Раненые ландшафты

1 октября, 2016, 00:01 Распечатать

Мы , немцы , гораздо хуже знаем истории и шрамы тех многослойных территорий Восточной Европы , чем нам хотелось бы думать о себе.

Сочная зелень, березы и кусты на заднем плане; пологий склон, а впереди — цветущие белым цветом летние цветы. Эту фотографию одного восточноевропейского ландшафта я видел недавно на выставке в Берлине. Она снята возле Мизоча, городка в Западной Украине. И это напоминает мне много замечательных обширных ландшафтов одного региона, куда я за последние годы так часто ездил — как ни в какой другой уголок мира. Украина, Россия, Беларусь, Молдова, страны Балтии — Восток нашего общего континента является приоритетом моей ежедневной работы как министра иностранных дел Германии.

На той берлинской выставке я наткнулся на другие, хорошо мне известные названия населенных пунктов: Минск, Рига, Днепропетровск, Киев, Одесса, Кишинев, Дубоссары, Павлоград, Артемовск. Все эти населенные пункты я объездил только за один последний год. Ведь в этих ландшафтах сегодня царят конфликты и напряженность, которые являются судьбоносными для безопасности и будущего Европы; более того: которые вернули на наш континент вопрос войны и мира. Мы, представители германской внешней политики, и наши партнеры, выступаем — в меру наших сил — за мир и взаимопонимание на Востоке нашего континента, в частности, в конфликте в Восточной Украине.

Но — и это "но" весит очень много — под этими ландшафтами, под "здесь" и "сегодня" кроются пласты, связывающие нас, немцев, гораздо глубже, гораздо более судьбоносно с этим регионом. 75 лет назад, с нападением нацистской Германии на Советский Союз, началась истребительная, захватническая война неописуемой жестокости. Более 25 млн чел. в Советском Союзе потеряли свои жизни, большая часть из них — гражданские лица. Среди них было более 2 млн евреев. Уже в первые дни после нападения нацистской Германии начались бойни, вскоре переросшие в систематические массовые расстрелы на всех оккупированных территориях бывшего Советского Союза. Это тот ужас, который кроется под этими ландшафтами. Какими красивыми ни были бы ландшафты, которые я описал, — это раненые ландшафты.

Также и под ландшафтами, которые я описал вначале, кроется мрак. В конце июня 1941 г. Мизоч оккупирует германский вермахт. Между началом августа и началом ноября 1941-го в этой местности расстреливают 25 тыс. евреев. Весной 1942-го все евреи Волыни должны идти в гетто. В конце августа гражданская администрация согласовывает с командиром полиции безопасности убийство в течение пяти недель всех евреев, за исключением 500 квалифицированных специалистов. 11 октября гетто окружают, 13 октября блокируют. Еврейские жители Мизоча осуществляют поджог, чтобы сделать возможным для некоторых заключенных побег и предотвратить попадание их имущества в руки немцев. Пожар тушат и евреев сгоняют на городскую площадь. Оттуда их 14 октября отводят за город. 1500 евреек и евреев группами отводят в одну из лощин, где они должны раздеться, потом их убивают по одному выстрелом в затылок — именно на этом зеленом лугу с фотографии.

Хочу еще раз назвать и другие населенные пункты: Минск — 55 тыс., Рига — 45 тыс., Днепропетровск — 16 тыс., Киев — 35 тыс., Одесса —
20 тыс., Кишинев — 1,5 тыс., Дубоссары — 5 тыс., Павлоград — 1,5 тыс., Артемовск — 1,5 тыс. Это количество еврейских женщин, мужчин и детей, которые в указанных городах были расстреляны немцами. Впервые выставка в Берлинском фонде "Топография террора" уделяет внимание ужасам этих массовых расстрелов. На входе в помещение выставки висит карта. Она показывает территорию от Балтийского до Черного моря. На карте нанесено очень много черных точек. Каждая точка на карте означает место, где было расстреляно более 500 чел. Места, о которых я говорил, — это лишь
10 из них. Всего на карте
722 точки. 722!

Для меня первый взгляд на карту был шоком. И я считаю, что для многих немцев карта также является шоком! Но для большинства людей в соответствующих регионах она — не шок! Гораздо хуже: это проявление очень живых воспоминаний. Многие люди там, а именно люди старшего поколения, знают эти черные точки и их историю. Они знают о молчаливых, ужасных местах возле их сел; братские могилы, поросшие зеленой травой. Еврейские общины и члены ромского меньшинства в свое время были частью повседневной жизни в городах и селах. Сегодня они исчезли из большинства населенных пунктов, а люди там до сих пор живут темными воспоминаниями. Они живут с осознанием того, что их родители, дедушки и бабушки во время расстрелов помогали копать или засыпать могилы, сортировать одежду жертв или должны были готовить пищу для убийц. Эти ландшафты, если хотите, являются топографией террора.

Берлинская выставка снимает пласты ландшафтов и проливает свет на детали того прошлого, которое является не только восточноевропейским, но и нашим прошлым. Поэтому я вижу ответственность Федерального министерства иностранных дел в том, чтобы снимать те пласты. Федеральное министерство иностранных дел поддерживает проект Protecting Memory ("Сохранить память"), в рамках которого консервируются места массовых расстрелов. Пять таких мест в Украине были за последние годы оборудованы как мемориалы. Весной этого года к ним должны добавиться семь следующих мест. Также и организация Yahad in Unum, которую поддерживает Федеральное министерство иностранных дел, заботится с самоотверженностью, достойной восхищения, о выявлении мест массовых расстрелов в Восточной Европе.

Пример этого мало освещенного Holocaust by Bullets ("Холокост — убийство пулями") показывает, что мы, немцы, гораздо хуже знаем истории и шрамы тех многослойных территорий Восточной Европы, чем нам хотелось бы думать о себе. И еще: да, также и в осмыслении нашей собственной роли там мы продвинулись не так далеко, как нам нравится думать о себе. Именно поэтому я считаю таким важным, чтобы мы во времена, когда снова царит новая напряженность на Востоке нашего континента, еще активнее занимались этим регионом. Именно сейчас мы должны больше знать друг о друге, а не меньше! Берлинская выставка внесет свой вклад в то, чтобы названия таких городов, как Рига, Киев, Одесса или Кишинев, не звучали в ушах немцев как напоминание только о сегодняшних событиях. Наоборот: они будут напоминать нам о Холокосте массовых расстрелов и снимать многочисленные пласты и истории, а также и об этнических изменениях и искажениях, которые лежат между "тогда" и сегодняшней поверхностью. Как министр иностранных дел Германии я убежден: без осознания этих пластов под ландшафтами мы, немцы — при всех честных усилиях по взаимопониманию — никогда не сможем в полной мере и справедливо оценить этот регион и ту роль, которую мы там играем! Мы, сегодняшняя Германия, не можем изменить то, что произошло. Но мы должны извлечь уроки из истории. Мы должны взять на себя ответственность, которую возлагает на нас наша история. Пронзительнее, чем это можно выразить языком внешней политики, выражен призыв к ответственности в стихотворении "Бабий Яр" Евгения Евтушенко. На этой неделе мы в 75-й раз чтим память жертв тех жестоких двух дней, когда было расстреляно 33 771 евреев в Бабьем Яру под Киевом. Также и этот стих рассказывает о пластах ландшафта, которые потомки — также и мы сегодня — должны снимать.

"Над Бабьим Яром
шелест диких трав. 

Деревья смотрят грозно,

по-судейски. 

Все молча здесь кричит,
и, шапку сняв, я чувствую,
как медленно седею. 

И сам я, как сплошной беззвучный крик,
над тысячами тысяч погребенных. 

…. 

Ничто во мне

про это не забудет!"

Фото ©photothek.net

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно