. Что с ним случилось, я не понимаю. Мустафа приведет народ к обрыву, откуда мы всем народом не вылезем...» Естественно, что в этой истории не все так однозначно, как кажется на первый взгляд. Тем более что речь идет о довольно влиятельных в Крыму людях. Согласно опросу, проведенному Крымским независимым центром политических исследователей и журналистов, Мустафа Джемилев в уходящем году занимал десятое место по степени влиятельности, Лиля Буджурова -18-е, Ленур Арифов - 22-е. Впрочем, Рефат Чубаров - делит 3-4-е, а Надир Бекиров - 19-20-е. Чтобы разобраться в проблеме, выслушаем обе стороны спора...

Кризис, раскол

или бунт?

Шестнадцать делегатов, которых идейно возглавляли вице-премьер правительства автономии, один из лидеров национальной фракции в парламенте Крыма Ленур Арифов и журналистка Лиля Буджурова, заявляли, что «председатель меджлиса всем своим авторитетом и прямыми действиями создавал условия, в которых оказались возможными эти хищения. Хозяйственно-финансовым инструментом хищения бюджетных средств стали Имдат-банк и ОО Фонд «Крым»... президентом которого является председатель меджлиса...» Шестнадцать делегатов курултая утверждали, что «Фонд «Крым», получив из государственного бюджета 800 тысяч гривен для оказания помощи индивидуальным застройщикам - нашим соотечественникам, уже более двух лет держит эти деньги в своих «карманах», обрекая много сотен людей на жизнь в землянках или недостроенных домах. И это только один пример...»

В докладе, который Ленуру Арифову не дали дочитать до конца, он говорил о том, что, обнаружив хищения, члены меджлиса потребовали перевести счет УКСа Госкомнаца, куда деньги перечислялись Киевом, в другой банк. Но вопреки их ожиданиям Мустафа Джемилев не только не согласился на это, но отказывался подписывать и препятствовал выполнению принятых большинством меджлиса решений. А недостача средств на счете в Имдат-банке уже на начало уходящего года составляла около 2 миллионов гривен и продолжала расти. Ленур Арифов нарисовал четкую схему, по которой действовали банк, Госкомнац и коммерческие структуры, - бюджетные деньги со счетов УКСа перечислялись на счета Фонда «Крым», МЧП «Торше», МСП «РЭД», ЧФ «Синан», кооператива «Оазис», являющихся, по сведениям Арифова, «собственностью частных фирм, за которыми стоят несколько конкретных физических лиц, крымских татар по национальности». Арифов заявляет, что имидж Имдат-банка как национального крымскотатарского финансового учреждения является мифом, ибо он никогда не был под контролем меджлиса, им всегда управлял только один человек - Мустафа Джемилев.

Оппозиция назвала такое состояние меджлиса кризисом, посторонние наблюдатели - расколом, сам Мустафа Джемилев и его коллеги постарались представить на курултае действия оппозиции как бунт в стане самого меджлиса. Выслушаем для полной объективности и доводы второй стороны. Мустафа Джемилев в своем докладе категорически отрицал «информацию» о наличии у него личных счетов и участие во владении коммерческими структурами. Он утверждал, что полученные фирмами деньги не расхищены, а использованы как кредиты и подлежат возвращению. По мнению Мустафы Джемилева, нельзя «всех должников причислять к ворам и расхитителям», даже если «маловероятно, что эти фирмы в ближайшее время смогут возвратить долги». Он также напомнил, что именно фонд «Крым» вложил в Имдат-банк много средств, пожертвованных татарской диаспорой. Он отверг обвинения в авторитарности, сказал, что «если даже в подобных ситуациях председатель меджлиса не может принимать волевые решения, то зачем тогда вообще нужен меджлису председатель?» Он обвинил журналистку Лилю Буджурову в «применении стандартных методов разоблачения», при которых по телевидению сравнивались «хорошие» дома одних крымских татар с недостроенными домами других.

Словом, на курултае создалась ситуация, когда как бы сталкивались «две правоты». Это было бы верно, однако, при одном условии - если бы оппозиции дали достойным образом и нормально высказаться. Но Арифова освистали, у Буджуровой вообще отняли микрофон. Демократия ведь не бывает ограниченной - она или есть, или ее нет. Это хорошо и легко быть демократом, когда не имеешь ничего. Оказалось, что если руководитель получает возможность управлять хотя бы одним банком и довольно значительной суммой денег в нем, то распорядиться ими так, чтобы все были довольны, практически невозможно.

Естественно, что пустить вопрос «о кризисе» на самотек для Мустафы Джемилева означало, возможно, быть отстраненным от политики сегодня, когда, по его мнению, допустить этого совсем нельзя - он включен десятым в избирательный список Руха, что практически гарантирует бывшему диссиденту и лидеру многострадального народа избрание в Верховную Раду Украины. Рисковать этим Мустафа-бей, конечно, не мог, но и довериться народу (вернее, делегатам курултая) и провести, как и положено, закрытое голосование о продлении своих полномочий - он просто побоялся. В результате голосование проводилось невиданным до этого и примитивным с точки зрения демократии способом - каждый делегат под пристальным взором дюжих «охранников» вставал и говорил - он «за», «против» или «воздержался».

События в результате пошли совсем не по ожидаемой оппозицией схеме. Курултай принял крутые меры, но не к «коммерческим и банковским структурам», которых мятежные делегаты обвиняли в махинациях, а к ним самим - все шестнадцать были исключены из состава меджлиса, трое - Ленур Арифов, Лиля Буджурова и Нариман Абдурешитов - отозваны из состава депутатской фракции в Верховном Совете Крыма, принято решение «О крымскотатарских средствах массовой информации», которым заменена вся редакция «мятежной» газеты «Авдет», национальной редакции на крымском телевидении предписано иметь «общественный совет из числа представителей меджлиса, а также крымскотатарской культуры, науки и образования», будет разрабатываться «концепция развития крымскотатарской журналистики в целях проведения единой информационной политики» (?). Из ревизионной комиссии отозван ее бывший председатель Энвер Муединов. Курултай подтвердил полномочия председателя меджлиса Мустафы Джемилева и предоставил ему дополнительные права - отводить без обсуждения треть выдвинутых кандидатур (хотя он просил только десятую часть) при избрании членов меджлиса, налагать вето на его решения и другие. Если учесть, что вето может быть преодолено только двумя третями голосов, а одну треть председатель имеет право отводить даже без обсуждения, то Мустафу Джемилева можно поздравить - практически он получил право абсолютного вето, что фактически предоставляет ему права хана. Если Кирсан Илюмжинов может быть, как пишут, «демократическим ханом», то почему им не может быть Мустафа Джемилев?

Делегаты подтвердили также решение меджлиса об участии крымских татар в выборах в Верховную Раду Украины в блоке с Рухом, приняли несколько иных документов - обращение к ОБСЕ, Верховному комиссару ООН по правам человека, Президенту Украины и Верховной Раде Украины «О продолжении дискриминации крымскотатарского народа и необходимости срочных мер для защиты его прав» и обращение к руководству страны «Об учете интересов крымскотатарского народа в процессе приватизации в Украине», которые, однако, в связи с вопросом о кризисе меджлиса находятся как бы в тени...

Что в итоге?

Мустафа Джемилев, с точки зрения преодоления кризиса, считает курултай «достигшим поставленных целей». Оппозиция, надеявшаяся на то, что курултай их спокойно выслушает и вникнет в проблему, оставила съезд.

И все же потерь от курултая, возможно, больше, чем приобретений. Во-первых, движение практически потеряло имидж демократического, в адрес главы меджлиса посыпались обвинения в авторитарности. Во-вторых, движением теперь окончательно утеряно единство, которое и раньше-то ставилось под сомнение наличием НДКТ, несогласием с официальной линией меджлиса некоторых представителей движения в Москве, Краснодаре, других регионах. Такая «мозаичность» в ближайшее время оттянет на внутренние раздоры много сил, которые можно было бы потратить с большей пользой.

В-третьих, Мустафа Джемилев должен четко осознавать, что значительная часть ветеранов движения настроены против него, и с течением времени будут открыты их архивы, разбросанные сегодня по всему миру, в которых найдутся, вероятно, письма покруче цитированного Айше Сейтмуратовой. Как политику ему, видимо, понятно, что именно время нарисует его окончательный облик для истории, и не безразлично, каким именно этот портрет будет. Этот же курултай добавил «в стол» очень много не лестного для него материала...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК