Тарас Бульба ХХ века

02 ноября, 2018, 16:52 Распечатать Выпуск № 41, 3 ноября-9 ноября 2018г.
Отправить
Отправить

Ведя партизанскую войну против немцев, Бульба-Боровец вместе с тем не оставлял надежды с ними найти общий язык.

Тарас Бульба ХХ века

В годы Второй мировой войны на Полесье, кроме бандеровской и мельниковской фракций ОУН, за украинскую государственность боролась и третья сила - бульбовцы, возглавляемые Тарасом Бульбой-Боровцом (1908–1981), считавшего своим руководством Государственный центр УНР в экзиле (изгнании).

Внутренние конфликты и неблагоприятные внешние обстоятельства не дали ни одной из сторон достичь своей цели, и второй этап борьбы за независимость завершился так же печально, как и первый...

От намерений к действиям

Тарас Дмитриевич Боровец (его настоящая фамилия) родился 9 марта 1908 г. в селе Быстричи Костопольского округа на Полесье. Семья жила бедно. "Хліба з бідою вистачало до Коляд. Від Коляд до Юрія жилося на картоплі, а від Юрія не ставало й картоплі. До нового хліба якось перебивалися на зеленині, головним чином на щавлі", - вспоминал политик в своей книге "Армія без держави". Очевидно, из-за вынужденной "картофельной диеты" к нему и прилепилось прозвище "Бульба". Сначала парень очень злился за это на старших, пока в школе не прочитал гоголевского "Тараса Бульбу". Оказалось, что таким прозвищем можно гордиться.

Бедность помешала Тарасу получить приличное образование. С 14 лет он пошел работать на каменоломню. Там познакомился с бывшим воином армии УНР, который вдохновил паренька своими рассказами о борьбе за независимость и подаренным "Кобзарем". И еще больше на Тараса повлияло то, что он видел собственными глазами. С 1930 г. на польско-советской границе, проходившей тогда по Полесью, началась настоящая война. Из коммунистического "рая" толпами бежали обычные крестьяне и рабочие, спасаясь от голода и коллективизации. "Цілими ночами строчать кулемети та сяють ракети та прожектори, наче на фронті. Такого видовища цей кордон не бачив", - вспоминал Бульба-Боровец.

Перейти от намерений к действиям ему помог бывший сотник армии УНР Василий Раевский, познакомивший его с полковником Иваном Литвиненко. По совету последнего Бульба-Боровец вместе с другими молодыми украинцами зимой 1932–1933 гг. основал организацию под названием "Украинское национальное возрождение" (УНВ). Из его воспоминаний видно, что Литвиненко, руководивший разведкой УНР на границе, рассматривал УНВ как прикрытие для разведывательной деятельности: "З наказу полковника Литвиненка наша молодь передавала на другу сторону директиви уряду УНР та літературу, а звідти отримувала різні матеріали, сов'єтську пресу та книжки. Ця наша робота була особливо пожвавлена під час великого голоду на Україні 1932–1933 років. Ми приносили з-за кордону цілу масу зразків "хліба", печеного з дерев'яної кори, листя, просяної лупи, буряків та інших складників... Ці експонати голоду в СРСР уряд УНР з меморандумами надсилав до Ліги Націй та поширював на весь світ, хоч той світ був на все глухий...".

Активность Бульбы-Боровца не осталась без внимания польской полиции. В 1934 г., после покушения националистов на министра внутренних дел Бронислава Перацкого, его арестовали по подозрению в симпатиях к ОУН. Просидев в печально известном концлагере Береза Картузская, Бульба-Боровец летом 1935 г. вышел на свободу. После лагеря основал собственное предприятие - гранитный карьер в селе Карпиловка Сарненского округа. Но зимой 1937 г. польская администрация запретила бывшему заключенному работать в пограничной полосе, и он вынужден был выехать в Польшу. Там его и застало начало Второй мировой войны.

События развивались с молниеносной скоростью. Под ударами вермахта, а потом и Красной армии государство прекратило свое существование. Наблюдая за политикой нацистов в оккупированной Польше, Тарас понял, что, "разобравшись" с евреями и поляками, немцы займутся и украинцами. Понимали это и его кураторы - полковник Иван Литвиненко и сотник Василий Раевский. Вместе с другими деятелями УНР они, по словам Бульбы-Боровца, начали разрабатывать план дальнейших действий.

Сечь в лесах Полесья

Немецко-советская война стала своеобразным "спусковым крючком" для всех течений украинского движения. Представители обеих частей ОУН отправляют на только что захваченные немцами территории "похідні групи", пытаясь организовать собственные органы власти и поставить нацистов перед фактом существования украинской государственности. Не дремлет и Бульба-Боровец.

В первые дни войны он пытался не конфликтовать с немцами, сконцентрировавшись на борьбе с советскими подразделениями, отступавшими на восток. В своих воспоминаниях он пишет, что его организация должна была строиться "за територіальним принципом совєтської адміністрації країни". Несколько областей объединялись в окружную Сечь с территориальным названием - например, "Полесская Сечь", "Волынская Сечь", "Полтавская Сечь". Сама же организация вообще должна была называться Украинская повстанческая армия или сокращенно... УПА. Позднее это название возьмут себе его противники - воинские подразделения бандеровской ОУН, а из всех запланированных Сечей удастся создать только Полесскую.

Вначале немцев вполне устраивала деятельность Бульбы-Боровца. Официально его армия считалась украинской милицией со штаб-квартирой в Сарнах, а сам он был назначен комендантом службы безопасности в Сарненском и Олевском округах. 21 августа 1941 г. подразделения Полесской Сечи завладели Олевском, который ненадолго стал столицей повстанческой "республики". На подконтрольной сечевикам территории налаживалась мирная жизнь: заработали предприятия, в Олевске проводились ярмарки. На улицах города появились портреты украинских князей, гетманов, украинских национальных деятелей.

Но фронт понемногу откатывался на восток, и в Полесье начала разворачивать свою деятельность оккупационная администрация. 9 ноября на переговорах с немецким генералом Кицингером в Ровно Бульба-Боровец выдвинул требование признать "Полесскую Сечь" украинской воинской частью, но получил отказ, - дескать, теперь здесь все решает гражданская власть. Гражданская же власть планировала ограничиться украинской вспомогательной полицией под немецким руководством. Не желая идти на открытый конфликт с немцами, атаман принял решение о самороспуске Сечи и 15 ноября издал соответствующий приказ. Сделал он это очень своевременно: 18 ноября в штаб Сечи прибыл капитан немецких войск СС Гичке, потребовав от руководства подразделения расстрелять местных евреев. Сотник К.Сиголенко, который был на тот момент в штабе, заявил, что подразделение официально распущено, поэтому отдать такой приказ он не имеет права. Немцу все же удалось в принудительном порядке мобилизовать двух старшин и 60 демобилизованных казаков, которые 19 ноября и выполнили это кровавое распоряжение.

Официальная ликвидация "Полесской Сечи" не означала прекращения борьбы. Часть ее бывшего штаба начала разрабатывать планы подпольной деятельности. Теперь новое вооруженное формирование должно было носить только название "Украинская повстанческая армия" и вести партизанскую войну. Было решено, что часть ее бойцов вступят на службу в немецкую полицию и другие оккупационные учреждения и будут выполнять там задания штаба.

На острие лезвия

В марте 1942 г. органы безопасности Генерального комиссариата Волыни и Подолья начали репрессии против украинцев, в частности против бывших сечевиков. Это заставило Бульбу-Боровца перейти к активным действиям. Бульбовцы начинают борьбу с оккупантами. В воспоминаниях Бульба-Боровец описывал структуру и тактику своей армии: "Цих нових партизанів спочатку було небагато. Кожна з 5 "Літаючих бригад" складалася з доброї бойової сотні вояків. Але їх ударна сила була досить поважна. Розчленовуючись на малі оперативні групи від 5 до 10 людей, вони розсипались з Полісся майже на всі області Правобережної України, тримаючись по можливості лісостепових районів. Де виникала потреба, вони сходились знову в сотні і навіть діяли по кілька сотень разом для виконання оперативних завдань та для демонстрації "великої армії".

Ведя партизанскую войну против немцев, Бульба-Боровец вместе с тем не оставлял надежды с ними найти общий язык, считая их временным противником. 15 августа 1942 г. он прислал письмо рейхскомиссару Украины Эриху Коху, требуя прекратить дополнительные реквизиции продовольствия, аресты и расстрелы украинцев, освободить арестованных бульбовцев. Оккупационная власть его, конечно же, проигнорировала. Но и подавить сопротивление бульбовцев немцы не могли: партизаны постоянно препятствовали им вывозить население на принудительные работы в Германию, а реквизиции продовольствия оккупантам удавалось выполнять только на 25–30% от запланированного. Но этим все и ограничивалось: атаман пытался не допускать кровопролития, надеясь сохранить силы для борьбы с Советским Союзом. Возможно, от активных боевых действий его сдерживали и ответные акции немцев, которые без колебания сжигали целые села за убитых партизанами гитлеровцев или представителей оккупационной администрации.

Две УПА

Бульба-Боровец и его соратники пытались наладить контакты со всеми силами, воевавшими против немцев: украинскими националистами, советскими партизанами, воинами польской Армии Крайовой. Но найти понимание не получалось даже со своими...

Еще в 1941 г. Бульба-Боровец смог договориться о сотрудничестве с представителями ОУН(м) - мельниковцами. Несмотря на различие в идеологии, националисты все же согласились на сотрудничество в военной сфере: Провод мельниковцев обязался помочь тогда еще "Полесской Сечи" старшинскими кадрами, и в августе 1941 г., по словам Бульбы-Боровца, 10 молодых старшин и подстаршин поехали вместе с ним на лесной фронт. В следующем году бульбовцы установили контакт с районным Проводом ОУН(м) в Межиречье - районный проводник Кривонос отвечал за связь с бульбовцами.

Отношения с другой националистической силой - бандеровцами - сложились не лучшим образом. До середины 1942 г. Провод ОУН(б) негативно относился к идее партизанской борьбы, считая, что надо беречь силы. Не устраивала бандеровцев и подчиненность бульбовцев (пусть и формальная) правительству УНР в эмиграции. Стремясь подчинить себе украинское освободительное движение, они не соглашались на сотрудничество ни в политической, ни в военной сфере. Когда же Провод все же начал создавать собственные вооруженные отряды на Волыни и Полесье, то воспользовался названием УПА, и некоторое время с немцами воевали две... Украинские повстанческие армии.

В первой половине 1943 г. договориться о сотрудничестве попытались уже сами бандеровцы. Как пишет в своих воспоминаниях Бульба-Боровец, 9 апреля состоялись переговоры, на которых ему предложили отказаться от политического подчинения правительству УНР и признать власть Провода ОУН(б), признать Акт восстановления государственности от 30 июня 1941 г., ввести в УПА институт партийных комиссаров и службу безопасности, объявить всеобщее восстание против немцев и провести массовую принудительную мобилизацию населения, а также очистить повстанческую территорию от польского населения, "которое всюду вредит украинскому делу". Должность командующего армии должен был занимать Бульба-Боровец. От всех этих требований бульбовцы отказались. 22 мая должен был состояться очередной раунд переговоров, но бандеровцы на него не явились. Вскоре между обеими организациями начался открытый конфликт, который из взаимной критики на страницах прессы и листовок перерос в вооруженные столкновения. Чтобы отмежеваться от своих политических противников, 20 июля Бульба-Боровец издал приказ о переименовании своей армии в Украинскую народно-революционную армию (УНРА).

18 августа 1943 г. бандеровцы нанесли ему очень болезненный удар. В этот день Бульба-Боровец приехал в село Хмелевка на Костопольщине, чтобы посетить свою Людвипольскую сотню, состоявшую из его земляков. Ночью шесть куреней УПА (по другим данным, три сотни) окружили бульбовское подразделение. Не желая проливать кровь, атаман приказал, рассеявшись, отступить. В плен к бандеровцам попали свыше 100 казаков УНРА, три старшины и жена Бульбы-Боровца - Анна Опочинская. Отпустив позднее одного из пленных, националисты передали через него ультиматум: Бульба-Боровец должен подчиниться политическим требованиям ОУН(б) и приказам Главной команды УПА. Но тот категорически отказался принять эти условия, обвинив националистов в узурпации украинской государственной власти. Бандеровцы ответили на это еще большей жестокостью в расправах с бойцами УНРА, а позднее убили его жену. Ни о каком сотрудничестве, конечно же, после этого уже речь не шла...

Крах иллюзий

Несмотря на неудачный предыдущий опыт взаимоотношений с немцами, Бульба-Боровец все же надеялся на взаимопонимание. По его мнению, в этом была своя логика: положение нацистов на фронте после разгрома под Сталинградом лишь ухудшалось, поэтому захватчики должны были быть более уступчивыми. Но их руководство уступать не спешило. В ноябре 1943 г. состоялась встреча атамана с шефом политического отдела СД (службы безопасности) Волыни и Подолья. Тот предложил бульбовцам перейти на службу к немцам. На требование Бульбы-Боровца изменить политический курс относительно Украины и освободить из тюрем всех украинских националистов, немец согласился только на освобождение бывших сечевиков, а дело украинской государственности предложил отложить. Атаман прекратил переговоры, но позднее все же решил пойти на компромисс с немцами и потребовал от них выпустить политических заключенных и прекратить репрессии против украинцев. Он соглашался перейти в подчинение командира полиции и службы безопасности в Ровно, но действовать по собственной инициативе. В ответ нацисты пообещали смягчить экономические контрибуции и освободить бывших бойцов "Полесской Сечи". В дальнейшем, стремясь сохранить лицо, атаман предложил скрытое сотрудничество: немцы должны были предоставить бойцам УНРА помощь оружием, а количество армии должно было увеличиться до 40 тыс. чел. На такие требования нацисты не согласились, но продолжили переговоры.

20 ноября 1943 г. Бульба-Боровец вместе с адъютантом О.Штулем-Ждановичем прибыли в Ровно на переговоры с представителями оккупационной власти, предварительно прислав меморандум в немецкое правительство. Поскольку переговоры носили политический характер, атаман должен был встретиться с высшими должностными лицами, поэтому СД переправила его в Варшаву, а затем в Берлин. Но попытки найти общий язык закончились неудачно: 1 декабря того же года атамана и его адъютанта арестовали и бросили в концлагерь Заксенхаузен. Здесь за колючей проволокой уже находились другие украинские проводники - Мельник и Бандера. УНРА возглавил Л.Щербатюк-Зубатый, но ее силы слабели: одни бойцы возвращались домой, другие попадали в советский плен, третьи - переходили в ряды бандеровской УПА.

В августе 1944 г. немцы освободили Бульбу-Боровца, планируя привлечь его к созданию украинской армии, на которую все же согласились под давлением обстоятельств. Но реализовать этот замысел, как и привлечение бывшего атамана к диверсионной деятельности, не удалось. Третий Рейх уже трещал по швам под ударами Антигитлеровской коалиции и просто не имел ресурсов для создания новых подразделений. Так что Тарас Бульба-Боровец лишь запятнал свою репутацию, согласившись на сотрудничество с уже обреченными нацистами. А с востока в это время двигался новый, еще более сильный и коварный враг...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК