Наш мир полнится… жалостью

17 февраля, 2011, 14:17 Распечатать Выпуск №6, 19 февраля-25 февраля

Структура благотворительности в нашей стране такова, что добрые люди из жалости компенсируют то, что не додает нуждающимся государство.

© Getty Images/Fotobank

Структура благотворительности в нашей стране такова, что добрые люди из жалости компенсируют то, что не додает нуждающимся государство. Причем оказывают помощь (в основном больным и бедным), зачастую не самые зажиточные (хотя взносы богатых размером поболее), а те, кто считают себя воспитанными в традициях сострадания. Таковых у нас 24%, и это не так мало, поскольку треть украинского населения считает, что сами нуждаются в помощи, а треть и рады бы помочь убогим, да не имеют о них информации. Еще 23% не считают себя благодетелями и чужие бюджеты за счет своего не поправляют… Об этом шла речь в социологическом исследовании фонда «Демократические инициативы» имени Илька Кучерива, проведенном по заказу Центра филантропии.

«Шапку по кругу…первому»: личное перед общественным

— Люди делятся деньгами, а также одеждой и продуктами с теми, кого жалко. В основном это дети, прежде всего дети-сироты, дети-инвалиды. Дают и старикам, и обездоленным, и бедным. За прошедший год на образование раскошелились четыре процента наших сограждан, на медицину — семь, а на охрану окружающей среды — лишь 0,5%. Молодежь поддержали финансово всего 0,9%, на искусство и культуру перечислили свои «кровные» 0,5%, а на решение проблем национальных меньшинств — 0,1%, — рассказывает директор фонда Ирина Бекешкина. — Правозащитным организациям помогли 0,8% населения. То есть ожидать, что за счет благотворительных взносов можно всерьез простимулировать гражданскую активность, пока рано — люди не готовы своей трудовой гривней поддерживать тех, кто собирается защищать их права. И в этом мы отличаемся от Запада с его развитой традицией благотворительности. Там организации, защищающие права человека, существуют за счет так называемого «фандрайзинга» (сбора добровольных пожертвований). В некоторых странах законодательство позволяет отдавать пять процентов от налогов не государству, а на то, что люди считают необходимым для общества. Я не поддерживаю такую практику для нашей страны, поскольку в наших условиях это стало бы еще одним каналом отмывания денег.

Как не пропасть поодиночке?

Интересно, что именно в разгар кризиса, в декабре 2008 года, по сравнению с более благополучным 2006-ым, число тех, кто помогал людям средствами или «натурой», увеличилось (с 28% в 2006-ом до 37% в 2008-ом). А сейчас эта цифра снизилась до 33%. Но для нашей страны, далекой от западных традиций и качества жизни, это, наверное, неплохо… С 2008 года средние суммы пожертвований возросли — вероятно, люди всерьез вознамерились «не пропасть поодиночке».

Стоит заметить, что самые богатые люди, как правило, в социологическую выборку не попадают. А тех, кто относит себя к высшему среднему уровню, у нас в обществе просто мало. Поэтому в этом исследовании сравнивались те, кто определил свой материальный уровень как средний, ниже среднего и самый низкий. Естественно, благотворительность более распространена среди зажиточных: из тех, кто отнес себя к обеспеченным выше среднего, оказывали благотворительную помощь 55% (в среднем — 325 гривен в год). Среди тех, чей материальный уровень ниже среднего,— 34% (в среднем — 231 гривня), а вот 28% самых бедных пожертвовали на благотворительность по 140 гривен, что для них, по сути, немалые деньги. Максимальный благотворительный взнос из тех, кто попал в опрос, — от предпринимателя — составил 11 тысяч гривен, а среди минимальных встречались взносы и по две—три гривны.

Характерно, что традиции благотворительности сильнее на Западе Украины. Там в этом году 50% оказывали помощь другим людям. Однако в материальном смысле их помощь оказалась меньше — в среднем по 188 гривен с благотворителя. А вот на Донбассе и в Крыму в благотворительной деятельности поучаствовали лишб 29% жителей, но дали они в среднем по 334 гривны. Объясняется это просто — на Востоке и Юге больше крупных городов, а в Западной Украине преобладают села. В Центральном регионе не чуждыми милосердия оказались 39%, а вот Киев оказался на средних позициях — всего 30% столичных жителей участвовали в благотворительных акциях.

Кстати, наши люди доверчивы и зачастую лишены подозрений, что их хотят обмануть. Верят позитивным историям о благотворительности 40% опрошенных. И только чуть более половины считают, что хорошо бы знать, на что конкретно идут перечисленные ими деньги. Поэтому СМИ, которые часто ведут кампании помощи больным и обездоленным украинцам (а в основном люди узнают такую информацию «из телевизора»), могли бы рассказывать о том, как пригодились конкретному человеку эти деньги, как он стал здоровым и благополучным…

— Мне кажется, филантропия выполняет две важные функции в обществе. Во-первых, это конкретная помощь конкретным людям, когда государство помочь не может, не хочет или у него «не доходят руки», а иногда и законы не помогают. И, во-вторых, это еще и духовная помощь самим благотворителям — сострадание делает их лучше, немного счастливее, — говорит Ирина Бекешкина. — В то же время в нашем обществе не работает третья важная функция филантропии — приобщение людей к влиянию на общество, на власть в качестве граждан, поддержка тех организаций и людей, которые отстаивали бы права и интересы определенных групп (например, тех же предпринимателей) или общества в целом (экологические, правозащитные организации).

Кстати, от благотворительных организаций узнают о нуждающихся в помощи всего три процента украинцев. О деятельности таких организаций, которые могут помочь человеку и его близким, знают всего 15% опрошенных (правда, в 2006 году о них знали еще меньше — 12%). Но, очевидно, это проблемы не столько самих организаций, сколько СМИ (ну не на площадях же с мегафоном сообщать о своей деятельности?)

Помнится, в советские времена люди помогали своим близким, а не «дальним». Такая самодеятельность не приветствовалась, разве что отчисления с зарплаты в Фонд мира… А «шапку по кругу» могли пустить в коллективе. Сейчас помогать другим и становиться от этого счастливее можно, но… В странах с сильными социальными гарантиями на операции больным детям всем миром не собирают — там они и так делаются. Возможно, поэтому больше средств собирается на экологию, на правозащитные организации. У нас же люди обеспечивают наименее защищенную часть социума вместо государства. На государство, в смысле непосредственной адресной помощи, рассчитывают всего 14% населения. Эффективными люди считают благотворительные организации (24% опрошенных), а также крупных частных благотворителей (примерно столько же). Большие бизнес-структуры люди не очень ценят. К тому же 33% опрошенных считают, что в сфере благотворительности вообще никто не эффективен.

Выходит, что вопрос «Как не пропасть поодиночке?» можно перефразировать на «Как не пропасть наедине с державой»…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно