Как погиб подпольщик «Зот»

16 марта, 2012, 15:08 Распечатать

В мирное время графика Нила Хасевича не переставала бы волновать тысячи почитателей, собирала бы солидные аудитории зрителей на художественных выставках в Украине и за границей.

В мирное время графика Нила Хасевича не переставала бы волновать тысячи почитателей, собирала бы солидные аудитории зрителей на художественных выставках в Украине и за границей. Но когда в смертельном поединке сошлись нацизм и большевизм, у этого небезразличного жителя Полесья возникла надежда на восстановление украинской государственности. Он вступил в ряды УПА и связал с подпольем все дальнейшее творчество. «В своей жизни я потерял уже все, но если во мне останется хотя бы одна капля моей крови, я буду биться с врагами своего народа», — писал он в одном из писем. 

Четвертого марта 1952 года подпольщик «Зот» погиб от рук чекистов. 

Недавно в издательстве «Літопис УПА» вышло подробное исследование Александра Ищука, Игоря Марчука и Дарии Даревич «Життя і творчість Ніла Хасевича». Один из авторов, заведующий отделом «Інститут дослідів Волині» Ривненского областного краеведческого музея Игорь Марчук, согласился раскрыть неизвестные ранее обстоятельства гибели художника, а также рассказать о найденных недавно его работах и замыслах.

— Пан Игорь, карикатуры Нила Хасевича на советскую жизнь, бумажные знаки — бофоны, эскизы наград членам ОУН и воинам УПА распространялись среди делегатов Генеральной Ассамблеи ООН 1951 года, посольств иностранных государств в СССР. Вне сомнения, они вызвали гнев Москвы. Догадываюсь, советским карательным органам было дано указание уничтожить художника…

— Это не совсем так. К тому времени в Западной Украине, в частности на Житомирщине, Хмельнитчине, осталось очень мало подпольщиков — немногим более сотни. Они уже понимали, что западные государства не начнут войну с СССР, что борьба ОУН—УПА против большевистской Москвы обречена. Зато у органов госбезопасности был большой опыт борьбы с подпольем, в каждом селе — по несколько информаторов, а в некоторых районах — даже псевдоподпольные группы провокаторов, наладивших связь с настоящим подпольем. Все повстанцы уже состояли на оперативном учете, их держали под серьезным контролем. 

В выявленных и обезвреженных крыивках в руки чекистов попадали разные документы и иллюстрированные пропагандистские материалы, свидетельствовавшие, что Нил Хасевич активно работает. Советские органы госбезопасности знали о существовании Нила Хасевича. Дело-формуляр на него завели еще в 1944 году. Арестовали несколько человек, контактировавших с художником в подполье. Но МГБ не имело четкого указания его ликвидировать, а собирало информацию для ареста или уничтожения. Его разыскивали нерегулярно — очевидно потому, что Нил Хасевич вооруженной борьбой не занимался, был только руководителем графического звена. А основные силы чекисты тогда бросили на ликвидацию проводников — Романа Шухевича, Василия Кука и краевых руководителей ОУН.

— Насколько мне известно, в то время чекисты активно разыскивали руководителя краевого провода ОУН на Волыни Василия Галасу (псевдо Орлан). Возможно, по дороге к нему они обнаружили бункер, где скрывался Нил Хасевич?

— Путь к местонахождению художника был неблизкий. Как-то Орлан попросил руководителя районного провода ОУН Владимира Троцюка (Буйного) найти ему какую-то более простую крыивку, чтобы перезимовать и подлечить раненых. Буйный знал, что в селе Радухивка Клеванского района есть хорошая крыивка, в которой скрывался Нил Хасевич. В результате разных перипетий Хасевича из нее перевезли в крыивку для небольшой группы повстанцев, которую обустроил бывший руководитель связи краевого провода ОУН Игорь Власюк (Назар). Она была на хуторе возле села Сухивцы, в усадьбе Лаврина Стацюка. Хасевич воспринял переселение очень болезненно. В бункер, рассчитанный на двоих — художника и его ученика, — вселили третьего повстанца. В гневном письме к Буйному Хасевич возмущался: вы захватили мою крыивку, создаете опасность моему пребыванию... Он был прав: ведь для троих надо было больше продуктов на зиму. К тому же часто выходить на поверхность не мог из-за инвалидности. 

В конце февраля 1952 года чекисты накрыли крыивку Буйного. Погибли районний проводник и повстанцы, находившиеся с ним. В крыивке нашли документы, а среди них упомянутое письмо от Хасевича. Это означало, что художник где-то неподалеку. Эмгебисты получили информацию, что и Галаса также неподалеку. Все силы они направили на их ликвидацию.

— Из воспоминаний заместителя начальника 1-го отделения УМГБ Ривненской области Бориса Стекляра, руководившего операцией по ликвидации Хасевича, видно, что чекисты не знали, где именно находится художник. Его выдал кто-то из местных жителей?

— Именно тогда, когда в Радухивку прибыли трое офицеров МГБ — скорее всего, чтобы собрать информацию о Хасевиче, — в Сухивцах проходило совещание колхозного актива. Оно затянулось допоздна. Заготовитель Радиловец и еще несколько колхозников пошли ночевать в дом Лаврина Стацюка. А сюда как раз пришел Назар. Неизвестно, почему он был один. Радиловец, столкнувшись с ним, увидел оружие. Они сцепились. Назар выстрелил и легко ранил Радиловца. Последний вырвал у Назара автомат, и тот был вынужден убежать. А Радиловец, собрав все силы, побежал в правление колхоза. Там подняли на ноги милицию, вызвали Стекляра из Радухивки. Начали расспрашивать Лаврина Стацюка что случилось. Хозяин отнекивался: дескать, ничего не знаю. Но было подозрение, что крыивка где-то недалеко. Нашли жену Стацюка Ефросинию и младшего сына Григория, которых в то время не было дома. Во время допросов жена вынуждена была сказать, что действительно в хлеву есть крыивка. Затем Лаврин показал вход в нее.

Стекляр дождался приезда начальника Клеванского райотдела МГБ с солдатами. Повстанцы, услышав что враги уже близко, начали сжигать документы. Один из них попробовал отстреливаться. Но напрасно, потому что у них было очень слабое оружие: только три пистолета и две винтовки. Сначала эмгебисты начали пускать в крыивку ракеты, надеясь, что газ выкурит повстанцев и их удастся захватить живыми. Потом бросили гранаты. Все, кто был в крыивке, погибли. Среди тел опознали и Хасевича. Мертвых повстанцев отвезли в Клеванский райотдел МГБ, но неизвестно, где похоронили. Лаврина Стацюка с женой и сыном, которые держали крыивку, арестовали и осудили на 20 лет сибирской каторги с конфискацией имущества.

— Судьба братьев и отца Нила Хасевича тоже сложилась трагически?

— Его брат Анатолий (Хвилевый) был политическим референтом Костопольского района. В начале 1944 года, когда приближался фронт, он попал в руки красных партизан и был замучен. О его судьбе известно мало. Федора, священника с Волыни, в 1946 году осудили по надуманным обвинениям в антисоветской пропаганде и убийстве еврея… В 1950-х годах контролировали его почту, потому что у них было подозрение, что он состоит в переписке с Нилом. Федор отсидел свой срок и жил возле Томска. А отец, Антон Хасевич, погиб еще осенью 1943-го во время масштабной карательной акции, которую немецкие оккупанты проводили на Костопольщине. 

— О раннем творчестве художника, графике периода обучения в Варшавской школе изобразительного искусства знаем немного. Какие его неизвестные работы вам удалось отыскать?

— Учась в Варшаве, студент Хасевич бедствовал и был вынужден подрабатывать тем, что сегодня называем рекламным дизайном. Он иллюстрировал многие периодические издания. Кроме того, мне удалось найти букварь, изданный во Львове в начале 1930-х годов, для которого Нил Хасевич создавал иллюстрации. А недавно, просматривая книгу об истории украинских наград, я натолкнулся на известный знак отличия 1932 года — Крест Симона Петлюры, которым награждали воинов армии УНР в эмиграции, и грамоту к нему. Ее автор Нил Хасевич, как и грамоты митрополиту Андрею Шептицкому...

— Экслибрисы, открытки «Кличі ОУН», карикатуры из так называемой колхозной серии, сцены жизни повстанцев «Волинь у боротьбі» и прочие — это хорошо известные графические работы Нила Хасевича. Неужели нет совсем неизвестных циклов?

— В 1950-х годах Нил Хасевич разработал серию «Слова і дійсність». В архивах я нашел сюжеты для 84 работ. Это большой цикл, созданный в течение четырех лет. Его целью было показать контрасты советской жизни — что обещали и что есть; бедная жизнь крестьян, рабочих, интеллигенции. Нил Хасевич вынашивал замысел создать серию работ о будущей жизни в Украинском государстве, где не будет колхозов, а будут свободные крестьяне, дети не будут голодать, не будут слоняться, а будут учиться в школе. К сожалению, художнику не пришлось реализовать эти замыслы. 

— На этом недоступные массе работы Нила Хасевича исчерпываются?

— Нет. Например, в Волынском областном краеведческом музее хранятся некоторые работы художника из серии «Волинь у боротьбі» и их эскизы. Из них хорошо видно, как Нил Хасевич переводил наброски в графику. Есть эскиз «Олесь» и соответствующий рисунок, есть зарисовка с изображением поваленного дерева и завершенная графическая работа — дерево и под ним пулеметчик. Нил Хасевич гармонично объединял элементы природы с образом повстанца. Сохранились и другие оригинальные работы с изображениями подпольщиков на отдыхе, выполненные тушью и гуашью. Это, скорее всего, его профессиональные работы для двухцветного дереворита.

Вне сомнения, авторы книги пытались с разных сторон показать лицо Нила Хасевича, его многогранное творчество. Многое им удалось. Жаль только, что исследователи не смогли до конца осветить путь художника в подполье с 1945-го по 1950 г. — где он скрывался, каково было его окружение, потому что не нашли соответствующих документов. Надеемся, более основательная работа впереди.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №28, 21 июля-10 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно