Загадка феномена другого Терещенко

7 апреля, 2017, 15:54 Распечатать Выпуск №13, 8 апреля-14 апреля

Речь пойдет о Валерии Ивановиче Терещенко (1901–1994) и его уникальном вкладе в становление современного менеджмента на территории Украины. Почему "загадка феномена" — станет понятно из дальнейшего рассказа.

Почему "другого Терещенко"? Потому что он не принадлежит ко всем известному роду Терещенко, но является не менее знаменитым для истории современной Украины. 

Речь пойдет о Валерии Ивановиче Терещенко (1901–1994) и его уникальном вкладе в становление современного менеджмента на территории Украины. Почему "загадка феномена" — станет понятно из дальнейшего рассказа.

Три года назад мне позвонили из научного учреждения, где я проработал свыше 20 лет, и, в связи с визитом в Киев историка-архивиста из США Анатолия Шмелева, поинтересовались возможностью поделиться с ним воспоминаниями о Валерии Ивановиче, с которым мы трудились бок о бок много лет. Конечно, я согласился. Во время встречи со Шмелевым выяснилось, что он является куратором архивов по вопросам России и стран СНГ Гуверовского института войны, революции и мира Стэнфордского университета в Пало-Альто. Он объяснил, что, разбирая архивные материалы, натолкнулся на сведения о деятельности В.Терещенко и, воспользовавшись случаем, хотел бы собрать дополнительные материалы о периоде жизни Терещенко в Украине. Здесь следует сделать краткое биографическое отступление для понимания дальнейшего рассказа. 

По происхождению Валерий Иванович — украинец: его отец родом из села нынешнего Недригайловского района Сумской области, мать — из казацкого рода Билоус, осевшего в свое время на Кубани. Родился Валерий в 1901 г. в Екатеринодаре — нынешнем Краснодаре. Во время Гражданской войны выпускник екатеринодарской гимназии был мобилизован в военное училище. Вместе с Добровольческой армией попал в Крым, откуда его, тяжело больного тифом, в 1920 г. вывезли за границу, на долгие годы отлучив от родной земли. Почти 10 лет он жил и учился в Чехословакии, а в 1930 г. переехал в США, где получил образование и занимался разной интеллектуальной деятельностью. В 1960-м вернулся в Украину и с 1963-го жил и работал в Киеве. 

Почему именно в 1960-м? Ну как же без мифических изюминок в такой приключенческой жизни! Бытует неподтвержденная версия: во время визита Хрущева в США в 1959 г. В.Терещенко находился в окружении Росуэлла Гарста, известного "кукурузного" фермера, с которым встречался пламенный сторонник кукурузы Никита Сергеевич. И якобы под влиянием впечатлений от визита Хрущева Валерий Иванович принял решение ехать в СССР. 

В итоге, есть три периода жизни Терещенко: до эмиграции (1901–1920); в эмиграции (1920–1960); завершающий в Украине (1960–1994).

Возвращаясь к обсуждению с Анатолием Шмелевым подробностей жизни В.Терещенко, следует начать с главного, интригующего вопроса, заданного Шмелевым: "Разбирая архивные материалы, связанные с жизнедеятельностью В.И.Терещенко после 1960 г., я увидел много ссылок на невероятную популярность Терещенко в Советском Союзе как лектора, исследователя и практика по вопросам управления. Между тем его деятельность в Соединенных Штатах хотя и была высокопрофессиональной и разнообразной, но не выводила его на национальный уровень как a very popular person. Как объяснить, что один и тот же человек в одной стране не хватал звезд с неба, а в другой стране стал почти небожителем?".

Застигнутый врасплох, я не нашел быстрого ответа на вопрос, поэтому пришлось провести мини-исследование, раскрывшее уникальную роль В.Терещенко в становлении управленческого дела в СССР и Украине в 60–80-е прошлого века.

Начать приходится издалека, с 1920–1930-х гг. В тот период в СССР активно и, главное, эффективно развивались многие научные области: психология, педагогика, социология, биология и генетика, управление.  

Осип Ерманский (1866–1941) ввел в научное обращение термин "научная организация труда". Самой известной его работой стала "Теория и практика рационализации", изданная в 1925-м и переизданная в 1933-м пять раз. 

Автором более 200 научных работ был Алексей Гастев — исследователь и практик научной организации труда и производства (1882–1939). Главным "произведением" его жизни стал основанный в 1920-м Институт труда при ВЦСПС, трансформированный в 1921-м в Центральный институт труда, неизменным руководителем которого он оставался вплоть до ареста и трагической смерти. 

Отдельное направление ввел Платон Керженцев (1881–1940), создав и возглавив в сентябре
1923 г. Лигу "Время", которая должна была бороться за правильное использование и экономию времени во всех проявлениях общественной и частной жизни. Популяризируя идеи научной организации труда, Лига сумела привлечь к активной деятельности тысячи людей. В те времена функционировало около десятка научных институтов, тысячи бюро, секций и лабораторий по научной организации труда (НОТ). Выходили в печать почти 20 журналов по вопросам управления и организации труда. В 1920-е отечественная наука управления производством наработала теоретические концепции и практические методы на уровне лучших зарубежных достижений. 

Разгромом всего, что было связано с НОТ, ознаменовалась вторая половина 1930-х. Были закрыты отделы и бюро в центральных ведомствах, затем дошла очередь до научных институтов: Центральный институт труда превратили в ведомственный, а в 1940-м он прекратил свое существование. Аббревиатура НОТ исчезла из обращения. Были ликвидированы другие институты и научные журналы, репрессированы самые последовательные сторонники идей НОТ. В течение следующих нескольких десятилетий в стране не выходили статьи и не проводились научные исследования по вопросам научной организации труда и управления. Похожая судьба, как известно, постигла психологию, педагогику, социологию, биологию, генетику, кибернетику. 

Хрупкое возрождение начинается после смерти Сталина, в конце 1950-х. Процесс разворачивался постепенно, почти как в эпоху Ренессанса, в которой исследователи выделяют несколько периодов: Предвозрождение, Раннее Возрождение, Высокое Возрождение, Позднее Возрождение. Однако  наш случай имеет принципиальное отличие от Ренессанса: советские идеологи и исполнители провели полную зачистку "территории". Под первую волну ликвидации попали живые носители вражеских социализму "буржуазных знаний": часть расстреляли или сгноили в концлагерях, остальные эмигрировали или умерли, лишенные возможности приличной работы. Истреблялись и ученые, и преподаватели, и специалисты-практики. Вследствие такой ликвидации на десятки лет была прервана живая эстафета передачи знаний и опыта, благодаря которой функционируют и воспроизводятся научные школы, открываются новые направления исследований и прогрессивное развитие специалистов. Но новоявленные геростраты на этом не остановились и второй волной изъяли соответствующую литературу из научных учреждений, учебных заведений и публичных библиотек.

Проиллюстрирую примером из собственного опыта. Приблизительно в 1960-м я пользовался исторической библиотекой, которая на то время размещалась в подвальном помещении Киевского планетария на ул. Костельной, 17, где ныне восстановлен Костел Святого Александра. Искал я литературу по социологии, которой было мало. Вдруг наталкиваюсь на ротапринтное издание "Конспект лекций по социологии" авторства неизвестного мне Ю.Левады (кстати, родившегося в Украине), — это теперь мы знаем о московском "Левада-Центре". Поскольку в те времена ксероксов не было, то я начал делать выписки из конспекта, наведываясь в библиотеку раз или дважды в неделю. И вдруг во время очередного визита на мой запрос на получение конспекта я получил отказ от библиотечного работника. Ответ сбил меня с толку: "В наших фондах такого материала нет". Я продемонстрировал свои заметки и поисковый библиографический шифр, по которому накануне заказывал "Конспект лекций по социологии", но ответ оставался неизменным:  "Ничего не знаю". Поскольку я был наивным юношей, еще не осведомленным в затеях спецорганов, то пошел в каталог проверить библиографическую карточку, которой не оказалось, словно никогда и не было. Так вычищались библиотеки прицельным огнем ЦК и НКВД-КГБ!

Но идем дальше. Если по каким-то причинам у сообщества нет собственных творцов, то естественным становится привлечение наработок из других стран, ведь, как известно, наука — общечеловеческое достижение. Но и этот путь для нас был закрыт, поскольку  — "железный занавес"! Железный занавес, в частности, преграждал три потока: людей, книг, журналов. Ученые из-за границы к нам не приезжали, потому что их не приглашали, а если бы и пригласили, то не проводились признанные международным научным сообществом конференции, симпозиумы и т.п. Трудно представить, чтобы генетики мира приехали на конференцию к народному академику Трофиму Лысенко, который 25 лет возглавлял Институт генетики Академии наук СССР, заняв должность после ареста Н.Вавилова, но публично не признавал наличия генов вплоть до 1965 г.! Обратного потока ученых из СССР к загранице тоже не было, поскольку закончилось золотое довоенное время научных обменов и стажировок. 

Научные издания, а именно монографии, сборники научных работ, журналы, материалы конференций, не попадали в Союз с конца 30-х и по 60-е. Их не было ни в свободном доступе в книжных магазинах, ни в библиотеках, ни по подписке через почту. Чтобы как-то заполнить интеллектуальный вакуум, власть применяла иезуитский прием под названием "Критика буржуазной теории ...", а дальше подставляй подряд: социологии, кибернетики, менеджмента и т.п. Как это делалось? Штатным приспешникам (ученым и преподавателям) поручалось выполнить понятную задачу — препарировать оригинальные научные работы таким образом, чтобы их не узнала родная мама. Результатом препарации стала цитата или фрагмент из оригинала, после которой на многих страницах подавалось "правоверное" толкование для непосвященных с главным месседжем: "Кибернетика... etc. — продажная девка империализма!". 

Теперь представьте себе, что вдруг в стерильно обработанной зоне совдепии появляется — voіla — инопланетянин в лице Валерия Терещенко. Но инопланетянин не совсем неродной, а вроде бы свой, поскольку владеет языком и ориентируется на местности. Соотечественники старшего возраста помнят, какой ажиотаж вызвали первые выставки США в Советском Союзе: самую первую из них, в Сокольникиах в 1959-м, за первый день работы посетило 75 тыс. чел., а в целом за шесть недель — почти 3 млн. Понятно, что человек после 30 лет жизнедеятельности в США априори вызвал повышенный интерес. Наконец мы приближаемся к ответу на вопрос А.Шмелева о причинах невероятной популярности Терещенко на всем пространстве Советского Союза. Опираясь на свои научно-практические знания в области управления, Валерий Иванович выполнил уникальную миссию живого проповедника идей современного менеджмента. Его выступления-лекции перед большими аудиториями министерств, научных институтов, конструкторских бюро, университетов, предприятий собирали неизменные аншлаги. Биографическая справка фиксирует около 2 тыс. выступлений за 30 лет, притом припали они на годы жизни от 60 до 90! После первых успешных выступлений молва распространилась по всему Советскому Союзу, запросы поступали из разных городов и учреждений, потому пришлось Валерию Ивановичу охватить "гастролями" союзное пространство от севера до юга и с запада до востока. В архивных материалах, которые содержатся в Научной библиотеке Национального университета "Киево-Могилянская академия", хранится на магнитной ленте запись выступления Терещенко на радио г. Мурманска в 1975 г. на темы: "Каким должен быть руководитель", "Пять управленческих почему", "Распределение полномочий"

Квалифицированных и популярных лекторов было много, так чем же отличался от них Терещенко? Главное его отличие заключалось в политически-идеологической незангажированности. Пропагандисты тех времен, даже высокообразованные специалисты, были воспитанниками КПСС и правоверными трансляторами единственно правильных установок… Относительно Терещенко люди знали, что он приехал "оттуда" и не впитал с молоком матери идей марксизма-ленинизма, поэтому воспринимали его месседжи с искренним доверием. Феномен тотального спроса на Терещенко объясняется известной формулой: "Соответственный человек в соответствующее время". 

Далее переходим к справедливому вопросу об эффективности выступлений-лекций Терещенко: возможно, люди шли на него из прозаичной заинтересованности увидеть и услышать "заокеанского говоруна"? Попробуем выяснить истину. Представим себе, что кто-то поставил целью осуществить ликбез и привлечь массу людей на огромных пространствах Советского Союза к овладению навыками менеджмента. С этой целью можно было бы загрузить тысячи вагонов соответствующей литературой и доставить ее во все уголки страны. Такая постановка вопроса затрагивает фундаментальную связь категорий "знание" и "желание". Если у человека не возникло желания познать или овладеть определенной тематикой, то зерна знаний будут попадать на неблагоприятный грунт. Желание или же мотивация по своему действию похожи на гумус, определяющий плодородие земли. Таким образом, донесение книг к людям решает задачу доступа к знаниям, но автоматически не порождает стремления к усвоению знаний. Вспомним, как происходило насаждение христианской религии на новых землях: миссионеры шли впереди Библии, чтобы сначала провоцировать заинтересованность, а уже со временем рассевать знания. 

Так среди людей доносил зажигательное слово Валерий Иванович Терещенко, и именно в этом оказалась его уникальная миссия в пробуждении интереса к менеджменту. Без преувеличения, он реализовывал театр одного актера, а в таких театрах внешние данные играют незаурядную роль. Валерий Иванович был высокого роста и имел прямую, как у кадрового офицера, осанку. Колоритный рельеф лица, короткая прическа "под ежика" и другие признаки выдавали в нем человека из заморских краев. Носил неизменную униформу для выступлений: черный костюм, белая рубашка, черный мотылек, черные штиблеты. Во время публичных выступлений не был слишком эмоциональным, мимика и жестикуляция сдержанные, — убедительность обеспечивалась силой интеллекта, логичностью подачи материала, выразительной артикуляцией. Во время личного общения Валерий Иванович был внимательным к собеседнику, независимо от уровня его компетентности и должности, запоминался неизменной уравновешенностью и высокой интеллигентностью. 

Арсенал средств, применяемых Терещенко в деле развития менеджмента, можно образно сравнить с методикой изучения иностранных языков всемирно известной переводчицы и полиглота из Венгрии Като Ломб, которая, кстати, прожила 94 года. Она овладела 16 языками и изучала их самостоятельно, не пользуясь услугами курсов или преподавателей. Ее кредо было: "Если вам надо завладеть крепостью, лучше наступать со всех сторон: пробивать ограды, лезть на стены, делать подкопы etc.". Относительно изучения языка это означает работу со словарем, выполнение грамматических упражнений, чтение, слушание, письменные переводы, общение с носителями языка. В этом контексте Валерия Ивановича можно считать человеком-оркестром: преподавал в университетах, готовя будущих управленцев; популяризировал менеджмент среди слушателей общества "Знание"; выполнял научные исследования; готовил кандидатов и докторов наук; писал книги. Устное слово отошло в прошлое, а печатные труды остаются для потомков. Печатное наследие Терещенко насчитывает свыше 170 работ, многие из которых вышли в печать в США, Германии, Канаде, Швейцарии, Индии, Аргентине и других странах. Работы, написанные Терещенко после возвращения на родину, можно разделить на несколько категорий. Первую — самую многочисленную — представляют научно-популярные и популярные издания. Вторую — книги преимущественно научного направления.

До последних дней жизни Валерий Иванович не терял трудоспособность и ясный ум, за что надо отдать должное его жене-берегине Кларе Иосифовне, которая повсюду сопровождала его, обеспечивая комфортный режим жизнедеятельности. С женой Валерий Иванович путешествовал по многим странам, с удовольствием посещал концерты классической музыки, потому что учился в консерватории и играл на фортепиано.

Следует отметить, что многие известные украинцы в разные годы эмигрировали в США. Среди них такие светочи, как художник, скульптор, изобретатель и экспериментаторАлександр Архипенко; всемирно признанный "отец" вертолетов Игорь Сикорский;основатель теории сопротивления материалов, основоположник школы прикладной механики в СШАСтепан Тимошенко;физик и химик, участник процесса производства ядерного оружия Георгий (Джордж) Кистяковский; биолог-генетик, зоолог, энтомолог, эволюционист, основатель американской популяционной генетикиФеодосий Добржанский; пионер в области квантовой теории и космологии Георгий Гамов; лингвист, литературовед, общественный деятель Юрий Шевелев.

Они творили в США и, в конце концов, внесли весомые вклады в мировую науку и культуру. Немногим изгнанникам суждено было вернуться на родину, поэтому заслуживают уважения и памяти титанические усилия Валерия Терещенко по развитию на родной земле такой сверхважной отрасли деятельности как организация и управление.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно