И бедный — парадоксов друг?

12 августа, 2011, 12:55 Распечатать Выпуск №28, 12 августа-19 августа

Спору нет, бедность — это порок системы, заставляющей гражданина примерять на себя скорбные «лики».

Спору нет, бедность — это порок системы, заставляющей гражданина примерять на себя скорбные «лики» не управляемого властью времени. Это и «работающие бедняки», и «культурные нищие», и преследуемые налоговиками «самозанятые». И хотя сегодня наши люди научились если уж не активно зарабатывать, то экономно расходовать свой «подкожный» бюджет (оттого и кризис пережили всего 17,5% тех, кому не хватает денег на еду), социальная активность необеспеченных является низкой и продолжает определять лицо общества: у бедных традиционно меньше ответственности за все, что происходит в стране. Активность возрастает у людей (как и ощущение счастья и востребованности) прямо пропорционально уровню доходов. Этот факт свидетельствует о том, что большинство населения у нас так и не достигло среднего уровня обеспеченности.

Феномен бедности в украинском обществе анализирует генеральный директор Киевского международного института социологии Владимир ПАНИОТТО.

Наша бедность субъективна

— Пик бедности в украинском обществе был в 1998 году. Тогда 52% населения признавали, что им не хватало денег даже на еду. Но во время кризиса украинцы даже не приблизились к этому показателю: сначала они «проживали» свои запасы, а в апреле 2009 года вышли на некий максимум бедности (20,8% тех, кому не хватает денег даже на еду). В декабре 2010 года на еду не хватало 13,7% опрошенных, а к марту 2011-го их число увеличилось до 17,5% (из-за недавнего повышения цен).

Стоит подробнее остановиться на самом показателе бедности. У Всемирного банка есть стандартная методика для определения уровня бедности, причем как абсолютной, так и относительной. Абсолютная бедность определялась таким образом: по числу калорий, достаточных для того, чтобы человек мог поддерживать свое существование на физиологическом уровне, подбиралась некая «корзина» из продуктов, типичных для каждой страны, которая позволяла это количество калорий получить. Чтобы определить, каким является жесткий минимум всего необходимого для жизни, специалисты анализировали, сколько семьи, живущие на «корзинный минимум», тратят на необходимые вещи, включая одежду и коммунальные расходы, соответственно урезая его еще на 15–20% в месяц. К условной «корзине» специалисты добавляли эти 15–20% и получали сумму, соот­ветствующую уровню абсолютной бедности.

Есть еще понятие относительной бедности, которая определяется как доход, на 25% меньший медианного (среднего по стране) дохода. По грубым расчетам, в Украине менее 30% относительно бедных, но этот показатель очень нечувствительный. Если абсолютная бедность с 2000-го по 2008 год уменьшилась на несколько десятков процентов, то относительная была стабильной (26–28%).

Используемый нами критерий (процент людей, считающих, что им не хватает на еду) изменя­ется так же, как абсолютная бедность, измеряемая Всемирным банком (коэффициент связи этих показателей 0,97), но субъективный показатель выше. Люди считают, что им не хватает на еду, ког­да они не могут питаться в соответствии со своими вкусами и привычками, а тем более, если им приходится ограничить себя в од­ном-двух продуктах в связи с повышением цен. То есть, их запросы гораздо выше минимума, который просто не даст протянуть ноги.

— По данным КМИС, число тех, кому не хватает на еду, за прошедшие полгода выросло до 17,5%, одновременно снизилось (с 7,1 до 4,9%) количество тех, кто может позволить себе покупать некоторые дорогие вещи (такие, как телевизор или холодильник), но не может купить все, что захочет. А число тех, кто может купить все, что захочет, уменьшилось с 0,2 до 0,1%.

— Теоретически ситуация должна была бы улучшиться, поскольку правительства многих стран заявили о выходе из кризиса и о некотором росте (в Ук­раине — четыре процента). Но рост цен в нашей стране ударил по всем. Те, кто может позволить себе дорогие покупки, приблизительно соответствуют среднему классу, а он у нас неустойчивый. Сдвиг в сторону более бедных произошел практически по всем категориям. Что касается тех, кто может купить себе все, что захочет, то разница между 0,1 и 0,2% незначительна. Кроме того, дейст­вительно богатые люди не попадают в социологические выборки, а если и попадают в опросы элит, то не желают обнародовать свои доходы.

Знания выводят за «круг бедности»

— Интересное явление обнаружилось в последнем социо­логическом опросе КМИС. Ока­зывается, 43,6% тех, ко­го можно условно отнести к среднему классу, имеют высшее образование и 24,8% — среднее специальное. А среди бедных 35,1 — со средним образованием, 24,4 — со сред­ним специальным и 12,7% — с высшим. К тому же в средний класс попало 26,7% специалистов с высшим образованием и 11,2% предпринимателей. Среди бедных их оказалось соответственно 2,9 и 0,3%. Мож­но ли сказать, что высшее образование стало цениться в обществе?

— В 1985–1990 годах у нас было исследование, репрезентативное для населения Киева. Наи­более обеспеченными тогда были квалифицированные рабочие. Из интеллигенции более других были обеспечены кандидаты и доктора наук. Но связи между образованием и доходами не было. А сейчас она прямая: чем выше образование, тем выше доходы — каждый год образования дает большую зарплату. Для меня это оказалось неожиданностью, поскольку я видел, как лю­ди без образования становились олигархами. Впрочем, потом они покупали дипломы и становились докторами наук и профессорами. Но, честно говоря, я не думал, что ситуация с высокой оценкой труда образованных людей в нашем обществе настолько улучшилась. Не берусь сейчас точно сказать, но думаю, что это достаточно свежая тенденция последних десяти лет. Вспомним, как люди с высшим образованием не могли себя найти и приспособиться к меняющейся системе. В 1991 году признание страной независимости привело к разрыву экономических связей внутри бывшего СССР. Затем люди «проели» свои запасы и опрокинулись в бедность, а экономический рост вкупе с развитием «теневой» экономики начался уже к 2000 году. Кстати, известный английский социолог Теодор Шанин, долгое время работающий в России, обращался к правительству этой страны с предложением отнести некоторые виды «теневой» занятости людей к механизмам выживания, и не облагать их налогами.

— То есть, обеспеченные образованные люди стали «героя­ми мутного времени»?

— Наш институт надеется принять участие в исследовании ученых Оксфордского университета, недавно получивших грант для изучения влияния приватизации на смертность в Украине. Они считают, что одной из существенных причин уменьшения численности населения Украины с 52 до 47 миллионов, помимо падения рождаемости стала приватизация как ядро экономических реформ, что привело к стрессовой ситуации для значительного числа людей, к аномии, алкоголизму, наркомании и, следовательно, к уменьшению продолжительности жизни. Возмож­но, образование более востребовано в рыночной экономике.

— У бедных и у представителей среднего класса ответы на вопрос о готовности к акциям протеста отличаются. Так, в забастовке принимали бы участие 2,1% тех, кому не хватает денег даже на еду, и уже по 5% тех, кому хватает денег на еду и одежду и есть возможность кое-что откладывать, и тех, кто может поз­волить себе дорогие покупки. В пикетировании государственных зданий готовы участвовать 0,6% бедных и 4% представителей среднего класса. Тем, кто побогаче, есть что защищать?

— Дело в том, что в соответствии с одной из теорий, революции обычно происходят не там, где люди наиболее бедные, а там, где была более или менее нормальная ситуация, которая стала ухудшаться. Бедные выступают с протестами не так часто, как обеспеченные. Вероятно, последним есть что защищать, к тому же у них выше уровень образования и социальной активности. Люди считают, что мало что могут изменить в ситуации упадка, а нормальную ситуацию стараются улучшить и исправить, если она пошатнулась.

К новой власти терпимее бедные

— На вопрос «Как бы вы оценили политику власти в целом?» ответы бедных и представителей среднего класса также отличаются. Отрица­тельно оценивают ее соответственно 20,5 и 27%, а в ос­нов­ном положительно — 8,1 и 4,3%. То есть бедные более терпимы к власти.

— Я не уверен. Дело в том, что оценка политики новой власти очень сильно дифференцирована по регионам, и надо сравнивать бедных и обеспеченных внутри каждого региона. Если брать динамику, то ухудшение отношения к политике новой власти произошло прежде всего за счет Восточного региона: там у людей была очень высокая оценка власти, и их надежды больше всего не оправдались. А Западный регион меньше надеялся на новую власть, поэтому падение доверия к ней там зафиксировано не настолько большое. Но все равно Восток оценивает власть выше. В целом больше половины населения относится к власти отрицательно, а среди бедных наибольшее число тех, кто не определился. К тому же 66–68% опрошенных во всех категориях отмечают, что Украина идет в неправильном направлении. Лишь 13% населения считает, что в стране все делается правильно, это очень низкий показатель, демонстрирующий резкий обвал доверия к власти за последние полгода (в июне 2010 года 38% населения считало, что страна идет в правильном направлении).

Можно ли купить немного счастья?

— Украинцы с горечью подтверждают, что лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным…

— В целом удовлетворены своим здоровьем 27% бедных и 78% представителей среднего класса. А у остальных категорий с разной сте­пенью обеспеченности — промежуточное положение между ними.

— 24% бедных заявляют, что однозначно счастливы, а если добавить к ним тех, кто скорее счастлив, чем нет, получим 40%. Довольно отрадная цифра.

— Но среди тех, кто может покупать себе почти все, счастливы 94%! У нас наблюдается линейная зависимость между ощущением счастья у людей и их материальным положением. Об­зоры по другим странам показывают, что это зависимость не линейная: чем менее бедным становится человек, тем больше растет у него ощущение счастья, но, начиная со среднего уровня обеспеченности, оно перестает расти. А у нас без вариантов: чем выше уровень обеспеченности, тем боль­ше счастья в жизни… Может быть, мы в массе своей не достигли среднего уровня обеспеченности…

По исследованиям World Values Survey, наиболее счастливые люди живут в Нигерии, Мексике, Венесуэле, Сальвадоре, Пуэрто-Рико. Вообще говоря, общий показатель счастья, удовлетворенности жизнью равен отношению обеспеченности человека чем-либо к притязаниям. Види­мо, в этих странах запросы населения довольно низкие.

В 1985 году мы исследовали уровень удовлетворенности жизнью киевлян, измеряя его по шкале от -100 до +100 баллов. Жители Киева демонстрировали довольно высокий показатель +36. Через четыре года, в 1989 году, он упал до +1. Еще не было разрыва экономических связей, были только «перестройка» и гласность: открылись границы, СМИ стали более реалистично показывать жизнь в других странах. И уровень притязаний украинцев стал расти, при том, что уровень обеспеченности остался прежним. Так удовлетворенность жизнью уменьшилась.

— Интересно, что семейные ценности для бедных (за них высказалось 29% опрошенных) имеют меньшую цену, чем для среднего класса (53%). Почему так?

— Это не ценности, а предс­тавления опрошенных о своих ценностях. Самооценка людей на самом деле является смесью их действительных ценностей и принятых в обществе. Это тот образ, который люди хотят продемонст­рировать. Они не осознают свои ценности (особенно — осуждаемые обществом) из-за различных защитных механизмов. Это и подавление, и сублимация, и рацио­нализация. Так, человек, который любит деньги больше всего, но не в состоянии их заработать, считает, что на первом месте у него исключительно духовные ценности («зелен виноград»).

— В «непрактичные сферы» уходит дружба. Ценной для себя ее считают 0,6% бедных и 4% представителей среднего класса.

— Нью-йоркский социолог Дмитрий Шалин очень расстроил меня, когда стал доказывать, что дружба — это понятие социа­листическое. Друзья при социализме выполняли множество функ­ций: от моральной поддержки до материальной. У эмигрантов в Америке всегда есть альтернатива, и часто возникает вопрос, стоит ли идти к друзьям при том, что необходимости сидеть у друга на кухне и ругать правительст­во уже нет. Я доказывал ему, что дружба ценна сама по себе. Полу­чен­ные нами данные подтвержда­ют его точку зрения. Но это лишь один из индикаторов, нужны более глубокие исследования…

— Еще для наших людей малую ценность представляет работа — за нее высказалось 7,4% бедных и 10% представителей среднего класса.

— Опять же, это не ценности, а самооценка. Результаты других исследований свидетельствуют, что на первом месте у людей — наличие рядом близкого человека, а на втором — работа. У безработных намного хуже и самооценка, и отношение к жизни.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №1288, 28 марта-3 апреля Архив номеров | Последние статьи < >
Вам также будет интересно