ЗАМЕТКИ ОБ ИСТОРИИ «ТРЕТЬЕГО СЕКТОРА»

16 августа, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск №31, 16 августа-23 августа

В начале нынешнего года, накануне парламентских выборов на страницах «ЗН» развернулась дискуссия на тему гражданского общества и, в частности, «третьего сектора», т.е...

В начале нынешнего года, накануне парламентских выборов на страницах «ЗН» развернулась дискуссия на тему гражданского общества и, в частности, «третьего сектора», т.е. неправительственных структур. Сейчас, когда предвыборные страсти улеглись, можно более спокойно поразмышлять над проблемой становления «третьего сектора» в Украине.

Очевидно, что государство (даже самое демократичное) всегда испытывало и, вероятно, будет испытывать определенный соблазн контролировать, направлять, координировать деятельность неправительственных структур. В гражданском обществе этот рефлекс «гасится» как четко установленными правилами взаимоотношений власти и «третьего сектора», так и издревле вживленными в социум демократическими традициями.

Весьма любопытной представляется историческая ретроспектива взаимоотношений государства и общественных формирований. Человечеством накоплен колоссальный опыт как конструктивного симбиоза государства и «неформалов», так и полного поглощения последних, т.е. тотального огосударствления...

Несколько тысяч лет тому назад...

Этот самый «третий сектор» начал формироваться еще в V—I в.в. до нашей эры в Древнем Риме. Тогда были созданы профессиональные коллегии (ремесленников, ликторов, глашатаев, писцов), коллегии перекрестков (самодеятельные досуговые организации по месту жительства). Причем социальное творчество граждан благословлялось законом XII Таблиц, дававшим право членам организаций принимать собственный закон-статус. Позднее общественные структуры расцвели пышным цветом — учреждались коллегии погребальные, религиозные, литературные, артистические, благотворительные (например, коллегия трубачей Нумидийского легиона, собиравшая средства для возвращения на родину воинов-ветеранов).

В те времена «третий сектор» в политику не очень-то вмешивался, оттого и просуществовал весьма долго. Но уже тогда государство выработало и успешно апробировало универсальные средства борьбы с неправительственными структурами. Вытеснение из общественной жизни (ограничивались права народного собрания — базиса негосударственных структур). Насильственное огосударствление (деятельность наиболее влиятельных коллегий регламентировалась центральной властью, запрещался выход из них, а членство становилось наследственным). Запрет деятельности (в 64 г. до н.э. были отменены коллегии, деятельность которых противоречила имперской доктрине «общественного блага», а в 55 г. н.э. принят закон о неразрешенных коллегиях).

Второй период расцвета «третьего сектора» пришелся на XI—XVI вв., когда в странах Западной Европы бурно расцвели самоуправляющиеся городские общины, коммуны, превратившиеся в города-государства. Создавались союзы, братства, гильдии. Бюргерское сословие объединялось в цеха врачей, нотариусов, учителей, жонглеров, гробокопателей и т. д. по сословно-профессионально-территориальному признаку (закон «заповедной мили»). По некоторым гипотезам, цеховые структуры возникли на основе рецепции римского права и взяли на вооружение организационное устройство коллегий. Одним из первых прецедентов создания цеховой структуры является возникший в 1061 г. в Париже цех свечников. А к XIII в. в столице Франции уже действовало 350 цехов, объединявших 4159 мастеровых горожан.

Пятивековая история цехов завершилась их медленным угасанием в объятиях государства — полной институализацией, обюрокрачиванием, стагнацией и самораспадом.

«План и устав ваш... похваляем»

Социальная корпоративность на Руси как форма устройства общественной жизни не получила столь бурного развития, как в Европе, да и законодательно отношения власти и негосударственных структур фактически не регламентировались. Попытки Петра I сверху в приказном порядке («Регламент главного Магистрата» 1721 г., «Артельный указ» 1722 г.) приживить на российской почве «цунфты» успеха не имели.

Рискнем предположить, что началом легального самодеятельного движения в империи можно считать день 31 октября 1765г., когда императрица Екатерина II на прошение 15 ученых, приближенных ко двору, дала ответ: «План и устав ваш, которому вы друг другу обязались, похваляем и в согласии того Всемилостивейше опробуем что вы себя наименовали Вольное Экономическое Общество. Изволите быть благонадежны». Это был первый прецедент легализации добровольного общества в Российской империи. (Кстати, устав общества написан был столь путано, туманно и алогично, что принеси его на регистрацию в сегодняшний Минюст, чиновники пришли бы в ужас.)

Почти сто последующих лет общественные организации, которые можно пересчитать по пальцам, в империи легитимизировались исключительно по рескриптам императоров. Процесс разгосударствления общественной жизни едва начался, как на неокрепший «третий сектор» 1 августа 1822 г. обрушился указ Александра I «О уничтожении масонских лож и всяких тайных обществ». (Монарший гнев навлекла активность «вольных каменщиков», организовавших более двух десятков лож в губернских городах.)

Несмотря на преследования и жесткие юридические ограничения, «третий сектор» в первой половине XIX в. в империи расширялся. Только в Украине действовало более 50 обществ, из которых 23 нелегальных (три украинских тайных, четыре масонские ложи, шестнадцать польских национально-освободительных).

Впрочем, во второй половине XIX в. отношение к неправительственным структурам несколько смягчилось. Согласно высочайшему рескрипту от 12 января 1862 г., право утверждать уставы обществ, кроме императора, получили десять институтов государственной власти от губернаторов до Отдельного корпуса жандармов. (Кстати, одна из первых «инородческих» организаций «Общество распространения просвещения меж евреями в России» была утверждена министром внутренних дел в 1863 г.)

Наступил удивительный период ведомственно-циркулярного управления неправительственными структурами. В губернские управления полетели сотни депеш и предписаний по руководству на местах «третьим сектором». А на просторах «единой и неделимой» возникают все новые и новые общественные организации.

Имперская власть, почувствовав угрозу, начинает тотальную ликвидацию «сомнительных и нелояльных» организаций. В тогдашней Украине, например, негласно был объявлен гостеррор украинофильскому движению — начались аресты в гимназиях и народных училищах. Но процесс уже стал необратимым: в последней четверти XIX — начале ХХ века формирование негосударственных структур становится массовым явлением. Например, если в 1901 г. в Киеве действовало около 20 профсоюзов, то к 1906 г. — уже более 100.

К этому времени «третий сектор» в Украине являл собой удивительный феномен социального творчества. В селах и уездах создавались общественные клубы, кассы взаимопомощи, союзы потребителей, кредитные товарищества. Открывались краеведческие товарищества, артистические, музыкальные, драматические кружки, анимационные театры. Учреждались лиги равноправия женщин, общества трезвости, кружки вегетарианцев, эсперантистов, комитеты народных чтений, трудовые братства. Действовали инженерные, филологические, географические, исторические общества. (Только математических обществ в конце XIX — начале XX века в Украине действовало 180!) Учреждались и вовсе экзотические структуры: в конце XIX в. в Киеве действовали: общество интеллигентных профессий, общество любителей народных развлечений, союз сыщиков-мстителей, общество любителей миниатюрных изданий и т.д. и т.п.

Золотое и кровавое десятилетие «третьего сектора»

4 марта 1906 года выходят «Высочайше утвержденные Временные правила об обществах и союзах». Был введен новый институт — губернские Присутствия по делам союзов и обществ. Установлен порядок гласного слушания при утверждении устава в Присутствии. В госучреждениях запрещалось создавать политические организации, а профсоюзам не разрешалось вмешиваться в политику. При всех ограничениях и оговорках, это был шаг вперед. В мае — июле 1906 г. Присутствия утверждают тысячи уставов общественных организаций. (Кстати, первым в Киеве самодеятельным обществом, официально зарегистрированным после вступления в действие «Правил», было «Общество «Просвіта» в Киеве в память Т.Шевченко». Устав общества утвержден 26 мая 1906 г. и внесен в реестр Присутствия под №1.)

Общественные организации стремительно захватывают разные сектора общественной жизни. Неправительственные структуры принялись прокладывать железные дороги, открывать библиотеки и приюты, выпускать газеты и научные сборники, проводить концерты и лотереи, внедрять технические разработки, организовывать научно-исследовательские экспедиции и т.д. и т.п.

Это десятилетие стало противоречивой микроэпохой бурного научно-творческого и социально-политического предпринимательства. Формировались пролетарские политические организации и учреждались буржуазно-монархические партии, создавались шедевры культуры, а параллельно шли еврейские погромы. Созывались съезды профсоюзов и открывались дома терпимости. Расцветала благотворительность. Рабочим по закону оплачивали стачечные дни и... изымались из библиотек «вредные» книги. Начальники военных округов специальными приказами запрещали «употреблять в качестве питья одеколон», градоначальники снимали с витрин центральных магазинов «порнографические картинки». Гремел эсэровский террор. Более сотни вооруженных групп анархистов развязали в Украине в 1905—1909 гг. кровавую вакханалию. Взлетали в воздух пароходы, взрывались полицейские участки. Захватывались типографии и поезда, забрасывались бомбами городовые. Грабились магазины и склады. Отчеты жандармских управлений в ту пору напоминали сводки с фронта.

Но власти пугает не левацкая уголовщина, а бурный рост в те годы национально-освободительного движения. В деятельность культурно-просветительских организаций привносятся идеи национального самоопределения, борьбы с тотальной русификацией. И вот тогда власть широко задействует новый прием борьбы с «третьим сектором» — раскол по национальному признаку. В 1905—1908 гг. легализуется ряд национал-патриотических партий, а в уездных центрах и селах открылось 117 отделений «Союза русского народа». В ответ в городах формируются еврейские отряды самообороны, террористические группы...

Наступает половодье многопартийности. Только в Украине за последние 25 предреволюционных лет возникло 104 политические партии. Динамика такова: до 1905 г. действовала 31 партия, в 1905-м возникает еще 19 — от партии сионистов-социалистов до Союза автономистов-федералистов. В последующие годы — 54 новые партии.

В архивах Украины, России и Молдовы автору удалось отыскать документальные свидетельства о 2643 общественных организациях, действовавших в Украине начиная с 40-х годов XIX в. до конца 1916 г. Профиль их деятельности таков: 425 — благотворительные, 92 — религиозные, 473 — социальной взаимопомощи, 238 — культурно-досуговые, 213 — национально-просветительские, 498 — профессиональные, 82 — научно-технические, 374 — революционно-демократические, 179 — монархические, 69 — спортивные.

Сразу после свержения самодержавия 1 апреля 1917 г. граждане получили уникальное в мировой практике «Постановление Временного правительства о собраниях и союзах», согласно которому всем разрешалось устраивать собрания как в закрытом помещении, так и под открытым небом, а также «без всякого на то разрешения образовывать общества и союзы в целях не противных уголовным законам...». Неправительственные структуры праздновали победу, но очень недолго...

Приводные ремни единого общепролетарского механизма

С первых шагов новая власть максимально использовала древнеримскую триаду приемов ликвидации «третьего сектора» (огосударствление, вытеснение, запрет). При уездкомах создавались десятки (!) отделов и подотделов: агитпросвета, по работе с женщинами, здравоохранения, профобразования, охраны материнства и т. п., монополизирующие все сферы общественной жизни.

Появившиеся в то время добровольные общества возглавили представители новой власти. М.Калинин — общество «Долой неграмотность!» и «Союз ОСВОД», А.Луначарский — «Техника — массам», К.Ворошилов и М.Фрунзе — Военно-научное общество, А.Бубнов и А.Микоян — Общество друзей воздушного флота, Е.Ярославский — Союз воинствующих безбожников, Н.Крыленко — Общество пролетарского туризма... Старые общества распускались. Правда, в первые годы нэпа наблюдалось явное оживление общественной самодеятельности, но с середины 20-х годов началась централизация и тотальное огосударствление «третьего сектора».

Если в мрачные годы царизма на Украине в губернские Присутствия отчеты представляли тысячи общественных организаций, то, например, в 1924 г. во ВЦИК Украины представлено было всего семь отчетов обществ, объединявших в своих рядах 700 тыс. членов (Помдет, Красный Крест, Доброхим, Воздухопуть, Общество содействия юным ленинцам и др.). Понятно, что добровольность членства была относительной, а массовость достигалась путем проведения ударных политмероприятий. К примеру, Укросоавиахим за одну майскую «неделю обороны» в 1929 г. увеличил численность с 301900 до 721150 человек.

Государство торжествует победу. Идет полное удушение общественной самодеятельности как таковой. Добровольные общества, которые, с точки зрения властей, плохо выполняли функции «приводных ремней», были ликвидированы. Такая участь постигла общества радиоинженеров, любителей естествознания, любителей российской словесности, Общество поощрения художеств и др. Окончательно закрепляет процесс огосударствления «третьего сектора» «Положение о добровольных обществах...», утвержденное ВЦИК и СНК РСФСР 30 августа 1930 г. Но последняя точка была поставлена в июне 1932 г. с выходом соответствующего постановления ВЦИК и СНК РСФСР. В этом уникальном документе добровольным обществам ставилась единая задача «активного участия в социалистическом строительстве», а свою деятельность они должны были проводить «в соответствии с планом народного хозяйства... практически участвуя в осуществлении очередных задач Советской власти».

Псевдообщественные организации действовали на универсальных уставных принципах. Так, Общество филателистов главной целью ставило коммунистическое воспитание своих членов, Общество охраны памятников — осуществление мероприятий партии, общество «Водник» согласно уставу воспитывало своих членов «в духе принципов коммунистической морали».

Нередки были случаи, когда не государство, а партия санкционировала утверждение уставов общественных организаций (например, ДОСААФ), а многие приветственные письма ЦК КПСС и ЦК союзных республик в адрес учредительных съездов прямо вносились в уставы вновь создаваемых обществ. (Так случилось на учредительном съезде Всесоюзного общества любителей книги в 1975г.)

Новая история «третьего сектора» в Украине начала писаться набело в 1991 г. Но это уже совсем другая история...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №22-23, 15 июня-21 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно