ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ МЕНЯЕТ ПРОФЕССИЮ

31 мая, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск № 20, 31 мая-7 июня 2002г.
Отправить
Отправить

...Вот так тихие профессора и превращаются в агрессивных спикеров. Можно было бы предположить, что для самого Литвина спикерство оказалось чемоданом без ручки: и нести тяжело, и бросить жалко...

— Это перерыв или мне кажется?

...Вот так тихие профессора и превращаются в агрессивных спикеров.

Можно было бы предположить, что для самого Литвина спикерство оказалось чемоданом без ручки: и нести тяжело, и бросить жалко. Но такое предположение не будет верным, поскольку Литвин не имеет выбора. Назначение на галерные работы он получил вопреки собственному желанию. Зато благодаря последовательным усилиям сначала лидеров СДПУ(о), а затем и лидеров партий, составивших блок «За единую Украину». Над отодвижением Владимира Литвина от президентского тела работало практически все дальнее и ближнее окружение Президента. Литвин, будучи главой администрации, сконцентрировал в своих руках если не контрольный пакет влияния на главу государства, то уж точно блокирующий. И это вышеперечисленным игрокам здорово не нравилось. Литвин был последним влиятельным внеклановым персонажем, замкнутым исключительно на главу государства.

Теперь рядом с Леонидом Даниловичем нет непредсказуемого человека, влияние которого могло бы ежедневно склонять весы президентской милости, либо президентского гнева в ту или иную сторону. Президент же, похоже, слабо отдает себе отчет в том, что его рабочее окружение, представленное администрацией Президента, без Литвина представляет собой лишь перечень фамилий в бухгалтерской ведомости. Во многом интеллектуальное обескровливание президентского штаба произошло за счет действий самого Литвина. Администрация уже давно перестала быть институтом, генерирующим новые оригинальные и разумные предложения. Случайные и послушные люди окрасили ее в серый цвет. Конечно же вакуум, возникший с уходом Владимира Михайловича в парламент, Кучма попытается восполнить. Слабая фигура, подобранная с точки зрения лояльности, еще сильнее ослабит Президента. Фигура же сильная и политически известная вполне вероятно внесет дисбаланс в ряды пропрезидентских сил, что несомненно скажется на их и без того ослабевающей возможности координировать свои действия.

Компромиссным вариантом в данной ситуации мог бы стать госсекретарь Кабинета министров Владимир Яцуба, как свои пять пальцев знающий каждый закоулок президентской администрации. Правда, есть два «но»: во-первых, Владимир Григорьевич не является политической фигурой, а Президент говорил о том, что именно такого человека он хочет видеть во главе своего штаба. Во-вторых, без визы Яцубы, получаемой после согласия Президента, ни одно постановление Кабмина не выходит в свет. Убери Президент из Кабмина столь верного и расторопного госсекретаря и ему придется лично по всем весям и карманам отлавливать «закрытые постановления», «ДСП», «не для печати».

Совершенно очевидно, что администрация нуждается в коренной интеллектуально-кадровой революции. Разумные люди, способные ее совершить, вряд ли захотят за два года до выборов так очевидно сближаться с Президентом. Вряд ли интеллектуалы будут расталкивать друг друга локтями, пытаясь занять посты в кабинетах администрации. Для Президента же фигура главы администрации чрезвычайно важна, поскольку занятие его людьми ключевых постов в различных ветвях власти не дает гарантии слаженной работы. Взятые плацдармы существуют сами по себе. Менеджером, способным распорядиться имеющимися ресурсами сам Президент быть не может, поскольку имеет слишком узкое представление об их использовании. Кто станет трафик-менеджером Президента? И сможет ли назначенец справиться со своими функциями? От этого во многом будет зависеть реальный политический вес и Кучмы, и Литвина, и Кинаха, и демонстративно лояльных Президенту политических групп. Сейчас многие озабочены шансами Виктора Медведчука занять пост главы администрации Президента. Хороший менеджер и известная политическая фигура. Но если, по меткому выражению Юлии Тимошенко, сейчас спикером, премьером и Президентом является Леонид Кучма, то после назначения на эту должность Виктора Владимировича, спикером, премьером и Президентом станет Виктор Медведчук.

В настоящий момент в администрации морем текущей работы занимается безотказный Олег Демин, а собственное влияние наращивает Сергей Левочкин, получивший даже право на формирование футбольного застеколья — рассадку мест в правительственной трибуне Республиканского стадиона. При этом ни один, ни второй практически не имеют шансов занять кабинет Владимира Литвина на Банковой.

Литвину же в данной ситуации сохранить собственное влияние уже не столько на Президента, сколько на политические процессы в стране, будет не так просто. С одной стороны — Владимир Михайлович является спикером, де-юре вторым человеком в государственной иерархии и это наделяет его политическим весом априори, с другой — Литвин очевидно утратил собственную перспективность как кандидат в президенты. Об этом свидетельствуют и его рейтинги, и публичная политическая неуклюжесть, да и сам занятый пост, поскольку недоверие населения к Верховной Раде традиционно сказывается на отношении к ее главе.

Ахиллесовой пятой Литвина-спикера является отсутствие действенного и стабильного большинства в парламенте. Его нет сегодня и не будет завтра. Да и вообще до проведения президентских выборов каждый законопроект будет порождать большинства новой конфигурации, где политические интересы будут, как в калейдоскопе, всякий раз складываться иным узором. Следовательно, проведя Владимира Михайловича на спикерский пост, Президент решил тактическую задачу — не дал возможности стать председателем парламента неподконтрольному ему человеку. Получить же стабильный контроль над парламентом глава государства не смог. Время от времени ему будет это удаваться, однако, скорее это станет не заслугой Литвина и даже не президентской заслугой, просто так будет выгодно тем, кто будет выкладывать узоры большинства, исходя из собственных интересов.

— Это перерыв или мне кажется?
— Это перерыв или мне кажется?

Таким образом Литвин, физически переместившись с Банковой на Грушевского, утратил привычные формы влияния. Сможет ли он приобрести новые — вопрос. Ведь развал «Еды» неизбежен. Виктор Янукович говорит о конфедерации дочерних фракций. Вполне возможно, что на декларативном уровне подобная конфедерация возникнет, однако многие ключевые люди из «Еды» уже сегодня не намерены скрывать, что 28 мая, в день, когда был проголосован пакет Литвин—Васильев—Зинченко, долг перед Родиной был исполнен сполна. И теперь прошедшие в парламент, за собственные деньги, благодаря собственным усилиям политико-финансовые группы чувствуют себя свободными от политических обязательств. Конечно же, это не означает, что в Верховной Раде в ближайшее время вырастет число оппозиции. Это означает, что в Верховной Раде вырастет число игроков, стремящихся реализовывать собственные, а не президентские интересы. Осознание собственных целей дает возможность представителям нынешних и будущих многочисленных фракций договариваться друг с другом без участия главы парламента или Президента. Следовательно, Владимиру Литвину предстоит сложный путь поиска своего места и своей роли в Верховной Раде. Хватит ли у него для этого сил, терпения и воспитания? Пока их явно не хватает. Иногда Владимиру Михайловичу удается взять себя в руки, но в большинстве случаев Литвину сложно совладать с собственными эмоциями. Ему вообще непросто. Поскольку он взялся за сложное и незнакомое дело и в результате превратился в эсдекозависимого регламентного «наркомана», который вынужден получать юридические допинги от малоприятного ему Виктора Медведчука. Литвину сложно, потому что оппозиция воспринимает его как филиал Президента. Примерно, как то чучело гаранта, которое в 2000 г. сжигалось на Майдане. Отсутствие построения публичных политических взаимоотношений мгновенно обнажило все слабости Владимира Михайловича, чем самые радикальные оппозиционеры не преминули воспользоваться. Сразу же обнаружился перечень тем и интонаций, выводящих Литвина из состояния равновесия. Игра захватила многих оппозиционеров. Не меньшее количество сподвижников Президента не без удовольствия наблюдают за перманентным парламентским экспериментом: раздражитель — реакция, лампочка — слюноотделение. Порой оппозиция ведет себя подобно злым детям. И такое поведение нельзя назвать ни гуманным, ни конструктивным, ни благородным. С другой стороны — у оппозиции есть серьезные мотивы: Владимир Литвин для многих стал вторым, вслед за Президентом, символом недемократичности и админресурса. Никого в зале уже не может обмануть жонглирование красивыми фразами о правильных понятиях. Применение административного ресурса, руководство коим осуществлял лидер блока «За единую Украину!», кто-то в полной мере испытал во время предвыборной кампании, кто-то — во время спикериады. Такое быстро не забывается…

Словом, на сегодняшний день тепличных условий для работы у Литвина в парламенте нет. Он не является компромиссной фигурой и вряд ли станет человеком, способным конструктивно объединять три основные парламентские силы. Свою зависимость от Литвина представители отечественного капитала нынче ощущают куда меньше, чем в его бытность главой администрации. Своей фракции у Владимира Михайловича нет. Возможностей обрести взаимопонимание с оппозицией тоже. Для Президента из доверенного лица Литвин превратился в средство. Для оппозиции он является мишенью. Для состоятельных кротов — навязанным условием президентской игры. Если Литвину удастся удержаться в спикерском кресле достаточно долго, то по мере ослабления Президента у него, может быть, появится выбор. Сегодня же этого выбора у Владимира Михайловича нет: став вторым человеком в стране, Литвин превратился в объект политического процесса, практически расставшись со статусом субъекта.

Теперь, когда мы немного поговорили о роли истории в судьбе отдельно взятой личности, попробуем разобраться, какой будет роль личности в самой истории. Без сомнения, избрание Литвина главой парламента стало фактом, подтверждающим произведенную ревизию результатов выборов. То, что не достроили при помощи админресурса во время предвыборной кампании, удалось достроить непосредственно в Верховной Раде. Власть искусственно создала самую большую фракцию. Имела ли эта фракция право претендовать на занятие первого поста в президиуме? Нет. Не имела. Во-первых, потому, что после окончательного раздела портфелей, а возможно, и до завершения этого процесса «Единая Украина» прекратит свое существование как самая крупная фракция в парламенте. Во-вторых, ряды этой фракции пополнялись отнюдь не по идеологическим соображениям, подразумевающим поддержку власти. При написании заявления рукой депутатов водили либо страх, либо корысть. И это психологическое обстоятельство может радовать Президента с точки зрения результата, но одновременно должно огорчать до невозможности — с точки зрения самолюбия. Леонида Даниловича в будущем ждет самое страшное наказание — безраздельное человеческое одиночество. Но сегодня он позволяет себе роскошь не задумываться об этом. И наконец, в-третьих. Прорабы самой большой фракции изначально обманули электорат, поскольку ядро из 36 депутатов, прошедших по списку «Единой Украины», доращивали в основном мажоритарщиками, получившими мандат в виде самовыдвиженцев, а не ставленников блока власти. Таким образом искусственно созданная фракция сотворила при помощи Президента и силовых органов искусственное большинство, которое избрало неестественный, с точки зрения результатов самих выборов, президиум. Представьте себе на секунду, что Президент самоустранился от процесса избрания президиума, не подключил к поиску 226 голосов СБУ, налоговую, МВД и губернаторов. Кто в этой ситуации поставил бы на спикерство Литвина гривню? 226 голосов стали оценкой степени демократичности и независимости в сфере взаимоотношений между ветвями власти. Всего на один голос больше в парламенте имеют те, для кого рацио важнее морали, деньги важнее свободы, возможность взять в управление предприятия важнее возможности управлять страной.

Но 221 депутат все же выстоял. Перефразируя великого классика, можно сказать так: все депутаты голосовали за пакет Литвина по одинаковой причине, а против — по разным. Но сам факт, демонстрирующий способность половины законодательного органа сопротивляться власти и главное — ее методам работы с депутатами, ярко свидетельствует о том, что мы вступили в закат эры админресурса. Его кпд оказался чрезвычайно малым во время предвыборной кампании. При помощи админресурса оказались достигнутыми поставленные Президентом внутрипарламентские цели. Это правда. Но 226 — это не тот результат, который может свидетельствовать в пользу монарха. Процесс распада пошел. Несомненно, он будет болезненным. В случае, если стороны не будут находить время от времени компромисс, процесс обещает обернуться войной с обоюдными потерями. Однако историческая смена правил игры неизбежна. И исчерпаться заменой личностей в высших государственных креслах она не может. В большей или меньшей степени к переменам готовы все. Кто-то готов менять людей, кто-то —правила. Но сейчас это неважно. Поэтому главный сегодняшний вопрос — станет ли Владимир Литвин как представитель Президента в ВР катализатором этих перемен, вызывая своим поведением обострение хронического заболевания власти, либо он станет тормозом для прогрессивных изменений?

Узурпируя контроль над верхами, Президент теряет влияние и авторитет у низов. Уже сегодня в рейтинге недоверия он занимает первое место – 51%. Большее количество игроков пытается получить статус наблюдателей, на всякий случай поддерживая отношения с властью и ободряюще подмигивая оппозиции. Обольщаться не стоит. На сегодняшний день паритета сил в парламенте между теми, кто готов менять правила игры, и теми, кто не рискует присоединиться к процессу, нет. Однако наличие четкой оппозиции, представленной Тимошенко и Морозом, а также определенной как «альтернативная власти» «Нашей Украины», говорит о том, что спикеру понадобятся незаурядные лоцманские способности для выполнения возложенных на него функций. Правда, сама по себе фигура Владимира Литвина подсказывает, что компромисс между силами находить будет весьма сложно. Его присутствие в спикерском кресле отчасти уменьшает шансы для проведения демократических преобразований. С другой стороны, однозначный политический окрас президиума дает возможность свободным от президентского влияния силам полностью переложить ответственность за происходящее в стране на команду Леонида Кучмы. И если бы оппозиция была монолитной, то этим преимуществом как в публичной, так и в реальной политике она могла бы серьезно воспользоваться. Станет ли Литвин тормозом или станет катализатором, ответить на этот вопрос сложно. Ибо властные привилегии самого спикерского поста будут компенсироваться раздражением, вызываемым экс-главой администрации у рядовых депутатов и определенных сил. Изучение регламента, который Владимир Михайлович в скором времени осилит, снивелируется отсутствием понимания того, что в отличие от исполнительной власти и президентской вертикали, взаимоотношения в сессионном зале строятся по параллельному принципу, там все равны, поскольку все получили поддержку не вышестоящего чиновника, а сотен тысяч избирателей. В этих условиях Владимир Михайлович рискует стать фоном для основных игроков. Именно на его фоне за симпатии населения будут бороться лидеры оппозиции. Именно на его фоне за симпатии Президента будут бороться те, кто рассчитывает конвертировать собственную лояльность и полезность в более материальные дивиденды.

Сделав Владимира Литвина спикером, Президент не дал возможности Виктору Ющенко закрепить победу на выборах кадрами в президиуме. Но при этом Леонид Данилович не смог создать постоянно действующего рабочего и лояльного большинства в парламенте. Президент смог создать нестерпимые условия для существования бизнесменам, поддерживающим Ющенко. При этом Президент не смог бизнесменам лояльным указать на перспективную фигуру, способную в будущем занять место Леонида Даниловича. За кресло Владимира Литвина Президент заплатил укрепившейся антипатией Ющенко и предоставлением Виктору Медведчуку реанимационного шанса.

В целом же ничего непредвиденного не произошло. О подобном развитии событий «Зеркало недели» писало в начале предвыборной кампании, предполагая, в частности, что следующим этапом внутрипарламентской постспикериадной и постпортфельной эпопеи станет очередная и не последняя переструктуризация ВР. Стань главой парламента Бессмертный, Табачник, Мороз, сценарий бы не изменился. Игроки определяются со своими интересами, ищут инструментарий для их защиты и выражения. Приобретенная Владимиром Литвиным за последние полгода одиозность скорее всего поможет оппозиционным парламентским силам быстрее почувствовать границы возможных компромиссов, удержаться от ассимиляции. Впрочем, для позиционирования разновекторных сил и их возможностей наладить конструктивную работу в парламенте фигура спикера не так принципиальна, как фигура действующего и будущего Президента. Знать бы прикуп...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК