Журналистика была смыслом его жизни

2 июля, 2016, 00:00 Распечатать Выпуск №24, 2 июля-9 июля

Он приходил на лекцию без бумажек либо откладывал их в сторону и начинал размышлять вслух. Не воспитывал, а просто думал вслух. Это был Владимир Здоровега. Прошло уже 10 лет со дня его смерти, однако его уроки журналистики до сих пор остаются непревзойденными и столь же актуальными.

Он приходил на лекцию без бумажек либо откладывал их в сторону и начинал размышлять вслух. Не воспитывал, а просто думал вслух. Это был Владимир Здоровега. Прошло уже 10 лет со дня его смерти, однако его уроки журналистики до сих пор остаются непревзойденными и столь же актуальными. 

Владимир Иосифович Здоровега — выдающийся ученый, теоретик журналистики, декан факультета журналистики Львовского государственного университета им. И.Франко (1959–1962, 1986–1996 гг.), заведующий кафедрой теории и практики журналистики, заслуженный профессор этого университета, заслуженный журналист Украины, воспитатель нескольких поколений журналистов, автор многочисленных журналистиковедческих работ и публицистических выступлений в печати. 

В жизни В.Здоровеги было два места, которые он любил больше всего. Село Олиев на Тернопольщине, где родился и вырос и куда потом часто приезжал набраться жизненных сил, и Львов. Так же любил свою альма-матер. В его трудовой книжке была лишь одна запись — университет им. Франко. Которому отдал более 55 лет жизни. 

"Для Владимира Иосифовича ЛГУ им. И.Франко — это еще и лучшие студенческие годы, — рассказывают его дочери Марьяна и Наталия. — Здесь он встретил свою будущую супругу Неонилу, с ней прожил счастливых 50 лет". 

В 1951–1963 гг. ректором ЛГУ был академик Евгений Лазаренко, выдающийся украинский ученый, доктор геолого-минералогических наук, академик. Позже в своих воспоминаниях о нем Владимир Здоровега напишет: "Любил Украину, любил украинский язык. Был автором первого трехтомного учебника по минералогии на украинском языке… И, наверное, самой характерной его чертой как ректора была одержимость в поисках талантов из народа, из крестьян, рабочих, украинской интеллигенции. И здесь он тоже не всегда вкладывался в определенные рамки, правила поведения. Неоднократно говорил нам, деканам: "Будьте внимательными к этим ребят и девушкам. За них никто не попросит, никто не заступится, никто не спросит. Единственное, что они могут при неудаче, — это тихонько заплакать в уголке". На него старался равняться молодой ученый Владимир Здоровега. 

* * *

На работу Владимир Здоровега ездил трамваем №2. Доезжал до Главпочтамта и шел пешком. Когда была хорошая погода, и позволяло время, шел до университета через парк Франко. Он вообще много ходил. Столетние клены, липы, дубы помнили и Франко, и Крушельницкую, и многих других. Эти деревья давали силу, вдохновение. Последнее фото на обложке книги воспоминаний о В.Здоровеге "Мистецтво збагнути день" сделано именно там. 

А сил нужно было много. В 1960–1980-х на факультете журналистики отдавали предпочтение студентам с жизненным опытом. Они хотели учиться, но на начало создания факультета не было ни качественных учебников, ни опытных преподавателей-практиков, которые могли бы научить журналистскому ремеслу. 

"До прихода на факультет Владимира Здоровеги здесь учили всему и ничему конкретно, что могло бы понадобиться будущим журналистам в работе, — рассказывает известный хмельницкий журналист Евгений Семенюк. — Почти все преподаватели пришли с филологического факультета. Став деканом в 29 лет, Владимир Иосифович ввел новый курс, дававший практические знания. Студентов начали учить, как находить тему, собирать информацию, писать материал, готовить его в печать и т.п. Он постоянно интересовался мнением практиков относительно обучения в университете. Когда в 1973-м он приехал ко мне, выпускнику, в Каменец-Подольский, где я тогда работал в газете "Прапор Жовтня", то долго расспрашивал, какие знания мне больше всего пригодились в работе. Было очень приятно, что профессор общался со мной как с равным, фактически брал интервью. Именно тогда он подарил мне свою книгу "У майстерні публіциста". 

Став деканом факультета журналистики, Владимир Иосифович сразу же принялся за подготовку собственных учебников, начал приближать преподавание к потребностям журналистики. До этого преподаватели просто брали московские пособия и переводили их на украинский язык. Его учебник "Теорія і методика журналістської творчості" переиздавался трижды. Он один из главных, по которому до сих пор учатся студенты журфаков в Украине. Сейчас на кафедре разрабатывают новый учебник, и авторы говорят, что не могут не смотреть на учебник Здоровеги, настолько качественно написан. Особенно ценна его теоретическая часть. 

"Сложнейшие вопросы он мог изложить максимально доступно и доходчиво. Объем учебника — 258 страниц, но до сих пор ему нет равных. Он писал сжато, лаконично, понятно и убедительно. У него не было "разрыхлителей" текстов. И это — результат его систематического общения с редакторами, ведущими журналистами", — говорит доцент факультета журналистики Игорь Паславский. 

* * *

"Только Здоровега мог прийти на пару, сесть на парту и начать диалог со студентами, — вспоминает профессор Василий Лизанчук. — Он в совершенстве владел предметом, делал экскурсы в литературу, искусство, культуру, политику. Мог поддержать разговор в любом обществе — была это профессура, студенты или селяне. 

Творческие люди очень непросты в отношениях между собой. Многолетний декан это знал. Никогда не раздувал конфликтов, не акцентировал на них внимание, всегда старался прийти к взаимопониманию, компромиссу. В первой половине 1980-х на факультет журналистики пришли новые преподаватели: А.Сербенская, И.Лубкович, И.Лось, И.Крупский, С.Кость и др. Каждый из них старался выделиться, у каждого были свои "мухи" в голове. Но у декана был талант переводить энергию молодежи в здоровое русло. При этом у него всегда было свое мнение, он не растворялся в других. Благодаря взаимному уважению и доверию сохранялся трудоспособный коллектив. 

Профессор В.Здоровега был не только руководителем молодых талантливых людей, которых собирал на факультете, но и их коллегой. Со многими был в дружеских отношениях, знал подробности их семейной жизни. Его обожали студенты. На праздновании своего 70-летия он шел сквозь арку из живых цветов, которые держали студенты, оказывая честь своему Учителю. 

Полным доверием у партийного руководства на факультете Владимир Здоровега не пользовался, но снискал столь высокое уважение и имя в обществе, что с ним вынуждены были считаться. Ему завидовали, иногда делали наперекор. Он болезненно это воспринимал, но редко делился своими переживаниями с семьей, оберегал ее.

Большой потерей для него стала смерть матери, с которой сохранял особую связь. Он тогда напряженно работал. Говорил: "Я думаю кончиком пера". Когда прошло время его деканства, а вскоре и заведования кафедрой, словно ничего и не произошло, читал лекции, выступал на конференциях, руководил исследованиями, встречался с учеными, коллегами из других вузов, много писал".

"В 76 лет он был просто профессором Здоровегой. Но этот профессор, — отмечает Игорь Паславский, — пользовался таким авторитетом, какого не было у многих людей, сохранивших свои должности. Он всегда повторял, что его жизненные ошибки компенсируются количеством его учеников. Профессора отличало не то, что когда-то под давлением он подтвердил нелояльность к советской власти произведения знаменитого ныне поэта, а его вклад в журналистскую науку, позицию относительно ее развития. Это переживание за украинскую журналистику и отличает его от других. 

Среди нынешних преподавателей нет регулярно печатающихся. А В.Здоровега старался активно писать. Его многое беспокоило. У него в самом деле была детская любознательность. Он считал, что без нее в журналистике нечего делать. Когда встречался с редакторами и своими выпускниками, вникал в редакционную кухню до малейших деталей. Мне приходилось видеть его общение с редактором "Зеркала недели" Владимиром Мостовым. Один был безоговорочным теоретиком, второй — таким же практиком. Они друг другу были очень нужны — тяжеловесы украинской журналистики. И один, и второй всегда говорили содержательно, лаконично, по сути вопроса". 

"Журналистика была смыслом его жизни, — говорит дочь В.Здоровеги Марьяна. — Как когда-то признался, писалось ему нелегко. Прежде чем написать несколько строк, прочитывал множество разной литературы. Философски переосмысливал все материалы, которые удавалось находить. Я постоянно видела отца в кабинете — это было такое место, куда мы со старшей сестрой Наталией без разрешения даже не совались. Книги он всегда читал с карандашом. Относился к ним как к святыне. Удивлялся простым и понятным, на первый взгляд, вещам. Во всем находил высокую истину". 

В.Здоровега много внимания уделял спецкурсу "Майстерність журналістики". Возможно, не всем нравились творческие задания на тему "Три дня из моей жизни" — здесь же ничего не спишешь, не позаимствуешь. Это задание давал студентам даже тогда, когда их количество возросло до 140 человек. Каждое студенческое произведение внимательно прочитывал, анализировал и делал заключения. "Из этой девушки будут люди, а эта должна искать себе работу в другой сфере", — заявлял при "разборе полетов". 

"Однажды, — вспоминает доцент Игорь Лубкович, — он предложил студентам написать рецензию на художественный фильм, который демонстрировали в кинотеатре "Мир". И не просто предложил, а купил 12 билетов и пошел вместе со студентами. Посмотрели кинофильм, попили кофе. А затем профессор поставил условие: не подписывать материал. Объяснил, что так легче будет анализировать. Он тоже подготовил рецензию на фильм и тоже не подписал. А потом было обсуждение. Все переживали. Критиковать друг друга не боялись, но вдруг это будет рецензия самого Владимира Иосифовича!". 

* * *

Владимира Здоровегу уважали за искренность, желание помочь, справедливость, честность, за жизненные принципы. 

"В.Здоровега считал, что освещение информации должно быть правдивым. Болезненно реагировал на случаи заказных статей, голословную критику. Журналистам советовал писать правду, не обращать внимания на авторитеты, но и не увлекаться негативом. Учил, что самый критический материал должен содержать положительное зерно. Критика должна быть не на уничтожение, а в помощь человеку, который делает конкретное дело и ошибается. А журналист это заметил и критикует, но в то же время дает совет, как выйти из ситуации. Написать так, чтобы при встрече человек поздоровался с ним. Это были его принципы", — говорит Василий Лизанчук. 

В интервью корреспонденту "України молодої" (ноябрь 2002 г.) сказал: "Знаете, я иногда плохо сплю. Одна негативная информация за другой наводит на печальные мысли. Но утром встанешь — видишь, что не все так плохо. Надо пробуждать какой-то оптимизм. Это одна из очень сложных проблем журналистики. С одной стороны, говорить правду, а с другой — писать так, чтобы люди не теряли веру и надежду на лучшее. Ведь словом можно убить человека". 

Особое внимание В.Здоровега уделял прохождению ежегодной студенческой практики. Не жалел времени, чтобы поинтересоваться, как студенты устроились, что думают о них в редакционных коллективах. Этого требовал и от других сотрудников кафедры. 

"Отец был очень человечным, — рассказывают его дочери. — Это слово отцу особенно подходит. В любом городе нашего государства работало много его выпускников. Все, когда слышали, что приехал Здоровега, старались с ним встретиться, рассказать о своей жизни, расспросить, как дела у профессора, что нового на факультете, во Львове. 

Он родился в семье долгожителей, мог еще долго жить и работать, никогда не жаловался на здоровье. Но судьба распорядилась иначе. Когда у него случился инсульт, для нас это была страшная трагическая неожиданность. Ему парализовало правую руку, и он все время складывал пальцы, проверял, сможет ли держать ручку. Мы его успокаивали, говорили: отец, есть компьютер, будешь диктовать. А через три дня его не стало… Прощаться с Владимиром Здоровегой пришло огромное количество людей. Это были последние почести нашему отцу. 24 апреля прошло 10 лет со дня его смерти".

Младшая дочь Марьяна рассказала, что самое яркое воспоминание об отце — в Рождественские и предрождественские дни: "Он брал меня за руку, и мы гуляли по зимним улицам Львова. Отец объяснял, как устроена Вселенная, галактика. Рассказывал о планетах. Было видно, что ему очень интересна астрономия. Он хотел прочитать перевод книги "Галактика Гутенберга". Но не успел". 

...Его именем во Львове не названа ни улица, ни школа, ни даже кафедра теории и практики журналистики, без которой факультет так и остался бы филологическим отделением, с которого начинался. Фигура Владимира Здоровеги особая, она заслуживает оказания почестей, потому что он — отец львовской журналистики. В конечном итоге, кто бы и что ни говорил о теории публицистики, она принадлежит ему, он является первым ее исследователем и основателем. 

У него было свое видение, какой должна быть журналистская этика. Это сегодня особенно важно, когда в государстве не работают ни Конституция, ни законы, когда бизнес забыл о добродетелях. Вся надежда на журналистику, на ее нравственность, честность, объективность. Журналистская этика была последним прижизненным делом, которым занимался профессор В.Здоровега, работая в комиссии по журналистской этике. 

"На факультете его не всегда понимали, — рассказывает профессор Александра Сербенская. — Это особенность многих творческих коллективов. Как и везде, там были какие-то свои подводные камни. При выборах последней каденции на декана факультета он не получил достаточного количества голосов. Однако Ученый совет университета все же проголосовал за Владимира Иосифовича. И первые его слова, сказанные на факультете, были такими: "Голосовал кто-то за меня или не голосовал — я этого не буду принимать во внимание. Хочу вместе со всеми работать на благо факультета и благо журналистов".

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно