ПОТЕРЯВ ГОЛОСА, ЛЕЙБОРИСТЫ ПОБЕДИЛИ: СОХРАНИЛИ КОРОЛЕВСТВО, РАЗДРОБИЛИ ВЛАСТЬ

14 мая, 1999, 00:00 Распечатать Выпуск №19, 14 мая-21 мая

Прошедшие на прошлой неделе выборы в парламент Шотландии и ассамблею Уэльса чуда не явили. Деволю...

Прошедшие на прошлой неделе выборы в парламент Шотландии и ассамблею Уэльса чуда не явили. Деволюция не выросла в революцию, лейбористы остались у власти, получив голосов больше всех, но не большинство, националисты, несмотря на предвыборную словесную хвальбу, недобрали ожидаемого, а консерваторы подобрали почти все, что потеряли на местах две левые партии - лейбористы и либерал-демократы.

Итак, 6 мая избиратели Шотландии голосовали состав парламента, имея перед собой бюллетень из 22 партий и 8 независимых кандидатов. От состава зависел путь, которым бы страна двинулась в будущее - в границах Британского Королевства или вне его. Шотландцы предпочли первое. Они решили создать свой парламент, впервые за последние 300 лет (в 1707 году шотландский и английский парламенты слились в единый парламент Великой Британии), однако почти 3/4 голосовавших высказались против сепаратизма. 129 парламентских мест распределились следующим образом: 56 - правящая партия лейбористов, 35 - Шотландская националистическая партия, 18 - партия консерваторов, 17 - Либерально-демократическая, по одному голосу - «зеленые», социалисты и независимые.

В тот же день на западе Британии выбирали еще один парламент - ассамблею Уэльса. Результаты раздела 60 мест таковы, что лейбористы получили 28, националистическая партия Плейд Кимру - 17, тори - 9, либерал-демократы - 6.

Одновременно состоялись выборы в органы местного самоуправления - советы 32 округов Шотландии, 22 - Уэльса и 308 - Англии (исключая Лондон).

Именно там лейбористы и либерал-демократы потеряли около 1500 мест, которые консерваторы записали в свою пользу.

За деволюцию (т. е. передачу власти или полномочий) жители Шотландии и Уэльса проголосовали на референдумах в сентябре 1997 года, чем начали процесс движения власти из Лондона в Эдинбург и Кардифф. В июне 1998-го такой же референдум имел место в Северной Ирландии и увенчался успехом. Лейбористы, борясь за власть с консерваторами на всеобщих выборах 1997-го, победили в значительной мере за счет обещаний децентрализации власти, затем внесли обещания в программу правительства и теперь вынуждены их исполнять.

И в шотландском парламенте, и в уэльской ассамблее лейбористы, как и предполагали, получили голосов больше, чем любая другая партия. Однако перевес невелик, и для создания исполнительного органа им потребуется коалиция, скорее всего с либерал-демократами. Кроме того, на выборах в местные советы они понесли большие потери - 1250 мест. И даже в городских советах двух столиц - Эдинбурге и Кардиффе - не набрали большинства. Они потеряли Шеффилд (крупнейший округ), принадлежавший им с 1968 года и традиционно считавшийся очагом лейборизма.

Шеффилдский совет перешел к либерал-демократам (одна из самых неожиданных и крупнейших побед на этих выборах), которые в то же время потеряли много других советов в пользу тори. Пэдди Эшдаун, лидер партии, который еще месяца два тому заявил о своей грядущей отставке, считает, что для третьей политической силы Британии его партия сработала довольно неплохо, во всяком случае, гораздо лучше консерваторов, которые не выиграли ни один из советов крупных городов страны.

Для Консервативной партии, как говорят обозреватели, результат выборов мог бы считаться поражением. Поскольку на местных выборах, которые происходят в средине срока пребывания у власти правящей партии, традиционно выигрывает оппозиция, как выиграли лейбористы в 1995 году. Но этого поражения не признает нынешний лидер консерваторов Уильям Хейг, молодой и неопытный, заклеванный старшей гвардией тори за низкий рейтинг партии, приобретенный, кстати, еще во времена Мейджора, самого непопулярного премьер-министра тори-кабинета. Именно при нем на прошлых выборах в местные советы в 1995 году тори получили 25% голосов, в то время как на нынешних - 33% (что всего на 3% ниже, чем показатель лейбористов). Хейг, надо отдать ему должное, не сдается в неравной борьбе и не унывает. Он склонен считать, что 1500 голосов «прироста» в местных советах, в дополнение к тем, что были ранее, - это успех. Во всяком случае, для него лично, поскольку с партийной повестки дня снимается вопрос о его дальнейшем лидерстве. Этот маленький триумф - далеко еще не победа, а лишь возможность бороться дальше. Главным испытанием для Хейга и его партии станут июньские выборы в Европарламент.

Несмотря на то, что 2/3 населения Шотландии считают себя скорее шотландцами, чем британцами, лишь 27% проголосовали за Шотландскую националистическую партию (ШНП), которая призывала к независимости пятимиллионной страны. В том, что северяне остались в пределах Британии и большинство голосов отдали за лейбористов, заслуга практически двух человек - госсекретаря Шотландии от лейбористского кабинета Дональда Деуара и министра финансов Гордона Брауна, чьими трудами был в свое время выигран и референдум. Тогда, в 1997-м, Гордон Браун проводил агитационные поездки по стране в паре с голливудской звездой, шотландцем Шоном Коннори (знаменитым Джеймсом Бондом). На этот раз они оказались в разных предвыборных штабах.

Алекс Салмонд, лидер шотландских националистов, организовал последнее предвыборное шоу, на котором главным агитатором за независимость Шотландии предстал лично Шон Коннори, член партии с 1991 года и главный ее спонсор (ежемесячный взнос достигает 5 тысяч фунтов стерлингов). Однако ШНП насобирала лишь 35 мест в новом парламенте, хотя ожидала не менее 40.

Интересно вспомнить, что шотландский национализм пробудился в 1980-е, большей частью как реакция недовольства на «правую» политику тогдашнего тори-премьера Маргарет Тэтчер. Она до сих пор остается очень непопулярной персоной в Шотландии, а ее личное появление в Эдинбурге во время референдума 97-го «помогло» консерваторам потерпеть тотальное поражение.

Поговаривают, что шотландцы, которые с энтузиазмом (в 58,7%) пришли проголосовать за собственный парламент, отказались от сепаратизма из чисто прагматичных соображений. В 70-е Шотландия получила статус географически изолированной, и британское правительство стало выделять на душу населения в Шотландии средств на 22% больше, чем в Англии. Порядок существует и поныне.

Кроме того, шотландцам нечего опасаться притеснений при нынешнем кабинете лейбористов, в котором шотландцы же исполняют главные партии: Гордон Браун - министр финансов, Робин Кук - министр иностранных дел, Джордж Робертсон - министр обороны, Дерри Ирвин - лорд-канцлер, верховный судья.

Если на борьбу с шотландским национализмом были брошены лучшие силы лейбористов, то результат, который показали националисты Уэльса из партии Плейд Кимру, застал всех врасплох. Никто не ожидал, что она получит 27% голосов и выйдет на второе место после лейбористов в новой ассамблее (17 мест из 60). И хотя лидеры партии заявляли еще вначале кампании, что не ставят вопрос о независимости Уэльса, сегодня никто не может определенно сказать, каким путем будет дальше развиваться эта окрепшая, теперь уже парламентская партия. Англичане говорят, что успех Плейд Кимру - это выпущенный из бутылки кельтский ген национализма.

Итак, все партии, как оказалось, считают себя победившими. Тем не менее безоговорочным победителем дня голосования стала «госпожа апатия». Особенно в Уэльсе и в тех графствах Англии, где проходили местные выборы. В Уэльсе, например, в некоторых округах явилось менее чем 30% избирателей, а в английских округах - 29%, что на 8% меньше, чем в 1995 году. Как объясняют политические комментаторы, слишком много за последние годы проводилось голосований и кампаний, в то время как ничего очень существенного не было поставлено на карту. Вывод звучит довольно болезненно для партии лейбористов.

Тем не менее, британский премьер-министр Тони Блэр опять назван победителем, и сам он, невзирая на лейбористкие потери на местах и «недобор» в парламентах, считает, что главный результат выборов - сохранение и даже укрепление единства страны. Действительно, лейбористы сдержали свои предвыборные обещания, создали парламенты в Уэльсе и Шотландии, а победив на выборах среднего срока, сохранят стабильность в стране до следующих всеобщих выборов. Кроме того, ничего не случилось такого, что бы противоречило предсказаниям о победе Тони Блэра в борьбе за следующий срок премьерства.

Хотя не секрет, что и выборы, и результаты существенно прибавят головной боли Блэру, его кабинету, его партии. Во-первых, изменится порядок управления страной, произойдет делегирование власти в провинциальные парламенты, понадобится дополнительная координация. Во-вторых, поднимет голову вопрос о Новой Британии, поскольку англичане, веками гордясь своим лидерством в Объединенном Королевстве, единственные остались без собственного парламента и уже чувствуют себя неуютно. Любое же недовольство будет использовано оппозицией.

12 мая парламент в Эдинбурге и ассамблея в Кардиффе торжественно открыли свои первые сессии. Парламентарии были приведены к присяге на верность британской королеве, однако в залах звучал не только могучий английский язык, а также шотландский и уэльский. Как только будут избраны исполнительные органы, высокие собрания начнут управлять своими небольшими странами, решать вопросы, делегированные им из лондонского Вестминстера, а именно: здравоохранения, транспорта, жилищного строительства, образования, правопорядка, окружающей среды.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 13 октября-19 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно