На энергокартах Украины "нет". Кому это выгодно?

13 марта, 2015, 21:58 Распечатать Выпуск №9, 13 марта-20 марта

Есть ли место Украине в энергостратегии ЕС? Почему на энергетических картах стран Европейского Союза Украина даже не обозначена? Не обозначена как страна стратегических энергетических интересов Евросоюза, а только почти всегда серым (а хоть бы и голубым) цветом. "Серая зона"?

 

Есть ли место Украине в энергостратегии ЕС? Почему на энергетических картах стран Европейского Союза Украина даже не обозначена? Не обозначена как страна стратегических энергетических интересов Евросоюза, а только почти всегда серым (а хоть бы и голубым) цветом. "Серая зона"? Такие карты, конечно, не развешивают для всеобщего обзора, и они редко становятся публичными, хотя следует это делать. Обычно в Интернете или предложение к размышлениям, или провокация — кто на что клюнет и способен.

В действительности энергораздел и является свидетельством (пока что?) передела Европы. Вопрос: включительно или без Украины и ее интересов? Или раздел уже состоялся по территории нашей страны? Для начала... энергетический раздел? Мы не хотим с этим смириться и не смиримся.

Читать карты на самом деле легко, они так много и красноречиво "говорят". Было бы кому слушать, делать выводы. На энергетических картах стран ЕС, в частности ближайших наших соседей, газотранспортная система Украины почти отсутствует. При большом желании, ее можно угадать — пунктиром в "серой зоне". Это со всеми планами интерконнекторного соединения газотранспортных систем, по крайней мере, Восточной Европы. В качестве субъектов энергетических правовых отношений Украина и ее компании формально присутствуют. Европейцы таких партнеров не видят, не слышат — бесперспективны?! Они так действительно считают?

Но, несмотря ни на что, газотранспортная система Украины существует. И, что бы ни рассказывали "газпромовцы", уже не один десяток лет европейский энергобаланс в значительной степени зависит от профессионализма и ответственности украинских газотранспортников. И пока транспортировщиков газа в Украине, как и саму нашу страну, в Европе будут считать только исполнителем воли поставщика российского газа, все будут очень уязвимы. Это аксиома.

Бывший СССР, а наиболее активно — уже РФ, опутывая газовыми сетями и долгосрочными контрактами Европу, сделали ее более уступчивой. Настолько, что в странах ЕС предпочитают не замечать войну на Востоке Украины (осторожно подбирают синонимы) и аннексию Крыма. Настолько, что украинскую газотранспортную сеть европейцам, получается, дешевле не замечать?!

Если в других аспектах еще можно хоть как-то спорить, то в энергетическом, в частности относительно экономичности транзита по украинской газотранспортной системе, — вряд ли. Об этом свидетельствует и карта-схема, составленная на основе запланированных и воплощаемых на практике проектов европейских соседей Украины. Информация о состоянии и наполнении украинской газотранспортной системы (ГТС) и подземных хранилищ газа (ПХГ). Она публичная, даже (поэтому?) стала неинтересной...

Прежде всего, приграничным еврососедям и их операторам ГТС Украина предлагает внимательнее посмотреть на украинскую газотранспортную систему, в частности на подземные хранилища газа.  Строите свои газохранилища, трубопроводы, интерконнекторы? Хорошо. Но следует просчитать и учесть экономику затрат. И если вы будете честными в таких подсчетах (перед своими акционерами, а часто это означает — и перед гражданами ваших стран), то не сможете делать вид, что на энергетической карте Европы "нет" Украины.

В газотранспортной, в частности, и в газовой теме в целом существует немало аспектов. О важнейших из них ZN.UA регулярно и последовательно рассказывает. Сегодня по просьбе ZN.UA о газотранзитных нюансах рассказали Сергей Корсунский, Чрезвычайный и Полномочный Посол Украины в Турецкой Республике, Юрий Витренко, директор департамента по развитию бизнеса НАК "Нафтогаз Украины", Михаил Гончар из Центра глобалистики "Стратегия ХХІ".

Юрий ВИТРЕНКО, директор департамента по развитию бизнеса НАК "Нафтогаз Украины" — о планах участия Украины в европейских проектах развития газотранспортных систем.

Украина уже является неотъемлемой частью европейской газовой инфраструктуры. Транспортные мощности украинской ГТС десятилетиями используются для обеспечения транспортировки российского газа в Европу. Но наш северный сосед много лет прилагал усилия, чтобы дискредитировать Украину как надежного партнера на газовом рынке ЕС. По сути, мы начали активно противодействовать этому только в прошлом году.

Сегодня за перспективу нашей газотранспортной системы приходится бороться, как никогда раньше. Мы обязаны сделать максимум, чтобы сохранить и расширить наши позиции в европейской газовой инфраструктуре.

За последние 12 месяцев украинская власть и "Нафтогаз" кардинально изменили подход к энергетическому сотрудничеству с ЕС, в частности, в вопросе поставок, транспортировки газа, развития ГТС. Мы боролись за то, чтобы к нам стали относиться, как к прозрачному, предсказуемому и надежному партнеру.

Целый год ушел на то, чтобы доказать Европе, что транзит остается стабильным при любых условиях. "Нафтогаз" и "Укртрансгаз" прошли сложное лето и зиму, безупречно выполняя заявки на транспортировку газа в Европу. Мы стали раскрывать данные по объемам транспортировки и запасам в ПХГ, чего никто до нас не делал. У нас постоянное взаимодействие с Еврокомиссией и Энергетическим сообществом на всех уровнях. Теперь мы можем сказать, что готовность говорить с Украиной о совместных проектах в Европе на порядок выше.

Большие ожидания Украина связывает с подключением к панъевропейскому газовому коридору "Север—Юг" и региональным газовым инициативам.

Сейчас НАК "Нафтогаз Украины" и "Укртрансгаз" активно работают над расширением технических возможностей по поставкам газа в Украину из Европы. Подписание соглашения об интерконнекте по основным газопроводам на границе со Словакией (большой реверс) — задача номер один. Там вопросы политические и юридические, мы двигаемся по каждому из этих направлений. Расширение мощности интерконнектора Украина—Польша, чтобы иметь еще один путь получения газа из ЕС, — задача номер два. Здесь вопрос политической воли (с этим проблем нет) и финансирования (ведем переговоры с международными финансовыми организациями). После того, как мы в декабре добились завершения переговоров с ЕБРР и ЕИБ о финансировании модернизации ГТС на 400 млн долл., которые тянулись девять лет, нам, опять же, легче обсуждать следующие проекты с потенциальными кредиторами.

По участию Украины в европейских инфраструктурных проектах руководители Минэнерго и "Нафтогаза" провели не один десяток встреч с европейскими чиновниками, политиками и компаниями. Мы обсуждаем, в том числе, возможность создания газового хаба на базе украинских подземных хранилищ газа. Благодаря своему расположению и существующей газотранспортной инфраструктуре, которая по большинству параметров является мощнейшей в Европе, Украина способна сыграть важную роль в укреплении энергетической безопасности Европы. Используя нашу инфраструктуру, европейцы смогут диверсифицировать ресурсную базу и маршруты доставки энергоресурсов, в частности с Каспия. Более того, технические решения, предлагаемые Украиной, способны существенно улучшить большинство проектов расширения инфраструктуры в Восточной и Юго-Восточной Европе (в частности в Румынии), а местами, как в случае с Eastring, и вовсе заменить их, сократив при этом затраты компаний-операторов ГТС в государствах Евросоюза на реализацию таких инфраструктурных проектов.

При этом нужно понимать, что для того, чтобы Украина появилась на европейских картах с планируемыми проектами, необходимо реформировать украинский рынок газа, гармонизировать свое законодательство с европейским. Тогда мы станем понятными, прозрачными и привлекательными для европейских партнеров.

2 марта Верховной Радой в первом чтении был принят закон о рынке газа, основанный на требованиях Третьего энергетического пакета ЕС. Этот закон, когда он станет законом, радикально поменяет правила игры на газовом рынке Украины и максимально приблизит их к европейским. Это важный шаг для повышения уровня доверия наших европейских партнеров, в том числе к ГТС Украины. Он позволит нам предметно говорить об участии в инфраструктурных проектах в Европе.

Мы участвуем в официальных консультациях по вопросам создания Энергетического союза, договариваемся о включении Украины в этот проект. Также, по нашему настоянию, Украина уже участвует в рабочей группе высокого уровня по осуществлению инфраструктурных проектов для интеграции газовых рынков стран Юго-Восточной Европы.

Инициативы Украины, ранжированные по степени приоритетности, должны пройти соответствующую процедуру для получения статуса в рамках Энергетического сообщества. Хорошая новость, что этот процесс уже начат.

Михаил ГОНЧАР (Центр глобалистики "Стратегия ХХІ")

Eastring — гибридный газовый ответ Центральной Европы

Eastring можно перевести как "восточное кольцо (контур)". Сущность проекта, предложенного словацким газотранспортным оператором Eustream, состоит в том, чтобы путем строительства необходимых перемычек соединить в единую систему существующие газопроводы Словакии, Венгрии, Украины, Румынии, Болгарии и привести в Центральную Европу газ из нероссийских источников. Он был призван стать альтернативой российским "потокам".

Автор комментария присутствовал на первой презентации идеи Eastring в Братиславе на энергетической конференции в конце ноября 2014 г. Тогда акцент делался именно на вовлечении в проект украинской стороны с учетом имеющейся газотранспортной инфраструктуры в западной части страны. Проект выглядел разумным противовесом "Южному потоку" и венгеро-австрийскому его лоббированию. Ресурсная привязка — газ Каспийского региона, иранский газ, которые должны поступить в Европу через Турцию в рамках проекта Южного коридора ЕС.

Как Eastring выглядит сейчас? Несколько по-иному. Акцент смещен в сторону Венгрии, хотя Украина не исключена. Ресурсная привязка максимально расширена, включая российский газ. Показательно, что российские агентства, отмечая страны, которые могут быть источником сырья для будущего трубопровода, на первое место ставят Россию, а уже потом Азербайджан, Иран, Ирак, Кипр. Понятно, почему это делается, но в принципе и на официальном сайте Eastring указано, что маршрут функционирует на основе свободного доступа третьих сторон к трубопроводным мощностям, что автоматически означает и возможность подачи в него российского газа из теперь уже не "Южного…", а "Турецкого потока". Таким образом, проект приобрел своеобразную гибридность. Это выглядит так, что в случае падения Украины лучше, мол, от нее держаться подальше, но продолжать получать российский газ. В случае, если она выстоит, все равно получать российский газ будем, но лучше не через Украину.

Рассчитывают вскоре подписать меморандум на уровне четырех стран-участниц — Словакии, Венгрии, Румынии и Болгарии. Участники предполагают вполне обоснованно получить финансовую поддержку проекта со стороны ЕС и европейских банков с тем, чтобы начать коммерческую эксплуатацию маршрута в 2018 г.

Украины нет в числе приглашенных к подписанию меморандума. С одной стороны, она по-прежнему упоминается среди партнеров и с учетом того, что на украинской стороне существует необходимая газотранспортная инфраструктура в уже готовом виде. Но с другой — Киев не приглашают стать стороной подписания документа. А Украина, как и другие страны — потенциальные подписанты, является участником Договора об учреждении Энергетического сообщества, инициированного ЕС и направленного, среди прочего, на повышение безопасности поставок путем строительства трубопроводов к каспийским, североафриканским и ближневосточным запасам газа.

Можно, конечно, обижаться, что нас не приглашают, хотя прежде всего следует задаться вопросом, а какую позицию мы заняли в отношении этого проекта и как мы ее сформулировали за прошедшие более чем три месяца с момента его инициирования? А никак. Даже представительство НАК "Нафтогаз Украины" на страны Центральной Европы было открыто почему-то в Будапеште, а не в Братиславе. Мы постоянно констатируем, что перспективы альтернативных газовых поставок связаны со словацким направлением, видим, что венгерское направление имеет существенно меньшие технические возможности и четко выраженную политическую заангажированность на Россию, тем не менее послали достаточно странный "венгерский сигнал" стратегическому партнеру Словакии, для которого российские обходные потоки — такая же проблема, как и для нас. Вот и Словакия ответила нам подобным "венгерским сигналом", предложив Будапешту участие в проекте. Тот пока не отказался.

"Орбаноиды", конечно, могут погубить Eastring, как они погубили "Набукко" и Адриатический коридор, разменяв их на "коврижки от путиноидов" в проекте "Южного потока". Весьма вероятно, что так будет и в случае со словацким проектом. Пропутинский и антиамериканский австро-венгерский тандем не упустит возможности выторговать у России маршрут по территории этих двух стран как европейское ответвление от "Турецкого потока". Ключевое значение для успеха Eastring, а не какого-либо другого проекта, будет иметь позиция Румынии, которую австрийцы сейчас соблазняют маршрутом от ее черноморского шельфа к их хабу в Баумгартене. 

Но стратегическим вызовом для Eastring, как, впрочем, и для любого другого проекта, ориентированного на нероссийские источники газа, является брюссельская политика непротивления России и возня ряда европейских политиков (прежде всего, немецких) вокруг "кремлевского корыта". В свете агрессии против Украины политика Москвы в отношении конкурирующих "газпромовским" газовым потокам выглядит достаточно предсказуемо. Россия не допустит появления в ЕС больших объемов конкурентного каспийского газа. Как она это сделает — то ли путем размораживания конфликтов на Южном Кавказе, то ли вооруженным путем мешая строительству Транскаспийского газопровода, не так важно. Важно то, что ни ЕС, ни НАТО не имеют механизмов обеспечения защиты энергетических интересов в регионе. Все, что будет делать Брюссель при таком сценарии, — это возмущаться и негодовать, как это мы видим в нашем случае. Европа снова оказывается несостоятельной без американской поддержки. Особенно это касается Центральной Европы. Энергетические альтернативы, которые она готовит в ответ на российскую политику, могут привести страны Центральной Европы к противоположному — в российское "газовое кольцо".

У нас же остается одна альтернатива — сокращать потребление газа до уровня его собственной добычи, чтобы не зависеть от прихотей соседей — как восточных, так и западных. А в отношении Eastring все-таки стоило бы занять активную позицию по вхождению в него, предложив соединить этот "восточный контур" с планируемым польско-украинским расширением и нашими ПХГ. Это и позволит говорить о проекте Север—Юг от польского Балтики до болгарского Черноморья как об интегрированной системе, а не о некоей совокупности региональных газотранспортных маршрутов.

Сергей КОРСУНСКИЙ, Чрезвычайный и Полномочный посол Украины в Турецкой Республике

На протяжении последних нескольких лет в Европейском Союзе — как в Брюсселе, так и в основных столицах — сформировалось понимание того, что диверсификация путей энергообеспечения национальных экономик, их интеграция в единую систему являются первоочередными задачами. Украина, безусловно, должна стать частью формирующегося Энергосоюза ЕС в максимально близкой к его целям и задачам форме. Наши два преимущества — разветвленная и хорошо знакомая европейцам транзитная сеть газопроводов и уникальные газовые хранилища — это то, что может их заинтересовать.

Достичь этой цели без формирования эффективной национальной политики в сфере энергетики невозможно, и это касается и рынка газа, и рынка электроэнергии. Ведь нельзя же считать серьезной ту популистскую Энергетическую стратегию-2030, которая была принята правительством Азарова два года назад, а другой, увы, у нас на сегодняшний день нет. Ключевыми элементами нашей стратегии должны стать энергоэффективность и энергосбережение (именно так это и звучит в документах ЕС), а также интеграция энергосистемы Украины в систему ЕС там, где это только возможно.

Как невозможно избавиться от пробок в больших городах только с помощью строительства новых дорог, так и не удастся повысить энергобезопасность страны только с помощью увеличения производства электроэнергии, добычи газа и поиска новых путей его поставок. Никакие новые ядерные реакторы не спасут электрогенерацию при невероятных потерях при передаче и потреблении. Прежде всего, экономика Украины должна перестать быть одной из самых энергозатратных в мире, иначе все планы по росту производства и интеграции с ЕС останутся на бумаге.

В то же время чрезвычайно актуальной в краткосрочной перспективе является проблема избавления от российского газового шантажа. Достигнуть этой цели можно с помощью поставок газа из Европы, что сейчас и делается. Проекты, отмеченные на карте "Нафтогаза Украины", — это дополнительные газопроводы от LNG-терминалов в Польше, Литве и Хорватии, а также терминал в Одессе. Все они в той или иной степени реальны, однако у каждого из них есть свои детали. К примеру, терминал в Хорватии еще только на стадии обсуждения, и конкретных планов по срокам его реализации пока нет. Терминал в Литве имеет слишком маленький экспортный потенциал, учитывая крайнюю заинтересованность Латвии и Эстонии также получать с него газ.

Что касается терминала в Одессе, то многое зависит от позиции Турции, которая все еще остается неопределенной. Дискуссии по поводу возможностей прохождения Босфора танкерами со сжиженным газом продолжаются, и недавняя авария танкера "Миранда", в результате которой были повреждены оптоволоконные кабели на дне пролива, отнюдь не способствует позитивному решению. При этом буквально месяц назад правительством Турции было объявлено о начале строительстве канала "Стамбул", который в случае его реализации решит проблему безопасности турецких проливов. Важно в этом контексте синхронизировать переговоры с потенциальными инвесторами терминала в Одессе, возможными поставщиками сжиженного газа (Катаром, США и др.) и деловыми кругами Турции относительно бизнес-модели, финансовых и организационных принципов украинского проекта, репутация которого после истории с горнолыжным инструктором сильно подмочена. Необходимы активные и профессиональные шаги по его продвижению.

При рассмотрении перспектив развития международных энергетических проектов в регионе Черного моря, на Каспии и в Европе вызывает удивление то равнодушие, с которым отечественные компании относятся к участию в международных проектах. К примеру, "Нафтогазу Украины" не удалось войти в ТАNAP, хотя все предпосылки для этого были. Представители компаний нефтегазового сектора Украины практически не присутствуют на международных конференциях и выставках, продвижением интересов государства занимаются преимущественно дипломаты и в некоторой степени Министерство энергетики.

Много говорится о возможностях наших подземных хранилищ газа, но когда в Турции проходят конференции по этим вопросам и есть возможность представить наш потенциал специалистам, невозможно добиться ни приезда делегации, ни содержательных материалов по этой теме. Возможно, следует подумать о восстановлении института специального представителя Украины по вопросам энергетической дипломатии, который взял бы на себя функции продвижения интересов Украины и организации переговоров по вопросам международного энергетического сотрудничества.

Безусловно, в ближайшие годы роль Турции в обеспечении Европы природным газом будет возрастать. Начало строительства ТАNAP (соответствующая церемония состоялась 17 марта 2014 г. в Карсе на границе Грузии и Турции), активные переговоры с Туркменистаном и Ираном, развитие, несмотря на сложную военно-политическую ситуацию в регионе, энергетического сотрудничества с Ираком, разработка перспективных месторождений вблизи Кипра гарантируют превращение Турции со временем в международный хаб по торговле газом.

Это хорошо понимают в Кремле, поэтому совершенно не случайно появление безумной идеи о "Турецком потоке", озвученной В.Путиным 1 декабря 2014 г. в Анкаре. "Газпром" активно продвигает этот проект как в Турции, так и в Европе, несмотря на то, что любому специалисту понятна его политическая подоплека. "Турецкий поток" направлен не только против Украины, но и против планов организации масштабного транзита через Турцию альтернативного газа, так как все "потоки" Южного транспортного коридора сходятся в одном месте — на границе Турции с Болгарией и Грецией, где на сегодняшний день практически отсутствует инфраструктура транспортировки газа в Европу.

В Турции и Азербайджане это хорошо понимают, поэтому не случайна недавняя инициатива Азербайджана и Болгарии возобновить переговоры по проекту "Набукко-Запад", который может стать отличным дополнением к интерконнектору Греция—Болгария—Румыния, о котором говорят уже несколько лет. Для Украины безусловно выгоден приход каспийского газа на центральноевропейский рынок. Это открывает дополнительные возможности как для реверса, так и для использования украинских газовых хранилищ в целях энергоснабжения Европы.

Однако для того, чтобы подобные планы стали реальностью, необходима мощная информационная кампания, профессиональный бизнес-менеджмент транзитных компаний и тех, которые занимаются хранилищами, а также решительные шаги по продвижению украинских интересов в Европе, регионе Черного и Каспийского морей. В условиях российской агрессии и шантажа мы просто не имеем права оставаться в стороне от тех возможностей, которые открывает для нас подписание Соглашения об ассоциации с ЕС.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 4
Выпуск №27, 13 июля-19 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно