Станислав Безушко
27 лет. Солдат Нацгвардии (август 2015 – октябрь 2016 гг.).
Мирный координатор украино-немецкого проекта «Киевский диалог», волонтер.

Занимается развитием малых городов, налаживанием коммуникации власть—громада—бизнес и мотивацией людей к работе. На волонтерских основаниях — менеджер по коммуникациям в учебно-познавательном проекте Кампус «Гостинец». Кроме того, старается быть надежным помощником в проектах участников АТО.

«В школе я был отличником, потому что родители сказали — надо учиться, — рассказывает свою историю Станислав. — Специальность и университет выбирал по тому же принципу. После третьего курса хотел бросить, но родители сказали «нет». Получив образование, я понял, что ступенек для карьерного роста у историка немного.

Решил послужить в армии, чтобы потом, возможно, пробовать себя в силовых структурах. Но отслужив почти год, по-прежнему не знал, что делать.
Решил попробовать себя на госслужбе, во Львовской облгосадминистрации. Думал, поработаю год-два и уйду. Но через полгода стал начальником отдела коммуникаций с общественностью и остался там работать на четыре года.
Когда был Майдан, все рассказывали, как туда ездили. Мой Майдан был только в обеденный перерыв — мы выходили, обсуждали события и возвращались назад. Когда захватывали обладминистрацию, я был с другой стороны. Сначала было очень страшно. Особенно, когда люди с первых трех этажей бежали через черный ход, а заместителей вывозили под охраной. Я был на четвертом. Люди были уже злые. Но в наш департамент так никто и не зашел. Около часа ночи мне позвонили ребята и попросили продиктовать номера наших кабинетов. Чтобы с ними ничего не случилось, кабинеты запечатали и выставили охрану.
Когда началась война, я получил повестку и поехал в военкомат, хотя дома мне сказали, что я — дурак, а на работе — что лох, и предложили забронировать как госслужащего. Но на фронт меня тогда так и не взяли.
В 2015-м вызвали снова для уточнения данных. Военком спросил: «Служить хочешь?». Я сказал: «Да, записывайте». Он записал, а потом обратил внимание на фамилию. Выяснилось, что он знает моего отца: «Папа знает?». «Да, — говорю. — Под дверью стоит. Специально привез».

В общем, отправили меня в пограничники. Я попросил два дня, чтобы закончить дела на работе. А когда вернулся, меня отправили в Нацгвардию. Первые месяцы было классно. Мы находились тогда в Раковце. Это курорт, а не полигон — природа, озеро, рыба.

Когда нас отправляли на Восток, мы повезли с собой 20 тонн воды, 10 больших ящиков еды. У нас были свои спальники, броники. Не было только автоматов. Хотя, если бы разрешили…

В части нас испугались: бандеры приехали, хотят захватить тут все и всех. Первые пару дней с нами особо никто не общался. Службы, которую мы ожидали, глядя новости по телевизору, по факту не было. Так что рассказа о героических поступках и о том, как мы все время сидели под обстрелами, тоже не будет. Нацгвардию перевели на сидение на ВОПах. Учитывая мой бюрократический опыт, мне не очень нравилось, что происходило в то время.

Я решил, что нужно помогать организовывать, и фактически в январе 2016-го неофициально выполнял функции командира роты из 200 человек. Командир был в отпуске, замполит и старшина заболели. А взводные — молодые ребята. Когда отвечаешь за 200 человек, видение меняется.
В АТО я был год, восемь месяцев — без перерыва
Вернувшись домой, пошел на работу. Ожидал, что за полтора года что-то изменится. Но все осталось по-прежнему. Более того, люди старались сократить общение со мной до минимума, опасаясь, что я могу неадекватно отреагировать.
Уволиться я решил, когда происходили события на Светлодарской дуге. Гибли люди, происходили захваты, а передо мной сидели два здоровых мужика — 10 лет на госслужбе — и жаловались, что им мало, плохо, и война их никак не касалась.

Уволился в никуда. Решил помогать разным проектам знакомых, которые не могли заплатить менеджерам по коммуникации.

В «Киевский диалог» подался за час до дедлайна. Шансов у меня почти не было. Но через две недели после собеседования мне позвонили и пригласили на работу.

Побратимам хочу сказать: не ждите, пока придет добрый дядя или какой-то фонд. Изменения начинаются с себя и с семьи».

© 2017 «Зеркало недели. Украина». Все права защищены.
editor@zn.ua

Made on
Tilda