Правосудия.net?

29 августа, 2008, 15:58 Распечатать Выпуск №32, 29 августа-5 сентября

Как известно, демократическое правовое государство существует прежде всего для обеспечения прав и свобод человека и гражданина...

Как известно, демократическое правовое государство существует прежде всего для обеспечения прав и свобод человека и гражданина. Это — цель и смысл существования такого государства. Именно такую социально-правовую цель определило для себя и Украинское государство, задекларировав ее в Основном Законе и добавив, что основным правовым средством защиты прав и свобод человека является суд (статьи 1, 3, 55 Конституции). Этим обусловлена чрезвычайно важная общественная роль суда как гаранта безопасности и благосостояния человека. Следовательно, если политическая власть сутью своей деятельности определяет выше указанную цель, то она создает предпосылки для функционирования независимого, непредвзятого и компетентного суда. Если же для носителей политической власти приоритетом являются другие цели (сама власть, увеличение полномочий и материальное обогащение), они будут делать все, дабы суд был политически и субъективно зависимым, судопроизводство — контролируемым, а судьи — управляемыми. В этом они усматривают залог достижения своих целей и обезопасивания себя от ответственности.

Для выявления настоящих намерений отечественной политической власти насчет реформирования судебной системы необходимо внимательно проанализировать проект Закона Украины «О судоустройстве и статусе судей» (реестр. № 0916, 0917), который 18 июня 2008 г. был рекомендован комитетом Верховной Рады Украины по правосудию для принятия во втором чтении. Начнем с нескольких общих замечаний к этому документу.

Пять общих замечаний к проекту

Первое. Проект предусматривает радикальное изменение судоустройства и статуса судей. По сути, им предлагается осуществить в Украине «большую» судебную реформу.

Второе. Проект является объединенным вариантом двух соответствующих проектов, внесенных в декабре 2006 г. на рассмотрение парламента президентом Украины В.Ющенко. После доработки в профильном парламентском комитете, возглавляемом С.Киваловым (активно лоббирующим принятие этого проекта), по своему смыслу он существенно отличается от первичных проектов, а в определенной части — и от утвержденной президентом концепции усовершенствования судопроизводства. Однако последнее не помешало В.Ющенко не только официально поддержать предлагаемый к второму чтению проект, но и заявить о такой поддержке еще до принятия комитетом решения рекомендовать проект для принятия во втором чте­нии, то есть еще до того, как определилось окончательное содержание проекта (это невероятно, но факт, заверенный письмом президента к парламенту от 17 июня с.г.).

Третье. Поскольку во многих цивилизованных странах законопроекты и законы повелось называть именами их авторов или субъектов инициирования, что позволяет обществу зафиксировать имена тех, КТО принимает на себя ответственность за последствия их принятия, то и нам очень уместно было бы знать «отцов» этого проекта. По формально-юридическим признакам, общности и согласованности действий, направленных на принятие указанного проекта, можно прийти к выводу, что основными его идеологами и воплотителями выступают два лица — президент Украины В.Ющенко и председатель профильного парламентского комитета С.Кивалов. Поэтому, по демократическим традициям законотворчества, условно этот проект можно именовать «проектом Ющенко—Кивалова». Судя по всему, видение и цели этих двух государственных деятелей в вопросе судебной реформы на определенном отрезке политического времени совпали (или соединились?), наверное, ввиду единства их мировоззрения и ценностных ориентаций (одинаковые взгляды на права и свободы человека, единое видение места и роли суда в государстве и обществе, близкое понимание предназначения публичной власти, исповедование одинаковых принципов ее реализации).

Четвертое. Проект Ющенко—Кивалова — это документ, которого... юридически не существует. Он не был принят в первом чтении. Голосование по вопросу упомянутых президентских проектов состоялось 3 апреля 2007 г. — когда действовал указ президента о досрочном прекращении полномочий парламента. То есть тогда, когда Верховная Рада не могла осуществлять полномочий по принятию каких-либо решений. По парламентскому регламенту, проекты, не принятые ВР предыдущего созыва, считаются отозванными и снятыми с рассмотрения (это императивное предписание). Итак, «незаконнорожденное дитя» (проект) Ющенко—Кивалова и его крещение (осуществление с ним определенных законотворческих процедур — регистрация как законопроекта, рассмотрение комитетом, включение в повестку дня заседания парламента и т.п.) являются результатом искусственной политической реанимации юридически несуществующих документов. Это — яркий пример злоупотребления правом законотворчества, правового невежества и беспредела, который для определенных государственных мужей является обычным способом их деятельности. Это также и свидетельство настоящих целей инициаторов предлагаемого реформирования судебной системы, представляющего опасность для прав и свобод людей, подрывающего правовую основу их судебной защиты.

Пятое. Всячески отстаивая указанный проект, его «проводники» основными причинами его срочного принятия называют несовершенство действующей системы судоустройства и осуществления судопроизводства, коррупцию в судейской среде, низкий уровень доверия граждан к суду и т.п. Эти факторы в самом деле имеют место, но проект Ющенко—Кивалова не способен их исправить или нейтрализовать.

Что важно для человека в контексте правосудия?

Для каждого человека в правовом государстве прежде всего важно иметь доступ к правосудию и возможность свободно, быстро, беспрепятственно реализовать право на судебную защиту. Важно, чтобы суд, разбирая любой конфликт, был непредвзятым и способным принять справедливое и законное решение.

Однако важно и то, чтобы судья, злоупотребивший правом на осуществление правосудия (неквалифицированно или предвзято решил дело, проявил пренебрежение к участнику процесса и т.п.), понес адекватное его вине наказание, а заведомо неправосудное решение или судебная ошибка были надлежащим образом исправлены.

Короче говоря, человек желает, чтобы система правосудия постоянно и надежно защищала его от противоправных посягательств, от злоупотреблений и халатности со стороны представителей власти, обеспечивала действенное восстановление нарушенных прав и свобод человека. Важно, чтобы суд пользовался доверием людей, а для судьи как носителя судебной власти были созданы надлежащие предпосылки для осуществления им справедливого правосудия на основе закона и морали.

Очевидно, что все эти важные аспекты в полной мере в нашем государстве не соблюдены. Сегодня в Украине нет справедливого и независимого суда. Его и не может быть, ведь отсутствуют политические, экономические, правовые, социальные предпосылки гарантированного решения по закону и справедливости любого дела в суде. Такие предпосылки и не создаются. Ведь их может создать честная, ответственная и компетентная политическая власть, а не коррумпированная, безответственная и малокомпетентная, которая является причиной большинства общественных проблем и представляет самую большую угрозу правам и свободам человека. Такой власти выгодна система зависимости суда, предполагающая откровенное вмешательство в его деятельность, предопределяющая решения суда его политической и иной зависимостью, имущественным и должностным положением стороны в деле. Учитывая это, проблемы правосудия не являются проблемами собственно судебной системы. Они — производные от более общих общественных проблем: глубокого политического кризиса, некомпетентного руководства государством, политической коррупции.

Проект Ющенко—Кивалова не только не решает важнейших для человека вопросов в сфере правосудия, а наоборот, существенно их усложняет. Он содержит целый ряд юридически необоснованных, откровенно неконституционных, внутренне противоречивых положений, которые на практике могут привести к значительному ухудшению доступа людей к правосудию и его качества, усилению зависимости судей, в конце концов — к коллапсу судебной системы и невыполнению судом возложенных на него задач.

Дальше — значит, доступнее, запутаннее — значит, удобнее?

Именно такая логика усматривается в предложениях указанного законодательного дуэта, который якобы стремится решить проблему доступности граждан к правосудию. Проект Ющенко—Кивалова предусматривает организационно и функционально запутанную, малопонятную даже для специалистов, непомерно «измельченную» по горизонтали и вертикали систему судов.

К сожалению, так сложилось в нашем государстве: судебная система строилась не в соответствии с нуждами обеспечения оптимального осуществления судопроизводства, а исходя из субъективных интересов или заангажированного видения определенных лиц. Именно так в свое время из государственных арбитражей возникла подсистема хозяйственных судов. Со временем была допущена еще одна существенная ошибка: в придачу к Гражданскому и Гражданскому процессуальному кодексам был принят Хозяйственный и Хозяйственный процессуальный кодексы, положения которых сейчас регулируют (одинаково, почти одинаково, отлично или почти отлично) одни и те же общественные отношения и судебные процедуры. Для правоприменения это — проблема, с которой хорошо знакомы не только юристы.

Но похоже, что в нашем государстве ошибки никогда не становились уроком для государственных деятелей. Эксперименты с судебной системой продолжались, из опыта других государств выхватывались отдельные выгодные фрагменты, под которые «подгонялась» судебная система. Так, в придачу к существующим судам появилась еще и подсистема административных судов. Но со времени начала их деятельности властного произвола в Украине меньше не стало, не вздохнули с облегчением и люди — мол, наконец-то надежно защищены наши права от нарушений со стороны публичной власти. В этом плане все осталось как было. Правда, специалисты еще долгое время будут разбираться в вопросах подсудности, а законодатель безуспешно будет пытаться провести четкие границы юрисдикции общих, хозяйственных и административных судов. Безуспешно потому, что четкости в этих вопросах и быть не может, как нет однозначных критериев разделения правовых отношений на публично-правовые и приватно-правовые. Впрочем, основные проблемы деятельности административных судов, учитывая способ их формирования и принципы кадрового отбора, еще впереди.

Вместо того чтобы максимально упростить систему судов, а чрезвычайно сложные для граждан вопросы определения подсудности дел перенести в ведомственную (внутрисудебную) плоскость, где они решались бы уже после того, как заявление или жалоба принята судом, проект Ющенко—Кивалова еще больше ее усложняет. В созданной в нем судебной системе заявление (жалоба) будет перемещаться из суда в суд, как бильярдный шар под кием неуклюжего игрока, с попаданием в надлежащую лузу по принципу случайности. Человек с его жизненной проблемой будет пущен по расширенному судебному кругу, после чего уже не захочет ни суда, ни защиты.

Доступность правосудия прежде всего означает территориально удобное местонахождение судов, наличие достаточного количества судей и их готовность оперативно отреагировать на факт нарушения права или законного интереса. Многолетняя отечественная практика свидетельствует, что территориально местные и апелляционные суды должны привязываться к действующему административно-территориальному делению, ведь именно при такой организации сети судов они наиболее доступны для населения по расстоянию, транспортному сообщению и т.п.

Где найти местный суд?

По проекту Ющенко—Кивалова, только на местном уровне вместо местных общих судов (районные, городские и т.д.), областных хозяйственных судов и окружных административных судов должны действовать: 1) местные участковые суды для рассмотрения гражданских, административных, уголовных и других дел; 2) окружные хозяйственные суды; 3) окружные гражданские суды; 4) окружные административные суды; 5) окружные уголовные суды.

Где будут располагаться окружные суды, пока неизвестно. Это может быть областной центр, соседний районный центр или другой крупный город. В любом случае человеку в поисках правды придется поездить сначала по своей, а потом и по другим областям. Проект предполагает, что подсудность дел каждому из этих пяти видов местных судов будет определяться хозяйственным, гражданским, административным и уголовным процессуальным законодательством, а также законодательством об административных правонарушениях. Это еще одна проблема, которую люди ощутят на себе сразу после внедрения новой системы судов и должны будут ее решать вместе с поиском нужного им суда.

Предлагаемая проектом система местных судов чрезвычайно сложна для понимания не только гражданами, но и специалистами в области права. На практике ее существование приведет к многочисленным ошибочным обращениям в судебные органы, обусловит необходимость длительного поиска лицом компетентного суда для защиты своих прав. Будут приобретать массовый характер споры между судами по поводу компетенции, а суды различных юрисдикций, используя одни и те же нормы материального права, будут принимать противоположные по сути решения. Обычными станут ситуации, когда человек, уплатив необходимый (часто немалый) судебный сбор и направив исковое заявление по почте в адрес определенного суда, месяц-два спустя обнаружит, что он обратился в участковый суд вместо окружного или наоборот, а повторив обращение, еще месяц-два спустя установит, что ошибочно обратился в суд не той специализации.

Конечно, с точки зрения гражданина, более логичной и рациональной является простая система судов с внутренней специализацией судей на рассмотрении соответствующих категорий дел. Условно говоря, для человека наиболее приемлемым является существование в каждом районе одного учреждения с надписью «Местный суд», а в области — с надписью «Апелляционный суд», в которое бы он пришел или направил по почте заявление (жалобу). На этом проблемы человека по поводу обращения в суд должны исчерпываться.

Что касается апелляционного суда, то, по проекту Ющенко—Кивалова, человеку в нем также будет намного сложнее защитить свои права. Во-первых, увеличивается количество апелляционных судов различных видов, что само по себе усложняет судопроизводство. Во-вторых, не исключается отдаление апелляционного пересмотра гражданских и уголовных дел от населения. Если месторасположение таких судов будет устанавливаться по тем же критериям, которые сегодня применяются к апелляционным административным и хозяйственным судам, то для участия в пересмотре своего гражданского или уголовного дела в апелляционном суде люди вынуждены будут ехать не в областной центр, как сегодня, а в центр апелляционного округа, который будет включать три-четыре области и расстояние до которого будет составлять 300—400 километров. Усложнятся вызов и явка в суд участников процесса, что затруднит выполнение таким судом функции апелляции.

«Децентрализация судов» — ноу-хау от министра юстиции

Внедрение системы, насчитывающей 14 видов судов (кроме указанных пяти местных и четырех апелляционных, она включает еще четыре вида высших судов — гражданский, уголовный, хозяйственный, административный — и Верховный суд (далее — ВС), ее инициаторы обосновывают необходимостью приведения отечественного судопроизводства к европейским стандартам. Проанализировав документы по правосудию соответствующих европейских организаций, конституции около 40 стран Европы, можем ответственно констатировать: такая аргументация не имеет под собой правовых оснований.

Не существует нормативно определенных «европейских» стандартов судоустройства. Ведь каждое государство — и Европы, и мира вообще — определяет свое судоустройство (виды судов, их количество, инстанционность и т.п.) в зависимости от особенностей собственной формы правления, политической и правовой систем, административно-территориального устройства, исторических традиций, уровня правовой культуры населения, финансовых возможностей. Европейский стандарт в сфере правосудия заключается в ином: справедливом, непредвзятом и компетентном рассмотрении судом дела в разумный срок. А каким судом (по названию, виду, составу, инстанционности, специализации) это будет сделано — не суть важно. Главное, чтобы человеку было удобно обратиться в суд, а суд имел возможность эффективно осуществить функцию правосудия.

Заложенное под видом «евростандартирования» в проекте Ющенко—Кивалова судоустройство Украинского государства противоречит европейским представлениям о построении судебных систем. На это еще в прошлом году указала Венецианская комиссия, проанализировав первичные президентские проекты. В своем заключении она указала, что «предложенная система судов — довольно сложная и излишне разветвленная. Очевидно, чем сложнее судебная система, тем больше риск возникновения процессуальных задержек». «Большие сторонники европейских стандартов» «прислушались» к замечаниям Венецианской комиссии... и в окончательном варианте проекта предусмотрели еще на три вида судов больше (добавили окружной гражданский суд и выделили уголовный и гражданский апелляционный суды). То есть еще более усложнили судебную систему, что уж точно гарантирует мытарства людей по судебным лабиринтам и делает призрачной перспективу рассмотрения дела в разумный срок.

Недавно министр юстиции Н.Онищук высказал еще один аргумент в пользу внедрения «ющенковско-киваловской» системы судов — указав на необходимость «децентрализации судебной системы». Такой аргумент из уст министра юстиции, мягко говоря, удивляет, ведь децентрализация тут ни при чем. В праве децентрализация определяется как «процесс расширения и укрепления прав и полномочий административно-территориальных единиц... или низших органов и организаций при одновременном сужении прав и полномочий соответствующего центра» (Юридична енциклопедія. Київ. Вид-во «Українська енциклопедія ім. М.П. Бажана», 1999, Т. 2. С. 168—169). То есть децентрализация присуща сфере государственного управления, отношениям по вопросам властных полномочий центра—региона. В свою очередь судебной системе не присущи отношения властного подчинения нижестоящего суда вышестоящему. В судебной власти нет центра или региона в обычном для исполнительной власти понимании, а есть только инстанционное движение дела: рассмотрение дела по сути (первая инстанция), ее апелляционный и кассационный пересмотр. Передать же полномочия по апелляционному или кассационному пересмотру дела от апелляционного или высшего суда в местный невозможно в принципе. Специально для главного (по должности) юриста государства заметим: специфика деятельности судов как органов государственной власти заключается в том, что вследствие самостоятельности судов и независимости судей функционирование судебной системы и ее единство обеспечиваются лишь процессуально — путем осуществления процедур пересмотра судебных решений, принятых судом первой инстанции. Именно процессуальными, а не властными управленческими средствами обеспечивается необходимое взаимодействие внутри судебной власти, целостность и единство судебной системы.

Ухудшение прав граждан за их же средства

Реализуемый в проекте Ющенко—Кивалова тезис о том, что создание высших специализированных судов якобы сократит сроки прохождения дел в кассационной инстанции, рассчитан на профанов. Ведь на самом деле оперативность рассмотрения судебных дел никак не зависит от того, будут рассматривать их в кассационном порядке судьи соответствующей судебной палаты ВС или судьи соответствующего высшего суда. Такая оперативность зависит прежде всего от судебной процедуры рассмотрения дела, над усовершенствованием которой прежде всего и нужно работать.

Граждане должны знать: само по себе создание двух новых высших судов не улучшит ни качества кассационного пересмотра дел, ни его оперативности.

Образовать два новых кассационных суда непросто с организационной и финансовой точек зрения. Пока они не начнут работать в полную силу, механизм кассационного пересмотра соответствующих дел постоянно будет пробуксовывать. Каждый из новых судов нужно обеспечить помещением, транспортом, компьютерами и т.п.; значительно возрастет количество служащих в судебной системе за счет образования аппаратов новых высших судов. На сегодняшний день их функции выполняет аппарат ВС, работа многочисленных подразделений которого налаживалась в течение десятилетий. Чтобы проиллюстрировать нынешние масштабы деятельности ВС, достаточно сказать, что, например, в 2007 году в его адрес поступило 153 774 жалоб, заявлений, других писем (только в судебную палату по гражданским делам — 75 854 жалобы и 11 237 дел, в судебную палату по уголовным делам — 33 716 жалоб и 5 628 дел), а сам ВС осуществил 438 869 почтовых отправлений. Каждое из писем нужно распаковать, прочесть, отсортировать, передать по принадлежности, изучить, принять в отношении него решение и т.п. Сделать такую деятельность эффективной чрезвычайно сложно.

Указанное подтверждается и деятельностью высших судов. Например, в Высшем административном суде в 2007 г. осталось 22 193 нерассмотренных дела и материалов (каждый второй материал, находившийся на рассмотрении), тогда как в ВС — 4 916. В первом полугодии 2008 г. такой остаток составлял соответственно 21 333 и 4 108 дел.

Нужно также принять во внимание тот факт, что предлагаемая система судоустройства является чрезвычайно затратной. По приблизительным подсчетам Государственной судебной администрации (ГСА), только на начальные мероприятия по ее внедрению понадобится более 10 млрд. гривен. Это при том, что сегодня на всю судебную власть выделяется 2,5 млрд. гривен, а в государственном бюджете на 2008 г. на поддержку судебной реформы предусмотрен один миллион. Эти колоссальные затраты, которые может себе позволить только богатейшая страна, пойдут прежде всего на организацию работы новых высших, апелляционных, окружных и участковых судов, а также на реорганизацию всех остальных нынешних судов общей юрисдикции. Это при том, что ныне большинство судов не имеют надлежащих условий для осуществления судопроизводства (как для работы судей и сотрудников аппарата судов, так и для пребывания в них граждан), а процессуальные нужды судов финансируются только наполовину. Чтобы спрогнозировать возможные последствия предлагаемого реформирования, достаточно посмотреть на опыт внедрения системы специализированных административных судов: ее создание началось в 2005 г., однако в полном объеме она не функционирует до сих пор.

Верховный суд точно net

Как вытекает из выше приведенных обстоятельств, авторы проекта не совсем отдают себе отчет о последствиях воплощения в отечественное судопроизводство многих своих «революционных» идей, зато четко знают: таким образом они «ставят крест» на Верховном суде. Вопреки Конституции, правовой логике, в конце концов — здравому смыслу, высший судебный орган государства фактически ликвидируется и устраняется из сферы судопроизводства. Рациональных объяснений этому решению не найти.

Где это видано, чтобы современное государство сознательно и целеустремленно лишало своих граждан предусмотренной Основным Законом возможности отстаивать свои права в отечественном высшем судебном органе и «гнало» их в международные судебные инстанции? А именно так может произойти в случае уничтожения мощного правового ресурса решения социальных споров и конфликтов, действующего механизма обеспечения одинакового применения закона и единства судебной практики, коим является ВС.

Во всех странах Европы, на которые якобы ориентируются авторы проекта, функционируют высшие судебные органы (верховные, кассационные суды). Во всех странах мира роль высшего суда заключается в максимальной унификации судебной практики путем пересмотра дел, принятия прецедентных решений, предоставления разъяснений судам и т.п. Это необходимо, в частности, для обеспечения эффективной защиты конституционных прав всех граждан, их равенства перед законом и судом. Если существуют законность и правопорядок, то не может быть такого, чтобы в одном регионе унитарного государства признавалось нарушением прав ребенка в семье то, что не признается нарушением таковых прав в другом регионе; чтобы в одном городе за одинаковое преступление всех виновных приговаривали исключительно к лишению свободы, а в другом — освобождали от него; чтобы в одном регионе дела определенного характера рассматривали хозяйственные суды, а в другом — административные.

Проект Ющенко—Кивалова, лишая ВС функции осуществления правосудия, фактически возлагает на него одну основную обязанность — обеспечивать одинаковое применение законодательства всеми судами общей юрисдикции. Но выполнение им этой обязанности становится невозможным. Ведь, по проекту, ВС лишен права знакомиться в судах низших уровней с практикой применения законодательства, а суды низших уровней не обязаны предоставлять ВС ни соответствующие материалы судебной практики, ни судебную статистику. Пленум ВС лишен права признавать недействующими разъяснения высших специализированных судов, что обусловит существование различных правовых позиций разных пленумов по одному и тому же вопросу. Это приведет к неоднозначности и путанице в судебной практике, от чего будут страдать конкретные граждане и юридические лица. Он может давать судам разъяснения на основе обобщения только собственной судебной практики, но при этом собственной практики у ВС практически не будет — он уполномачивается рассматривать дела только в связи с исключительными (!) обстоятельствами (в связи со специальным решением Европейского суда по правам человека или Конституционного суда Украины). И к тому же предлагаемым количеством судей ВС физически невозможно будет подготовить разъяснения по ключевым проблемам правоприменения (в последние годы пленум ВС продуцировал от трех до десяти постановлений в год) — проектом предусмотрено уменьшение состава ВС с 95 до 16 судей. Следует отметить, что такое предложение тоже не базируется на европейском опыте функционирования верховных судов. Даже во многом значительно меньших Украины государствах Европы состав таких судов намного больше. Так, в состав Верховного суда Латвии входят 25, Швейцарии — 30, Литвы — 37, Австрии и Чехии — 57, Испании — 60, Венгрии — 69 судей. А во Франции Верховный суд состоит из 85, Польше — 86, России — 105, в Германии — 127 судей.

Нонсенсом является и то, что право рассматривать дела по исключительным обстоятельствам проект предоставляет одновременно и ВС, и высшим судам. Вместе с тем суда, который бы рассматривал дела по вновь открывшимся обстоятельствам, проект не определяет. Поэтому, если, например, человек осужден вследствие фальсификации доказательств, злоупотребления следователя или прокурора и т.п. или если гражданское дело было несправедливо решено ввиду ложных свидетельств свидетеля, фальшивости предоставленных стороной документов и т.п., то сторона, проигравшая суд, останется «при своих интересах»: пересмотреть дело закон не позволит. Ведь не будет суда, компетентного это сделать.

Суды — под политический и олигархический контроль!

Проект Ющенко—Кивалова «добьет» независимость судей созданием условий для тотального постороннего контроля над судами, откровенного вмешательства в правосудие. Реализация проекта приведет к тому, что функция судьи будет сведена к простой задаче — обосновать и документально оформить (изготовить судебный документ, подписать его и заверить печатью) «от лица Украины» решение, доведенное из соответствующей властной инстанции, от которой он будет зависим, или соответствующим образом оплаченное. На того, кто будет сопротивляться или захочет судить по закону и справедливости, сразу же найдут управу через контролируемые квалификационно-дисциплинарные органы.

Кроме «дробления» целостной судебной системы, ликвидации ВС как высшего судебного органа, проект предусматривает еще один действенный способ усиления зависимости судов и судей и взятия их деятельности под контроль. Это — назначение судей на административные должности, за что велась отчаянная политическая борьба перед прошлогодними досрочными парламентскими выборами, с новой силой вспыхнувшая сейчас, накануне очередных президентских выборов.

Как известно, в июне прошлого года распущенный президентом парламент проголосовал за несколько откровенно неконституционных актов, которыми предусматривалось, что такое назначение судей будет осуществлять Высший совет юстиции (далее — ВСЮ). В проекте Ющенко—Кивалова порядок изменен: будет назначать на должности председателей и замов председателей и увольнять судей с таких должностей президент, а предложение о таком назначении и увольнении будет подавать ВСЮ. Кроме того, предлагается наделить президента еще одним неконституционным полномочием — инициировать назначение и увольнение председателя ВС.

Многие считают, что такое расширение полномочий президента могло быть категорическим условием поддержки Ющенко этого проекта на нынешнем этапе. Ведь эти полномочия можно использовать как мощный ресурс в политической борьбе, для решения важных текущих экономических и кадровых вопросов, а также для применения как админресурса на предстоящих президентских выборах. Настойчивость, с которой самые большие сторонники этого проекта (в том числе и президент) пытаются протолкнуть его принятие во втором чтении, вынуждает допускать возможность такой мотивации. Заставляет делать это и откровенное игнорирование авторами проекта того факта, что право президента назначать и освобождать председателей и замов председателей судов и право ВСЮ вносить представление на такое назначение и увольнение уже признано неконституционными (решение Конституционного суда Украины № 1-рп/2007 от 16 мая 2007 года (дело об увольнении судьи с административной должности) и № 9-рп/2002от 21 мая 2002 года (дело о Законе Украины «О Высшем совете юстиции»).

В случае принятия проекта Ющенко—Кивалова все суды автоматически «обезглавливаются» — возникает возможность сплошной замены глав судов и их замов. Это происходит вследствие реорганизации всех местных судов в участковые, образования новых окружных судов и раздела апелляционных общих судов на два новых — апелляционный гражданский и апелляционный уголовный. К тому же проект предусматривает, что назначенные по ныне действующему порядку главы судов и их замы «подлежат новому назначению в порядке, установленном этим Законом». Тем самым действие нового закона о судоустройстве фактически распространяется на период с 16 мая 2007 г.
до вступления его в действие, чем устанавливается запрещенное ст. 58 Конституции обратное действие нормативно-правовых актов во времени.

Что это, как не яркий пример попытки «одним махом» «приручить» и разделить неугодную кое-кому судебную власть, разрушить действующую систему и построить «под себя» будущее судебное устройство Украины. При этом судьи будут зависеть от председателей судов, а председатели судов, в свою очередь, — частично от ГСА, Минюста как куратора ГСА и от Кабмина, который координирует и руководит ГСА, частично — от ВСЮ и политических партий, которые сумеют «пропихнуть» в него своих представителей, и более всего — от президента и его секретариата, где будут осуществляться все необходимые формальности? И вновь будет продолжаться перманентная — политическая на грани силовой — борьба за кресла прежде всего глав ГСА, ВСЮ, высших судов, председателя ВС, министра юстиции, руководителя государственной исполнительной службы, главы парламентского комитета по правосудию... И вновь бесконечные подозрения в политическом и экономическом рейдерстве и полууспешные попытки протолкнуть изменения в процессуальные законы, касающиеся подсудности дел... чтобы поставить рейдерство на законные рельсы... И снова надолго забыто об утверждении справедливого суда в соответствии с европейскими стандартами...

Вывод о соответствующей политической и субъективной направленности проекта подтверждает и тот факт, что им не определены основания освобождения судей от административных должностей. Таким образом, президенту предоставляется право увольнять их по собственному усмотрению. На практике такой подход приведет к освобождению от административных должностей глав тех судов, судьи которых приняли решение, неправильное с точки зрения лица, занимающего должность главы государства, или — при наших реалиях, которые определяются правовой культурой, состоянием коррупции, превалированием политической целесообразности над законностью и т.п., — близкого к нему лица. ВСЮ предоставляется возможность в отдельных случаях самостоятельно освободить судью от административной должности — без ведома президента. Учитывая известную заполитизированность ВСЮ, предоставление ему такого права — просто опасно. Такой порядок должен политически сориентировать председателей судов на президента и ВСЮ, «привязать» их к ним, повернуть судопроизводство в политически и бизнесово «правильное» направление.

Не определены в проекте даже основания освобождения от должности председателя ВС. Следовательно, президент получает возможность сразу после вступления в силу нового закона приняться за отстранение от должности политически не лояльного к нему председателя ВС, который активно борется за наведение действительно европейского порядка в судебной системе, когда судьи являются независимыми, а суд — скорым и справедливым, категорически выступает против политизации судебной системы.

Требования Конституции и рекомендации Европы — им не указ и не помеха

Еще одна особенность проекта Ющенко—Кивалова — в очевидной неконституционности многих его положений. По нашим оценкам, законопроект противоречит около 30 нормам Конституции Украины. Выше приведены несколько положений проекта, неконституционность которых уже признана КСУ. По всей видимости, неконституционны также положения проекта, согласно которым:

— ВС фактически лишается функций органа правосудия и возможности обеспечивать одинаковое применение законодательства всеми судами общей юрисдикции, что окончательно делает невозможным существование судов общей юрисдикции как системы, а ВС лишает конституционного статуса высшего судебного органа в системе судов общей юрисдикции (ч. 1 и 2 ст. 125 Конституции);

— как ВС, так и высшие специализированные суды наделяются правом пересматривать судебные решения в исключительных случаях, что опять-таки противоречит статусу ВС как высшего судебного органа в системе судов общей юрисдикции (ч. 2 ст. 125 Конституции);

— предусмотрено существование такого органа, как Совет юридических высших учебных заведений и научных учреждений Украины, на который возложены полномочия назначать членов квалификационных комиссий судей, членов Дисциплинарной комиссии судей Украины, судебных инспекторов и т.п. (это противоречит ст. 19, п. 14 ч. 1 ст. 92 Конституции);

— функцию организационного обеспечения деятельности судов общей юрисдикции (кроме ВС и высших судов) будет осуществлять ГСА как орган исполнительной власти со специальным статусом, а образовывать и ликвидировать суды общей юрисдикции, определять количество судей в судах будет президент по представлению председателя ГСА без участия ВС (как высший орган в системе судов общей юрисдикции ВС не может быть исключен из процесса структурной организации системы, которую он возглавляет в соответствии с ч. 2 ст. 125 Конституции; вопреки конституционным (ст. 6, ч. 1 ст. 126, ч. 1 ст. 129) принципам разделения власти, самостоятельности и независимости, суды и судьи не могут быть поставлены под контроль административного органа — ГСА, который может действовать исключительно в рамках системы судебной власти — иначе суды и судьи будут находиться в организационной зависимости от исполнительной власти (см. также Монреальскую универсальную декларацию о независимости правосудия, 1983 г.; Рекомендацию Совета Европы № (94) 12 «Независимость, действенность и роль судей», 1994 г.;
Европейскую хартию о законе «О статусе судей», 1998 г.).

Престиж Украины как члена Совета Европы страдает от того, что органы государственной власти и отдельные ее представители пренебрегают международными обязательствами государства и игнорируют рекомендации, данные с целью обеспечения дальнейшего продвижения Украины путем демократических реформ, которые уже давно и эффективно учли в пользу своих народов правительства государств бывшего «социалистического лагеря», в частности страны Балтии, Польша, Венгрия, Чехия, где эти реформы проведены. В связи с этим заметим, что проектом Ющенко—Кивалова не учтены принципиальные замечания Венецианской комиссии по поводу президентских проектов о судоустройстве и статусе судей в Украине по вопросам: сложности предложенной системы судов; нарушения принципа разделения государственной власти; слишком широких дискреционных полномочий президента; заполитизированной процедуры избрания судей; ограничения полномочий ВС по осуществлению правосудия, а органов судейского самоуправления — по вопросам судоустройства; недостаточно прозрачной, четкой и демократической процедуры привлечения судей к дисциплинарной ответственности. При этом Комиссия фактически признала, что положения проектов без учета ее замечаний и предложений не гарантируют независимой и действенной судебной системы в Украине.

Нужны: здравый смысл и общественное согласие

Анализ содержания вышеприведенных положений проекта Ющенко—Кивалова, способ, избранный для предоставления ему статуса закона, общая ситуация в стране, оценка предыдущей и нынешней деятельности основных идеологов проекта дают основания для вывода о том, что предлагаемый проект не имеет ничего общего с общественно ориентированной судебной реформой.

Судебная система — один из устоев государственности. В политическом хаосе, охватившем Украину и разрушающем ее государственность, именно правосудие является правовым стержнем, способным удержать «государственную машину» от разноса. Если судебную систему подвергнуть тем потрясениям, которые предусматривает проект Ющенко—Кивалова, Украинское государство будет втянуто в крайне опасные политические и социальные процессы.

Принятие этого проекта как закона подорвет основы Украины как демократического и правового государства, поставит под прямую угрозу действие принципа верховенства права (ст. 8 Конституции), откроет шлюзы для правового беспредела. Попытки его принять — это попытки определенных лиц усилить неправовое влияние на суд, установить над ним контроль, сделать его «прислугой» соответствующих политических сил, бизнес-структур и отдельных их представителей. Разделенное (в частности, по признаку специализации) между разными политико-экономическими силами (не)правосудие окончательно превратится из живого арбитра в тупое орудие, которое будет использоваться по таким же тупым правилам: «Вы у нас отсудили завод, а мы одного из ваших — за решетку; вы нам запретили провести референдум, а мы признаем недействительным ваш хозяйственный договор; вы нам «пришили» уклонение от уплаты налогов, а мы наложим арест на ваше имущество...» И конца-края этой бизнесово-политической войне не будет.

Наша страна уникальна своим народом, историей, культурой, территориальным расположением, природными богатствами... К величайшему сожалению, вместе с тем Украина уникальна утраченными возможностями, очевидным несоответствием имеющегося потенциала и человеческих надежд реальному социальному развитию и уровню жизни людей, их безопасности. Это несоответствие в первую очередь обусловлено бестолковым, некомпетентным, субъективно заангажированным управлением государством. При наличии должности президента Украина не имеет настоящего гаранта соблюдения Конституции, прав и свобод человека и гражданина. Если бы он был, то общая ситуация в стране была бы существенно другой (стабильной, определенной и прогрессирующей), государственная политика, в частности в сфере правосудия, — разумной, последовательной и взвешенной, а жизнь людей — более безопасной, зажиточной и счастливой.

Вместе с тем остается надежда на то, что предлагаемое проектом Ющенко—Кивалова «реформирование» судебной системы будет остановлено — благодаря здравому смыслу большинства народных депутатов, их ответственности перед обществом и ради будущего народа Украины, благодаря позиции европейских структур, заботящихся о соблюдении прав человека, благодаря правовой позиции Конституционного суда Украины. Настоящее же реформирование судебной системы может быть осуществлено на основе общественного согласия для обеспечения прав и свобод человека.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно