Как "убивали" великую немую

15 февраля, 16:27 Распечатать Выпуск №6, 16 февраля-22 февраля

Сто лет назад, 16 февраля, в Одессе умерла от "испанки" звезда немого кино Вера Холодная.

Ее смерть породила множество версий и пересудов. 

Биография Веры Холодной умещается в несколько строк. Вера Васильевна Левченко родилась 5 августа 1893 г. в Полтаве, в семье учителя словесности. Через два года семья перебралась в Москву, где Вера училась в гимназии. На выпускном балу познакомилась с юристом Владимиром Холодным и вскоре вышла за него замуж, взяв фамилию мужа. 

В этом браке родилась дочь Евгения (девочку Нонну супруги удочерили).

В 1914 г. Вера сыграла свою первую — эпизодическую — роль в кино. А в следующем году, после выхода фильма Евгения Бауэра "Песнь торжествующей любви", приобрела огромную популярность. 

Следующие роли возвели ее в ранг "королевы экрана", "суперзвезды" немого кино. 

За четыре с небольшим года кинематографической жизни Вера Холодная снялась примерно в 50 картинах, подавляющее большинство из которых не сохранилось. 

Последние полгода жизни актриса провела в Одессе, где скончалась от т.н. "испанского гриппа", эпидемия которого унесла в ту пору жизни многих миллионов людей. 

* * *

От "испанки" в 1918–19 гг. умирали сотни тысяч. Но в сознании почитателей актрисы она была вознесена на такую высоту, что невозможно было поверить в столь прозаическую причину смерти (да еще в таком молодом возрасте — всего 26 с половиной лет). Стоит ли удивляться, что по городу тут же поползли слухи, которые "по горячим следам" воспроизвел Валентин Катаев в очерке "Записки о гражданской войне" (1920 г.):

"Говорили о какой-то измене, говорили о близком падении города, говорили об одной очень известной кинематографической артистке, имевшей близкое отношение к генералу Франше д'Эспере и игравшей выдающуюся роль в предлагавшейся сдаче города красным…. молва приписала ее смерть русской контрразведке. Говорили, что артистка была подкуплена большевиками и должна была заставить своего любовника, французского генерала, сдать город". 

Спустя пять лет слухи нашли развитие в мемуарах людей из противоположных лагерей. 

Владимир Майбородов, бывший представитель одесской гражданской власти при французском военном контингенте, ссылался на сестру жены своего брата, которая "упорно твердила, что раз высшее французское командование спуталось с еврейскими артистками Изой Кремер, Верой Холодной и др., то добра от этого не будет, — евреи поставят на своем и сдадут большевикам Одессу, покинув ее на произвол судьбы".

Филипп Анулов, военный комиссар одесского Совнаркома 1919 г., писал, что внезапную смерть Веры Холодной объясняли отравлением по приказу французского консула Энно, дабы она не разгласила какие-то тайны. 

Но в то время слава Веры Холодной уже сходила на нет. Фильмы в ее участием на советских экранах не шли, а нового зрителя сюжеты и герои дореволюционного кино совершенно не интересовали. 

Интерес к личности Веры Холодной и обстоятельствам ее скоропостижной смерти неожиданно возник спустя три десятилетия. 

* * *

В конце 1940-х гг. украинский писатель Юрий Смолич сочинил эпопею в двух книгах "Світанок над морем" ("Рассвет над морем"), действие которой происходило в Одессе во время гражданской войны. Вера Холодная была выведена в романе под собственным именем, причем в весьма неприглядном виде. Стремясь получить визу для выезда во Францию, она становится любовницей французского Энно, затем, по его приказанию, затаскивает в постель белогвардейского генерала Гришина-Алмазова и передает первому любовнику шпионские сведения от второго. Кончалось же все тем, что "в награду" актрису умерщвляют ядом кураре…

Совершенно очевидно, что умный и интеллигентный Юрий Корнеевич Смолич прекрасно понимал, какую чепуху он сочинил (об этом наглядно свидетельствует натужно-выспренный стиль его романа). Однако не стоит забывать, что над Ю.Смоличем дамокловым мечом висело его прошлое участника процесса "українського Відродження" 1920-х гг. Долгие десятилетия он вынужден был расплачиваться за молодые порывы сочинением сервильных опусов. И лишь в конце жизни Смолич смог рассказать хоть какую-то правду о друзьях молодости в тетралогии "Розповіді про неспокій". 

По следам Ю.Смолича пошел драматург Григорий Плоткин (урожденный одессит). В сочиненном им либретто оперетты "На рассвете" "интимные услуги" актрисе предлагал, помимо Энно, еще и... Мишка Япончик. 

Вот какие куплеты поет он Вере Холодной: 

"Нужна вам очень
эта Эйфелева штучка!

Ведь это просто,
понимаете, психоз,

Когда в Одессе
есть приличная толкучка

И совершенно потрясающий Привоз?

И заживете вы в меня
как чижик-пыжик,

Всегда
купюрами солидными шурша, —

На Молдаванке
я устрою вам Парижик,

Вы просто пальчики оближете,

Вы пальчики оближете и — ша!"

Оперетта "На рассвете", поставленная главным режиссером одесского Театра музкомедии Матвеем Ошеровским, имела колоссальный успех у зрителей. Она пошла по многим театрам Союза, так что у людей складывалось вполне определенное представление о Вере Холодной как о "даме полусвета" и международной авантюристке. От этого — "рукой подать" до убеждения, что не зря ее, видимо, отравили; а кто именно — значения не имеет. 

* * *

Против такой трактовки восстал знаменитый кинодраматург Алексей Каплер в очерке "Загадка "королевы экрана". 

"Обстоятельства смерти Веры Холодной широко известны, и ровно ничего загадочного в них нет, — писал Каплер. — Давайте же покончим раз и навсегда с гнусными обывательскими слухами и будем относиться с уважением к памяти русской "королевы экрана"! Вера Васильевна Холодная принадлежит истории нашего киноискусства, и, по моему убеждению, мы, кинематографисты, просто обязаны поднять голос в ее защиту и публично выразить возмущение по поводу грязи и пошлости, которыми в романе "Рассвет над морем" и в оперетте "На рассвете" покрыто ее чистое имя".

Очерк А.Каплера имел резонанс. После его публикации в "Литературную газету" посыпались письма поддержки. Особенно важным был отклик И.Южного-Горенюка, который руководил в 1918–19 гг. контрразведкой большевистского подполья в Одессе. "Совесть требует, — писал старый большевик, — чтобы ей было возвращено ее незапятнанное имя, чтобы образ ее был очищен от грязи".

Наконец, пришло письмо от автора либретто "На рассвете".

"Вряд ли подлежит сомнению право авторов называть своих героев так, как они считают нужным", — оправдывался Г.Плоткин, на что получил язвительный ответ А.Каплера: "Значит, если какой-нибудь автор "вывел" в своем сочинении убийцу, негодяя под именем кинодраматурга Каплера Алексея Яковлевича, то мне и возражать нельзя. А если бы с вами проделали такую штуку?".

Кончилось тем, что Г.Плоткин сообщил, что готов переписать сцены, где действует актриса, и даже предложил новую схему: "Вера Холодная помогает Григорию Ивановичу Котовскому проникнуть вместе с группой коммунистов-подпольщиков в закрытый интервентами одесский порт, спасает от ареста французскую революционерку Жанну Лябурб". Анекдотичность этой идеи вряд ли требует комментариев. 

Казалось бы, очерк А.Каплера и последовавшая вслед за этим "реабилитация" актрисы расставили точки над "і". Но все пошло не так. 

* * *

Возрождению интереса к "тайне смерти" Холодной способствовал фильм Никиты Михалкова "Раба любви". Не исключено, что именно эта лента побудила создателя одесского Литературного музея Никиту Брыгина заинтересоваться обстоятельствами смерти Веры Холодной. 

Он также не согласился с версией о смерти от "испанки", но имея опыт работы в КГБ, припас ряд серьезных аргументов. 

Так, Брыгин обратил внимание на то, что 8 февраля Вера Холодная участвовала в благотворительном вечере "в пользу театральных тружеников". А 14 февраля анонсировалось ее участие в аналогичном мероприятии — "в пользу одесской печати". К тому же в промежутке между этими двумя вечерами был еще один, "на нужды добровольческой армии". Но участие Веры Холодной в нем не предусматривалось. 

"Вера Васильевна могла сослаться на недомогание и отказаться участвовать именно в этом вечере. Это было в ее характере, в ее отношении к Родине, в ее неприятии белогвардейщины, наконец, — писал исследователь. — Устроители белогвардейского действа могли затаить злобу: "Для нас — больна, для них — здорова?!" 

Свою версию Н.Брыгин подкрепил документами из архива КГБ. 

В донесении в Москву агент ВЧК Георгий Лафар (Делафар), действовавший в Одессе под псевдонимом "Шарль", писал о своей беседе с некоей актрисой, по описанию которой легко угадывался оригинал: 

"… дама несколько инфантильна, но отзывчива и мила, по нашему мнению — обязательна. Что удивительно для русских, слава ей не вскружила голову. Она ею тяготится. Фрейденберг (начальник штаба французских войск. — А.Г.) души не чает в этой даме, льнет к ней, хотя держит себя в рамках приличий. Дама эта наша. У нее брали интервью: "Почему бы вам не поехать в Европу, пока в России междоусобица?". Она сказала: "Я Россию никогда не брошу". О даме буду писать отдельно".

Это донесение датировано 27 января 1919 г. Следующие два донесения "Шарля" пропали, и Н.Брыгин предположил, что их могла перехватить деникинская контрразведка. А именно тайная организация "Азбука", которой руководил небезызвестный депутат Госдумы Василий Шульгин. 

Исходя из этого, он сделал далеко идущие выводы. "Судя по первому донесению ("О даме буду писать отдельно"), во втором "Шарль" уже подробно пишет о своей беседе с актрисой, которая не понравилась деникинской контрразведке, и та могла принять свои меры — решительные и безжалостные". В подтверждение своей версии исследователь приводит главный и, по его мнению, решающий аргумент: донесение "Азбуки" от 21 февраля, в котором было написано: "Уморили красную королеву". 

"Проговор "Азбуки", — заключает Брыгин, — документальное свидетельство насильственной гибели актрисы". 

С этой версией полностью согласился историк одесского кино Григорий Островский, в книге "Одесса, море, кино" (1989) утверждавший уже безапелляционно: "Деникинская контрразведка знала, что Вера Холодная умерла не своей смертью, а что ее "уморили". И, очевидно, знала из самых первых рук, подставивших актрисе яд (возможно, под видом лекарства?), — своих собственных". 

Еще дальше пошли академик В.Файтельберг-Бланк и доцент В.Савченко в серии статей, где Вера Холодная предстала как "зеркало советского шпионажа".

Времена менялись, а с ними — и знаки. Теперь Вера Холодная была уже не "французской шпионкой", а "советской разведчицей". 

Но правда по-прежнему никого не интересовала. 

* * *

Знаменитое изречение Карла Маркса, что история повторяется дважды (сперва — в виде трагедии, а потом — в виде фарса), зацитировано до такой степени, что его просто неудобно вспоминать. Но что делать, если сплошь и рядом жизнь демонстрирует абсолютную справедливость "основоположника"? 

Так и в нашем случае: если очерк Н.Брыгина — добросовестная работа серьезного исследователя, то сочинения тех, кто касался этой темы после него, за редким исключением, — бульварщина. 

Вот лишь несколько "версий". 

Веру Холодную задушил генерал-губернатор Одессы Гришин-Алмазов из ревности…

Ее расстреляли революционные матросы крейсера "Алмаз" за шпионаж в пользу белых… 

По приказу Делафара Мишка Япончик отправил к актрисе Моню Цимбала с букетом белых лилий, от запаха которых она отравилась… 

Некий т. Исаак Энмков, будучи "красным комиссаром" в Ялте, "экспроприировал" сокровища царских дворцов на Южном берегу Крыма и через Веру Холодную передал эти ценности большевистскому подполью… 

Дошло до того, что в числе потенциальных убийц В.Холодной оказался и агент британской разведки Сидней Рейли…

И даже в парижском альманахе "Минувшее" был опубликован рассказ, из которого следовало, что одесский "салон" Веры Холодной активно использовала французская разведка, которая потом убрала актрису как ненужного свидетеля. Но она успела передать Фрейденбергу взятку от большевиков, чтобы французские войска поскорее покинули Одессу. 

Основанием для подобных утверждений служит факт невероятно быстрой эвакуации французского контингента из Одессы, после чего в город беспрепятственно вошли отряды атамана Григорьева, в ту пору бывшего союзником большевиков. 

Начнем с того, что актриса умерла в середине февраля 1919 г., а французы оставили Одессу в начале апреля. 

Но главное заключается в том, что весной 1919 г. государства, входящие в состав Антанты, признали нецелесообразным держать свои войска на территории бывшей Российской империи. 27 марта Верховный совет Антанты на Парижской мирной конференции принял решение об эвакуации союзных войск из Одесского региона. 29 марта премьер-министр Франции Клемансо издал директиву об оставлении Одессы. 

Так что "умерщвлять" актрису — то ли лилиями, то ли ядом кураре, то ли еще каким-то способом — ни у кого не было ни малейших оснований. 

* * *

В 1997 г., во время Киевского кинофестиваля "Молодость", мне удалось побеседовать с известным киноведом Неей Зоркой. В свое время, готовя очерк о Вере Холодной для своей книги, посвященной анализу культуры России начала ХХ в., она много общалась с людьми, близко знавшими актрису, и даже видела документацию по ее болезни. Все "шпионские страсти" вокруг смерти В.Холодной Нея Марковна отвергла с брезгливой насмешкой.

— Вера Васильевна политикой не интересовалась! Да у нее на это просто не было времени. Она работала в полном смысле слова "на износ". Судите сами: за полгода, проведенных в Одессе, Холодная снималась в шести картинах, причем везде играла главные роли. Кроме того, она участвовала в спектаклях, концертах, благотворительных вечерах. Что касается приписываемых ей "романов", всех этих лилий, яда кураре, так это просто бред. Вера Васильевна была глубоко порядочной женщиной, любила мужа, обожала детей, да к тому же она постоянно находилась в центре внимания и публики, и журналистов. О каких любовниках могла идти речь?

— Я верю, — улыбаясь, говорила Нея Марковна, — что Котовский, который был, что называется, "ходок" (из-за чего и погиб), за ней ухлестывал. Верю, что она могла что-то спрятать, кому-то из большевиков помочь, но политикой она не занималась.

* * *

А теперь — хроника. 

В ноябре 1918 г. актриса заболела. В горле образовался нарыв. Съемки, естественно, остановились. Выздоровев, она стала наверстывать упущенное; зимой 1918–19 гг. Вера Холодная параллельно снималась в трех фильмах. Кроме того, установлено, что она участвовала минимум в семи благотворительных вечерах, не считая концертов. Нагрузка неслабая, а ведь актриса богатырским здоровьем никогда не могла похвастать. 

8 февраля Вера Холодная выступала на благотворительном вечере в Театре губернского литературно-артистического общества. И как раз в тот день в Одессе ударили морозы: температура с "плюсовой" резко упала до минус 11–13. В театре было холодно, зрители сидели в верхней одежде, актриса же вышла на сцену в концертном платье. Судя по воспоминаниям, она еще до начала чувствовала себя плохо, сильно кашляла. Пронизывающий холод на сцене усугубил болезнь…

Статистика свидетельствует: пандемия 1918–1919 гг. унесла больше жизней, чем все сражения Первой мировой войны. Как это ни парадоксально, но болезнь косила в первую очередь людей, находившихся в цветущем возрасте; протекала она быстро, с высокой вероятностью смертельного исхода. 

В этот период от "испанки" умерли такие знаменитости, как французский поэт Гийом Аполлинер, немецкий философ Макс Вебер, французский драматург Эдмон Ростан, выдающийся австрийский шахматист Карл Шлехтер и др. 16 марта 1919 г., т.е. через месяц после Веры Холодной, по той же причине ушел из жизни Яков Свердлов — председатель президиума Всероссийского центрального исполнительного комитета (ВЦИК), первый советский "президент". Уж кого-кого, но его-то лечили лучшие врачи.

Полвека спустя в архивах Одессы и Москвы удалось найти макро- и микропрепараты тканей людей, погибших от "испанского" гриппа во время гражданской войны. Проведя исследования, ученые пришли к выводу: специфического лечения от этой болезни в ту пору попросту не существовало. 

К врачам, пытавшимся спасти Веру Холодную, претензий быть не может: они делали все, что могли, и не их вина, что пенициллин был изобретен гораздо позже.

Итак, в чисто житейском, бытовом плане причина смерти суперзвезды проста и однозначна: она умерла от той самой болезни, которая в 1918–20 гг. унесла жизни без малого 42 млн жителей Земли, что составило 2,8% населения планеты. 

Конечно, при нынешнем состоянии медицины актрису удалось бы вылечить. И спасена была бы Вера Васильевна Холодная, 26 лет от роду, мать двоих детей. 

А вот что касается актрисы Веры Холодной… 

Давайте на минуту представим, что ее удалось спасти, она осталась в советской России. Можно ли вообразить Веру Холодную в пространстве революционного кинематографа Кулешова, Эйзенштейна, Пудовкина, Довженко? Могла бы она играть колхозниц или рабфаковок? 

Ответим на этот риторический вопрос контрвопросом — аналогией. Можно ли представить Высоцкого в качестве депутата Верховного Совета? Теоретически подобное допустимо, да вот образ мешает. Точно так же с нашей героиней: кинозвезда Вера Холодная могла играть любовь, только любовь и ничего, кроме любви. 

* * *

Миллионы поклонников Веры Холодной, объяснявшие причины смерти своего кумира детективно-романтическими обстоятельствами, в некотором смысле были правы. Ибо королева экрана не могла умереть от банальной простуды. Смерть королевы всегда роковым образом предначертана на исторических скрижалях. И Вера Холодная в этом смысле — не исключение.

В 1918 г. режиссер Петр Чардынин собрал в фильме "Молчи, грусть, молчи ("Сказка любви дорогой") весь цвет тогдашнего русского кинематографа. 

Вера Холодная играла в этой картине главную и единственную женскую роль — циркачки Лолы, которая от своего мужа, бедного эксцентрика, уходила сперва к коммерсанту, потом — к присяжному поверенному, соблазнялась барином, пыталась найти поддержку у художника, поддавалась чарам гипнотизера, пока не погибла, расплачиваясь за грехи свои. 

В ленте, названной впоследствии лебединой песней дореволюционного кино, были отыграны буквально все темы и сюжеты, которые приходилось изображать актрисе. В известной степени то и была ее лебединая песня.

* * *

У Веры Холодной нет даже могилы. Первое христианское кладбище в Одессе, на котором она была похоронена, в начале 1930-х превратили в "парк культуры и отдыха имени Ильича" (вот уж воистину — танцы на костях). Рассказывают, что старый кладбищенский сторож любил показывать интересующимся место захоронения актрисы, — над ним высился памятник Ильичу. 

Много лет спустя "прах" Веры Холодной символически был перенесен в могилу режиссера ее последних фильмов Петра Чардынина. В церемонии участвовали едва ли не все ведущие мастера одесских театров. На фотографии, предоставленной музеем Театра музкомедии, можно узнать Лию Бугову, Михаила Водяного, Павла Михайлова, Матвея Ошеровского, Евгению Дембскую, Юрия Дынова и др. 

От великой кинозвезды осталось четыре более-менее сохранившихся кинофильма, несколько отрывков из других лент, документальные съемки похорон, фотографии и… легенда. Удивительно живучая легенда, которая и сейчас, через сто лет после смерти актрисы, заставляет возвращаться к пленительному образу "рабы любви".

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №22-23, 15 июня-21 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно