Кому уплатим «за кефир»?

24 декабря, 2010, 17:56 Распечатать Выпуск №48, 24 декабря-29 декабря

Рынок нефтепродуктов «на ушах»: Министерство энергетики и угольной промышленности обратилось в К...

Рынок нефтепродуктов «на ушах»: Министерство энергетики и угольной промышленности обратилось в Кабмин с ходатайством ввести пошлины на импорт нефтепродуктов с целью защиты украинских нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ). На первый взгляд, все правильно, «вітчизняному виробнику» надо помогать. Однако предлагается, чтобы владельцам НПЗ, крупным нефтяным компаниям помог… украинский автомобилист, заплатив за нефтепродукты повышенную цену. Взамен ему предложат еще два года поездить на «нашем» бензине, надежно оградив от топлива, отвечающего евростандартам.

Возможно, взгляд инициаторов проекта «ширее и глубжее», но узнать о масштабе задумки тяжело, так как в топливно-энергетическом комплексе все проходит в режиме повышенной секретности. Оно и не удивительно: если эта «пошлинная» инициатива станет реальностью, расстановка сил на топливном рынке страны изменится до неузнаваемости.

О пошлинах узнали случайно. На заседании Экспертно-аналитической группы по вопросам рынка нефтепродуктов 23 ноября министр тогда еще топлива и энергетики Юрий Бойко обронил, что его ведомство направило в правительство письмо с инициативой ввести пошлины на импорт нефтепродуктов в размере 120 евро за тонну. Однако, комментируя на следующий день итоги заседания, директор нефтегазового департамента министерства К.Бородин уже не вспомнил о словах шефа. После двухнедельной паузы информацию все же подтвердил заместитель министра Игорь Кирюшин, заявив с присущей ему ясностью изложения, что, мол, «120 евро за тонну — это не просчитанная на сегодня пошлина, это пошлина была запрошена» (цитата по «Интерфакс-Украина»). То ли запросы изменились, то ли замминистра, как обычно, был занят своими делами, но неделю спустя стало известно, что 8 декабря Ю.Бойко подписал и направил премьер-министру письмо, в котором предлагает установить пошлину на ввоз бензинов в размере 130 евро/т, на дизтопливо — 80 евро/т.

С тех пор на эту тему не было ни единого официального комментария. Благо, министр приложил к письму пояснительную записку, которая действительно избавляет его от необходимости что-либо комментировать.

Лудим, паяем…

Письмо Бойко к Азарову по поводу пошлин и материалы к нему точь-в-точь дублируют другое письмо и материалы — но уже нефтеперерабатывающих заводов, адресованные министру. Похоже, никто даже не удосужился вникнуть в их суть или проверить достоверность данных, приведенных в обращении переработчиков. Что ж, сделаем это вместо чиновников с ул. Крещатик, 30.

Итак, основная озабоченность министерства (читай — НПЗ) сводится к тому, что импортные нефтепродукты поступают в Украину по демпинговым ценам, в результате чего отечественные производители вынуждены снижать переработку нефти и несут убытки. Однако приводимые министерством и заводами данные показывают, что, вопреки собственному тезису о снижении производства, на практике переработка нефти в последние три года не падает (см. рис. 1). При этом невозможно не согласиться с тем, что серьезное снижение произошло по сравнению с 2007 годом — на 3,3 млн. тонн, или на 25%. Но давайте разберемся — почему?

Осенью 2007 года группа «Приват» произвела по сути рейдерский захват Кременчугского НПЗУкртатнафта»), в результате чего акционер завода — «Татнефть» — заблокировала трубопроводные поставки нефти из России. Таким образом, если в 2007-м объем переработки нефти в Кременчуге составил
5,6 млн. тонн, то в 2008-м — уже 2,7 млн. тонн, или почти на 3 млн. меньше. Именно этого объема и не хватает показателю 2010 года. (К последствиям этого рокового для рынка события мы еще неоднократно будем обращаться ниже.) Но без ответа остается вопрос: а причем здесь импорт нефтепродуктов, который «обвиняют» в снижении объемов производства на НПЗ? Аналогичный вопрос можно адресовать и ситуации с Шебелинским ГПЗ, принадлежащим, точнее, входящим в структуру «Нафтогаза Украины»: из-за колоссального снижения объема добычи переработка сырья на предприятии с 2007 года снизилась ровно на треть.

Не отвечают действительности и приводимые в письме таблицы, призванные проиллюстрировать захват украинского рынка импортом. По данным министерства (заводов), доля импорта на рынке в последние годы стабильно превышает 40%, а в 2010 году ожидается на уровне 45%. Однако собранные из официальных источников данные говорят о том, что лишь в 2008 году доля дизтоплива достигла 50% (в письме — 55%). Это и неудивительно, так как упомянутое двукратное падение переработки нефти на Кременчугском НПЗ после прихода «Привата» не оставило рынку иного выхода, кроме как импортировать недостающие объемы топлива. Однако по мере роста переработки доля импорта вернулась к отметке ниже 40%. Как бы там ни было, но и приводимые Минэнерго данные не показывают не только чрезмерного, но и какого-либо устойчивого увеличения доли импорта (см. рис. 2, 3). Таким образом, снова не совсем понятно, в чем проблема?

Заводы пишут, что из семи отечественных НПЗ три простаивают, а остальные загружены менее чем на 25% и поэтому при благоприятной конъюнктуре смогут значительно нарастить производство. Анализ состояния украинских НПЗ ставит под сомнение это утверждение.

Дело в том, что простои и низкая загрузка большинства НПЗ вызваны не конкуренцией с импортом, а плачевным техническим состоянием этих заводов. Благодаря «усилиям» своих владельцев, они сегодня не в состоянии выпускать топливо, отвечающее хотя бы украинским стандартам, не говоря уж о европейских. Это, в частности, касается Херсонского НПЗ (к слову, стоит еще с 2005 года), а также еле живых Надвирнянского и Дрогобычского заводов, принадлежащих группе «Приват». Надо понимать, что пошлина для этих предприятий будет сравни известной припарке, ведь их продукция попросту запрещена к использованию в Украине.

Иная ситуация с Одесским НПЗ «ЛУКОЙЛа». Официально завод был остановлен в минувшем октябре на ремонт, однако истинной причиной источники в компании называют неспособность противостоять схемам безналогового импорта (через ДП «Ливела» и контрабандные поставки через Херсонский и Феодосийский порты), которые активно использовались осенью 2010 года. Но какое отношение это имеет к легальному импорту?

Что касается 25-процентной загрузки работающих заводов, то, очевидно, авторы рассматриваемого письма подразумевают отношение к проектным мощностям НПЗ. Но зачем поминать старое, если порезанное на металлолом оборудование не осталось даже в памяти заводских старожилов? Например, из 24 «советских» миллионов тонн проектной мощности «ЛИНИКа» на сегодняшний день осталось около шести, столько же, сколько и из кременчугских 18,6 млн., хотя, говорят оптимисты, в дальнейшем может быть и девять.

Логичнее оценивать загрузку предприятий по реальной мощности, которая сегодня во многом ограничена мощностью вторичных процессов — каткрекингов и гидроочисток. При таком подходе окажется, что «ЛИНИК» загружен на 80—90% (на столько загружен заводской каткрекинг), до остановки Одесский НПЗ был загружен почти на 100% мощности (сам по себе этот завод маломощный). Это говорит о том, что упомянутые НПЗ не смогут существенно нарастить переработку. Тем более что, помимо технических аспектов, существует общая проблема низкой глубины переработки, которая ставит ребром вопрос экспорта мазута и прочих неликвидных продуктов, обнуляющий экономику украинских НПЗ.

Теоретически, «Укртатнафта» может ощутимо увеличить переработку. Ее загрузка, с учетом многочисленных аспектов по качеству, в 2010 году составит около 60%. Но еще далеко не факт, что имеющийся потенциал можно эффективно задействовать. Учтем реалии сегодняшнего дня: российской нефти, равно как и казахстанской, заводу ждать не стоит. Говорят, уж больно осерчал Владимир Владимирович на Игоря Валериевича в связи с вышеупомянутыми событиями 2007 года. Да и не спасет российская или казахстанская нефть марки «юралс» Кременчугский НПЗ: вовлечение сернистой нефти в переработку автоматически вытолкнет завод за допустимые стандарты по качеству. Нарастить переработку можно только за счет поставок «морской» азербайджанской нефти. Но, во-первых, это дорогой ресурс: в отличие от Киева, Баку свою нефть продает не с дисконтами, а с премией. Во-вторых, уж больно затратна морская логистика. В данном случае пошлина или, другими словами, повышение отпускных цен на кременчугские нефтепродукты действительно поможет преодолеть затратную логистику. Другой вопрос, почему вся страна должна заплатить за то, что кому-то в 2007 году захотелось отобрать у россиян завод?

С каким утверждением в письме к Азарову невозможно не согласиться, так это с главной причиной проблем нефтепереработчиков в 2010 году — безналоговыми поставками топлива компанией «Ливела». По подсчетам Антимонопольного комитета Украины, за четыре месяца работы полтавская фирма из четырех человек «оптимизировала» доходы бюджета на 3 млрд. грн., оформляя топливо без акциза и НДС.
К слову, все четыре месяца работы «Ливелы» (с августа по ноябрь), когда Лисичанский и Одесский НПЗ были поставлены льготниками на колени, Минтопэнерго не проронило ни слова, впрочем, как и абсолютное большинство других заинтересованных министерств и ведомств. Теперь, когда льготы исчезли так же загадочно, как и появились, хорошо видны попытки отраслевого министерства присвоить себе статус освободителя рынка от этой напасти. Параллельно роль куратора схемы пресса начала отводить Андрею Клюеву, хотя клиенты «Ливелы» эту информацию не подтверждают.

Возвращаясь к основной теме материала, снова зададимся вопросом: «Ливела» — это проблема, рожденная рынком или все же властью? Ответ очевиден, как и то, что при наличии политической воли схема запустится вновь, многим сегодня уже мерещится возобновление такой работы. А может, и не мерещится?..

Между тем прекращение льготного оформления нефтепродуктов в конце ноября уже привело к наращиванию переработки: НПЗ «ЛИНИК» заявил об увеличении нефтепереработки в декабре 2010 года на 27% по сравнению с ноябрем.

В конце письма к премьеру глава Минэнерго пишет, что введение пошлины сможет ускорить модернизацию НПЗ, которые действительно безнадежно отстали от своих ближайших коллег из Беларуси, Литвы и даже России и от которых хотят отгородиться пошлиной. Надежды министерства не имеют под собой никаких оснований, так как история нефтеперерабатывающей отрасли Украины и последние примеры показывают обратное: чем сильнее государство «изолирует» свои предприятия от внешнего мира, тем медленнее они развиваются. Вкладывать свои деньги никто не хочет.

Наглядный пример — уже упомянутая группа «Приват». Благодаря приобретению украинской нефти у «Укрнафты» по ценам на 20—70% ниже рыночных, в 2009—2010 годах группа получила около 10 млрд. грн. выгоды. Порядка 300 млн. грн. было «оптимизировано» группой в 2009—2010 годах, благодаря выпуску на «Укртатнафте» компонентов бензина, облагаемых пониженной ставкой акцизного сбора. Сопоставимые суммы были «сэкономлены» на поставках через «Ливелу» нефти и нефтепродуктов без акциза и НДС. То есть суммарно около 10,5 млрд. грн. На противоположной чаше весов — затраты на модернизацию «Укртатнафты» и двух западноукраинских НПЗ. В 2009 году и за три квартала 2010-го «Укртатнафта» освоила 259 млн. грн. (без НДС), что в целом отвечает размерности расходов на текущие ремонты столь крупного НПЗ, как «Укртатнафта». А модернизация двух западных НПЗ была официально приостановлена в 2009 году. Таким образом, «Приват» инвестировал всего лишь 2% от суммы явной выгоды на использовании госресурсов и оптимизации налогообложения. А ведь была еще операционная прибыль, «приватовцы» без нее работать не привыкли…

ТНК-ВР и «ЛУКОЙЛ» хотя и вкладывают несколько больше, но все равно крайне недостаточно, особенно если сравнивать с проектами, которые эти компании реализуют у себя на Родине и в других странах. Недавно В.Путин заявил, что «ЛУКОЙЛ» инвестирует в своего болгарского нефтехимического гиганта «Бургас Нафтохим» 1,5 млрд. долл. Это к тому, что компания туда уже вложила соизмеримую сумму. Со слов топ-менеджеров российских нефтепереработчиков, главным препятствием является украинская политическая нестабильность и непредсказуемость.

Предложение о введении пошлины на ввоз сжиженного газа окончательно разрушает ширму озабоченности нефтепереработчиков импортом. Дело в том, что доля импорта этого продукта в национальном балансе не превышает 10%. Какую угрозу и для кого это представляет, остается загадкой.

Кто на «кассе»?

Несмотря на то, что изначально под письмом министру подписались руководители всех НПЗ (кроме Херсонского), ряды переработчиков не так стройны, как могло бы показаться на первый взгляд. В крайне щекотливой ситуации оказалась ТНК-ВР. Требуя ввести заградительные пошлины на топливо со всех без исключения стран, с одной стороны, российско-британская компания фактически выступает против интересов России как одного из крупнейших нефтеэкпортеров в Украину, а, с другой — поддерживает возведение забора на границе с Евросоюзом. Надо ли говорить о том, что это прямо противоречит базовому тезису British Рetroleum, компании планетарного масштаба, о приверженности принципам равенства и свободной торговли?

Ранее «ТНК-ВР Коммерс» неоднократно поясняла и пытается донести и сегодня, что имеет претензии к поставкам нефтепродуктов из Беларуси и Казахстана (к России, разумеется, замечаний не было). Поэтому история с появлением подписи главы «ТНК-ВР Коммерс» под откровенно конфликтным и противоречивым обращением, которое может иметь непредсказуемые последствия в диалоге с соседями, пока остается загадкой. «Украинский металл в Европе многим действует на нервы, думаю, ответ из Европы придет именно по этой позиции», — рассуждает собеседник из польского дипломатического ведомства в Украине о возможной реакции стран Евросоюза на создание искусственных барьеров во взаимной торговле. Должно быть некомфортно и «ЛУКОЙЛу», который, ко всему, не только хорошо представлен в Беларуси, но и завозит большие партии нефтепродуктов со своих заводов в Румынии и Болгарии, где также владеет НПЗ.

Не исключено, что российские компании были вынуждены прыгнуть в поезд, за пультом которого сидит «Приват», а последнему в международном плане терять уже нечего. На это, в частности, указывает откровенно слабая и переполненная манипуляциями цифрами и фактами информационно-аналитическая часть рассмотренного обращения. Впрочем, она же способна сказать и о том, что на пассажирском сидении расположилось отраслевое министерство, которому, надо заметить, некоторые наблюдатели уже отводят роль машиниста этого локомотива. Иначе сложно объяснить, почему процесс окутан таким режимом секретности, а сам вопрос не был вынесен на рассмотрение Экспертно-аналитической группы по вопросам рынка нефтепродуктов, как это предусмотрено Меморандумом между правительством Украины и крупнейшими участниками рынка нефти и
нефтепродуктов. Без ответа осталось и письмо последних к Юрию Бойко с просьбой провести совещание по этому вопросу…

С определенной точки зрения, желание главы Минэнерго усилить украинские нефтеперерабатывающие компании может иметь под собой четкое объяснение. Во-первых, «разобравшись» с газовой, можно плотнее переходить к отрасли нефтяной.

Во-вторых, «Нафтогаз Украины» (читай — Минэнерго) владеет 43% «Укртатнафты», летом Евгений Бакулин (он же предправления НАК «Нафтогаз Украины») возглавил наблюдательный совет этой компании, а в последнее время появились сообщения официального и не очень плана о желании получить контроль над предприятием, в частности, оспорив скупку акций завода «Приватом» и использовав другие методы внушения.

В-третьих, говорят, что якобы Минэнерго не прочь получить в управление 25-процентные пакеты акций западноукраинских заводов «Привата» с введением своих представителей в их руководящие органы.

В-четвертых, «Нафтогазу» принадлежит крупный Шебелинский ГПЗ, который является едва ли не главной дойной коровой для вечно «голодных», сменяющих друг друга команд у руля НАКа, буквально доведенной этими аппетитами «до ручки».

В-пятых, пошлины оставят на рынке только нефтепереработчиков, т.е. дуэт Минэнерго—«Приват» (с вероятным отпаданием последнего по ходу пьесы), «ЛУКОЙЛ» и ТНК-ВР. С ТНК у Ю.Бойко особые отношения. Напомним, именно в Лисичанске начался головокружительный взлет карьеры нынешнего министра, ну а более лояльной к властям компании, чем «ЛУКОЙЛ», не сыскать во всем мире. Таким образом, имеем перспективу тотального контроля над рынком нефтепродуктов. Дальнейшее движение тоже обозначено: недавно стало известно, что «Нафтогаз» подал в АМКУ прошение о приобретении 100 АЗС (в условиях падения всех ключевых производственных показателей компании и ее спасения буквально всем миром целесообразность расходования на неприоритетную деятельность около 1 млрд. грн. является темой отдельного разговора).

Описанной идиллии сегодня мешает импорт — диверсифицированный, более качественный, с понятным ценообразованием на основе мировых котировок. «Желательное соотношение импорта и собственного производства — это импорт не менее 30%... Импорт заставляет наши заводы думать о модернизации», — заявил в начале декабря и.о. главы АМКУ Юрий Кравченко.

Но, судя по всему, в Минэнерго считают иначе, поддерживая введение пошлин на импорт, которые в нынешних условиях вряд ли дадут какой-либо эффект, кроме пропорционального размеру пошлины роста цен на нефтепродукты (130 и 80 евро/т пошлины эквивалентно 1,20 и 0,70 грн./л на бензин и ДТ, соответственно). При этом решено пойти самым примитивным путем — введение спецпошлин по Закону «О применении специальных мер к импорту в Украину» 1998 года. Отличием этого пути от антидемпинговых и прочих расследований является отсутствие необходимости лишний раз доказывать наличие проблемы, фактически достаточно обращения субъектов, представляющих интересы более 50% отрасли, и обещания того, что все будет нормально. А действительно, разве бензин по 10, а солярка по 9 грн./л — это ненормально? Короче, Шура, «уплатите за кефир»!..

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно