И СПУТНИК ЖИЗНИ — ГОРВОДОКАНАЛ. ИЗ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПРАКТИКИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ЗАРУБЕЖНОГО КРЕДИТА

12 октября, 2001, 00:00 Распечатать

Если ложь кажется настолько правдивой, что правда кажется ложью — хитрость удалась. Китайский фольклор Безапелляционность вывода о том, что людей портят деньги, наверное, вызывает неприятие не только у меня...

Если ложь кажется настолько правдивой, что правда кажется ложью — хитрость удалась.

 

Китайский фольклор

Безапелляционность вывода о том, что людей портят деньги, наверное, вызывает неприятие не только у меня. Кто-то считает, что все зависит от человека. А другие убеждены в определяющем значении суммы. Особенно если дело касается десятков миллионов долларов.

Без воды…

 

В годы так называемой перестройки впервые довелось ознакомиться с германским журналом общества защиты прав потребителей. И особый интерес в нем вызвало приложение в виде небольшой полоски бумаги. Достаточно было окунуть ее в стакан — и по изменившемуся цвету определялась степень чистоты воды. Тут-то и выяснилось, что во избежание порчи нервов затевать анализ не стоило. Воду из-под крана индикатор упорно определял как непригодную для питья. В лучшем случае ее следовало использовать для технических целей. Да и то — далеко не всегда…

Когда одно из запорожских предприятий попыталось наладить с иностранцами совместный выпуск шампуня, те первым делом попросили предоставить на пробу воду. Получив итоги анализа, потенциальные партнеры еще раз уточнили, что их, дескать, интересует не техническая вода, а питьевая. И после ответа наподобие «А какая же она, по-вашему?» тема сотрудничества сошла на нет.

Такие случаи можно было бы отнести к разряду забавных, но, увы, заключения местных санврачей к этому не располагают. По их оценкам, питьевая вода, которая поставляется многими запорожскими водопроводами, по своим параметрам — как внешним, так и химическим, бактериологическим — далека от установленного стандарта. Подчас даже официальные выводы не лишены неприятных эмоций: «Берешь анализ и ужасаешься от того, что такую воду пьют люди. Они совсем не защищены от опасности. Особенно тревожит, что практически каждая вторая проба питьевой воды, которая подается населению, является потенциально опасной в эпидотношении».

Да и коммунальщики не пытаются это опровергать даже в тех случаях, когда уверяют в соблюдении существующих ГОСТов. Они признают, что международные стандарты на питьевую воду гораздо более жесткие. Вроде бы и наш Минздрав уже разработал новые санитарные нормы, по которым анализ воды расширен до 160 параметров. Но на практике оценку производят по 62 показателям, поскольку необходимые методики отсутствуют, реактивы — тем более, не говоря уж о том, что имеющиеся очистные сооружения эти нормы попросту не способны обеспечить.

Однако даже столь прискорбные сведения представляются в общем-то сущим пустяком по сравнению с тем, что потребности региона в питьевой воде не удовлетворены и на треть, а более 200 населенных пунктов области вынуждены пользоваться привозной водой.

 

Справка «ЗН»

Единственным безальтернативным поставщиком воды, способным удовлетворить потребности области, является Днепр. Его ресурсы использует крупнейшее в регионе государственное коммунальное предприятие «Водоканал», обеспечивающее водой, помимо областного центра, еще четыре сельских района. Приготовление воды производится двумя Днепровскими водопроводными станциями (ДВС). Первая, левобережная, построена в 1937 году. Один из двух ее водозаборов находится в неудовлетворительном техническом состоянии. ДВС-2 введена в действие в 1970 году и работает в соответствии с регламентом, но ее мощность в четыре раза ниже, чем первой станции.

На балансе запорожского водоканала 1900 км водоводов и сетей, более половины из которых изношены.

 

А без канализации?

 

Еще более серьезной проблемой для запорожского водоканала была и остается очистка сточных вод. К 1995 году на предприятии сложилась ситуация, когда сброс неочищенных стоков составлял порядка 165 тыс. кубометров в сутки. К слову, примерно аналогичный объем разового загрязнения в Харькове, случившийся в середине 90-х, дал основание для принятия чрезвычайных мер в связи с экологической катастрофой. А в Запорожье подобное длилось в течение 15 лет и воспринималось чуть ли не в порядке вещей. Единственной, с позволения сказать, упредительной мерой был совминовский запрет на жилищное строительство в левобережной части областного центра. Впрочем, с 1993-го по 1995 год из централизованных источников выделялись некоторые средства на реконструкцию очистных сооружений. Это позволило завершить начатую еще в 1989 году реконструкцию процесса механической очистки стоков на ЦОС-1, но на полноценное обеспечение биологической очистки денег не хватило.

 

Справка «ЗН»

В структуре запорожского водоканала два центральных очистных сооружения (ЦОС). Левобережные введены в эксплуатацию в 1957 году. Они способны обеспечить полную биологическую очистку 200 тыс. стоков в сутки, а 80 тыс. кубометров подвергаются только первичному отстаиванию и хлорированию перед сбросом в Днепр. Иловые пруды площадью 53,5 га эксплуатируются при нагрузках, превышающих допустимые. Построенные в 1978 году ЦОС-2 на правом берегу работают в соответствии с регламентом.

Протяженность канализационных сетей водоканала составляет 800 км, состояние 47 процентов из них неудовлетворительное.

 

В поисках выхода

 

Убедившись в том, что на помощь со стороны надеяться тщетно, власти задались целью решить проблему самостоятельно. Сначала вынашивалась идея аккумуляции необходимых средства за счет повышения тарифов на услуги водоканала. Однако расчеты показывали: минимально необходимую сумму (20 млн. долларов) можно получить не менее чем за 18 лет. Подобные темпы финансирования делали проект попросту нецелесообразным. Единственным реальным выходом оставалось привлечение инвестиций. Разумеется, зарубежных, поскольку найти отечественного кредитора — задача практически не выполнимая.

Первой попыткой стали переговоры с одним из зарубежных коммерческих банков, который не прочь был дать взаймы. Но предложенные им условия не устраивали местные власти. Во-первых, кредитная ставка была слишком высокой, а во-вторых, в качестве залога банк потребовал выставить жилье, находящееся в коммунальной собственности. Тогда, в 1995 году, эту же тему принялись обсуждать с Европейским банком реконструкции и развития.

Переговорный процесс с ЕБРР длился четыре года. Долго определялись, кого из двух претендентов (аналогичный проект намеревался осуществить Днепропетровск) предпочесть. В конце концов выбор был сделан в пользу Запорожья, поскольку у соседей водозабором и очистными сооружениями владела область, а сети принадлежали городу. К тому же финансовое состояние предприятия в то время было крайне тяжелым.

Ходу переговоров и перспективам заключения договора обе стороны уделяли большое значение. И не только в силу экономических, но и политических соображений, поскольку масштабы столь объемного проекта в муниципальной сфере не имели аналогов. Конечно, не обошлось без противоречий. Так, водоканал поначалу не хотел выступать в качестве заемщика, мотивируя тем, что собственником предприятия является городская власть. Однако позиция Банка осталась непоколебимой: он не желал иметь финансовых отношений со структурой, состав которой каждые четыре года подвергается кадровой ротации. Это косвенно подтвердил тогдашний директор представительства ЕБРР в Украине Ярослав Кинах: «Мы очень тщательно рассматриваем риск».

К слову, тщательность в оценке риска проявляли не только банкиры. С не меньшей дотошностью к анализу перспектив сотрудничества отнеслись и в Запорожье. В конце марта 1997 года на встрече представителей промышленных и финансовых кругов региона с руководителем одного из крупнейших украинских банков было заявлено: «Два года выкручивают руки горисполкому и водоканалу по выделению кредитов ЕБРР для очистных сооружений города. Навязываются кабальные условия и оборудование, которое мы не хотим, потому что знаем — оно не будет работать». Однако эта тема ни развития, ни анализа (по крайней мере публичного) не получила. И через полтора года Верховная Рада практически без обсуждения одобрила инициированный и представленный Президентом Украины закон «О ратификации гарантийного соглашения «Программа инвестиций в развитие системы водоснабжения и очистки воды г. Запорожье» между Украиной и Европейским банком реконструкции и развития». А еще через шесть месяцев, в конце мая 1999-го, министр финансов Игорь Митюков и первый вице-президент ЕБРР Чарльз Франк подписали соответствующее гарантийное соглашение между Украиной и Банком.

 

Палка о двух концах

 

На официальном уровне начинание преподносилось не иначе как «грандиозный проект водоснабжения и очистки воды». Его сметная стоимость определена 42,5 млн. долларов США, включивших, помимо ссуды ЕБРР, по 1,1 млн. долларов технической помощи международных организаций-доноров и финансирования TACIS. Доля водоканала в проекте составила 9,3 млн., еще 3 млн. долларов обязался внести городской бюджет. Но в центре внимания, разумеется, был 28-миллионный кредит, выделенный на весьма льготных условиях. Он предоставлен на 15 лет, из которых первые четыре года надлежит оплачивать лишь проценты, вкладывая остальные средства в реализацию проекта реконструкции водоканала. Полный же возврат ссуды предусмотрен в течение 11 лет после завершения проекта.

В перечне основных задач проекта — снижение утечек воды в сетях, затрат электроэнергии и стабилизация тарифов на услуги водоканала в соответствии с реальной себестоимостью производства. В частности, планировалось завершить строительство Левобережных очистных сооружений, что позволило бы прекратить сброс неочищенных стоков в Днепр, высвободить 70-гектарные площади, используемые для сушки осадка, и ликвидировать подтопление двух поселков. Помимо этого предусмотрена замена и реконструкция 64 км водопроводных сетей, техническое обновление ДВС-1, установка 3400 счетчиков на вводах в многоэтажные жилые дома. Таким образом, в результате реализации проекта запланировано ежегодное снижение эксплуатационных расходов водоканала на 2,7 млн. долларов. Словом, перспективы открывались весьма заманчивые, однако даже на их фоне оставались некоторые существенные детали, о которых инициаторы проекта если и упоминали, то с явной неохотой.

По оценкам специалистов, освоение проектной сметы способно решить лишь пятую часть водоканаловских проблем. Но у Банка не было намерений браться за объем работ в 198 млн. долларов, поскольку выводы заказанного голландской и канадской фирмам исследования были категоричными: максимальный размер кредита не должен превышать 28 млн. долларов. Иначе, судя по состоянию дел на водоканале, средства превратятся в невозвратные. Бесспорно, подобный подход кредитора нисколько не противоречит здравому смыслу. А заемщику следует либо довольствоваться предложенным, либо, как говорится, оставаться при своих интересах. Да только интересы эти вырисовывались слишком уж своеобразными.

Как и следовало ожидать, по итогам тендера генеральным проектировщиком определили лондонский филиал американской фирмы. Дорогостоящее оборудование для реконструкции тоже необходимо закупать за рубежом, поскольку оно должно соответствовать принятым в Европе нормам. Скажем, отечественные насосы хоть и намного дешевле, но с КПД менее 40 процентов. А Банк согласен кредитовать их приобретение лишь в том случае, если данный показатель будет в два раза выше. Словом, как ни крути, а о полноценной зарубежной инвестиции в отечественное коммунальное хозяйство говорить уже не приходилось. Фактически водоканалу была предложена традиционная роль одного из промежуточных звеньев в испытанной схеме реинвестирования зарубежных предприятий. Но тогда есть все основания полюбопытствовать: а за чей же, собственно, счет будет осуществлена вся эта грандиозность?

Этот вопрос хотя и диссонировал с торжественностью представления кредитного договора, но оказался в центре внимания пресс-конференции в Запорожском горисполкоме 3 июня 1999 года.

— Самая большая проблема — перейти к оплате по реальной стоимости, — сообщил тогдашний генеральный директор водоканала Петр Спасюк. — Стоимость воды для населения в Запорожье составляет 12 копеек за кубометр, а себестоимость — 28 копеек.

Интересно только, на каком топливе работает этот «вечный двигатель»? Оказывается, все предельно просто.

— Мы используем так называемое перекрестное дотирование, — объяснил директор, — установив разные тарифы для потребителей. Для населения, например, он низкий, а для промышленных предприятий составляет 90 коп. Но остается неизменным в течение двух с половиной лет. Сегодня стоит задача, и в проекте это заложено, что для потребителей — однозначно — цены подниматься не будут.

Судя по всему, затронутая тема задела за живое бывшего в ту пору городским головой Запорожья Александра Головко, и он подключился к разговору.

— Мы все время вокруг проекта пытаемся подвести вопрос ценовой. В цивилизованном мире за хороший продукт хорошо платят. А в Запорожье платят меньше всех в Украине благодаря эффективной работе водоканала. Он сегодня работает над снижением затратных механизмов, самоокупаем, что позволяет отпускать воду ниже себестоимости ее производства.

Ну что ж, если все так замечательно, оставалось только порадоваться обнадеживающим перспективам. Да вот незадача, радость оказалась недолгой. Поскольку уже спустя несколько месяцев тарифы на воду возросли почти на 100 процентов. И как оказалось впоследствии, это было только начало.

 

Ловкость тарифа.
И никакого мошенничества?..

 

За истекшие два с небольшим года, вопреки обещаниям, запорожцам так и не удалось ощутить улучшений в водоснабжении и канализации, зато четырежды пришлось пережить пересмотр тарифов. Естественно, в сторону увеличения. И всякий раз это сопровождалось чуть ли не клятвенными заверениями в том, что впредь подобное исключено. Скажем, после очередного повышения цен год назад руководство горводоканала публично опровергло слухи о вероятности увеличения тарифов. Со ссылкой на договор с ЕБРР утверждалось, что подорожание возможно лишь в случае инфляции или «падения» гривни. С тех пор национальная валюта не только устояла, но даже, говорят, окрепла. Но за кубометр холодной воды население сейчас вынуждено платить уже 42 копейки, предприятия — 1,18 грн.

Разъяснения причин происходящего, к сожалению, были невнятными. Некоторые чиновники уверяли, что нет никакого диктата со стороны Банка. Хотя тут же ссылались на то, что «в кредитном соглашении записан пункт о приведении тарифов в соответствие с расходами предприятия». Подобное требование представляется, по меньшей мере, странным. Впрочем, судите сами.

Согласно нормам, утвержденным решением горисполкома еще в декабре 1996-го, каждый запорожец ежемесячно обязан уплатить за использование 7,8 кубометра холодной воды, поскольку ежесуточно он якобы потребляет ее в количестве 260 литров. К слову, по европейским стандартам, одному жителю вполне хватает 150 литров. И вроде бы они не страдают от жажды и чумазыми не ходят. А специалисты запорожского водоканала утверждают, что по результатам проведенного ими многомесячного исследования «фактическое водопотребление составило 390 литров в сутки»...

Однако оставим в стороне фантастику и возьмем за основу расчетов официально принятую норму.

С учетом того, что численность частных потребителей продукции водоканала составляет 1 млн. человек (порядка 78 процентов в удельном весе всех потребителей), выходит, что население ежесуточно использует 260 тыс. кубометров воды. К этому количеству добавим 73 тыс. кубометров, потребляемых промышленностью, аграрным сектором, бюджетными организациями. В сумме получается 333 тыс. кубов. А теперь сопоставим итог с данными, приведенными в прессе начальником технического отдела ГКП «Водоканал»: «Объем воды, который подается населению и предприятиям, составляет 400—500 тыс. кубометров в сутки». В задаче спрашивается: а кто же тогда ежесуточно «выпивает» от 67 до 167 тыс. кубометров воды? Неужто такими объемами измеряются утечки? Чушь, утверждают специалисты. Случись подобное, Запорожье давно бы превратилось в Венецию. А ведь пока что по его улицах гондолы не плавают.

Тогда о каком «приведении тарифов в соответствие с расходами предприятия» идет речь? И до каких пор их можно «приводить в соответствие», если после повышения цен на воду в июле прошлого года специалисты ЕБРР пришли к выводу, что установленные тарифы на воду полностью покрывают себестоимость ее производства, а в августе нынешнего года заместитель городского головы Николай Крещук заявляет, что себестоимость производства одного кубометра составляет 52—53 копейки? Выходит, предложенная населению очередная новая цена покрывает себестоимость лишь на 80 процентов. И это при том, что водоканал еще до реализации проекта работал над «снижением затратных механизмов», был самоокупаем, что позволяло «отпускать воду ниже себестоимости ее производства».

Однако самое главное заключается в том, что поиск ответов на интересующие нас вопросы с помощью математических расчетов — абсолютно бессмысленное занятие. Ведь реализация запорожского проекта уже давно и основательно отклонилась от сугубо экономической цели реконструкции одного из подразделений коммунального хозяйства.

 

Показательный пример, не рекомендованный
к применению

Мы убеждены, что это будет образцовый проект для всей Украины, — два года назад заявлял на презентации директор украинского представительства ЕБРР Ярослав Кинах.

Действительно, образцы не заставили себя ждать. Первой скандальной ласточкой стало увольнение генерального директора водоканала П.Спасюка. По официальной версии, отставка мотивировалась непринятием должных мер в связи с выбросом неочищенных стоков комбинатом «Запорожсталь». Однако в кулуарах живо обсуждалась иная версия, связанная с желанием бывшего городского головы А. Головко определить опекуном водоканала известную и состоятельную фирму «Александр ЛТД». Данное предположение было отнюдь не беспочвенным, поскольку в руководстве водоканала, который возглавил бывший главный инженер Владимир Разгуляев, действительно появились сотрудники, ранее работавшие в «Александре».

После затяжного скандала, связанного с перевыборами городского головы, А. Головко вынужден был подать в отставку, и руководящее кресло досталось его давнему оппоненту Александру Поляку. И вновь водоканал забурлил кадровыми перестановками. Распоряжением городского головы В. Разгуляева освобождают от должности генерального директора. Суд признает эти действия незаконными, но после восстановления статуса-кво Разгуляева увольняют вновь. Параллельно с этим с предприятия уходят специалисты с многолетним стажем. Кадровую чехарду городские власти объясняют тем, что водоканал оказался в тяжелом финансовом положении, вызванным нерациональным использованием средств, что делало невозможным выполнение обязательства перед ЕБРР. В частности, по словам заместителя городского головы Н. Крещука, руководство водоканала вместо того чтобы аккумулировать средства, еще с 1999 года пускало их на производство, приобретение транспортных средств, оборудования, ремонт, рекламу, покупку дорогостоящих иномарок.

Честно говоря, в этом перечне сложно найти какой-либо криминал. Ведь проект и затевали ради обновления производства. А что касается «дорогостоящих иномарок», то, во-первых, так называемые отечественные авто тоже не из разряда дешевых, а, во-вторых, купленные машины поставили на баланс предприятия, тем самым приумножив собственность городской общины.

— Упрек в том, что мы не копили, а растрачивали деньги, попросту не выдерживает критики, — считает В. Разгуляев. — До апреля нынешнего года предприятие было на картотеке. О какой аккумуляции средств могла идти речь?!

Столь же категорично бывший генеральный директор отвергает публично выдвинутые городским головой обвинения в закупке угля по баснословно высокой цене — 3,2 тыс. за тонну.

— В данном случае использована подмена понятий, — утверждает Разгуляев. — Уголь действительно можно купить намного дешевле. Но для производственных нужд водоканала требуется не просто уголь, а угольный фильтрант, который во много раз дороже обычного топлива. Его производят в Украине два предприятия. Некоторые частные предприниматели могут продать дешевле, но без гарантий качества товара. Мы же закупили фильтрант с заводской гарантией и сертификатом качества, одобренным Минздравом.

И уже в несколько ином свете выглядят оправдания городских властей в связи с недавним повышением цены на воду.

— Прежним руководством «Водоканала» предполагалось увеличение тарифа до 40 процентов, — откровенничал с журналистами заместитель городского головы Н. Крещук. — Две недели мэр города не хотел разговаривать на эту тему, но когда разобрались в обстановке, которая сложилась в водоканале (а положение безвыходное), только тогда было принято решение о минимальном повышении тарифов.

Действительно, обстановка на предприятии сложилась не из лучших. И в немалой степени из-за громадного долга бюджетных организаций и теплосетей, который суммарно исчисляется 33 млн. грн. Хотя в рамках кредитного соглашения городские власти обязались всемерно способствовать водоканалу в разрешении платежных проблем, на практике это условие не выполняется. При решении проблем городского бюджета предпочтение отдается дотации бюджетным организациям и беспроцентному товарному кредиту теплосетям. Формально — за счет водоканала, фактически — из кошельков граждан.

Казалось бы, при таком повороте событий самое время сказать свое веское слово областным властям. И не только в связи со статусом вышестоящей организации, а как одной из непосредственных сторон договора. Но, несмотря на непрекращающийся скандал, областное руководство избегало каких-либо комментариев, ссылаясь на то, что соответствующие оценки будут даны лишь по окончании проверки, проводимой областным контрольно-ревизионным управлением. Такой подход был бы совершенно оправданным, если бы не одна небольшая деталь. За неделю до окончания проверки начальник областного КРУ Александр Клепаков направил председателю облгосадминистрации Евгению Карташову докладную записку с перечнем многочисленных нарушений якобы допущенных руководством водоканала и его бывшим генеральным директором В. Разгуляевым. Текст этого документа был опубликован в прессе.

— Такой опытный специалист, как А. Клепаков, не мог не знать, что делать выводы до окончания комплексной проверки, да еще в официальной переписке с последующим ее обнародованием в печати, он не имеет права, — недоумевали в Запорожье.

В том, что проверка затевалась отнюдь не ради установления истины, в городе практически никто не сомневается. И наряду с некоторыми другими фактами это влечет за собой весьма неприятные выводы.

Во-первых, без объяснения мотивов распоряжением председателя облгосадминистрации Е. Карташова от 30 июля с. г. городское коммунальное предприятие «Водоканал» исключено из перечня предприятий-монополистов, на которых внедрено регулирование цен и тарифов. Хотя во всем мире подобные предприятия имеют статус монополиста, поскольку конкурентов им даже теоретически невозможно представить. Во-вторых, заботы по обслуживанию водоканала принял на себя «Индустриалбанк» — очень близкий партнер металлургического комбината «Запорожсталь». В-третьих, новым руководителем водоканала назначен в недавнем прошлом работник «Запорожстали». Той, что отнюдь не чужда нынешнему председателю обладминистрации, ранее длительное время трудившегося директором запорожсталевской внешнеторговой фирмы. Не многовато ли «случайных» совпадений? Неужто действительно имеют основание осторожные предположения местной прессы о том, что на водоканале столкнулись интересы двух финансовых кланов?

— Это очевидный факт, — убежден В. Разгуляев. — И недавнее повышение тарифов на воду вызвано не экономической необходимостью, а желанием за бесценок прибрать предприятие к рукам. Схема хоть и немудреная, зато ее безотказность неоднократно проверена на практике. Экономика водоканала резко ухудшится. Это вынудит обратиться в «Индустриалбанк» за кредитом под залог основных средств. Денег для возврата кредита, естественно, не найдется, и банк станет собственником предприятия. Приобретение весьма выгодное, если учесть, что годовой оборот водоканала составляет 110 млн. грн. Наличными! А с исключением водоканала из перечня предприятий-монополистов и вовсе открывается широчайший простор для деятельности. Ведь немыслимо же представить, что население откажется потреблять воду. Ему попросту некуда деваться в отличие, допустим, от промышленности, которая уже сейчас активно занялась созданием альтернативных источников водоснабжения.

Остается только выяснить, какая судьба уготовлена «грандиозному проекту водоснабжения и очистки воды»? Конечно, очень хочется ошибиться в прогнозе, да, судя по всему, запорожцам придется вспоминать о нем, как о заманчивой, но несбывшейся мечте. И воспоминания эти, увы, сладкими не окажутся. Поскольку главным гарантом перед банком выступило Министерство финансов, на которое возложена обязанность возмещения убытков в случае нарушения кредитного соглашения. Случись такое, Минфин наверняка ответит, а затем безоговорочно изымет средства из фондов области, включая внебюджетный. Взгрустнем?

 

Начало эпилога

 

Когда материал был подготовлен к печати, запорожские СМИ распространили информацию о возбуждении городской прокуратурой уголовного дела по факту злоупотребления служебным положением должностными лицами ГКП «Водоканал». За основу взяты события марта нынешнего года, когда предприятие возглавлял В. Разгуляев. А несколько дней спустя новое руководство «Водоканала» выступило с инициативой получения у «Индустриалбанка» кредита в 5,34 млн. грн. под залог движимого и недвижимого имущества. Список, представленный на согласование горсоветовской комиссии по вопросам торговли и бытового обслуживания, включал более 80 объектов общегородской собственности, балансовая стоимость которых превышает 21 млн. грн.

На заседании комиссии новый кредитный почин коммунальщиков был зарублен на корню. Тем не менее во вторник на сессии горсовета он получил одобрение большинства депутатов. Тенденция развития событий высвечивается все ярче…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно