Южный Судан на пути к независимости

14 января, 2011, 14:42 Распечатать Выпуск №1, 15 января-21 января

Референдум, в котором участвует народ Южного Судана, чтобы самоопределиться как отдельная нация, имеет шансы подтвердить, что после разрыва с Хартумом в Африке может появиться пятьдесят четвертое государство...

Референдум, в котором участвует народ Южного Судана, чтобы самоопределиться как отдельная нация, имеет шансы подтвердить, что после разрыва с Хартумом в Африке может появиться пятьдесят четвертое государство.

Для христианского юга референдум — хорошая новость, ведь еще до раздела страны президент исламского Северного Судана Омар Хасан аль-Башир заявил о намерениях внести изменения в конституцию с целью введения законов шариата на всей территории и провозглашения арабского единственным официальным языком. Поэтому еще до рождения двух новых государств было провозглашено, что одно из них станет новой исламской республикой.

Южан, которые преимущественно являются христианами или же придерживаются традиционных верований, чрезвычайно разозлили годы господства арабского севера, политики которого пытались, но не смогли навязать исламские правила и законы всей стране, что и стало причиной двадцатилетней войны.

Столицей Южного Судана будет Джуба. Сейчас Южный Судан — бедная страна с девятью миллионами жителей, большинство которых — неграмотные.

Однако нельзя сказать, что после раздела Судана все возможные источники нестабильности сразу будут нейтрализованы. Один из таких источников — неоднородность населения в будущем Южном Судане. Это теперь они объединились против доминирования исламистов на севере страны. На самом же деле Южный Судан населяют разные племена, исповедующие разные религии, и этнические группы, разговаривающие на разных языках, что позволяет полевым командирам провести фрагментацию территорий в сомалийском стиле.

Несмотря на референдумную эйфорию, будущее Южного Судана неопределенно. Уже сейчас вполне очевидно, что один из беднейших регионов планеты не способен существовать без иностранной помощи. И, возможно, наибольшая проблема, которая предстанет перед новой страной, — завышенные ожидания. Ведь сегодня на юге Судана только пятьдесят километров дорог с твердым покрытием. А 90 процентов его населения живет бедно, менее чем на один доллар в день. Кроме того, 85 процентов взрослого населения не умеет ни читать, ни писать. Между тем правительство Джубы 60 процентов своего бюджета выделяет на военные затраты, потому внешняя зависимость — чрезвычайно высока.

Огромные запасы нефти на юге Судана также не могут автоматически обеспечить желаемое благосостояние его населению. Сегодня Судан — третий по величине экспортер нефти Сахары с производством до 480 тысяч баррелей в день. Однако, несмотря на то, что почти 75% земель с нефтяными месторождениями находятся в южной части Судана, мирное соглашение 2005 года предусматривает равный раздел доходов от продажи нефти между обоими регионами.

Во избежание зависимости от мусульманских территорий правительство Джубы уже ведет переговоры о строительстве трех нефтеперерабатывающих заводов и трубопроводов через Кению. Это не означает конец иностранной зависимости, но, победив на референдуме, Южный Судан сможет создать благоприятные условия для инвестиций из Азии, что в перспективе даст шанс ослабить влияние Хартума.

Однако африканские аналитики опасаются, что раздел Судана может вызвать эффект домино на всем континенте. Его результаты дадут понять, что границы, начерченные прежде колониальными картографами, не являются священными. Что, в свою очередь, способно стимулировать балканизацию африканского континента. Поэтому раздел Судана, наибольшей по территории страны в Африке, станет беспрецедентным вызовом историческому статус-кво.

Хотя нельзя полностью отвергать и угрозу новой гражданской войны. В некоторых местах границы между Севером и Югом до сих пор не установлены, а там содержится много полезных ископаемых и ресурсов. Проблема колониальных границ, как всегда, порождает множество конфликтов. Ведь в Южном Судане есть племена, которые ведут кочевой или полукочевой образ жизни и из-за климатических или природных условий вынуждены кочевать со своими стадами через границы. Поэтому размежевание прежде единых территорий может создать большой потенциал для конфликтов.

Если прибегнуть к аналогии с балканскими войнами, то сейчас у суданских элит из обоих лагерей есть два варианта развития событий. Один из них — положительный пример мирного отделения Черногории от Сербии. А второй вариант — Косово. С дальнейшим насилием и этническими чистками.

Есть еще один важный аспект, на который не часто обращают внимание. В последние годы Северный Судан фактически находился под экономической опекой Китая. И основным потребителем суданского нефтяного экспорта стал Китай. Причем китайцы расплачивались за нефть не только деньгами, но и поставками оружия. Очевидно, что Китай и в дальнейшем будет экономическим патроном Хартума, но после раздела страны у Южного Судана открывается прекрасная возможность дальнейшего сближения с Западом, без поддержки которого проект независимого Южного Судана не имеет никаких шансов.

Можно надеяться, что раздел Судана будет означать конец преследования христиан исламистами, а также преступлений, совершенных президентом Омаром аль-Баширом против христианской общины. И если после раздела Судана на севере появится исламская республика, то Южный Судан создается как светское государство южного христианского большинства.

До прихода к власти аль-Башира Судан был одним из африканских государств, где женщины имели большую свободу и были частью интеллектуальной элиты. Но при президенте-исламисте все это кончилось. Теперь фундаменталистская интерпретация Корана достигла такой стадии, что в Хартуме было арестовано 12 женщин за ношение брюк. Их всех обвинили в ношении неприличной одежды и статьей 152 Уголовного кодекса приговорили к 40 ударам кнутом.

Январский референдум может оказаться не последним. Ведь между югом и севером есть еще вопросы, которые останутся нерешенными, по крайней мере, еще полгода. Это окончательная демаркация границ, распределение нефтяных доходов и пограничный район Абей. Там планировали провести референдум одновременно с самоопределением Южного Судана, чтобы район ответил, в какую часть страны он желает войти. Но отсутствие соглашения о распределении доходов от нефти заставило отложить этот плебисцит.

Кроме того, не совсем понятно, кто имеет право голосовать в ходе референдума в Абей. Полукочевые арабские племена мисерия, которые считаются союзниками севера, настаивают на своем праве участвовать в будущем референдуме. Но племя динка, к которому, кстати, относится и президент Южного Судана Сальва Киир, настаивает на том, что в данном случае рабы не имеют права голоса.

Однако самая большая неопределенность заключается как раз в распределении «черного золота». Министр иностранных дел правительства Южного Судана уже предупредил китайских партнеров, являющихся основными покупателями нефти, что они должны пересмотреть условия ведения этого бизнеса. Хотя определенность в этом вопросе станет возможной после того, когда будет понятно, к кому присоединяется Абей — к югу или северу.

Одной из причин, заставившей спорной легитимности президента-исламиста Судана Омар аль-Башира, который захватил власть после государственного переворота 1989 года (после чего распустил парламент и ввел суровую цензуру для прессы), согласиться на референдум и пообещать не оказывать сопротивление в самоопределении юга, стало то, что страна не в силах выдержать еще одну войну после шестидесяти лет конфликта с одним одиннадцатилетним перемирием между первой гражданской войной (1955—1972) и второй (1983—2005 гг.).

Впрочем, если президент Омар аль-Башир уже фактически примирился с отсоединением Южного Судана, то оппозиционные исламистские силы в Северном Судане начинают требовать отставки правительства в том случае, если юг проголосует за отделение. Так, политический секретарь партии «Народный конгресс» (которая прежде была главным союзником президента) Камаль Омар Абдель-Салам считает, что «партия «Национальный конгресс» президента Омара аль-Башира несет большую часть ответственности за отделение юга, поскольку она пренебрегала вопросами национального единства и развития этого региона в переходный период». Кроме того, заявил лидер самой большой оппозиционной партии Судана Камаль Омар Абдель-Салам, партия аль-Башира «не установила отношений равенства и справедливости между двумя частями страны». По словам Омара, партия рассматривала граждан Судана, проживающих на юге, как людей второго сорта.

Трудно не согласиться со словами Камаля Омара Абделя-Салама. Но не слишком ли поздно они сказаны? Поскольку еще одна причина согласия президента Судана аль-Башира на референдум по вопросу самоопределения юга — его желание получить индульгенцию от мирового сообщества и избежать повторения судьбы президента Сербии Слободана Милошевича. Ведь международный ордер на арест президента Судана никто не отменил, и преступления против человечности, совершенные Омаром аль-Баширом, не имеют сроков давности.

Очевидно, что мир без справедливости в Судане может быть лишь иллюзией стабильности. Только нейтрализация основной движущей силы конфликта способна принести умиротворение на  многострадальную суданскую землю. А выполнение обеими сторонами решения, которое будет принято на референдуме, может стать итогом активных многосторонних усилий и в конце концов вывести Судан из многолетнего цикла войны и конфронтации.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 13 октября-19 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно