Почему бы Козичанке не быть художественным селом?

17 ноября, 2006, 00:00 Распечатать Выпуск № 44, 17 ноября-24 ноября 2006г.
Отправить
Отправить

«Усадьбу Марчука» в селе Козичанка на Киевщине трудно обойти. Резные ворота и колодец. Во дворе среди деревьев и цветущих клумб живут каменные, деревянные и гипсовые скульптуры...

Анатолий Марчук
Анатолий Марчук
Анатолий Марчук

«Усадьбу Марчука» в селе Козичанка на Киевщине трудно обойти. Резные ворота и колодец. Во дворе среди деревьев и цветущих клумб живут каменные, деревянные и гипсовые скульптуры. Оригинальный мостик через озерцо, летний домик для гостей. Этот художественный оазис, созданный Анатолием на подворье родителей, привлекает не только художников (хозяин организовывает симпозиумы, пленэры, творческие встречи). Здесь отдыхает душа каждого, кто видит и ценит красоту.

Он разрушает классический (и до сих пор культивированный) стереотип безынициативного украинца-исполнителя, вечного чернорабочего. Поскольку сам хозяин своей жизни, поскольку не оставляет на полпути начатое: если взялся за дело, то одолеет и личные причины, и те тормозящие и многократно обжалованные объективные обстоятельства украинской действительности.

Общаемся с заслуженным художником Украины Анатолием Марчуком, человеком, который умеет достигать успеха — и в творчестве, и в общественной деятельности.

— Пан Анатолий, когда вы впервые почувствовали желание рисовать?

— Я уже с шести лет тянулся к рисованию. Думаю, это передалось от отца, который, будучи математиком, увлекался рисованием и даже преподавал его в школе. Он — а это вообще необычная вещь для села — выводил деток на пленэр, учил их писать натюрморты. Также отец приглашал на практику студентов художественных институтов (в те времена колхозы предоставляли студентам возможность творчески работать в селе). Мне запомнилось, как пахли краски, те художники меня рисовали... Я даже получил от них в подарок ящичек с масляными красками.

Однако тогда в селе считалось, что быть художником — дело не для простых смертных. Добавились и семейные обстоятельства, — мы рано остались без мамы, отец ушел в другую семью, мною, как могли, занимались сестры. Никто всерьез не воспринимал моих стремлений. Реально мне светила другая судьба, отец отвез меня в училище, где я должен был осваивать специальность телемастера. И я оттуда убежал.

— И не было никого, кто бы вас поддержал морально?

— Мне посчастливилось встретить людей, которые вселили в меня веру. Это и Леонид Козлов (ныне известный скульптор), с которым мы учились в киевском интернате. Со временем, работая в военной части, я познакомился с Леонидом Морозовым, который ныне преподает в Институте им. М.Бойчука. Он был для меня настоящим маэстро. Вспоминаю, как он дал мне первое задание: пока будет обедать, я должен был подправить одну букву на транспаранте. Возвращается Леонид через час, а я весь транспарант закончил. Так что напророчил он мне судьбу — посоветовал студию изобразительного искусства в Октябрьском дворце. Там преподавал заслуженный художник Украины Николай Алексеевич Родин, уникальный педагог, который умел вселить веру в каждого начинающего. Он часто повторял: «Толя, я верю, что из вас получится хороший художник».

Уровень подготовки в студии был высокий, но две мои попытки поступить в Художественный институт были неудачными. Хотя специалисты и товарищи хвалили мои работы, я не мог конкурировать с городскими детьми (а таких было большинство среди поступающих), которые сызмальства учились рисовать. Когда я второй раз сдавал экзамены, мне не хватило полбалла: мое имя было первым под списком тех, кто стал студентом. Позже я узнал, что по определенной квоте зачислили еще троих абитуриентов, которые сдали экзамены хуже, чем я. Это меня разозлило. Я не хотел сдаваться и обратился к известному художнику Виктору Зарецкому: «Я сельчанин, и вы сельчанин — помогите мне стать художником». Он просмотрел мои работы, некоторые похвалил, но... заниматься со мной не смог — имел уже много учеников. Направил меня к своему лучшему ученику, Александру Титову: «Он тебя научит. А я буду контролировать этот процесс». И хотя Виктор Зарецкий непосредственно не учил меня азам живописи, тем не менее считаю его своим Учителем. А уже с третьей попытки я сдал экзамены на пятерки и стал студентом.

— Уже пятнадцать лет вы выставляетесь в Германии, ваше творчество там знают и ценят. Какова история этого прорыва в Западную Европу?

Мою выставку в Кракове посетил немецкий художник, предложил мне сделать выставку в его галерее в Нюрнберге. Так впервые я попал в Германию.

Оттуда я поехал познавать «дикий Запад» — в Берлин, Гамбург, в поисках мест, где бы мог выставить свои произведения. В городе Куксхафен директор дома творчества, посмотрев мои картины, сразу предложил сотрудничество. Со временем, в 1996 году, получил приглашение в этот дом творчества (меня выбрали из 20 кандидатур из стран Востока). Мне предоставили творческую стипендию, жилье, мастерскую — я имел возможность полгода работать, после чего устроил выставку. В 2002 году снова там же получил стипендию.

Мои картины также выставлялись в Соединенных Штатах, Австралии, Канаде, Швейцарии, Польше, Франции.

— Заметили ли вы разницу в восприятии вашего творчества за рубежом и в Украине?

— Расскажу такое. Показывал однажды свои работы коллекционеру из Германии Франку Вайланду. Особенно по душе ему пришлась одна картина. Я сказал, что ее хотел приобрести Национальный художественный музей Украины, но в то инфляционное время за нее платили смехотворные деньги, так что я не отважился продать. А он говорит: в чем же проблема — я ее куплю и подарю музею. А на открытие моей выставки в Куксхавен приехал посол Украины в Германии, и Франк официально передал картину послу. Так эта работа совершила европейское путешествие и через Министерство иностранных дел возвратилась к себе на родину, в Национальный художественный музей, где и хранится. Директор музея Михаил Романишин был чрезвычайно растроган и сказал, что это беспрецедентный случай, когда неукраинец дарит Национальному музею картину украинского художника.

— Кроме художественного творчества, вы много внимания уделяете общественным делам...

— Я всегда вижу, к чему могу приложить усилия. Это меня вдохновляет. Хочу жить содержательно и красиво, поэтому уже десять лет на собственные средства устраиваю творческие мероприятия в Козичанке. Последний литературно-художественный праздник получился самым масштабным. Впервые мероприятие поддержали Макаровская райгосадминистрация и райсовет, а также поселковый голова Макарова. Праздник удался: приехало много известных литераторов, исполнителей, журналистов. Творческие встречи провожу также у себя в мастерской на Андреевском спуске в Киеве.

Я доволен тем, что издал историю Козичанки, создал и установил герб родного села и других населенных пунктов Макаровского района, зарегистрировал в селе церковную общину УПЦ КП, приобрел и расчистил участок для постройки на ней часовни. В сотрудничестве со скульптором Владимиром Шолудько создали памятники известным землякам — Петру Сиченко в Новоселках и Николаю Олийныку в Бышеве. Вскоре в Макарове будет установлен памятник Даниле Туптало (святителю Димитрию Ростовскому) — также наша работа.

С давних пор живет во мне идея создать в Козичанке дом творчества и музей народного быта — я обустроил двор, возвел здание, собираю экспонаты. У Владимира Шолудько уже есть участок в Козичанке, и он тоже планирует проводить здесь симпозиумы скульптуры. Новый директор козичанской школы хочет открыть класс изобразительного искусства. Конечно, буду помогать ему в этом, буду проводить мастер-классы, привлекать других художников — в своей усадьбе я уже это делал. Планирую создать в школе филиал Макаровской картинной галереи, основанной на моей частной коллекции: я подарил району более 80 картин 60 украинских художников.

— А не многовато ли для одного села художественных центров?

— Почему многовато? Я ездил по Европе пятнадцать лет. Там есть села —художественные колонии. Например, в Германии есть очень интересное село Ворпсведе, где каждое здание — это галерея, дом или мастерская какого-то художника. Из всей Европы едут туда почитатели искусства. В начале ХХ в. в Куксхавене также существовала художественная колония. Для нас это звучит странно, но почти в каждом немецком селе есть своя картинная галерея. Так почему бы Козичанке не быть художественным селом?!

— Как успеваете все это? Можно подумать, что совсем не отдыхаете.

— Я всегда планирую свой день и четко придерживаюсь плана. Очень люблю общество, праздник, общение. И отдаюсь весь — развлечению и работе. А когда работаю творчески, то ничто и никто не может уже меня отвлечь. Пожалуй, мне всегда помогала моя организованность.

— Вы уже много сделали, а еще больше планируете. А эти дела требуют немалых средств...

— Часто мои родственники или друзья спрашивают, ради чего мне, например, строить часовню на собственном участке, ведь я мог бы его продать и получить немалые деньги? Зачем создавать музей в частном доме, не лучше ли завещать его родным?.. Сам иногда задумываюсь — но иначе не могу. Деньги, имущество — слишком для меня примитивно. Недавно встретил однокурсника. Он рассказывает, что выполнил очередной заказ по оформлению ресторана — и приобрел новое дорогое авто... Но он не состоялся как художник... Что лучше?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК