«МЫ СТРЕМИМСЯ ЗАПРОГРАММИРОВАТЬ БАЛАНС ИНТЕРЕСОВ»

23 октября, 1998, 00:00 Распечатать Выпуск № 43, 23 октября-30 октября 1998г.
Отправить
Отправить

Несмотря на очередной всплеск «нефтетранзитных страстей», образно говоря, переговорный караван продолжает свое движение, может быть, слегка ускорив ход...

Несмотря на очередной всплеск «нефтетранзитных страстей», образно говоря, переговорный караван продолжает свое движение, может быть, слегка ускорив ход. И в этом многосоставном процессе не являются из ряда вон выходящими два события, имевшие непосредственное отношение к Украине. Хотя именно их последовательность на фоне последних событий и придает им особую, никем не прогнозированную значимость. Тем более их значение и результат нам еще предстоит оценить и, надеюсь, увидеть.

Первым таким событием (7-8 октября) стало ознакомление что называется на местности рабочей группы Азербайджана по вопросам выбора маршрута основного экспортного трубопровода со строящимися нефтетерминалом в Южном (Одесская область) и нефтепроводом Одесса-Броды.

Второе, менее известное (и это только часть большой программы), - происходило 12-16 октября в американском Хьюстоне (своеобразной нефтяной столице мира), где проходили переговоры с компаниями США об их возможном участии в международных консорциумах, создание которых инициирует Украина - в рамках проекта «украинского»

маршрута каспийской нефти.

Непосредственным участником обоих событий был координатор проекта создания украинской части Евро-Азиатского нефтетранспортного коридора Валерий Шулико, заместитель председателя Госнефтегазпрома Украины. Несмотря на весьма ускорившийся темп работы, Валерий Петрович любезно согласился рассказать читателям «ЗН» о развитии ситуации в связи с прикаспийскими нефтетранспортными проектами и, что особенно интересно, о перспективах участия в них Украины и вероятности украинских чаяний.

- Валерий Петрович, сегодня, пожалуй, самый актуальный вопрос: как отразилась на украинских интересах и перспективах участия Украины в транзите каспийской нефти информация о вероятном отказе нефтяных компаний США (занятых в проекте АМОК в Азербайджане) на ближайшее будущее от «турецкого» маршрута основного экспортного нефтепровода? Располагаете ли вы официальной информацией на сей счет? Или публикация в New York Times из разряда «журналистских уток»?

- Разумеется, это еще не окончательное решение основных участников АМОК. Но, что это элемент большой политики - однозначно. Насколько оглашенная информация имеет спекулятивный характер - 29 октября покажет. Но для меня это сигнал о том, что философия, которую мы исповедовали изначально - наиболее жизненная и правильная.

Мы изначально рассматривали проект транзита каспийской нефти, во-первых, как многовариантный. Во-вторых, с точки зрения экономической целесообразности. В-третьих, при выборе основного маршрута учитывали, что наибольшие перспективы для транзита имеют сейсмически безопасные и политически стабильные регионы. Никто и никогда не отдаст предпочтение маршруту, не отвечающему всему комплексу этих требований.

Поэтому кристаллизация стратегии поэтапности и диверсификации маршрутов транспортировки каспийской нефти, по сути, не является новшеством. Ей изначально следовали основные участники прикаспийских проектов уже при определении двух маршрутов экспорта так называемой ранней нефти - «северного» (маршрут Баку-Грозный-Новороссийск) и «западного» (Баку-Супса). Однако транзитные способности этих маршрутов ограничены, и в любом случае с увеличением добычи нефти в Азербайджане и Казахстане (а уже в ближайшие годы экспортный объем нефти может увеличиться в 2-3 раза) и использовании той же инфраструктуры для транзита российской нефти появится проблема пропускной способности этих двух маршрутов.

Так что поэтапный подход в развитии направлений экспорта нефти продиктован объективными обстоятельствами. В частности, экономическими - стоимостью новых вариантов нефтетранзитных магистралей (в т.ч. с учетом географии маршрутов и их сейсмической устойчивости), стоимостью услуг по транспортировке нефти, возможностью использования действующей транспортной инфраструктуры, стандартами экологической безопасности, динамикой добычи нефти.

Я бы сказал, что толчком для развития экспортных маршрутов станет прежде всего увеличение добычи нефти в регионе прикаспийских государств. И с этой точки зрения все рассматриваемые проекты на перспективу, даже если в самом деле АМОК пока откажется от создания «турецкого» маршрута, не теряют актуальности. Определенные перспективы есть и у «украинского» маршрута. Поэтому Украина никогда и не предлагала рассматривать свой проект в качестве альтернативы тому же «турецкому» маршруту. Более того, мы видим реальную возможность продолжения «турецкого» маршрута экспорта нефти несколькими дальнейшими маршрутами. И в этом смысле «украинский» вариант является логичным и экономически наиболее выгодным вариантом, который к тому же при задействовании всей нефтетранзитной инфраструктуры (включая нефтепровод Одесса-Броды и терминал в Южном) достаточно быстро и с минимальными затратами сможет обеспечить доставку каспийской нефти на европейский рынок.

Кроме того, сегодня нельзя не учитывать фактор снижения цены на нефть и устойчивость этой тенденции, что вряд ли могли в полном объеме учесть при планировании нефтяных проектов в регионе Каспийского моря даже 2-3 года назад. Очевидно, что с учетом всего комплекса нюансов «украинский» вариант приобретает весьма актуальное значение.

- Среди политических факторов, если не изменения позиции американских компаний (собственно финансирующих большую часть проектов в прикаспийском регионе), то как минимум ее раздвоения или смягчения, в последнее время называют так называемый «иранский фактор». Ведя переговоры с теми же нефтяными компаниями США, вряд ли бы вы не почувствовали таких изменений, если они произошли... Как это может сказаться на отношении к «украинскому» варианту маршрута?

- Убеждая потенциальных партнеров Украины, в том числе и при вероятной реализации украинского варианта, мы исходим, как я уже подчеркивал, прежде всего из экономической выгоды нашего варианта проекта. И, насколько это вообще возможно, пытаемся избегать «политизации экономики». Стабильная, по сравнению с другими потенциальными государствами-транзиторами, политическая ситуация (прежде всего - отсутствие региональных и межнациональных конфликтов), безусловно, является серьезным аргументом в пользу Украины.

Что же касается влияния на Украину потепления американско-иранских отношений, я не вижу в этом негативных последствий. Разве что мы сами их спровоцируем. Впрочем, это проблема скорее из области политики, так что... Хорошо уже то, что хотя бы заговорили о потеплении отношений.

- Изменилось ли отношение Азербайджана к «украинскому» варианту после визита делегации этой страны в Украину? Что конкретно вы смогли предложить, кроме политической стабильности?

- Делегация Азербайджана была представлена специалистами, которые изучают все возможные варианты транспортировки каспийской нефти в Европу. В Украину специальная рабочая группа приехала после ознакомления с предложениями Грузии, Болгарии, Румынии и Молдовы. Мы буквально настояли на том, чтобы встреча проходила в Одессе, где азербайджанская делегация могла убедиться не только в лояльности к проекту потенциального транзитного региона, но и в техническом состоянии действующей инфраструктуры Одесского морского порта и предприятия «Эксимнефтепродукт»; а также познакомиться с ходом строительства нефтепровода Одесса-Броды и первой очереди терминала в Южном. Мы максимально исчерпывающе старались ответить на все, даже весьма специфические вопросы азербайджанских специалистов и экспертов.

Немаловажно и то, что нам также уже есть что предложить в экономическом, техническом плане - к моменту актуальности спроса на значительные экспортноспособные нефтяные инфраструктуры Украина сможет предложить мобильную и способную быстро развиваться систему, обеспечивающую надежный и бесперебойный экспорт нефти. Кроме того, Украина сама является потенциальным потребителем части этой экспортной нефти, что при определенном балансе интересов также служит аргументом в нашу пользу.

А насколько мы смогли убедить делегацию Азербайджана в привлекательности «украинского» варианта, надеюсь, мы скоро узнаем. Разумеется, это еще не означает, что чуть ли не завтра будет отдан приоритет «украинскому» варианту. И мы не противопоставляем «украинский» вариант другим, а показываем его экономическую выгоду. Важно, что его уже сегодня серьезно рассматривают в качестве реально возможного. Что же касается выбора, как я уже говорил, он будет зависеть не только от позиции Украины и экспортеров, но массы других факторов.

- Насколько я понимаю, проведенные вами встречи в США - из той же серии: поиск потенциальных партнеров для реализации «украинского» варианта? Каковы успехи на этом «фронте»? Особенно с учетом информации о первоначальной ориентации нефтяных королей на маршрут Баку-Супса?

- Переговоры с американскими компаниями в Хьюстоне - это часть и очередной этап в общей программе, направленной на органичное сплетение всех потенциально заинтересованных сторон в реализации украинской части одного большого проекта. Учитывая ситуацию, надеюсь, буду правильно понят, если не стану пока называть имена вероятных партнеров Украины в ее проекте. Могу сказать, что переговоры достаточно давно и теперь особенно активно ведутся по нескольким направлениям. Речь идет о создании международных консорциумов на базе украинской строящейся нефтетранспортной инфраструктуры.

- Валерий Петрович, но как соотносится с таким «поиском партнеров» заявления о том, что даже несмотря на экономические проблемы Украина может обойтись собственными средствами для достройки нефтепровода Одесса-Броды и терминала в Южном?

- Эти заявления не так невероятны, как вам может показаться на первый взгляд. С одной стороны, при всех наших проблемах, в Украине можно изыскать средства для реализации названного проекта. Тем более, что в последнее время к нему весьма серьезно относятся как в Украине, так и влиятельные финансовые институты, как, например, ЕБРР. Уже сегодня названные объекты сооружены не менее, чем на 20%. И к 2001 году, когда пойдет первая большая нефть из каспийских месторождений, Украина реально сможет предложить свою инфраструктуру.

- Тогда зачем стремиться заинтересовать инвесторов, если «сами с усами»?

- Мы принципиально исповедуем стратегию на максимальное обеспечение заинтересованности во всех нефтетранзитных и нефтеперерабатывающих проектах, связанных с Украиной, максимального количества потенциально заинтересованных сторон, а не исключительно инвесторов. Нам нужны заинтересованные партнеры. Логика проста: мы стремимся заинтересовать не только потенциальных экспортеров нефти через Украину, но и предлагаем им комплекс выгодных услуг, включая реализацию части транзитной нефти в Украине, ее переработку отечественными НПЗ (что будет способствовать и увеличению их инвестиционной привлекательности, а значит - в первую очередь - модернизации имеющихся нефтеперерабатывающих мощностей).

Другая задача - заинтересовать коммерческой выгодой «украинского» маршрута потенциальных операторов транзита и покупателей каспийской нефти в Европе. Это также многоплановая задача сама по себе, затрагивающая отдельный комплекс проблем. Например, с учетом интересов восточноевропейских государств, опять же - как транзиторов и потребителей экспортной каспийской нефти. Подобные проекты одновременно могут разрешить или усугубить массу проблем, включая социальные, а также региональные конфликты, повлиять на ситуацию в плане стабильности, например, финансовой. Я не говорю уже о таких параметрах как увеличение роли государств-транзиторов на политико-экономической арене во время происходящего «большого передела» политико-экономической карты мира.

А заинтересованность международных финансовых институтов в этом контексте придает «украинскому» маршруту (как и любому другому) дополнительные преимущества, привлекая к проекту внимание и располагая доверие частных и серьезных инвесторов.

Понимаем мы это или нет, но мы уже оказались так далеко и глубоко «завязанными» в большую политику, что обратной дороги нет. Разумеется, если Украина не намерена сознательно подорвать свой укрепляющийся (во многом даже не по ее воле) авторитет как стабильного, последовательного и предсказуемого во всех отношениях государства. Как бы в сегодняшней экономически неоднозначной ситуации это не выглядело.

Я бы сказал, что мы стремимся сегодня запрограммировать не конфликт различных интересов (в силу, например, специфики деятельности и целей потенциальных партнеров украинского проекта), а баланс интересов, обязательно учитывая интересы и, например, России - как нашего давнего партнера в нефтяном и нефтетранзитных проектах. Но о том, как обеспечить такой баланс - отдельный разговор, в двух словах не объяснить.

- У меня остается масса конкретных вопросов, но один не могу оставить на потом. Не первый раз в Украине на достаточно высоком уровне заговорили об актуальности «украинского» маршрута транзита нефти и других связанных с этим проектов. Но все предыдущие «нефтяные волны» постепенно схлынули, благополучно обойдя украинские берега. Не окажется ли и нынешняя актуализация украинских проектов в ряду предыдущих?

- Помимо многих факторов, о которых в том числе мы говорили только что, существует объективная реальность и объективный спрос на все, включая «нефтяные проекты века». Насколько оценивают ситуацию все специалисты, включая политиков и стратегов, сегодня ситуация во многих направлениях складывается в пользу Украины. И, насколько я могу судить, это вполне серьезно сегодня оценивается и учитывается в Украине теми, от кого в значительной мере зависит внутренняя привлекательность и стабильность нашего проекта. Если к этому приложится активная работа законодателей в обеспечении инвестиционной привлекательности украинского проекта (а, я уверен, они не могут не оценить его значения для настоящего и будущего Украины как государства) и высшей исполнительной власти (а последовательные шаги в этом направлении уже очевидны и в определенном смысле весьма результативны), то, думаю, события уже не смогут изменить свой ход.

И как ни странно это кажется на первый взгляд, но именно фактор времени (к моменту спроса) является двигателем этих проектов. Украине в этом смысле важно не уподобиться персонажу анекдота, который во время Потопа ожидал спасения от Бога. Только моя версия этой истории заканчивается тем, что уже в раю Бог говорит утопленнику: «Я тебе Мазая посылал, подводную лодку посылал, вертолет посылал... А ты... хотел, чтобы я из-за тебя Потоп отменил?!»

Образно говоря, равно плохо опоздать или «всплыть» со своими проектами раньше времени. Но и свою лодку пропустить - непозволительная для нас роскошь.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК