Главные выборы Эрдогана

23 апреля, 15:50 Распечатать Выпуск №16, 28 апреля-11 мая

Грядущие выборы — наиглавнейшие в жизни Эрдогана. И в отличие от многих предыдущих выборов, в этот раз у него появился сильный соперник.

© RecepTayyipErdogan / facebook

В наши неспокойные времена трудно найти демократическую страну, в которой политическая партия и ее лидер выиграли бы все выборы за последние 16 лет. Правящая Партия справедливости и развития (ПСР), неизменным фактическим лидером которой является нынешний президент Реджеп Эрдоган, не проигрывала с момента прихода к власти в 2002 г. Другое дело, что победы были как более, так и менее громкими, как и оценки уровня турецкой демократии западными институтами. Однако результаты всех выборов до сих пор были признаны, и никто ни разу не поставил под сомнение легитимность избранных органов власти. Очередные выборы парламента и президента в Турецкой Республике должны были состояться в 2019 г., в ноябре. И вот, неожиданно для тех, кто плохо знает Турцию, президент страны принял решение, что выборы состоятся уже через два месяца — 24 июня 2018 г. Для неискушенного наблюдателя процесс принятия решения выглядел вполне прозаично, ничего революционного. Глава Партии националистического движения — соратника ПСР — Девлет Бахчели публично выступил с предложением провести выборы досрочно, 26 августа т.г. в связи с "ситуацией в Сирии и других соседних странах". Голоса "помельче" прозвучали в унисон, добавив к этой аргументации "требования экономической ситуации". Эрдоган встретился с Бахчели и, после получасовой беседы, как бы согласился с его предложением, только сделал его еще более радикальным. Зачем ждать до августа? Выборы состоятся 24 июня. Парламент подавляющим большинством голосов это решение одобрил, даже оппозиционная Республиканская народная партия поддержала предложение президента. Прокурдская Партия демократии народов, 11 из 59 депутатов которой лишены полномочий в связи с обвинениями в поддержке терроризма (9 из них в тюрьме), в голосовании не участвовала.

Что бы ни говорили критики Эрдогана, которые считают, что действующий президент намерен стать фактически бесконтрольным главой Турецкой Республики с полномочиями, превосходящими даже Ататюрка, ситуация выглядит безукоризненно. Он лишь согласился с предложением партнера по правительственной коалиции, а не продвигал собственное решение, оппозиция согласилась с новой датой выборов, а мнение курдской группы в парламенте хорошо всем известно заранее. Правда, практически одновременно с решением о досрочных выборах было продлено на три месяца (уже в седьмой раз) чрезвычайное положение, введенное в стране после неудавшегося путча 15 июля 2016 г. Именно это обстоятельство отметила во время пресс-брифинга представитель Госдепа Хизер Нойерт. "Будет трудно провести полностью свободные, честные и прозрачные выборы в условиях чрезвычайного положения, — заявила она, — и мы этой ситуацией обеспокоены". Разумеется, Нойерт тут же получила ответ, причем не только от МИДа Турции, но и от самого премьер-министра (как он сам сказал — последнего премьер-министра 65-го правительства) Бинали Йилдырыма. Но если МИД все же воспользовался дипломатическим лексиконом и просто напомнил, что "международные наблюдатели всегда подтверждали — выборы в Турции являются демократическими, свободными, честными и прозрачными; конституционный референдум в 2017-м, который тоже проходил в условиях чрезвычайного положения — последний пример такой оценки", то глава правительства высказался резче. "Они (США) должны посмотреть сначала на себя. Прошло полтора года со дня их выборов. Дебаты о том, были ли подтасовки и нарушения, до сих пор не стихают", — заявил он. А в ответ на оппозиционные голоса, что назначать выборы через два месяца — это слишком рано для проведения полноценной избирательной кампании, заметил: "Политические партии обязаны всегда быть готовы к выборам вне зависимости от того, во власти они или в оппозиции". С этим тезисом спорить трудно.

В последние годы международные правозащитные организации и европейские институции достаточно жестко критикуют власти Турции, ставя в вину правящей элите ухудшение ситуации со свободой слова, арест журналистов и интеллектуалов, увольнение десятков тысяч учителей, врачей, профессоров, дипломатов, судей, военных, причастных к поддержке движения "Хизмет" проповедника Фетхуллаха Гюлена, живущего в США. Именно его и его сторонников обвиняют в подготовке военного переворота 15 июля 2016 г. Власти Турции категорически отвергают эту критику, заявляя о наличии неопровержимых доказательств причастности, как называют движение Гюлена в официальных документах, "террористической организации ФЕТО" к подготовке и реализации силового сценария захвата власти. Уже состоялись десятки судебных процессов над зачинщиками переворота, которые получили длительные, вплоть до пожизненного, сроки заключения. Именно борьба с ФЕТО, а также с курдским терроризмом и ИГИЛ, была основанием для введения чрезвычайного положения, которое, как считают в турецком правительстве, не может быть отменено, пока сохраняется опасность реванша, и пока северная часть Сирии не будет очищена от террористов.

Грядущие всеобщие выборы являются крайне важными. Они должны были состояться в 2019 г. во исполнение решения конституционного референдума 16 апреля 2017 г., на котором были приняты 18 важнейших поправок к конституции. Среди них самая принципиальная — это преобразование парламентско-президентской формы правления в президентскую, по американскому образцу. После выборов должность премьер-министра упраздняется, главой исполнительной власти становится новоизбранный президент. Его полномочия становятся чрезвычайно широкими, а возможности парламента влиять на формирование правительства и контролировать его деятельность резко ограничиваются. При этом в конституции прописан и механизм импичмента, однако, как утверждают специалисты в области права, реализовать его на практике будет чрезвычайно трудно. ПСР и Партия националистического движения, ставшие инициаторами референдума, получили поддержку избирателей всего с двухпроцентным перевесом, однако факт остается фактом — большинство граждан станы поддержали президентскую форму правления. Президент Эрдоган — очень сильный и искушенный политик, и такие предложения никогда не выносились бы на всенародное голосование без его личной поддержки. Нет никакого сомнения, что именно самые широкие президентские полномочия являются его целью, и поэтому грядущие выборы — наиглавнейшие в его жизни. И в отличие от многих предыдущих выборов, в этот раз у него появился неожиданный и довольно сильный соперник — бывшая министр внутренних дел Мерал Акшенер. В прошлом году она сформировала новую политическую силу, которая получила название "Хорошая партия".

Мерал Акшенер
Meral Akşener / Facebook

В нее вошли сторонники националистического движения, которые не поддерживают Бахчели, интеллигенция, средний класс — все те, кто не довольны политикой Эрдогана, но не придерживаются каких-либо радикальных взглядов на изменение власти.

"Хорошая партия" оказалась востребованной политической силой у той части электората, которая разочаровалась в способности традиционной оппозиции повлиять на курс страны. Акшенер уже заявила о своем личном участии в президентских выборах и о том, что ее партия выдвинет кандидатов в парламент. По опросам общественного мнения, если не сама Акшенер, то ее партия вполне может получить достаточное количество голосов, чтобы стать влиятельной парламентской силой.

И все же наблюдатели теряются в догадках, почему Эрдоган, который ранее отвергал досрочные выборы, вдруг решился на такой шаг. Имеются несколько факторов, и их следует принять во внимание. Прежде всего, операция в Сирии, которая по состоянию дел на сегодня выглядит с точки зрения правительства ТР вполне успешной. Нанесен урон курдским группировкам, которые Турция считает террористическими, освобождены территории, примыкающие к турецкой границе, Турция заявила о себе как влиятельный участник сирийского урегулирования. Однако теперь, похоже, позитив заканчивается. Американцы не уходят из Манбиджа, дальше развивать наступление некуда. Россия ввязалась в совершенно проигрышную с точки зрения Турции историю с химическим оружием, и поэтому Турция была просто обязана поддержать недавнюю ракетную атаку США, Британии и Франции, вопреки тому, что Россия эту атаку категорически осудила. Таким образом, ситуация снова усложняется, и через год весь позитив может быть забыт.

Аналогичная история с экономикой. За последние 12 лет Турция развивалась в среднем на 5,7% в год, утроила ВВП, заняла прочное место в группе G-20. В 2017 г. рост составил 7,4% — лучший показатель в "двадцатке". Мировой финансовый кризис Турция прошла без потерь благодаря устойчивости банковской системы и разумным мерам правительства по стимулированию внутреннего спроса и инвестиций. Были реализованы мегапроекты по строительству мостов через Босфор и Измитский залив, нескольких тоннелей под Босфором, заканчивается сооружение нового мегааэропорта в Стамбуле. Однако законы экономики никто не отменял, и следствием экономической политики последних лет стали инфляция около 12%, девальвация лиры (с 1,6 лиры за доллар в 2008 г. до 4,02 в 2018 г.), рост дефицита платежного баланса. Экономисты давно предупреждали о перегреве экономики, и вот прогноз на этот год — вряд ли рост ВВП превысит 4—5%. Правительство ТР заявило, что инвесторы и деловая элита Турции "нуждаются в устранении неопределенности, которая могла бы сохраняться еще полтора года", и поэтому приветствовали решение о досрочных выборах. Действительно, вскоре после объявления Эрдогана лира укрепилась сразу на 2,2%, а рынок ценных бумаг вырос на 2%, что является рекордным ростом за день за прошедший год. Заместитель премьер-министра ТР Шимшек, курирующий вопросы макроэкономики, заявил в комментариях СМИ, что правительство Турции разработало план "нового поколения экономических реформ", которые будут инициированы немедленно после выборов. В частности, предусматривается формирование специального инвестиционного климата, который позволит создать необыкновенно благоприятные условия для привлечения инвестиций. Следует отметить, что Шимшек — серьезный экономист, и к его слову прислушиваются. Жаль только, что он не объяснил, почему Турция вывезла из США 220 тонн своего золота, в том числе весь золотой запас страны.

В связи с проведением досрочных выборов возникает вопрос о том, как изменятся отношения с Украиной в зависимости от их результатов. Тут стоит быть реалистами — Эрдоган, без всякого сомнения, остается главным претендентом на президентский пост, а правящая ПСР — самой сильной партией на парламентских выборах. В турецком обществе, за исключением маргинальных политических сил, поддерживаемых Россией, присутствует консенсус по поддержке территориальной целостности Украины и непризнанию аннексии Крыма, а также понимание того, что наша страна — важный торговый и экономический партнер. Прагматичные турки умеют извлекать выгоду как из своего географического положения, так и из хитросплетений региональной и мировой геополитики. Несложно предугадать, что грядущие выборы просто узаконят политическую конструкцию, которая и так сегодня является реальностью, а значит, повестка дня турецко-украинских отношений в худшую сторону не изменится. В то же время нам следует искать пути сближения позиций по спорным вопросам. В том числе, что касается соглашения о свободной торговле, "Турецкого потока", вопросов безопасности, включая режим мореплавания в Босфоре и Черном море. Турция может быть важным партнером для продвижения наших интересов в третьих странах, к примеру в Африке, где ее присутствие сравнимо только с китайским, и с точки зрения реализации инвестиционных и инфраструктурных проектов на нашей территории. Да, Турция будет дружить и с Россией. Увы, не она одна.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно