История, которую не знаем. Или не хотим знать?

28 марта, 2002, 00:00 Распечатать

История с Ивано-Франковским горсоветом, который уравнял в правах ветеранов так называемой Великой Отечественной войны и ветеранов дивизии СС «Галичина» — показательна. В государстве, где не достигнуто соглашение о гражданском мире и согласии, подобного рода локальные резонансные решения будут иметь место даже после того, как в живых не останется ни одного ветерана Второй мировой. Тогда будет идти война вокруг могил и памятников, как это отмечалось на протяжении последних лет во Львове вокруг захоронений жертв украинско-польской войны 1918 — 1919 гг. Всё дело в том, что в нашем обществе доминирует вопиющая историческая неграмотность.

Боевка коменданта Деражненского района Ровенской области Украинской повстанческой армии (УПА) М.Марчука («Игоря», первый справа) в лесу возле с.Великий Стыдын. 1949 г.
 
Боевка коменданта Деражненского района Ровенской области Украинской повстанческой армии (УПА) М.Марчука («Игоря», первый справа) в лесу возле с.Великий Стыдын. 1949 г.

История с Ивано-Франковским горсоветом, который уравнял в правах ветеранов так называемой Великой Отечественной войны и ветеранов дивизии СС «Галичина» — показательна. В государстве, где не достигнуто соглашение о гражданском мире и согласии, подобного рода локальные резонансные решения будут иметь место даже после того, как в живых не останется ни одного ветерана Второй мировой. Тогда будет идти война вокруг могил и памятников, как это отмечалось на протяжении последних лет во Львове вокруг захоронений жертв украинско-польской войны 1918 — 1919 гг. Всё дело в том, что в нашем обществе доминирует вопиющая историческая неграмотность. При этом никто не спешит пополнять или исправлять пробелы в исторических знаниях. Одни становятся под знамёна «единственно правильной» советской историографии, которая признавала правоту только Красной Армии и Коммунистической партии, а посему все, кто был по ту сторону баррикад, до сих пор признаются предателями, изменниками, врагами, преступниками. Другие постигают историю исключительно по учебникам, написанным в диаспоре, где всё, связанное с СССР, подаётся со знаком «минус», а всё оппозиционное коммунистическому режиму — исключительно в положительных тонах. Трезвые и взвешенные попытки оценки новейшей истории, предпринятые, например, доктором Ярославом Грицаком, остались замеченными только в кругах интеллектуалов — большинство населения, включая наших политиков, любит чтиво попроще.

Отсюда и та каша, которая образовалась в головах наших сограждан относительно сравнительно недавней истории их же государства. Для среднестатистического гражданина Украины понятия «Организация украинских националистов», «Дивизия СС «Галичина», «Украинская повстанческая армия», «Нахтигаль» и «Роланд» — почти идентичны. Отсюда и профанские попытки наших депутатов «реабилитировать ОУН–УПА». Им и невдомёк, что ОУН и УПА — разные по своей сути структуры и они требуют разного подхода: УПА — признания на государственном уровне воюющей стороной в ходе Второй мировой войны, ОУН — исторической реабилитации и признания заслуг в деле борьбы за независимость. А члены ОУН и УПА заслуживают только на одно — на ветеранскую пенсию в независимой Украине, что требует некоторой коррекции в соответствующей бюджетной статье. Более того — зацикленность на ОУН, УПА и дивизии СС приводит к тому, что мы, фактически, отбрасываем огромное количество других форм деятельности украинского движения Сопротивления, которое боролось не только с нацизмом (как в других странах Европы), но в первую очередь с наступлением Советской Армии.

Постижение мною истории украинского национально-освободительного движения 20 — 50-х годов в своё время открывало новые и новые захватывающие страницы. Я прикоснулся к архивам, работал над диссертацией о националистическом движении. Я понял, насколько табуирована правда и мифологизирована концепция, бытующая среди основной части населения. Такого же рода потрясение овладело мною тогда, когда я в ранней юности узнал, что подвиги во Второй мировой осуществлялись не только советскими бойцами, но и немецкими. И что немецкие покрышкины сбивали втрое больше самолётов, чем советские асы. И что с немецкой стороны были свои матросовы. И что советские войска на территории Германии проводили карательные акции, перед которыми меркнет горе Хатыни. Наверно, только тогда, когда мы научимся видеть историю не в двумерной чёрно-белой форме, а в трёхмерной цветной, мы станем более лояльными к прошлому и будем оценивать ветеранов не по тому, под какими флагами они воевали, а по тому, что они просто — воевали. Ради идеи. Ради жизни. Ради светлого будущего. И что с того, что у них было разное видение этого светлого будущего? Одни связывали его со сталинским «союзом нерушимым». Другие — с гитлеровской «Новой Европой». А третьи верили, что два титана, занявшись борьбой между собой, настолько ослабнут, что почти недостижимая идея единой соборной самостийной Украины станет реальностью...

Но давайте всё по порядку. Давайте разберёмся с тем, кто был кем в нашей истории.

После Первой мировой войны в Европе стали шириться реваншистские настроения, вызванные несправедливостью Версальско-Вашингтонской системы. Особенно остро ощущали эту несправедливость народы, которые так и не смогли отстоять свою независимость. Украинцы, пережившие революцию и ожесточённую борьбу против целого ряда агрессоров, утратили все революционные завоевания, в том числе и декларацию об объединении Украинской Народной Республики и Западно-Украинской Народной Республики — Акт Соборности. Большая часть Украины отошла к Украинской Социалистической Советской Республике. Решением Совета послов в марте 1923 года Западная Украина отошла к Польше. Закарпатье оказалось под властью Чехо-Словакии. Буковина была оккупирована Румынией. Естественно, украинские патриоты — особенно из младшего поколения — не могли смириться с таким положением дел. Начинаются дискуссии относительно причин поражения. Не без влияния популярного в то время публициста и философа Дмитрия Донцова в среде ветеранов (особенно ветеранов Украинской галицкой армии и Корпуса Сичевых Стрельцов) и студенчества распространяется мнение, что виной всему — социалистические идеи и демократический стиль руководства лидеров УНР. Поэтому вся дальнейшая работа должна быть построена на антитезисе к демократии. Кроме того, в условиях конспирации полувоенный стиль руководства был просто необходим для функционирования организации.

В 1921-м возникает Украинская военная организация (УВО), которая к 1925 году перешла на позиции идеологического осознания национализма, а в 1927 году вместе с другими организациями (Легией украинских националистов, Группой украинской националистической молодёжи, Союзом украинской национальной молодёжи) создаёт единый координирующий орган — Провод украинских националистов, во главе которого стал лидер УВО Евген Коновалец. В январе 1929 года в Вене был проведён учредительный Конгресс Организации украинских националистов, в который влились все вышеперечисленные организации.

ОУН стала классической праворадикальной, террористической организацией, ориентирующейся идеологически на итальянскую модель фашизма — к тому времени самую передовую европейскую идеологию. Заметим: фашистскую модель, но не нацистскую! ОУН были чужды расовые принципы, для ОУН не был определяющим фактор антисемитизма. Лидеры ОУН Рико Ярый, генерал Мыкола Капустянский, Мыкола Сциборский были женаты на еврейках. Но в советские времена настойчиво муссировался тезис о том, что ОУН состояла на полном попечении Германии. Следует отметить, что на протяжении 20-х годов Евген Коновалец действительно пользовался средствами из специального немецкого фонда, созданного для поддержания негосударственных народов Европы правительством Веймарской республики. Но к концу 20-х немцы почему-то решили, что им сподручнее финансировать экзильного гетмана Павла Скоропадского и сократили финансирование ОУН. А Гитлер, придя к власти, вообще прекратил финансирование, что отчётливо прослеживается по документам. Коновалец пытался наладить связи с разными государствами, пытаясь найти финансы. Наибольшую помощь ОУН оказывали Литва (гражданином которой являлся Коновалец до конца жизни), Италия, Япония, а также украинские эмигранты из США и Канады. Были попытки наладить связи даже с СССР — Кремль был заинтересован в дестабилизации положения на территории Польши. Однако эти контакты были эпизодическими.

В 1934 году боевики ОУН совершили самый громкий террористический акт — убийство министра внутренних дел Польши генерала Бронислава Перацкого. Террорист, непосредственно выполнивший приговор, Григорий Мацейко, смог эмигрировать в Латинскую Америку. Часть организаторов акта пытались скрыться на территории Германии. Германия же в это время была связана с Польшей договором о мире и добрососедских отношениях от того же 1934 года. Поэтому немецкие власти арестовали резидента ОУН в Берлине Рико Ярого, которого на некоторое время поместили в тюрьму, а боевика Мыколу Лебедя выдали польским властям. Тогда же в тюрьму, а после в концлагерь попали другие деятели националистического подполья — Дария Гнаткивская (будущая жена Лебедя), Степан Бандера, Роман Шухевич и другие. Варшавский и Львовский процессы над боевиками ОУН, само поведение боевиков на процессе создали неимоверную рекламу организации, которая насчитывала реально чуть более тысячи человек. В городах и сёлах Галичины начинается настоящий ОУНовский бум. ОУН превращается в наиболее авторитетную политическую силу среди украинского населения. Даже умеренные либералы из УНДО признают необходимость сотрудничества с националистами, а в тюрьмах националисты и комунисты устраивают общие акции, направленные против Польши.

Накануне Второй мировой войны в Германии снова вспомнили о существовании ОУН. К тому времени в организации отмечается ряд существенных изменений. В мае 1938 года от рук советского агента в Роттердаме гибнет Евген Коновалец. Долгие споры о преемнике между тремя наиболее близкими соратниками Коновальца — Рико Ярым, Ярославом Барановским и Омеляном Сеником — завершились компромиссным решением: лидером ОУН и главой Провода украинских националистов был избран боевой соратник (по революционным событиям и по подполью УВО), а также родственник Коновальца Андрей Мельник, к тому времени отошедший от политики и руководящий огромным хозяйством Галицкой митрополии Украинской греко-католической церкви. Митрополит Андрей Шептицкий, находящийся в перманентном конфликте с ОУН и с Коновальцем, одобрил этот выбор — с этого времени отмечается тесное сотрудничество ОУН и УГКЦ. Мельник установил тесные связи с Германией, при этом он пытался действовать без посредников типа Рико Ярого, которого отодвинули от активной деятельности.

Германия начинает активно заигрывать с ОУН, обещая ей в случае победоносного завершения Второй мировой войны создать независимое Украинское государство. Лидеры ОУН старались не замечать некоторых противоречий между словами и действительностью. Например, Германия после развала Чехо-Словакии признала Закарпатье (Карпатскую Украину) зоной влияния Венгрии, хотя на этой территории уже начиналась активная самостоятельная политическая жизнь и даже была провозглашена государственность. В августе 1939 года шеф абвера адмирал Вильгельм Канарис и его помощник Эрвин фон Лагузен встретились в Вене с А.Мельником. Канарис поздравил Мельника с «решением фюрера создать Западно-Украинское государство» и попросил предоставить проект Конституции и состав будущего правительства. Мельник согласился. Правительство должен был возглавить Омелян Сеник. Сам Мельник, по замыслам ОУН, должен был занимать диктаторский пост вождя нации. Конституция была составлена Мыколой Сциборским и первой же статьёй утверждала в Украине «авторитарный, тоталитарный, профессионально-сословный» режим. Вождь нации, согласно Конституции, имел право созывать и распускать парламент и правительство, избирался пожизненно и был ответственен перед Богом, историей и собственной совестью. Немцы ставили только одно условие — Мельник должен был провозгласить восстание ОУН против польской власти в тот момент, когда немецкие войска вторгнутся в Польшу. Это было нужно не так немцам, как СССР, — для того, чтобы аргументировать своё вторжение в Польшу необходимостью помощи восставшему украинскому народу. К чести Мельника, ОУН дипломатично отказалась от восстания, хотя этот вопрос в среде националистов активно дискутировался, а в отдельных местностях прошли локальные антипольские выступления, инициированные ОУН.

С развалом Польши и началом Второй мировой войны ОУН оказалась перед сложными испытаниями. Советский тоталитаризм был более жёстким и более беспощадным, чем польский. Если поляки за причастность к ОУН сажали в тюрьму, то представители советской власти репрессировали целые семьи националистов или заподозренных в симпатиях к националистам. Соответственно если ранее в глазах украинца из Галичины было два врага — Польша и Советский Союз, то теперь остался один — СССР. И бороться с ним можно было только одним путём — заручившись поддержкой Германии.

Ситуация в ОУН усугублялась конфликтом поколений и доктрин. После раздела Польши немало националистических деятелей из среды так называемых «краевиков» вышли из тюрем и лагерей. Они были овеяны ореолом славы. О Бандере, Шухевиче, Лебеде в галицких сёлах слагались песни и легенды. Однако в ситуации, что сложилась, они оказались не у дел. Эмиграционный провод игнорировал во многих случаях мнения, которые высказывались Краевым проводом и молодыми боевиками. Лидеры ОУН оказались оторванными от реалий политической жизни непосредственно в Украине, выстраивая планы, которые часто не соответствовали духу времени. Среди краевиков начал назревать бунт, лидером которого стал Степан Бандера. Встреча Мельника и Бандеры в самом начале 1940 года ни к чему не привела. 10 февраля 1940 года в оккупированном немцами Кракове состоялось заседание националистичекого актива, которое провозгласило создание Революционного провода ОУН во главе со Степаном Бандерой. Отдавая должное Андрею Мельнику и не выдвигая против него никаких обвинений, сторонники Бандеры (14 человек, в том числе два члена Провода) обвинили ближайших соратников вождя в сотрудничестве с польской полицией. Как результат — начинается противостояние, которое закончилось расколом ОУН на два лагеря — условно называемых мельниковцами и бандеровцами.

Обе фракции некогда единой ОУН в одинаковой мере желали победы германского оружия. Но вот ставку в своих планах они сделали на разные структуры внутри германской правительственной верхушки. Мельниковцы более контактировали с вермахтом и частично с гестапо. Бандеровцы перехватили связи с Абвером. Поскольку немецкая государственная машина не была чем-то монолитным и слаженным, вполне допускалась такая самодеятельность различных структур внутри рейха.

В 1939 году один из ближайших соратников Мельника Роман Сушко создаёт первую украинскую боевую единицу в составе вермахта — Bergsbauernhillfe. Формально это был вспомогательный отряд, чтобы помочь крестьянам в горных районах собрать осенний урожай. Такой себе немецкий стройбат. Но эта часть дошла до города Стрый и в сентябре 1939 года должна была повиноваться приказам свыше и оставить завоёванную территорию.

В 1941 году бандеровцы создают при немецких войсках два батальона — «Нахтигаль» и «Роланд». 30 июня 1941 года эти батальоны первыми вошли во Львов. Позже советская и польская историографии приписывали бойцам из батальонов ряд преступлений — в том числе расстрел польских профессоров (экс-премьер-министра Бартеля Тадеуша Бой-Желенского и др.) в июле 1941 года, репрессии среди еврейского населения, однако ни одно из обвинений не было документально доказано, а сами участники, естественно, открещиваются от обвинений. В 1942 году батальоны были расформированы и брошены в Белоруссию, однако большинство бойцов по пути просто дезертировали и пополнили сформировавшуюся к тому времени Украинскую повстанческую армию.

30 июня 1941 года во Львове бандеровцы во главе с 29-летним Ярославом Стецько провозгласили независимость Украины. В этом тоже состояла специфика тактики мельниковцев и бандеровцев. Бандеровцы выбрали тактику провозглашения независимости в первом значительном городе Украины с тем, чтобы дальше, в меру продвижения немецких войск, провозглашать независимость в других городах и селениях. Справедливости ради следует сказать, что последнее по времени провозглашение независимости состоялось в сентябре 1941 года в Василькове под Киевом. Мельниковцы считали, что провозглашение независимости должно состояться в Киеве. Немцы открыто заявляли националистам: «Возможно, вы считаете нас своими союзниками, но по военной терминологии мы — захватчики бывших советских территорий, и ни в каких украинских союзниках не нуждаемся». Эти слова не действовали отрезвляюще.

В самом начале июля немецкое командование арестовало Я.Стецько и нескольких министров в его правительстве, а само правительство было объявлено распущенным. Немецкая пропаганда тщательно скрывала сам факт провозглашения Украины, хотя в третьем пункте Акта о провозглашении открытым текстом заявлялось: «Новопостаюча Українська держава буде тісно співдіяти з націонал-соціялістичною Великонімеччиною, яка під проводом свого фірера Адолфа Гітлера творить новий лад в Европі і допомагає Україні». Некоторые лица из окружения Гитлера (например, Альфред Розенберг) вынашивали планы создания Великой Украины (которая включала бы Кубань и даже Тамбов). Украинцы, по подсчётам Розенберга, могли бы дать немецкой армии около 4 миллионов штыков. Однако в данном случае для Гитлера на первый план вышло понятие чистоты расы — «унтерменшен», к которым он относил всех без исключения славян, в том числе и украинцев, не имели право носить оружие.

Дальше был план «Ост», создание рейхскомиссариата «Украина» во главе с Эрихом Кохом, действительно деспотический оккупационный режим в Украине, который усилился после продвижения регулярных частей и замены военной администрации гражданской. Кстати, ситуация в соседней Белоруссии, которая отошла к рейхскомиссариату «Остланд», была несравненно более мягкой и толерантной к местному населению. Рейхскомиссар Вильгельм Кубэ обеспечил белорусам национальный язык, развитие культуры, школы, национальную атрибутику. Это приводило к тому, что народ не очень-то поднимался на «священную войну». Поэтому в 1943 году советские подпольщики спровоцировали карательные акции немцев в Белоруссии, убив Кубэ. В отместку немцы уничтожили часть мирного населения, после чего Белоруссия стала прославленным партизанским краем.

Мельниковцы в Киеве пробовали создать местную украинскую администрацию. Была возобновлена работа учебных заведений, по Украине стали открываться университеты — в том числе были попытки открыть университеты в Виннице и Умани. Стала выходить газета «Украинское слово». В Киеве даже создали Союз писателей. Была совершена попытка собрать своеобразный предпарламент Украины — Украинскую Национальную Раду, которую возглавил профессор Киевской политехники Мыкола Величковский.

Немцы расправились с более лояльными мельниковцами жестоко — ряд деятелей мельниковской ОУН (О.Телига, М.Телига, И.Ирлявский, М.Чемеринский и другие) в феврале 1942 года были казнены в Бабьем Яру в Киеве. И бандеровцы, и мельниковцы перешли в подполье, воюя против немцев. Степан Бандера и Ярослав Стецько попали в концлагерь. Андрей Мельник некоторое время находился под домашним арестом, а потом также был переведён в концлагерь Заксенхаузен.

В сентябре 1941 года бандеровская ОУН принимает решение о переходе к сопротивлению немецким оккупационным войскам. В мае 1942 года аналогичное решение принимает и мельниковская ОУН. Уже в июне—июле 1942 года отряды мельниковцев начинают действовать в окрестностях Луцка, Почаева, Кременца, Лановцев. Свои действия они координировали с отрядами «Полесской Сечи» (позже переименованной в Украинскую повстанческую армию) атамана Тараса Боровца-«Бульбы», который действовал от имени и по поручению эмиграционного правительства Украинской Народной Республики и президента Андрея Левицкого. Представитель мельниковцев Олег Штуль (будущий преемник А.Мельника на посту лидера ОУН) находился при штабе Боровца.

Летом 1942 года на Житомирщине и Ровенщине начинает формироваться группа под кодовым названием «Озеро», которая к осени переросла в боевые отделы ОУН самостийников-державников (так именовали себя бандеровцы). У истоков группы стояли Д.Клячкивский и В.Стельмащук. Общее руководство ОУН (бандеровской) к тому времени осуществлял Мыкола Лебедь. Официально датой образования бандеровских боевых подразделений считается 14 октября 1942 года — дата очень условная, поскольку привязана к конкретному празднику — Покровам Пресвятой Богородицы, традиционно — покровительницы украинского воинства.

Переговоры между Боровцом и бандеровцами привели к некоторому компромиссу, который вследствие диктаторской логики бандеровцев был нарушен: 7 июля 1943 года, как утверждает в мемуарах сам Боровец, бандеровцы дали приказ разоружить формирования Боровца и мельниковцев. При этом часть полевых командиров была расстреляна. Сам Боровец бежал в Варшаву, где был арестован немцами и брошен в концлагерь. С этого времени бандеровцы стали пользоваться названием «Украинская повстанческая армия». Следует учесть, что ОУН и УПА — это разные вещи. УПА — это военная организация, со своим уставом, со своими тактикой и стратегией, со своим командованием. В УПА было немало членов других партий и организаций, а также беспартийных, и поэтому употребление аббревиатуры ОУН — УПА как чего-то монолитного, единого — неправомерно.

Основные действия УПА до середины 1944 года сосредоточились на Волыни и Полесье. В Галичине — как ни странно — УПА почти не действовала. Этому было несколько объяснений. Во-первых, нацистский режим в дистрикте «Галиция» был более мягким, чем в рейхскомиссариате «Украина». Во-вторых, в Галиции существовала сеть украинской администрации (Украинский центральный комитет и «Українські допомогові комітети»), которые нельзя было подставлять под удар. В-третьих, существовала серьёзная конкуренция с Армией Крайовой, которая имела значительно большую поддержку из-за рубежа и бои с которой могли обескровить УПА.

В Галичине в это время немецкие войска объявили набор в регулярную боевую единицу — дивизию СС «Галичина». Следует учесть, что это была дивизия Ваффен-СС, которая не была предназначена для карательных, а только для боевых действий. Набор в дивизию вёлся по линии УЦК. Бандеровская ОУН отнеслась к факту создания дивизии враждебно. Мельниковцы же считали её серьёзной школой для будущей армии. Высшее руководство дивизии было немецким. Солдаты носили немецкое обмундирование с сине-жёлтыми отличиями и галицким львом в петлицах. Присяга приносилась на верность Украине, что впоследствии спасло офицеров и солдат дивизии от наказания — после войны их признали невиновными в совершении преступлений. В 1944 году дивизия была почти наголову разбита и переброшена сперва на юг Польши, дальше — в Словакию и Югославию, где в марте 1945 года она объединилась с 34 батальоном СД («Волынским легионом») и через месяц сдалась на милость победителям — американцам и англичанам. Как бывшие граждане Польши, дивизионники не подлежали репатриации в СССР.

Интересный момент: когда немцы давали добро на создание дивизии, у них был аргумент расового плана. Считалось, что галичане и украинцы — две разные нации, и при этом галичане — это почти что арийцы. Эта легенда дала возможность функционировать дивизии. Не соответствует исторической правде информация о том, что Гитлер не знал о существовании дивизии СС «Галичина» — на самом деле он неоднократно вспоминает о ней в своих «застольных беседах».

Следует также учесть, что попытки сформировать украинские дивизии предпринимались и ранее, и позже. В 1941 году немцы объявили о намерении создать дивизию СС «Сумы» из пленных украинских солдат. В 1944 году была предпринята попытка создания дивизии СС «Карпаты» — опять-таки неудачная. В 1945 году была создана Вторая дивизия Украинской национальной армии, однако она так и не приняла существенного участия в боевых операциях. Упомянем также подразделения СС «Юнаки», в которые записывали детей 14 — 17 лет для обслуживания техники и т.д.

Часть разгромленных под Бродами дивизионников влилась в УПА. В самой же повстанческой армии часть командования рассматривала возможность переговоров с советскими войсками о нейтралитете. Ранее подобного рода переговоры велись с партизанским отрядом С.Ковпака. Переговоры обещали быть успешными, однако в начале 1944 года на Ровенщине повстанцы обстреляли автомобиль, в котором ехал генерал армии Ватутин. Генерал был смертельно ранен. После этого начинается операция по ликвидации «бандформирований», которая напоминала операции по зачистке чеченских боевиков российскими федеральными войсками. Жестокость порождала жестокость. В некоторых местах страдало мирное население — причём как от НКВД, так и от рук УПА. Те, кто предоставлял повстанцам хлеб и кров, объявлялись бандпособниками и вместе с семьями отправлялись в Сибирь. Кто отказывался накормить и приютить повстанцев, мог стать жертвой боевиков УПА.

После войны полевые командиры из среды УПА пробовали навязывать контакты с представителями советской власти. Известно письмо одного из таких командиров на имя первого секретаря Львовского обкома партии И.Грушецкого (впоследствии — председателя Президиума Верховного Совета УССР). В письме, в частности, высказывалась необходимость поиска компромисса между УПА и советской властью. Мол, вскоре начнётся третья мировая война, американцы и англичане придут в Украину как захватчики, а коммунисты и националисты станут союзниками. Не стоит ли сейчас налаживать связи на случай будущей войны?

Следует указать на тот факт, что опыт ведения партизанских операций УПА активно изучался и изучается за рубежом. В США опыт УПА изучают курсанты военной академии. Эрнесто Че Гевара в одном из интервью заявил, что учился ведению партизанской войны на примере украинских повстанцев. В Украине этот опыт преимущественно игнорируется. Повстанцев до сих пор считают бандитами — согласно официальной терминологии. А между тем, какая армия может похвастать тем, что ещё на протяжении десяти лет после окончания Второй мировой войны могла вести боевые действия без поддержки извне? Четники Михайловича в Югославии сложили оружие через год после прихода к власти Тито. «Зелёные братья» в Прибалтике держались два года. АК и ВиН в Польше — также два года. УПА оказалась наиболее стойкой. И даже гибель 5 марта 1950 года главнокомандующего УПА генерала Романа Шухевича не привела к полному уничтожению УПА — она к тому времени уже действовала отдельными группами. Последний бой УПА с органами советской милиции зафиксирован в 1961 году! По разным оценкам, численность бойцов УПА составляла от 30 до 100 тысяч человек. Большинство из них погибли в боях либо стали жертвами сталинских репрессий, получив от 15 до 25 лет лагерей.

В завершение укажем на несколько важных моментов, которые следует учесть при подходе к изучению сложного периода в нашей истори — Второй мировой войны.

Во-первых, на нашу отечественную историю следует смотреть глазами гражданина Украины, а не глазами граждан Польши, России, США или любой другой страны. И давать оценку тем либо иным событиям следует только лишь исходя из интересов Украины, её истории и её независимости.

Во-вторых, история должна изучаться во всей её многогранности, на основе архивов, а не только мемуаров и «Краткого курса истории ВКП(б)».

В-третьих, следует разделять коллаборационизм наций, имеющих государственность и коллаборационизм наций, не имеющих таковой. Украинцы не имели государственности и для них немецкая оккупация была столь же омерзительной, как и советская. В данном случае народ оказался между двух огней, выбирая из двух зол меньшее.

В-четвёртых, вообще пора научиться различать дивизию СС «Галичина», Украинскую повстанческую армию, Организацию украинских националистов — чтобы не делать ошибок и ляпсусов. Более того — различать дивизии СС и дивизии Ваффен СС.

В-пятых, давайте оставим историю историкам, а политику политикам. Пусть старики получат свои пенсии. Может, они ошибались в молодости. Но они хотели независимости государства. Этого государства, которое сейчас с ними пытается воевать. Идеологически. Информационно — но воевать.

Когда же всё-таки придёт настоящий гражданский мир в наше общество? Боюсь, получится, как у Иосифа Бродского: «Немец с русским лягут рядом. Например, под Сталинградом».

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 6
  • СТГ-44 СТГ-44 15 березня, 16:22 Война шла за свою страну и свой народ против захватчиков и предателей. Армия Власова воевала на передовой и что дальше? Казачьи формирования учавствовали в карательных экспедициях.Переодетые НКВДисты сжигали мирное население под видом УПА. Война была не гражданская .а война идеологий . согласен 1 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно