Бандеровцы в степях Украины: ОУН на юге и востоке

30 января, 2015, 00:00 Распечатать Выпуск №3, 30 января-6 февраля

Летом 1941 г. жители юга и востока Украины впервые в жизни увидели бандеровцев. Не антигероев советской и постсоветской пропаганды, а настоящих членов ОУН, которые отправились в эти регионы организовывать украинские государственные структуры, чтобы поставить немцев перед фактом создания Украинского государства.

  

Летом 1941 г. жители юга и востока Украины впервые в жизни увидели бандеровцев. Не антигероев советской и постсоветской пропаганды, а настоящих членов ОУН, которые отправились в эти регионы организовывать украинские государственные структуры, чтобы поставить немцев перед фактом создания Украинского государства.

Вторжение немцев на территорию СССР дало оуновцам шанс, которым они не преминули воспользоваться. С первых дней войны руководство обеих ветвей организации — мельниковцев и бандеровцев — начало подготовку к созданию своих ячеек за пределами Западной Украины. ОУН(Б) создала три походных группы, которые должны были вести пропаганду среди местного населения и возглавить органы власти. Одна из них — Южная — действовала на территории южных и восточных областей Украины.

Начало пути

Как и другие походные группы, Южная имела довольно разветвленную структуру. Общее ее количество составляло 200 человек. В руководство входили руководитель, штаб группы из четырех человек и секретарь. Другие подразделения — рои — состояли из 5–12 человек. Передвигались на подводах и велосипедах, обходя большие города. Группа двигалась по линии фронта. По пути рои отделялись от нее и двигались в заданном направлении. Конечной точкой маршрута стал Днепропетровск, где был штаб краевого провода ОУН(Б) на юге Украины.

Националисты подошли к городу в августе 1941 г., когда еще продолжались бои. Первая конспиративная квартира, где проходили заседания краевого провода, была в доме на ул. К.Маркса, рядом с Днепром. Главой провода избрали Зенона Матлу. Сначала ситуация складывалась для оуновцев довольно удачно. Должность заместителя начальника областной управы занял Василий Регей, штат отдела образования полностью укомплектовали националистами. Неподалеку еще пылал фронт, и немецкой администрации было не до кадровых вопросов. В таких условиях оуновцам удалось создать городские управы в Никополе, Кривом Роге, Днепродзержинске. В различных городах региона начали выходить газеты: в Днепропетровске — "Вільна Україна", а в Кривом Роге — "Дзвін". В общественную жизнь возвращался украинский язык, переименовывали улицы. В Кривом Роге переулок Петровского по решению городской управы стал называться переулком Евгения Коновальца, первого лидера ОУН.

ОУН 1
Зенон Матла, глава провода ОУН(б) на южноукраинских землях

Но уже осенью 1941 г. националистам стало не до шуток. Оккупанты и спецслужбы развернули репрессии. Первые аресты начались в Днепропетровске еще 16 сентября, когда за решетку попали около 20 человек, в том числе Зенон Матла и Василий Регей (последний оказался в Освенциме). Аресты прошли и на Криворожье — там были расстреляны и арестованы сотрудники редакций нескольких газет, в частности "Дзвіна". Националисты уже тогда действовали полулегально, через разные общественные организации наподобие "Просвіти". Под пристальное око спецслужб попали все украинские общества. В конце 1941 г. были запрещены любые публичные собрания без разрешения, началось преследование общественных организаций. Все закончилось их самороспуском. В январе 1942-го прокатилась еще одна волна арестов оуновцев. Националистическое подполье подверглось серьезному удару.

Но это не остановило намерений провода бандеровской ОУН закрепиться на юге Украины. Весной 1942 г. был организован новый краевой провод во главе с Василием Куком, прибывшим на Днепропетровщину в конце мая. Ему должны были подчиняться подпольные ячейки на юге Украины, а также на Донбассе и Кубани. Центром провода оставался Днепропетровск.

ОУН 2
Василий Кук больше известен как командующий УПА. До этого он возглавлял краевой провод ОУН(Б) в Днепропетровске после Зенона Матлы

Одним из главных направлений деятельности оуновцев, несмотря на неблагоприятные условия, была пропаганда. Летом 1942 г. на территории, которая находилась под влиянием краевого провода, начался выпуск газет "Вісті" (Днепропетровск), "Чорноморський вісник", "За самостійну державу", "Молода Україна" (все — Одесса). Подполье агитировало против вывоза молодежи в Германию, призывало не сотрудничать с оккупантами, не сдавать им урожай.

Но пропагандой работа подпольщиков не ограничивалась. Со временем они перешли к более активному сопротивлению. Служба безопасности ОУН начала организовывать покушения на представителей оккупационной администрации и агентов немецких спецслужб. Так, в декабре 1942 г. оуновцы выследили и уничтожили агента гестапо, который помог немцам ликвидировать криворожское подполье, тогда же провели акцию возмездия против полицаев и немцев в Синельниковском районе. В августе 1943 г. референт СБ ОУН И.Билык организовал ряд покушений на гестаповцев; оккупационная власть объявила его в розыск.

Летом 1943 г. краевой провод начал создание боевок. Но из-за природных условий, нехватки оружия, наступления Красной армии просуществовали они недолго. Зная о приближении фронта, националисты начали набирать в УПА добровольцев, которых потом переправляли на Правобережье и Полесье. Большей частью новобранцы попадали в Черный лес на Кировоградщине или знаменитый Холодный Яр на Черкасщине. 30 октября в УПА выехала последняя группа. Вскоре на территории края появились советские войска, а вместе с ними и органы госбезопасности, которые, опираясь на свою агентуру, ликвидировали оставленные для подпольной работы националистические ячейки.

На родине Донцова

С деятельностью ОУН на Запорожье впервые столкнулись не немцы, а… советская власть. Еще в декабре 1940 г. сотрудники НКВД разоблачили кружок "Самостійна Україна", основанный выходцем из Станиславской (Ивано-Франковской) области Бойчуком, который прибыл в Запорожье работать в тресте "Запорожстрой". А 12 августа 1941 г. военный трибунал Запорожского гарнизона Одесского военного округа рассматривал дело бойцов 31-го инженерного противохимического батальона. Здесь была разоблачена ячейка ОУН, организованная бойцами — выходцами из Западной Украины. Один из них, И.Немировский, мобилизованный в конце 1940 г. из с. Дунаев Поморянского района на Львовщине, получил от руководителя сельских оуновцев задание: если начнется война, не воевать в рядах Красной армии и перейти на сторону противника. А если не удастся, принять участие в антисоветском восстании за независимость Украины. Но сначала он должен был разыскать членов ОУН среди мобилизованных "захидняков". На первых порах Немировскому везло: он нашел среди однополчан пятерых единомышленников, наладил связь со львовским подпольем: присылал в Галичину информацию о местных колхозах и получал оттуда инструкции. Но чекисты были бдительными: уже 29 июня 1941 г., через неделю после начала войны, в батальоне начались первые аресты. По мнению исследователя Юрия Щура, изучившего и опубликовавшего соответствующие документы, подпольщиков подвела их неосторожность в переписке: они многое обсуждали в своих письмах, забывая, что их могут читать сотрудники НКВД. Всего арестовали 11 человек. Почти всех, кроме двоих, которые получили по пять лет ссылки, приговорили к расстрелу.

Первая из походных групп появилась в Запорожье 8 августа, сразу после оккупации немцами. Появление оуновцев не прошло мимо внимания Айнзацгруппы "С" (ликвидационного подразделения), которая зафиксировала это в одной из своих сводок, сообщив, что националисты пытаются получить должности в администрации. Вскоре созданный областной провод во главе с В.Пастушенко разделил область на три округа: Запорожский, Мелитопольский и Бердянский; предполагалось создать сеть подпольных ячеек.

Наладить подпольную сеть в областном центре было весьма трудно. Провести своих людей в управу и полицию националистам не удалось, а в октябре немецкие власти начали аресты оуновцев, выслав часть из них в Галичину. Члены провода, еще остававшиеся на свободе, выехали в другие населенные пункты. Но все же подполье устояло: в Запорожье, Михайловке, Васильевке, Мелитополе и других населенных пунктах области продолжали существовать ячейки, занимавшиеся пропагандой среди местных жителей.

Как работало оуновское подполье в Запорожье, можно проследить на примере малой родины идеолога украинского национализма Дмитрия Донцова — Мелитополя. В городе националисты во главе с Михаилом Винтонивым появились в конце октября — в начале ноября 1941 г. Одним из первых завербованных стал директор местной школы №19 М.Семыкин, в жилище которого подпольщики устроили склад агитационной литературы. Благодаря ему оуновцам удалось установить связь и с другими мелитопольскими просвещенцами. Еще больше повезло подпольщикам в селе Вознесенка Мелитопольского района — здесь их агентами стали сельский староста и местный краевед Илларион Курило-Крымчак, который помог националистам с трудоустройством, а в ноябре организовал им встречу с молодежью — старшеклассниками местной школы. До войны Курило-Крымчак работал в селе учителем, так что теперь мог привлечь в ОУН и своих бывших коллег, устраивая в Вознесенке семинары для работников образования района, где основным вопросом была перестройка воспитательной работы школ в украинском духе. Он же поспособствовал подпольщикам с агитационными материалами — в его доме на пишущей машинке изготовляли различные листовки и обращения к населению.

ОУН 3
Краевед Иларион Курило- Крымчак — бургомистр Мелитополя, один из агентов ОУН на Мелитопольщине

Вербовка новых членов среди работников образования позволила оуновцам развернуть активную просветительскую деятельность. В селах района организовали хоровой и драматический кружки, распространяли националистическую литературу, в частности и книгу Дмитрия Донцова "Наші традиції". В Мелитополе возник молодежный культурно-просветительский кружок "Козаки", а оуновец Сливка стал директором городского театра им. Шевченко.

Как и на Днепропетровщине, деятельность походных групп в Запорожском крае не ограничивалась только агитацией. Члены Михайловской ячейки ОУН собирали оружие, которое прятали в днепровских плавнях и время от времени использовали, хотя и не всегда удачно (одного из подпольщиков, Письменного, немцы арестовали за обстрел военной техники). В Мелитополе отряд И.Билыка освободил узников концлагеря, где держали подпольщиков и местных жителей, пытавшихся уклониться от вывоза на работы в Германию.

Такая активность не проходила мимо внимания карательных органов. В мае 1942 г. немцы арестовали руководителя Михайловской ячейки ОУН И.Гребенюка, тогда же под Мелитополем были расстреляны 10 оуновцев. А весной 1943 г. за решеткой оказался М.Винтонив; его замучили до смерти. Еще несколько десятков оуновцев попали в запорожскую тюрьму СД (службы безопасности). Впрочем, основную работу по ликвидации националистических ячеек завершили не немцы, а советские органы власти, которые осенью того же года возобновили свою работу на территории края.

На Восточном фронте

Отряды Южной походной группы добрались и до Донбасса. Здесь они действовали по той же схеме, что и в других регионах, — пытались получить должности в администрации, вели пропаганду среди местного населения, в частности и через легальные общественные организации. Националистам удалось создать сеть ячеек в разных городах и поселках региона — в Сталино (Донецке), Ворошиловграде (Луганске), Горловке, Комсомольске, Константиновке, Макеевке, Мариуполе, Краматорске, Ясиноватой, Артемовском, Андреевском, Ольгинском и Чистяковском районах.

Легальным прикрытием для подпольщиков стали ячейки "Просвіти". Именно через них, ведя культурно-просветительскую работу, они вербовали в организацию новых членов. Одной из самых крупных в регионе была мариупольская "Просвіта", в которую входило более 150 человек. Возглавлял ее директор городского театра оуновец А.Ирий-Авраменко. В "Просвіте" было шесть секций — литературно-языковедческая, историко-экономическая, сельскохозяйственная, театральная, хозяйственная (подготовка вечеров) и секция молодежи до 14 лет. Кроме "Просвіти", в городе издавалась еще "Маріупільська газета", редактором которой был член ОУН Николай Стасюк. Такую же роль оуновского рупора выполняла в Ворошиловграде газета "Нове життя", возглавляемая М.Бернацким. Поскольку упоминать о независимости Украины немецкая цензура запрещала, журналисты ограничивались популяризацией украинской истории. Например, корреспондент "Маріупільської газети" Фененко публиковал статьи о гетмане Павле Полуботке, кошевом атамане Иване Сирко, историке и политике Михаиле Грушевском, рассказывал о Голодоморе 1932–1933 гг.

Одним из важнейших направлений пропаганды оуновского подполья на Донбассе стало распространение листовок. Их текст обычно разрабатывал центральный провод, а на местах размножали с помощью пишущих машинок или другой техники. Такая централизация не всегда шла на пользу делу. Так, в аналитическом отчете ОУН об общественно-политической, культурной и хозяйственной жизни южноукраинских земель (апрель 1943 г.) есть нарекания на язык листовок: "Листовки, написанные на украинском языке, имеют много галицизмов, и потому некоторые говорят, что они непонятны и не писаны для нас. Для примера хоть бы такой заголовок листовки: "Становище ОУН до мобілізації у нім. армію". Слово "становище" здесь несоответствующее, должно быть "ставлення". Слова "офензива" здесь никто не понимает и т.д."

Не обходилось и без сбора оружия. Исследователю Владимиру Никольскому удалось найти в материалах дел оуновцев, задержанных советскими органами госбезопасности, свидетельства о приобретении оружия ячейками Комсомольска, Горловки, Волновахи, Цареконстантиновки. Занимались этим подпольщики, работавшие в местной администрации. Например, в Горловке староста Шембарев и его заместитель Мирошниченко собрали 4 винтовки, 2 карабина, 1 российский автомат и патроны к ним. Все хранили в кассе управы. В Волновахе и Цареконстантиновке оружие помогали собирать полицаи.

Действия оуновцев не могли не привлечь внимания карательных органов. Первые аресты произошли уже в августе 1942 г. в Мариуполе. Тогда немцам удалось завербовать некоторых подпольщиков, а за год провести в этом же городе масштабные аресты, фактически разгромив ячейку. Вскоре на Донбассе начались боевые действия, и оккупантам стало не до националистов. А после изгнания нацистов ими занялись сотрудники НКВД.

Работа походных групп на юге и востоке Украины не прекратилась и после войны. Центральный провод ОУН(Б) продолжал отправлять националистов в эти регионы и позже, однако бороться с советскими органами госбезопасности им было не по силам. Но их работа там не прошла даром, прежде всего для них самих. Знакомство оуновцев с краем повлияло на программу обеих ветвей организации — сначала бандеровской, а затем и мельниковской, заставив провод сделать ее более демократичной. Но из-за соперничества двух ветвей националистического движения, скромных человеческих и материальных ресурсов националистам так и не удалось тогда достичь своей главной цели — сделать Украину независимой.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
  • spragly spragly 31 січня, 06:39 "Одним із перших завербованих став директор місцевої школи..." "У Волновасі й Царекостянтинівці зброю допомагали збирати поліцаї..." Що за кагебешна лексіка, авторе? Ви ж пишете про українських патріотів і принижуєте їх такими епітетами. Чи це копі-пейст з кагебешних докладів? согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно