ИНСПЕКТОР, КОТОРОГО НЕ БОЯТСЯ - Право - zn.ua

ИНСПЕКТОР, КОТОРОГО НЕ БОЯТСЯ

31 марта, 2000, 00:00 Распечатать

Год назад десятки тысяч людей, так либо иначе связанных с автомобилем, узнали об удивительных вещах...

Год назад десятки тысяч людей, так либо иначе связанных с автомобилем, узнали об удивительных вещах. Государственная автоинспекция Украины взяла на вооружение новую тактику взаимоотношений с участниками дорожного движения. Контакты работников ГАИ с водителями стали строиться на более гуманной основе. Значительно уменьшился «вал» административных наказаний. Сейчас автоинспекторы обращают внимание главным образом на те нарушения правил дорожного движения, которые создают аварийную ситуацию.

Вместе с тем, когда гуманизация отношений только началась, некоторые работники милиции, и, честно говоря, сами водители, высказывали опасение, не вызовет ли подобное послабление строгости увеличения числа дорожно-транспортных происшествий. Мол, демократия на дорогах вещь, конечно, хорошая, но она, к сожалению, не для нас. Почувствовав большую свободу, водители-де начнут нарушать правила почем зря. Нам нужна строгость и только строгость, подчеркивали ревнители жесткой линии. И вот прошел год. Кто оказался прав — сторонники гуманизации или те, кто отдает предпочтение традиционному для нас закручиванию гаек? Об этом корреспондент «Зеркала недели» беседует с начальником управления ГАИ Министерства внутренних дел Украины генерал-майором милиции Александром МИЛЕНИНЫМ.

— Александр Леонидович, количество аварий в минувшем году не увеличилось?

— Судя по статистике, нет. Вы знаете, произошла удивительная вещь, хотя, признаться честно, мы на подобное как раз и рассчитывали. Сами водители, почувствовав, что сотрудники ГАИ начали относиться к ним по-иному, ответили более четким выполнением правил. Иначе говоря, законопослушание многих тысяч людей возросло. И это представляется мне чрезвычайно важным. Подобные факты свидетельствуют: тактика была выбрана абсолютно правильно.

Что же касается существовавших сомнений, то демократизацию отношений не следует путать с анархией. За серьезные нарушения сейчас, как и прежде, спрашивают со всей строгостью. Ни о какой вседозволенности не может быть и речи. На наших дорогах должен править бал строгий порядок. Но водителей нельзя наказывать за малозначительные проступки, не стоящие и выеденного яйца. Здесь, как свидетельствует практика, вполне достаточно замечания или предупреждения. Работникам ГАИ строго-настрого запрещены беспричинные, несанкционированные остановки, проверки машин и документов. Так что теперь, если вы дисциплинированы, нормально ездите и не нарушаете правил, у вас есть шанс не контактировать с автоинспектором многие годы, а уж тем более никогда не услышать в его голосе суровые нотки.

Впрочем, иногда с работником ГАИ может встретиться даже самый дисциплинированный шофер. Сегодня мы однозначно ориентируем своих сотрудников на оказание помощи всем участникам дорожного движения и прежде всего водителям, которые не по своей вине попадают в сложную ситуацию. Сейчас у автоинспектора, стоящего в стороне и пассивно наблюдающего за таким шофером, чтобы сполна воспользоваться первой же его промашкой, могут быть большие неприятности. Каждый сотрудник дорожно-патрульной службы после окончания своего дежурства теперь должен отчитаться, чем конкретно он помог — то ли подсказал, как лучше проехать в нужный район, то ли засучил рукава и вместе с водителем устранил неисправность, из-за которой машина остановилась на самом перекрестке, то ли вызвал техпомощь или организовал скорейшую доставку в больницу человека, пострадавшего в ДТП.

— А как такие новации восприняли сами сотрудники ГАИ, ведь прежде подобных «подвигов» от них вроде бы не требовали?

— Ну, помочь человеку, попавшему в беду, они должны были и раньше. Однако, слово «помочь» можно, ясное дело, трактовать по-разному. Насколько мне известно, многие поначалу были сильно озадачены. Что и говорить, директивы они получили весьма необычные. Ведь до сих пор стратегия инспектора ГАИ была совсем иной — остановить, проверить документы, оштрафовать, забрать права — в общем как-то прижучить. А тут получается, что в первую очередь следует помогать. «Еду как-то вечером на своей «Таврии», — рассказал мне недавно знакомый, живущий в Кировограде. — Вдруг инспектор показывает жезлом: «Остановитесь». Подъезжаю к бровке и думаю: с чего бы это, правил я как будто не нарушал. «Извините, — говорит сотрудник ГАИ, — но у машины не горит левая фара. Давайте попробуем что-нибудь сделать, а то могут, упаси Бог, быть неприятности. У вас запасная лампочка есть?» У меня ее с собой не было, но, к счастью, она и не понадобилась. Как оказалось, просто отошел контакт. Вы знаете, после этого эпизода стало как-то теплее на душе. Вот таким, думаю, и должен быть автоинспектор — внимательным, вежливым и доброжелательным». Подобных примеров сегодня много. Работников ГАИ перестают бояться. Людей с милицейским жезлом начинают по-настоящему уважать.

— Как я понимаю, сотрудников, нарушающих законы и требования служебной этики, в ГАИ сейчас по головке не гладят. В последние годы с такими людьми здесь расставались без проволочек. Продолжается ли подобная кампания и сегодня?

— Во-первых, это не кампания. Такую работу мы ведем сейчас и будем проводить впредь. Но, к великому сожалению, полностью избавиться от людей, компрометирующих милицейский мундир, сразу не удается. Впрочем, именно от них мы освобождаемся в первую очередь, проводя оптимизацию численности сотрудников ГАИ. Понятное дело, раньше других попадет под сокращение тот, кто нарушил этические нормы, злоупотребил служебным положением, на кого поступают жалобы.

— Раз вы говорите «в первую очередь», значит только этими людьми дело не ограничится?

— Да, нам придется расстаться и с работниками, перешагнувшими возрастной рубеж, а также, говоря по совести, и с некоторыми другими.

— Значит, новая, оптимальная численность личного состава ГАИ будет намного меньше той, которая, например, была еще несколько месяцев назад?

— Количественный рост дорожно-патрульной службы начался в 1991 году, но особенно интенсивно процесс пошел с 1995-го. В результате с 15 тысяч человек она увеличилась до 31 тысячи. Уменьшить ее вдвое и таким образом довести до уровня 1991 года, как нетрудно догадаться, сейчас уже не удастся. За минувшее время резко возросло количество транспорта. А чем больше автомобилей, тем больше загружены магистрали и, следовательно, растет число ДТП. Иными словами, тут действуют законы элементарной статистики. Поэтому, мне кажется, сейчас оптимальное количество находится где-то на уровне 20 тысяч человек.

Проводя расчеты, мы взяли за основу численность дорожно-патрульной службы в европейских странах, а вернее сказать, учитывали, какой процент она там составляет по отношению к общему количеству работников полиции. Оказалось, во многих случаях эта величина не превышает 15—17 процентов. У нас сейчас подобное число намного больше. Как видите, здесь есть о чем подумать.

Сокращение — процесс чрезвычайно болезненный. Высвобожденных людей нужно куда-то устроить. Кроме того, нельзя сбрасывать со счета и финансовую сторону. Казалось бы, на зарплате мы сможем сэкономить внушительную сумму. Однако не следует забывать, что уволенным сотрудникам следует выплатить компенсацию. Значит, расходы на какое-то время даже повысятся.

— Чтобы узнать, как ведет себя на линии тот либо иной автоинспектор, очевидно, требуются оперативные методы, иначе говоря, негласная проверка. Но отвечает ли скрытое наблюдение этическим нормам?

— Если его ведет спрятавшийся за деревом сотрудник ГАИ, пытающийся подобным образом застать врасплох водителей, то, однозначно, нет. Если же проверку осуществляют переодетые в штатское работники аппарата ГАИ, которые таким образом контролируют, как несут службу отдельные сотрудники, то это вполне законно и допустимо с точки зрения этики. Недавно, проведя ряд подобных рейдов (в частности, в Киеве), мы выявили случаи грубости и чванства. Как выяснилось, некоторые работники ГАИ вели себя по отношению к водителям не особенно дружелюбно, а к тем из них, которые попросили о помощи, отнеслись и вовсе пренебрежительно, свысока: нашел, мол, с чем обращаться к занятым людям. Понятно, эти автоинспекторы были наказаны — мы дали каждому такому случаю принципиальную оценку.

А вообще должен заметить, что проблема негласной или скрытой проверки далеко не такой простой вопрос, каким он кажется на первый взгляд. В ряде случаев этот контроль нужно применять и по отношению к водителям. Но, повторяю, конечно, не из-за дерева. Недавно на киевских улицах мы начали осуществлять так называемое патрулирование в потоке транспорта. Специальная машина ГАИ ничем не отличается от других. Но в случае нарушения правил одним из соседних автомобилей за ее стеклом появляется бегущая строка, включается сирена и водителю, оказавшемуся не в ладах с правилами, предлагают остановиться. Подобный метод после апробации в столице мы намерены применить и в других больших города Украины.

— И все же, по-моему, самый лучший скрытый контроль — когда нарушение фиксирует объективная и беспристрастная телекамера. Во всяком случае именно так он ведется в большинстве развитых стран.

— Подобное наблюдение, действительно, наиболее эффективно. С радарами и телекамерами «договориться» нельзя. Нарушитель правил через некоторое время получает протокол и фото, на котором запечатлен такой факт и указаны число, время, марка, серия и номер автомобиля. Тут же сообщается, какому наказанию подвергнут водитель. Этот метод мне представляется оптимальным. За границей он хорошо отработан, а потому изобретать велосипед нам не нужно. Все, как нетрудно догадаться, упирается в средства. Вернее сказать, в их хроническое отсутствие. Тем не менее, надеюсь, рано или поздно эту систему мы применим и в Украине. Пока же, к сожалению, местные органы власти не в силах выделять из своего бюджета круглую сумму на установку подобных устройств. Им куда выгоднее содержать автоинспекторов.

— Многие знакомые в час пик стараются по центру Киева на машине не ездить — выходит себе дороже. Пробки тут подчас такие, что быстрее доберешься пешком. А ведь автомобилей с каждым годом в столице становится все больше. Что, по вашему мнению, можно предпринять?

— Тут двух мнений быть не может — центр следует разгрузить. Необходимы существенные изменения в организации движения, кардинальные градостроительные решения. Впрочем, немало делается и сегодня. В Киеве расширяют многие центральные улицы, с них отводят некоторые категории транспортных средств. Мне кажется, нам нужно и здесь с умом использовать опыт, накопленный в крупных городах Европы, которые столкнулись с аналогичными проблемами на несколько десятилетий раньше нас. Например, в Париже, чтобы ограничить доступ машин в центр города, применили метод «чет-нечет». По одним дням здесь разрешается ездить автомобилям с четными номерами, по другим — с нечетными. Это, естественно, не касается пассажирского транспорта и специальных машин. В такие закрытые районы, кроме автобусов, пожарных и милицейских автомобилей, а также машин скорой помощи, разрешается въезжать такси и маленьким мотоциклам, развозящим продукты и различные малогабаритные грузы.

Понятно, введи мы подобное нововведение, оно сильно ограничило бы возможности владельцев автомобилей. Но что поделаешь? Иного пути пока нет. Мы, очевидно, попробуем применить этот метод в одном из крупных городов Украины (возможно, в Киеве), а после апробации используем накопленный опыт и в других местах.

— Сегодня не один владелец машины, несмотря на самые хитроумные противоугонные средства, не застрахован от того, что его железный конь будет похищен. В то же время действующий закон оставляет ворам лазейку. Их поступок вполне может быть квалифицирован и как угон, наказание за который куда более легкое. Не пора ли, наконец, расставить все на свои места и воздавать преступнику должное за воровство в особо крупных размерах?

— Как ни печально, редакция закона до сих пор остается прежней. И он, по сути, закрепляет разный подход к одному и тому же деянию. У вора всегда есть путь к отступлению: «Я взял машину, чтобы покататься». Попробуй, докажи обратное! К сожалению, новый уголовный кодекс, предусматривающий в подобных случаях более серьезную ответственность, Верховной Радой до сих пор не принят. И угонщики часто отделываются легким испугом. А воровство машин — будем называть вещи своими именами — тем временем продолжается.

В заключение хочу остановиться еще на одном моменте, связанном с нашим законодательством. Сотрудники ГАИ буквально стонут от обилия генеральных доверенностей на право распоряжаться машиной. Ведь сплошь и рядом получается, что нарушение зафиксировано, а кто сидел за рулем, не докажешь: один сваливает вину на другого. Мы недавно изучили сложившуюся ситуацию и предложили оформлять к каждой нотариальной доверенности временный технический паспорт. Конечно, это несколько усложнит процедуру, но зато будет известно, кто именно ездит на данном автомобиле. Естественно, наше предложение нужно еще оформить законодательно. Но, право же, овчинка стоит выделки.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №15, 21 апреля-27 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно