Дежавю: президент Украины снова издал указ об обеспечении проекта ЕАНТК

22 мая, 2009, 14:28 Распечатать

Если учесть, сколько людей и сколько лет работали над реализацией проекта Евро-Азиатского нефтетранспортного коридора (ЕАНТК), то многое, «происходящее» сегодня с ним, может показаться циничным.

Если учесть, сколько людей и сколько лет работали над реализацией проекта Евро-Азиатского нефтетранспортного коридора (ЕАНТК), то многое, «происходящее» сегодня с ним, может показаться циничным.

Нефтепровод Одесса—Броды, считающийся основой ЕАНТК, в Украине построили в 2002 году. Но в аверсном направлении (запланированном направлении от Черноморского побережья Украины до Брод на западе страны) он так и не начал работать. Несмотря на все тогдашние усилия Евро­пейской Комиссии и Украины, ни покупателей, ни продавцов нефти в этом направлении не нашлось. Точнее, их «не состыковали».

Разумеется, к этому привели и тенденция к росту цен на нефть, и политические симпатии и антипатии последних лет. Так или иначе, но правительство Украины в 2004 году согласилось на подписание контракта нефте­транспортного предприятия «Укртранснафта» с компанией ТНК-ВР о реверсном использовании до тех пор простаивающего неф­тепровода Одесса—Броды. Но ТНК-ВР только формировала заявки российских компаний на одесский порт «Южный». Операторами же нефтетранзита были и остаются российская акцио­нерная компания «Транснефть» и украинская «Укртранснафта».

Пока россияне качали нефть в направлении Одессы, украинцы искали союзников на Западе. Прежде всего в Польше. И нашли — в польской компании PYNIG, которая вместе с «Укртранснафтой» в 2004 году стала соучредителем компании «Сарматия», созданной в рамках проекта ЕАНТК прежде всего для продолжения нефтепровода Одесса—Броды до польских Плоцка и Гданьска.

Шло время, но проект соединения нефтепроводов Украины и Польши оставался, увы, виртуальным. Несмотря на то, что европейцы оплатили технико-экономическое обоснование этого проекта. Несмотря на всю агитационную работу об экономической привлекательности украинского варианта транспортировки нефти в Европу.

Усилия Украины (на всех уровнях) все же не оказались бесполезными. В январе 2008 года в состав учредителей совместного украинско-польского предприятия «Сарматия» вошли нефтекомпании Socak (Азер­байджан), Georgian Oil and Gas Corporation (Грузия), Klaipedos Nafta (Литва). После чего Украина и «Сарматия» удвоили свои усилия. Результатом стало утверждение 24 апреля 2009 года уже второго ТЭО ЕАНТК.

Существенный нюанс: в зависимости от объемов планируемой транспортировки стоимость проекта ЕАНТК может составлять от 2 до 8 млрд. долл.

Украинский президент рассчитывает, по меньшей мере, на 5 млн. тонн азербайджанской нефти.

Но с потенциальными покупателями этого потенциального нефтепотока еще окончательно не договорились.

Президент Украины за последний год не однажды упрекал правительство Ю.Тимошенко в связи с ЕАНТК или, по крайней мере, в нежелании «развернуть» нефтепровод Одесса—Броды в аверсном направлении. Кабинет министров тоже был не очень последовательным.

Однако за публичными обвинениями первых лиц государства кроется нечто более важное для интересов страны. Об этом «ЗН» попросило рассказать руководителя энергетических программ Центра НОМОС Михаила ГОНЧАРА.

— Еще в апреле 1991 года пра­вительство Чехословацкой Феде­ративной Республики приняло решение о строительстве нефте­провода Ингольштадт (ФРГ) — Кралупы-над-Влтавою — Литвинов (ИКЛ). Цель — снижение энергетической зависимости от России путем диверсификации поставок нефти. Но строить трубопровод после распада ЧСФР пришлось уже Чехии. Заметьте, Чешская Республика не подвергла ревизии приоритет, хотя ее экономические возможности после распада федерации существенно уменьшились. Нефтепровод протяженностью 349 км (из них 180 км по немецкой территории) был построен и подготовлен к эксплуатации менее чем за полтора года (осень 1994-го — весна 1996 года).

Напомню, что срок реализации проекта Одесса—Броды протяженностью 674 км с терминалом «Южный» по территории Ук­раины составил более девяти лет, если за точку отсчета взять декрет премьер-министра Л.Кучмы в феврале 1993 года, а финиша — май 2002 года, когда был подписан государственный акт о вводе в эксплуатацию. Период выполнения строительных работ — пять лет (1996—2001 годы). Такое долгостроительство объясняется тем, что проект постоянно сопровождали контрпродуктивные дискуссии о «закапывании» денег в землю, об опасности для экологии Черного моря и прочей чуши.

В 2003 году появилась перспектива запуска нефтепровода в проектном направлении. 13 мая того же года Европейская Комиссия включила Одесса—Броды с развитием на Плоцк в число соответствующих секторальных приоритетов для расширяющегося Евросоюза. И тут же «многовекторное» руководство страны повелось на дискуссию о реверсе, навязанную российскими компаниями через «лучших менеджеров» НАКа. В конечном счете, реверс возобладал. Тоталь­ная коррупция власти, приближающиеся президентские выборы 2004-го, на которых так хотелось угостить россиян «реверсной конфеткой» и заручиться их поддержкой, сделали свое дело. И никакие аргументы о национальных приоритетах, энергетической безопасности не возобладали над желанием приобщиться к офшорной кормушке от реверса, организованной российскими «умельцами», сопроводившими идею «предложениями, от которых нельзя отказаться».

Кстати, чехам тоже предлагали реверс ИКЛ. Причем, в отличие от реверсирования Одесса—Броды, по которому, в конечном итоге, россияне пустили не дополнительные объемы нефти, а отобранные из транзита по системе Приднепровских нефтепроводов, Чехия получила бы серьезный коммерческий эффект, согласись она на это. Только две цифры. По системе ИКЛ перекачивается ежегодно примерно 2,5 млн. тонн нефти при мощности трубопровода 10 млн. тонн. Предложение россиян состояло в том, чтобы поставлять 10 млн. тонн нефти из РФ транзитом для южнонемецких НПЗ. То есть загрузка ИКЛ возросла бы почти вчетверо с соответствующим финансовым результатом. Ответ чешской стороны на «предложения, от которых нельзя отказаться», был неизменным: ИКЛ является проектом энергетической безопасности страны и не подлежит коммерческому пересмотру.

Что же касается реальных объемов транзита через нефтетранспортную систему Украины, то с вводом реверса они не только не возросли, как было обещано и как следовало бы ожидать, а наоборот, сократились — с 33,2 млн. тонн в «дореверсном» 2003 году до 31,3 в «полнореверсном» 2005-м. В 2008 году объем транзита составил 32,8 млн. тонн.

Я не случайно привел здесь пример Чешской Республики. Эта страна стала примером того, как реализуются стратегические проекты в посткоммунистическом государстве. Проект является национальным приоритетом не по словам президентов и премьеров, а для государства, где и президент с премьером, и руководство госкомпаний обязаны работать над их реализацией и не должны обращать внимание на «сопутствующие предложения».

Азербайджан стал энергонезависимым государством, реализовав в партнерстве с западными компаниями проекты добычи нефти на Каспии и осуществив масштабные трубопроводные проекты Баку—Супса, Баку—Тбилиси—Джейхан, Баку—Тбилиси—Эрзурум. Покойный нынче президент Азербайджана Гейдар Алиев контролировал ход реализации стратегических проектов в еженедельном режиме, вникая во все нюансы и лично зная всех ответственных лиц, так или иначе причастных к проекту, до уровня руководителей структурных подразделений госкомпании. Подобным образом поступал и его грузинский коллега Эдуард Шеварднадзе, когда определилось, что через территорию нестабильной Грузии должны проложить стратегические коммуникации.

В Украине, к сожалению, иная традиция управления. Губительно-разрушительная. И для страны, и для проектов, и, в конечном счете, для тех, кто ее придерживается. Поэтому будут помнить о Гейдаре Алиеве, об Эдуарде Шеварднадзе как о Лидерах с большой буквы, и не будут помнить о тех, кто много говорил и ничего не делал, лишь время от времени, в перерывах междоусобных сражений, вспоминая о проекте Одесса—Броды да еще путая фамилии лиц причастных и спутавшись с теми, кто этот проект топил реверсом.

Историю Одесса—Броды можно назвать сагой о коррупции. Для трубы всегда нет нефти на Каспии, хотя она добывается и транспортируется в черно­морские порты в достаточном количестве. Премьеры (независимо от их фамилий) периодически ищут поставщиков и потребителей и не могут найти. Президенты издают указы, которые не выполняют премьеры и госкомпании, потому что «нет нефти, поставщиков и потребителей». Хотя непонятно, куда они делись. Чешская Республика как импортировала, так и импортирует азербайджанскую легкую нефть. Два отечественных НПЗ на западе страны, начиная с 2003 года, хотят получать нефть из Каспия. Азербайджан как поставлял, так и поставляет нефть на экспорт во все возрастающих объемах. Более того, Государственная нефтяная компания Азербайджана даже приобрела терминал на черноморском побережье Грузии, создала своего нефтетрейдера в Европе, открыла представительство в Украине. А украинский премьер так и не удосужилась нанести визит в Баку. Сильно занята, очевидно. Ищет нефть, поставщиков, потребителей… с московской пропиской, вероятно.

К сожалению, окно возможностей для проекта Одесса—Броды не будет открыто вечно. Можно до бесконечности спорить о том, есть ли нефть, есть ли поставщики, где потребители. Можно, в конечном счете, их найти. Но вряд ли кто-то, видя эти, откровенно говоря, глупые публичные дискуссии первых лиц в Украине, захочет иметь дело со страной, где решают вопросы позавчерашнего дня и по ходу реверсируют правила игры. При этом вопрос реализации любого проекта для иностранного партнера в подобной атмосфере становится глубоко вторичным.

* * *

«Зеркало недели» не могло не поинтересоваться у главы компании «ТНК-ВР Коммерс» Сергея ЛИЗУНОВА его мнением по поводу аверса нефтепровода Одесса—Броды и вообще ролью ТНК-ВР в реверсном проекте.

— Президент Ук­раины Виктор Ющенко подписал указы о неотложности мероприятий по реализации Брюссельской декларации и по реализации проекта Евро-Азиатского нефтетранспортного коридора на базе нефтепровода Одесса—Броды. Уведомляли ли заранее возглавляемую вами компанию о прекращении действия операторского договора? Если да, то кто именно сообщил компании о таком решении?

— С 22 декабря 2006 года действует соглашение между ОАО «Укртранснафта», ОАО «АК Транснефть» и TНK-BP, цель которого — обеспечить прокачку нефти по направлению Броды—Одесса в порт «Южный». Согласно этому документу, ТНК-ВР является координатором поставок нефти через украинскую территорию.

Соглашением предусмотрено, что его действие может быть прекращено только при условии предварительного письменного уведомления сторон не менее чем за 30 календарных дней. TНK-BP не получала никаких уведомлений о досрочном прекращении действия этого документа (срок действия соглашения — до 31 декабря 2009 года).

— С какого времени, как вы говорили в одном из своих интервью, ваша компания фактически не является оператором названного маршрута?

— С мая 2008 года и по настоящий момент ОАО «АК Транснефть» и ОАО «Укртранс­нафта» работают по прямому двустороннему договору.

— Сколько нефти прокачано в реверсном направлении с участием в качестве оператора маршрута ТНК-ВР?

— Прокачка сырья по нефтепроводу Одесса—Броды была начата 27 сентября 2004 года. С того момента и по 30 апреля 2008 года в реверсном режиме было прокачано 22,036 млн. тонн нефти, а Украина получила в виде платежей за транзит и портовых сборов 226,3 млн. долл. (см. табл. — А.Е.).

Для справки:

ТНК-ВР — международный вертикально интегрированный холдинг, входящий в десятку крупнейших частных нефтяных компаний в мире по объемам добычи нефти.

Компания образована в 2003 году в результате слияния нефтяных и газовых активов компании ВР в России и нефтегазовых активов компании ТНК, принадлежащей консорциуму «Альфа/Аксесс/Ренова» (ААР).

В Украине ТНК-ВР занимается переработкой нефтяного сырья на мощностях самого современного в стране Лисичанского НПЗ, оптовой и розничной торговлей нефтепродуктами. Функцию центра корпоративного управления выполняет ООО «ТНК-ВР Коммерс».

Основная цель ТНК-ВР в Украине — производить и поставлять качественные нефтепродукты на рынок страны, работая с максимальной эффективностью и ориентируясь на долгосрочную перспективу. Для достижения этой цели компания последовательно осуществляет инвестиции в мощности по переработке и сбыту.

* * *

Почему я поинтересовалась у г-на Лизунова тем фактом, уведомляли ли ТНК-ВР о расторжении соглашения? Нюанс в том, что если украинская сторона в одностороннем порядке «развернет» нефтепровод Одесса—Броды в аверсном направлении, то этот вопрос может возникнуть уже в суде. А сделать это (уведомить ТНК-ВР в надлежащий срок) «Укртранснафта» и Минтоп­энерго могли и безо всякого очередного указа президента «О неотложных мерах по обеспечению реализации проекта ЕАНТК». Тем более что этот президентский указ носит, по мнению многих экспертов, абсолютно формальный характер. И вряд ли кардинально что-то изменит в судьбе нефтепровода Одесса—Броды и проекта ЕАНТК в целом.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно