62-я Мюнхенская конференция по безопасности, известная также как "Давос с пушками", проходит в переломный момент. Соединенные Штаты еще никогда не требовали от Европы так много, а Европа еще никогда не ожидала от Соединенных Штатов так мало. Об этом пишет Майкл Б. Фроман — президент Совета по международным отношениям в колонке для The New York Times. Он занимал должность торгового представителя США и заместителя советника по национальной безопасности по международным экономическим вопросам в администрации президента США Барака Обамы.
Конференция, начавшаяся в пятницу, стала перепутьем для трансатлантических отношений. Перед нами два пути. Первый — долговременная перезагрузка альянса НАТО с сильной Европой в его центре, способной защищать себя, сохраняя здоровое, пусть и менее масштабное, партнерство с Соединенными Штатами. Второй — дальнейшие трансатлантические споры относительно общих ценностей, национальных интересов и справедливого распределения обязанностей.
Второй путь уже не является просто раздражающим аспектом в целом прочного союза. Он грозит хаотичным разрывом между США и их ключевыми союзниками, что повредит как европейской, так и американской безопасности. В интересах Соединенных Штатов, чтобы госсекретарь Марко Рубио, возглавляющий делегацию администрации Трампа на конференции вместе с конгрессменами, продвинулся по первому пути. И независимо от того, какой тон задаст Рубио, Европа должна объединиться вокруг содержательных реформ.
Американская сторона сделала это непростым. Год назад в Мюнхене вице-президент Джей ди Вэнс фактически объявил о конце трансатлантических отношений в их привычном виде. Причиной, по его словам, была не Россия или Китай, а "внутренняя угроза" — отступление Европы от собственных фундаментальных ценностей. Он утверждал, что союзники не только запустили оборону, но и подорвали общие принципы альянса через либеральную миграционную политику и ограничения свободы слова.
Многие по обе стороны Атлантики восприняли эту речь как вмешательство в пользу ультраправой партии "Альтернатива для Германии" накануне выборов. Позже Стратегия национальной безопасности США 2025 года подтвердила: слова Вэнса не были импровизацией, а отражали курс политики. По мнению администрации, "цивилизационное уничтожение" Европы можно остановить поддержкой "патриотических европейских партий".
Напряжение усилилось и после заявлений Дональда Трампа на экономическом форуме в Давосе, где он упрекнул Европу за "недостаточную благодарность" за роль США во Второй мировой войне, за недостаточные оборонные расходы и сомнения в готовности европейцев защищать Америку.
Хотя напряжение несколько спало, угроза разрыва остается. Рубио недавно заявил, что "НАТО нужно переосмыслить с точки зрения обязательств". Вопрос в том, использует ли он трибуну в Мюнхене для новых упреков или очертит реалистичное видение продолжения трансатлантического сотрудничества.
США должны сотрудничать с НАТО даже в случае сокращения собственной роли в обеспечении европейской безопасности. Вашингтон должен оставаться центральным игроком в совместных усилиях по завершению войны России против Украины и обеспечению будущего Украины, укреплении восточного и северного флангов Европы, а также расширении военно-промышленного партнерства.
Важнейший вопрос — Украина. Если администрация стремится переложить большую часть бремени безопасности на Европу, ей следует четко определить роль Европы в поддержании любого будущего мира.
В то же время и Европа должна принять сложные решения. Идея более сильной, лучше интегрированной Европы, которую продвигают президент Франции Эмманюэль Макрон и президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, остается скорее теоретической из-за бюрократической инерции.
Бывшие премьер-министры Италии Марио Драгги и Энрико Летта очертили цели:
- единый рынок капитала,
- общеевропейская инновационная экосистема,
- общая оборонная промышленная база и управление, ориентированное на производительность и инвестиции, а не чрезмерное регулирование.
Эта "стратегическая автономия" требует политических компромиссов — мобилизации оборонных ресурсов, бюджетных дефицитов, частичной потери суверенитета и неравномерных выгод, — которые пока блокируются узкими национальными интересами.
Обещаний увеличить расходы недостаточно. Европейские страны должны отойти от изолированных национальных оборонных проектов и создать масштабируемую континентальную оборонную индустрию. Нужно вкладывать средства не только в вооружение, но и в набор и подготовку военных. Это потребует сложных решений во время, когда Европа испытывает недостаток сильного политического лидерства.
Даже успех создаст новые вызовы — континент, который быстро перевооружается. Германия уже тратит на оборону больше любой другой европейской страны и занимает четвертое место в мире. Великобритании, Франции и другим придется адаптироваться к Европе с мощной немецкой армией — сценария, который основатели конференции 1963 года вряд ли могли предвидеть.
Построение европейской стратегической автономии и нового, устойчивого партнерства с США потребует больше, чем три дня в мюнхенском отеле Bayerischer Hof. Худший сценарий — очередные громкие заявления без реального прогресса. Иначе конференция, созданная для координации сдерживания Советского Союза, рискует превратиться в площадку не для укрепления безопасности, а для оформления трансатлантического развода.
Peacetime для Европы завершился, но это осознали не все. Европа все еще пытается говорить на языке "диалога", тогда как правила игры давно изменились.
Почему осторожность стала опаснее риска, а превентивные действия — единственный выход, и какую роль в этом играет Украина, Михаил Гончар пишет в статье "Рубить лапы хищнику: чего требует новая безопасность Европы".
