Генералиссимус пацифистского движения

29 октября, 2010, 14:45 Распечатать

Стремясь найти альтернативу кровавым решениям споров народов между собой, многие философы, правоведы и экономисты предлагают серьезные теории...

Стремясь найти альтернативу кровавым решениям споров народов между собой, многие философы, правоведы и экономисты предлагают серьезные теории. Но только женщине удалось достичь в этом поразительных высот, обращаясь к важнейшим человеческим чувствам — милосердию и чувству материнства. К этому изначальному чувству женщин всего мира обратилась Берта фон Зуттнер с призывом «Долой оружие!»

«Графиня изменившимся лицом…»

Артур фон Зуттнер
Артур фон Зуттнер
Снова и снова молодая женщина перечитывала объявление в свежем номере венской газеты Neue Freie Presse: «Очень богатый, образованный, среднего возраста (41 год) господин ищет владеющую языками даму в зрелом возрасте, которая могла бы работать секретарем и вести хозяйство». Для нее, австрийской аристократки XIX века (шел 1876 год), откликнуться на подобное предложение было верхом безрассудства. Но, с другой стороны, это давало возможность избежать громкого светского скандала. Все дело в том, что, испытывая материальные трудности, молодая женщина была вынуждена наняться гувернанткой к четырем дочерям венского семейства Зуттнер. Но не учла одного важного обстоятельства: у барона и баронессы фон Зуттнер были еще и сыновья. И надо же было случиться такому, что между Бертой и сыном барона Артуром, который был моложе ее на семь лет, вспыхнул роман. Мать Артура решительно воспротивилась тому, чтобы ее сын связал свою судьбу с гувернанткой, пусть даже та и графиня. И не разница в возрасте влюбленных была тому причиной. Сами стесненные в средствах Зуттнеры рассчитывали подыскать для сына невесту, чье приданое могло бы поправить их семейные финансы. А бесприданница Берта на эту роль решительно не подходила и ей немедленно указали на дверь. Нужно было срочно уходить из этого дома. Но куда?

Берта София Феличита Кински родилась 9 июня 1843 года в Праге (Чехия в то время была частью Австро-Венгерской империи) в семье австрийского фельдмаршала графа Франса Йозефа Кински фон Шиник унд Теттау и его жены Софии Вильгемины (урожденной фон Кернер), дочери кавалерийского офицера. Своего отца Берта никогда не видела, так как он скончался незадолго до ее рождения в возрасте 75 лет. Но мать, а также опекун воспитывали девочку в милитаристских традициях, свойственных австрийской аристократии того времени, и покойный фельдмаршал, несомненно, одобрил бы такое воспитание.

Впрочем, хотя при рождении Берта и унаследовала графский титул, ее принадлежность к высшему обществу была довольно условной, так как мать происходила из бюргерского сословия, и после смерти мужа его родственники избегали контактов с ней.

Детство Берты прошло в Брюнне (немецкое название чешского города Брно). Когда девочка подросла, мать с дочкой переехали в Вену. Затем были Клостернойбург под Веной и многочисленные поездки в Висбаден, Париж, Баден-Баден, Венецию, Бад Гомбург и другие европейские города. Очевидно, вдова обладала веселым нравом, так как большую часть времени и средств отнимали у Софии Вильгемины поездки по курортам и посещения казино. Берта выросла очень привлекательной девушкой, но оставалась равнодушной к поклонникам. А ведь среди них были такие завидные женихи, как сказочно богатый барон Густав фон Хайне-Гельдерн или принц Адольф цу Сайн-Виттгенштайн-Хоэнштайн. Однако Берта не расположена была выйти замуж по расчету за богатого и знатного, но нелюбимого человека. Она бегло говорила на английском, французском и итальянском языках, перезнакомилась со многими известными людьми. Тем временем ее мать, в надежде на крупный выигрыш, который обеспечит дочери безбедную жизнь, ставит на кон все состояние Берты. Как и большинству игроков, ей невдомек, что в игре теория вероятностей всегда на стороне казино, в результате к тридцати годам Берта остается без средств к существованию. После неудачной попытки стать профессиональной певицей молодая графиня вынуждена работать гувернанткой.

Теперь же ей не оставалось ничего другого, как бежать из Вены, куда глаза глядят. А объявление в Neue Freie Presse подсказывало конкретное направление бегства.

Любовь, перерастающая в дружбу

Газетная карикатура того времени. Госпожа Зуттнер: «Ах вот как: ты точишь свой штык, а сам говоришь, что желаешь мира?». Русский царь: «Клянусь тебе, что пока я точу штык, я жажду мира».
Газетная карикатура того времени. Госпожа Зуттнер: «Ах вот как: ты точишь свой штык, а сам говоришь, что желаешь мира?». Русский царь: «Клянусь тебе, что пока я точу штык, я жажду мира».
Автором объявления оказался не кто иной, как известный изобретатель динамита и успешный промышленник Альфред Нобель. Таким крайне оригинальным для своего (но не для нашего) времени способом он пытался найти себе подругу жизни. Ведь, положа руку на сердце, ему была нужна не экономка и секретарь, а женщина, которая бы просто его понимала.

Надо сказать, что Альфреду с женщинами катастрофически не везло. Еще 17-летним юношей он без памяти влюбился в некую Анну Дезри. Но красавица довольно холодно воспринимала знаки внимания, оказываемые ей вечно угрюмым с виду Нобелем. Куда больший интерес она проявляла по отношению к бравому французу, завсегдатаю аристократических салонов Францу Лемаржу. Однажды месье Лемарж в присутствии Анны спросил Нобеля, как тот относится к математике. Не подозревая подвоха, Альфред похвастался, что постигал эту науку под руководством лучших учителей. Тогда коварный Лемарж, готовившийся как раз держать по этой дисциплине экзамен в Сорбонну, предложил Альфреду решить задачу из числа тех, на которых сам хорошо поднаторел. Но подавленный благосклонностью, которую предмет его обожания проявлял к сопернику, бедняга не смог сосредоточиться и не решил задачку. А вскоре Нобели получили приглашение на торжественное бракосочетание Анны Дезри и Франца Лемаржа. Отвергнутый влюбленный настолько остро переживал поражение, что свалился в горячечном бреду. Некоторые биографы и толкователи известного завещания Нобеля именно этим эпизодом объясняют отсутствие математики среди номинаций премии его имени. Трудно сказать, насколько это соответствует истине, но другого объяснения пока не придумано. Точно известно лишь одно: юный Альфред, оправившись от болезни, дал себе обет отказаться от мирских радостей в пользу изучения «великой книги природы», и выполнял его с несвойственной для юноши твердостью.

Прошли годы. Будучи уже весьма состоятельным человеком и живя в Париже, Альфред Нобель увидел в «Комеди Франсез» великую Сару Бернар. Он снова влюблен без памяти, и пишет матери письмо, в котором спрашивает, как ему быть. Мать охлаждает пыл сына следующим ответом: «Сынок… Если тебе нужна богема — ты ее получишь… Я знаю, во Франции к человеку, загубившему свою жизнь из-за женщины, относятся с сочувствием и сожалением, а сам герой гордится этим. На твоей родине, сын мой, его сочли бы болваном. Бери пример со шведов».

Тогда Нобель внял материнскому совету, но через несколько лет судьба снова привела его в «Комеди Франсез», где по-прежнему блистала Бернар. Он как и прежде очарован игрой великой актрисы. Первый порыв — оказаться за кулисами с букетом цветов у ее ног. Но следующая мысль о том, что в одну реку нельзя войти дважды, приводит к тому, что через кого-то он передает свой букет, а сам, несчастный и одинокий, выходит на улицу.

И вот среди многочисленных ответов на данное им объявление его внимание привлекает один — от 33-летней графини Берты Кински. Нобель немедля высылает ей деньги на дорогу до Парижа.

Приезд Берты наполнил жизнь старого холостяка новым содержанием. Секретарша и экономка в одном лице? Какое там! Они вместе посещают театры и гуляют по Елисейским Полям. Они будто созданы друг для друга — общие вкусы и интересы, одинаковые взгляды на мир и его устройство. Родственные души. И происходит то, что должно было случиться: Альфред делает предложение руки и сердца. Но… Ему снова приходится выслушать отказ: Берта честно признается, что ее сердце занято другим.

Нобель еще на что-то надеется. Он заказывает лучшим парижским декораторам новый интерьер своего особняка на Малакофф-авеню, и, уезжая по каким-то своим делам, показывает Берте эскизы: вот здесь на плане — «будуар молодой девушки» от Леже, а вот тут — «комната для уединенных размышлений» от Пуантро. Но все напрасно. Вернувшись в Париж, Нобель не находит там Берты. Она навсегда уехала в Вену,
где тайно обвенчалась со своим возлюбленным Артуром фон Зуттнером.

Казалось бы, в подобных обстоятельствах всякое дальнейшее общение невозможно. На самом же деле их отношения продолжались многие годы. Только теперь это была искренняя дружба, скрепленная родством душ.

И снова бегство

Тайное венчание сына — не лучший способ заставить родителей изменить свое отношение к его избраннице. Зная, чего следует ожидать с их стороны, молодая чета вынуждена искать на чужбине спасения от родительского гнева и общественного осуждения. Воспользовавшись приглашением Екатерины Дадиани, княгини Мингрельской, с которой Берта познакомилась в Бад Гомбурге (курортном местечке в Германии) еще летом 1864 года, молодожены бегут в далекую Грузию. Здесь, вдали от Европы, они серьезно увлекаются европейской культурой и политикой, постепенно приходя к убеждению, что прогресс человечества невозможен без здравого смысла и образования. В Зугдиди, Кутаиси и Тифлисе Зуттнеры прожили почти десять лет, зарабатывая себе на жизнь частными уроками музыки и иностранных языков.

В 1877 году между Россией и Турцией началась война. Военные действия на Кавказе предпринимались Россией, чтобы отвлечь турецкие силы от европейского театра и препятствовать их организации. Однако мятеж в Абхазии, поддерживаемый османскими эмиссарами, захват турецким морским десантом Сухуми, а затем и всего черноморского побережья от Очемчири до Адлера повлияли на Чечню и Дагестан, где также вспыхнули восстания. Обстановка в этом регионе резко обострилась, и Зуттнеры оказались в гуще тамошних событий. О положении дел на Кавказе в Европу поступала скудная информация, поэтому, когда Артур фон Зуттнер стал писать репортажи с театра военных действий и отправлять их в венские периодические издания, они, неожиданно для изгнанников, превзошли по популярности все ожидания, что вдохновило взяться за перо и Берту. Она писала рассказы, эссе и статьи. Из-под ее пера вышли четыре романа в соавторстве с Артуром, написанные в натуралистическом стиле под влиянием творчества Эмиля Золя, идей Чарльза Дарвина и Герберта Спенсера. Свое первое большое произведение «Опись одной души», посвященное общественному прогрессу, которого, по ее мнению, можно достичь, отстаивая идеалы интернационализма и мира, Берта фон Зуттнер публикует под псевдонимом.

Как же автор, воспитывавшаяся (как уже отмечалось выше) в милитаристских традициях, безраздельно царивших в ее окружении, могла стать приверженцем идеалов, столь чуждых милитаристским убеждениям? Она вступала в жизнь с мировоззрением, ничем не отличавшимся от мировоззрения прочих «военных дам». Как и они, юная Берта восторгалась военными подвигами, ей хотелось даже самой в них участвовать. Ведь в Австрии, Пруссии, других государствах того времени в чести были так называемые военные партии — влиятельный круг лиц, воспитавших в себе любовь к войне и добивающихся ее даже в тех случаях, когда без нее можно обойтись без ущерба насущным интересам государства. Но даже внутри такого общества постепенно происходит перемена настроений, и из него выходят люди, настолько проникнутые гуманными идеями, что становятся ревностными агитаторами в пользу установления вечного мира.

Пока мать кружилась в вихре светских развлечений, Берта, предоставленная самой себе, увлекалась исторической литературой, в частности трудами Генри Томаса Бокля, взгляды которого исполнены верой в безграничную силу разума и общественный прогресс, ненавистью к клерикализму, убеждением в возможности использования научных методов для познания законов истории. Ей было интересно общение с незаурядными людьми — писателями и учеными, которых аристократы нередко принимали в своем кругу, удовлетворяя такими знакомствами свое тщеславие, несмотря на то что зачастую высказываемые теми идеи (в частности, пацифизма и всеобщего мира) были диаметрально противоположны общепринятым. На почве личных впечатлений, вынесенных пытливой девушкой из четырех европейских войн с 1859-го по 1870 год, эти идеи дали богатые всходы. И впоследствии рядом с нею всегда были люди — муж Артур фон Зуттнер, верный друг Альфред Нобель и многие другие, с которыми Берту объединяло, помимо всего прочего, и безоговорочное тождество взглядов на войну и мир. Так что к началу русско-турецкой кампании от милитаристских настроений Берты фон Зуттнер давно уже не оставалось и следа.

Назад в будущее

В 1885-м Артур и Берта возвращаются в Австро-Венгрию. За годы, проведенные в Грузии, Берта вполне сложилась как писательница. Но большую часть своих литературных произведений, в которых находят отражение ее взгляды и убеждения, она написала на родине: «Плохой человек» (1885 г.) посвящен вольнодумству, «Даниэль Дормез» (1886) — дарвинизму и антисемитизму, «Светлая жизнь» (1886) — вопросам демократии и прогресса, «Перед штормом» (1894 г.) — идеям социализма.

В 1886-м Зуттнеры перебираются в Париж, где остаются и на следующий год. Здесь их уже ждет Альфред Нобель, который вводит супругов в круг ведущих политических и литературных деятелей того времени, в доме писателя Альфонса Доде они впервые встречаются с представителями движения за мир. Берта и Артур поражены милитаристскими настроениями парижан, их жаждой реванша за поражение во франко-прусской войне 1870—1871 гг. Но вместе с тем в Париже они знакомятся с деятельностью Ассоциации мира и международного арбитража в Лондоне, созданной для мобилизации общественной поддержки международному суду, предназначенному для мирного разрешения международных конфликтов, и родственных ей организаций континентальной Европы. Идеи арбитража близки Зуттнерам, и Берта пишет книгу «Эпоха машин», в которой резко критикует пропаганду национализма и милитаризма в европейских странах. «Эпоха машин» вызывает широкое обсуждение как в обществе, так и в кругах литературных критиков.

В том же 1889 году, проникнувшись идеями Ассоциации мира, Берта фон Зуттнер пишет антимилитаристский роман «Долой оружие!», с которого началась ее всемирная известность. Это повествование о молодой женщине, судьба которой была искалечена европейскими войнами 1860-х годов. Читающая публика была ошеломлена описанными в романе сценами военного насилия. Его цитировали в австрийском правительстве, перепечатывали в газетах, переводили на многие языки. Для сторонников мира «Долой оружие!» стало символом политической бескомпромиссности, а по влиянию на общественность роман сравнивали с воздействием знаменитой книги Гарриет Бичер-Стоу «Хижина дяди Тома».

Весь вопрос заключается в том, убеждает своим произведением писательница, чтобы распространить среди народных масс идею о возможности вечного мира, желание и готовность идти на взаимные уступки во избежание такого бедствия, как война. Чем больше будет в мире деятелей, готовых распространять убеждение в возможности предотвращения войн, тем больше будет шансов на действительное их предотвращение.

Мир вашему дому!

Популярность романа «Долой оружие!» привела к тому, что о его авторе заговорили как о ведущем борце за мир. Зуттнер становится неимоверно востребованной и авторитетной фигурой в международном пацифистском движении. Устанавливает тесные контакты с европейскими группами борцов за мир, посещает международные конгрессы, участвует в организации новых пацифистских движений, выступает с лекциями, ведет популярную агитацию, поддерживает переписку с людьми со всего мира для реализации пацифистских проектов. В 1891 году одна, практически без посторонней помощи, основывает Австрийское общество мира, ставшее первой пацифистской организацией в этой стране, а год спустя становится членом-учредителем Бернского бюро мира, координировавшего деятельность национальных пацифистских организаций в Европе.

В 1892 году по предложению Альфреда Фрида — австрийского издателя и публициста, примкнувшего к пацифистскому движению под влиянием романа «Долой оружие!» и миротворческой деятельности его автора, Берта Зуттнер согласилась возглавить основанный им журнал «Долой оружие» (Die Waffen Nieder) и оставалась его редактором до 1899 года.

Все это время не прекращается дружба с Альфредом Нобелем. Между ним и Бертой идет постоянная переписка, по ее просьбе он всегда готов предоставить деньги на поддержку различных пацифистских проектов, в которых видел эффективное средство предотвращения потенциальных войн. В 1893 году в очередном письме к Берте Нобель обещает ей учредить премию мира. Как известно, Нобелевская премия мира, ставшая высшей ежегодной наградой за достижения в области укрепления мира, была учреждена согласно его завещанию в 1896 году.

Много усилий приложили Берта и ее муж Артур фон Зуттнер к организации, информационной и финансовой подготовке Гаагской мирной конференции 1899 года. Однако результаты конференции были далеко не такими, на которые они рассчитывали. Тон на ней задавали не пацифисты, а дипломаты, политические деятели и военные. Вследствие этого дискуссии по вопросам разоружения и военного права не принесли никаких результатов. Были приняты лишь три конвенции («О мирном разрешении международных столкновений», «О законах и обычаях сухопутной войны» и «О применении к морской войне начал Женевской конференции 10 августа 1864 года»). А также три декларации («О запрещении на пятилетний срок метания снарядов и взрывчатых веществ с воздушных шаров или при помощи иных подобных новых способов», «О неупотреблении снарядов, имеющих единственным назначением распространять удушающие и вредоносные газы» и «О неупотреблении пуль, легко разворачивающихся или сплющивающихся в человеческом теле»). Впрочем, для первого раза и это был результат.

Упоминая о первой Гаагской мирной конференции, российские историки непременно подчеркивают, что инициатором ее проведения был царь Николай II. Это действительно так. Короновавшись на царство в 1894 году, Николай II издает «Мирный манифест» с требованием разоружения и международной мирной конференции. Зуттнер возлагает на него большие надежды. «Воля народов, раздувай паруса! У корабля мирного движения есть теперь капитан… Мы видим землю!» — восторженно пишет она в одной из своих публикаций того времени. Однако истинное лицо нового царя вскоре обнаруживает его политика в Финляндии и Манчжурии. Но Зуттнер еще долго защищает русского царя от критики, из-за чего расходится со многими своими соратниками.

В 1902 году Берту фон Зуттнер постигло большое горе — скончался ее муж и соратник Артур, единственная любовь всей ее жизни. Она очень тяжело переживала утрату, но, превозмогая боль, эта сильная женщина продолжала выступать с лекциями, писать статьи и участвовать в международной пацифистской деятельности. Несмотря на преклонный возраст, Зуттнер в поисках спонсоров для пацифистского движения с 1904-го по 1912 год совершает несколько поездок в Америку. В Соединенных Штатах Берта добивается наибольшего успеха. Там она становится идолом женского движения, а крупный американский промышленник Эндрю Карнеги поддерживает пацифистское движение миллионными пожертвованиями.

Без Зуттнер не было бы Нобелевской премии мира, в чем она отдавала себе отчет, и то, что в первые годы существования этой премии награждали других, ее очень расстраивало. Ей неотложно нужны были деньги — и для пацифистского движения, и для собственного существования. Наконец 10 декабря 1905 года ее удостаивают этой высокой награды. Берта фон Зуттнер становится первой женщиной-лауреатом Нобелевской премии мира и второй (после Марии Склодовской-Кюри) в истории лауреатов Нобелевской премии. В своей нобелевской лекции Зуттнер говорит о варварстве любой войны, неизбежности моральной деградации, а также о необходимости создания международного третейского суда и международного арбитража для сохранения мира на земле. «Вопрос о том, что должно преобладать в отношениях между государствами: грубая сила или закон, становится наиболее животрепещущим в наше богатое событиями время. Решение этой проблемы зависит от того, какой мы хотим видеть Европу: в грудах развалин или же, если удастся избежать конфронтации, мирной и цветущей», — заявила она.

После этого ее известность неизмеримо возрастает. Она организовывает антивоенные общества, как пламенный оратор выступает с призывами к миру, публикует многочисленные статьи, а в 1911 году пишет фантастический роман «Мечты человечества», затрагивающий проблемы мира и женского движения. Книга повествует о предстоящей войне, и на ее страницах впервые в литературе упоминается ядерное оружие, разрушительная сила которого, по идее автора (явно позаимствованной у Альфреда Нобеля), может в течение 48 часов либо уничтожить противоборствующие стороны, либо усадить их за стол переговоров.

За многолетний вклад в защиту мира на Международном конгрессе мира в Гааге в 1913 году Берте фон Зуттнер присваивают неофициальный титул «генералиссимус пацифистского движения». Официальное же признание ее заслуг выражается в звании почетного президента Международного бюро мира в Берне и в избрании членом консультативного совета Фонда мира Карнеги в США.

В последние годы жизни у Берты фон Зуттнер было немало радостей, но еще больше трагических событий. В немецкой националистической прессе за ней прочно закрепилось обидное прозвище «фурия пацифизма», милитаристские круги Австрии клеймили ее как «изменницу». Но на это Берта не обращала внимания. Единственное, что ее очень тревожило, это накаляющаяся политическая обстановка в Европе того времени. Разгорающиеся споры и претензии государств друг к другу по поводу разграничения сфер влияния на Балканах, принадлежности Германии Эльзаса и Лотарингии и другие не менее острые проблемы оставляли все меньше надежд на то, что их удастся разрешить мирным путем. В воздухе уже витал призрак невиданной доселе по своим масштабам и разрушительным последствиям войны, и Берта фон Зуттнер, говоря об этом ожидаемом «гигантском погроме», из последних сил предостерегала: «Помощь раненым и уход за ними будут почти невозможны, санитарные меры, доставка необходимого провианта будут казаться насмешкою в сравнении даже с самыми скромными требованиями. Будущая война, о которой многие говорят так спокойно, не может быть выигрышем для одних и потерею для других: она будет одинаково гибельна для всех».

В 1914 году Берты фон Зуттнер не стало. Она умерла 21 июня. За восемь дней до роковых выстрелов в Сараево.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №24-25, 23 июня-6 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно