Памяти Джона Маккейна

31 августа, 16:47 Распечатать Выпуск №32, 1 сентября-7 сентября

"Наиболее свободным нас делает служение делу, большему чем мы сами".

© Посольство США в Украине

"Наиболее свободным нас делает служение делу, большему чем мы сами"

Эти слова как можно лучше характеризуют их автора — выдающуюся личность с высокими моральными принципами, героя войны, сенатора, кандидата в президенты США от Республиканской партии Джона Маккейна ІІІ, с которым американский народ и мир прощались на этой неделе. 

За свою жизнь он терпел поражения — но всегда поднимался, чтобы еще с большей силой продолжать борьбу. Его смерть в возрасте 81 года от глиобластомы (агрессивной формы опухоли головного мозга) точно не является поражением, ведь прекращение медицинской поддержки своей жизни было его решением, решением сознательным и мужественным. Победой над смертью является память о выдающемся американце, а еще больше — продолжение дела всей его жизни: служение нации.

За что мы будем помнить сенатора Маккейна, и чему должны у него научиться?

Маккейн был "парубок моторний" и, по примеру отца и деда, избрал военную стезю. В 1967 г. над северовьетнамским небом советский расчет ПВО сбил  бомбардировщик, а его пилот — 31-летний лейтенант — попал в плен на пять с половиной лет. Неволя стала испытанием тела (ранение и пытки ограничили его способность поднимать руки выше плеч на всю жизнь) и воли (психологическое давление и жестокие допросы), но свыше этого — горнилом его самых ценных качеств.

Понимая, кто к ним попал, вьетконговцы предложили сыну адмирала — главнокомандующего ВМС США в Европе, а с апреля 1968-го — тихоокеанского командования, отвечавшего за боевые действия во Вьетнаме, освобождение. Мощная пропагандистская акция не состоялась, Маккейн выдвинул неосуществимое условие — сначала выпустить всех американцев, попавших в плен раньше него. Встретившись с диссидентом, правозащитником и "отказником" Натаном Щаранским почти через 20 лет, Джон Маккейн сказал, что прекрасно понимает, почему тот не согласился на досрочное освобождение из советской тюрьмы. Во время тяжелейших испытаний они оба осознали, что нельзя отдавать врагу контроль над своей судьбой, тем более что это будет использовано, чтобы сломать дух и волю к сопротивлению других. С тех пор сенатор лично занимался поддержкой каждого, кто томился в неволе тиранов.

Он никогда не считал, что соображения политической целесообразности или realpolitik должны преобладать над ценностями и гуманизмом. Именно поэтому он не избегал крепких эпитетов в адрес тиранов: "Путинская Россия — наш противник и моральная противоположность… Не прельщайтесь Путиным. Не может трансформироваться гангстер в государственного деятеля… морально равными нам являются российские диссиденты", — так отреагировал сенатор на слова президента Дональда Трампа о моральном равенстве путинской России и Соединенных Штатов. Именно поэтому, вопреки формальной принадлежности к той же партии, Маккейн жестко критиковал Трампа за отход от республиканских  и, в более широком понимании, американских ценностей. Для сенатора кандидат в президенты пересек красную черту тогда, когда, выступая за запрет въезда в страну мусульман, оскорбил родителей павшего в Ираке героя — капитана американской армии Хумаюна Хана. Неприятие фигуры и взглядов действующего президента вылилось в то, что его попросили не принимать участие в официальной похоронной церемонии. В ответ Трамп обнародовал в Твиттере только сухие сочувствия и поручил приспустить флаг над Белым домом лишь на короткое время. Впрочем, под давлением общественности ему пришлось изменить свое распоряжение, чтобы надлежащим образом почтить память уважаемого государственного деятеля.

"Я ошибался, но надеюсь, что любовь к Америке будет преобладать над ошибками", — написал Маккейн в завещании. Признавать вину — черта сильных натур. В начале своей политической карьеры Джон Маккейн среди еще четверых сенаторов оказался в эпицентре скандала, связанного с финансированием политических кампаний и лоббизмом. Сам сенатор не совершил никаких противоправных действий, но этот эпизод, ставший ударом по репутации, подтолкнул его к продвижению законопроектов, направленных на увеличение прозрачности и предотвращение злоупотреблений. Маккейн отказал политтехнологу Полу Манафорту в праве организации республиканского конвента на основании связей последнего с приближенным к Владимиру Путину олигархом Олегом Дерипаской. Сенатор заботился о том, чтобы на его имя не упало ни тени сомнений в добропорядочности.

За более чем 30 лет работы в Сенате Маккейн возглавлял ряд комитетов, — но его деятельность на должности председателя комитета по вооруженным силам принесла ему самое большое признание. За огромный вклад в укрепление обороноспособности страны его имя присоединено к именам его отца и деда — USS John S. Mccain, которое носит эсминец ВМС США. Оборонный бюджет страны на 2019 г., над которым он работал, несмотря на обострение болезни, также назван в его честь.

Злобное потешание в связи со смертью американского политика за "поребриком" вполне можно объяснить тем, за что его уважают и за что признательны в странах Свободного мира. "Джон Маккейн — солдат и сенатор, американец и атлантист. Его запомнят как в Европе, так и в Северной Америке за смелость и характер, запомнят как сильного сторонника НАТО", — написал генсек Североатлантического альянса. Польский премьер-министр назвал сенатора "неутомимым хранителем свободы и демократии… надежным другом Польши". Президент Грузии отметил, что "его вклад в Грузию неизмерим, его поддержка неоценима в нашей стране... Джон Маккейн — национальный герой Грузии".

Весома его роль и в поддержке Украины. Это проявлялось и в виде сокрушительной критики путинской агрессии, и в давлении на его режим, и в моральной поддержке украинцев. Хрестоматийными стали фотографии, сделанные в декабре 2013 г. с Дома профсоюзов, где сенатор наблюдал за морем огоньков на Майдане, а потом — и в гуще протестующих. В декабре 2016 г. он вместе с украинским президентом поздравил военных под Мариуполем с новогодними праздниками, подняв дух защитников. Рука сенатора касалась всех законопроектов, оказывавших политическую, экономическую, финансовую и военную помощь Украине. Он активно добивался предоставления нашему государству оборонного вооружения. Но превыше всего, что непосредственно сделал сенатор Маккейн для Украины, дороги для нас его ценности и убеждения, которые он  воплощал своей жизнью. Украине в равной степени не будет хватать ее большого друга и собственных государственных деятелей такого уровня…

Даже свою смерть Джон Маккейн сделал важным политическим актом. Недвусмысленным сигналом за океан является просьба сенатора, чтобы одним из тех, кто будет нести гроб с его телом, был российский диссидент Владимир Кара-Мурза, на которого российские спецслужбы дважды совершали покушение. Понимая, насколько поляризует страну правление Трампа, призывом к единству обеих партий нужно считать приглашение на погребение бывших президентов Джорджа Буша и Барака Обамы. И это при том, что первому он уступил в республиканских праймериз в 2000-м, а второму — в ходе президентской гонки 2008-го. Его политическое завещание адресовано всем американцам — независимо от того, какие у них политические предпочтения. В нем ярко противопоставляется Америка по-трамповски — Америке "дел, свободы, равноправного правосудия, уважения к достоинству всех людей, что несет в себе большее счастье, чем неудержимая погоня за мгновенными наслаждениями". Выступая против расизма, шовинизма, религиозной нетерпимости и отказа от мессианской идеи, Маккейн утверждает, что "мы (американцы. — А.Х.) являемся гражданами самой большой в мире республики. Нация идеалов, а не крови и почвы. Мы благословенны и благословение для человечества, когда мы поддерживаем и продвигаем эти идеалы как дома, так и в мире". Сенатор убежден в силе идеалов и вредности изоляционизма, ведь "мы ослабляем (наше величие. — А.Х.), когда прячемся за стенами, а не разрушаем их, когда мы сомневаемся в силе наших идеалов, а не верим, что они являются большой силой перемен, как было всегда"…

Фигура Маккейна вызывает в памяти образ древнеримского сенатора-республиканца Катона Старшего. Оба сенатора своей добропорядочной, преисполненной служением республике жизнью запечатлели свои имена в вечности. Осталось только, чтобы Карфаген наших времен также был разрушен…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно