Марк Фейгин: "Если бы ФСБ считала Сущенко шпионом, его бы могли не пустить в Россию. Возможно, он им для чего-то нужен"

8 октября, 2016, 00:00 Распечатать

Несмотря на ноту украинского МИДа, к Роману Сущенко до сих пор не допущен украинский консул, а адвокат журналиста Марк Фейгин впервые увидел своего подзащитного только 4 октября. Впрочем, сам Фейгин считает, что его допустили к Сущенко довольно быстро. Об этом и о деталях пребывания украинского журналиста в СИЗО ФСБ ZN.UA расспросило Фейгина сразу же после его первой встречи с подзащитным .

На прошлой неделе Федеральная служба безопасности РФ в очередной раз отличилась в вопросе создания поводов для международного скандала. 

30 сентября в Москве был задержан парижский корреспондент государственного информационного агентства "Укринформ" Роман Сущенко. Несколько дней спустя, российские правозащитники случайно обнаружили журналиста в Лефортовском СИЗО, после чего информация о его задержании просочилась в прессу. Практически сразу же после этого, решением российского суда, Сущенко был арестован на два месяца, по подозрению в шпионаже. Реакция Украины и международного сообщества не заставила себя ждать. Украинские журналисты пикетировали российское посольство в Киеве, а Верховная Рада обратилась к мировому сообществу с просьбой о защите журналиста. Представитель ОБСЕ по вопросам СМИ Дуня Миятович направила в Россию запрос с требованием освободить Сущенко, того же потребовали Международная федерация журналистов и депутаты Европарламента. Однако, Кремлю, судя по всему, эти коллективные стенания мало интересны. Несмотря на ноту украинского МИДа, к Роману Сущенко до сих пор не допущен украинский консул, а адвокат журналиста Марк Фейгин впервые увидел своего подзащитного только 4 октября. Впрочем, сам Фейгин считает, что его допустили к Сущенко довольно быстро. Об этом и о деталях пребывания украинского журналиста в СИЗО ФСБ ZN.UA расспросило Фейгина сразу же после его первой встречи с подзащитным.

— Марк Захарович, вы, наконец-то, смогли попасть к своему подзащитному Роману Сущенко. Расскажите, как он выглядит, как себя чувствует и каковы условия его содержания?

— Роман находится в двухместной камере. В этой тюрьме (Лефортовское СИЗО. — О.Д), в основном, все камеры двухместные. После карантина (процедура медосмотра при помещении в СИЗО. — О.Д.) ему вернули вещи, в которых его задержали: футболку, брюки, куртку. Чувствует он себя нормально, достаточно бодро. Я не обнаружил даже тени подавленности, моральное состояние Романа не внушает никаких опасений. 

Могу также сказать, что попал к нему достаточно быстро. Считаю, что полтора дня, которые мне понадобились для вступления в дело и встречи с подзащитным, по меркам российского "гибридного" судопроизводства, — скорость почти космическая. Для справки скажу, что большая часть адвокатов, пытающихся попасть к тому же Панову либо Захтею, задержанным по делу "крымских диверсантов", не могут это сделать уже два месяца.

Фейгин1
Радио Свобода

— Как считаете, о чем свидетельствует такой быстрый допуск вас к делу?

— Думаю, на то есть комплекс причин. Во-первых, все очень громко и шумно, публично. А во-вторых, может это звучит нескромно, но все-таки они меня побаиваются, больше, чем других адвокатов, из-за той же публичности. 

— Говорят, Лефортовская тюрьма — чуть ли не крепость, в которую очень трудно попасть. Впервые информацию о Романе Сущенко обнародовали российские правозащитники. Туда пускают обычных правозащитников?

— Информацию обнародовали члены ОНК (Общественная наблюдательная комиссия. — О.Д.). По закону ее представители имеют право посещать места содержания под стражей и тюрьмы — для проверки условий содержания и соблюдения прав человека, в том числе они могут посещать и эту тюрьму. 

Лефортовское СИЗО — небольшое, это бывшая тюрьма КГБ. Ее еще иногда называют "ведомственной". Она действительно особенная: там содержатся лица, обвиняемые либо подозреваемые в очень серьезных преступлениях. По большей части их дела ведет следственное управление ФСБ России. 

— Вы уже говорили, но я еще раз уточню: пыток к Роману не применяют?

— Нет. Никто его не пытал. Его, как обычно, психологически "разводили" — мол, "ты будешь сидеть 12 лет" и "тебе надо подписать явку с повинной". Это обычный набор методов (ФСБ. — О.Д.), ничего из ряда вон выходящего. Явку с повинной Роман, разумеется, не подписал. 

— Спрашивали ли вы у Сущенко, каким образом он оказался в Москве? Ведь он, как бывший военный и нынешний журналист, не мог не понимать, что в нынешней ситуации в Москву ездить опасно, даже если это поездка к родственникам.

— К сожалению, у меня не было возможности обсудить это за то короткое время, что я у него пробыл. Но, по моей информации, это был его личный визит к брату. Это была краткосрочная поездка, не думаю, что для нее были какие-то особые причины. Профессиональные обязанности Роман выполнять не планировал.

— Говорил ли он вам, при каких обстоятельствах он был задержан, и как это произошло?

— Я изучал постановление о возбуждении уголовного дела. Это было обычное задержание, в отношении Сущенко было проведено оперативное мероприятие.

— Вы можете рассказать, в чем конкретно его обвиняют?

— Обвиняют его в шпионаже, по ст. 276 УК РФ. В постановлении действительно есть некая фабула обвинения с описанием событий. К сожалению, об этих событиях я рассказать не могу, поскольку они могут составлять государственную тайну. Я не давал подписки о неразглашении, но если сейчас вдамся в детали, это послужит основанием для выведения меня из дела, а Роман очень просил помогать ему, и я не могу так рисковать. Но никакого шпионажа там нет. 

— Вас допустили к материалам дела?

— Да, я получил допуск, поскольку обратился с ходатайством о вступлении в дело, на основании соглашения, заключенного с супругой и подтвержденного самим Романом. Видимо, следователем было вынесено и направлено в СИЗО соответствующее постановление, собственно, на этом основании меня к нему и пустили.

— Как вы считаете, какова цель задержания Романа Сущенко? Ведь ФСБ РФ не могла не предполагать, что арест журналиста автоматически приведет к большому международному скандалу?

— Могли понимать, а могли и не понимать. Их поведение прогнозировать сложно. Я на их месте никогда не буду, но если бы вы спросили, я бы десять раз подумал: а стоит ли игра свеч? Ведь речь идет о журналисте, который, к тому же, 6 лет работает в Париже, а это означает, что точно будет скандал. 

Я не знаю, чем они руководствовались. Ведь если они считали его шпионом, они могли бы просто не пускать его в страну. Кто мешал это сделать? Я не могу точно утверждать, но, возможно, он был им для чего-то нужен.

— Может, они хотят сделать из этого дела такой же показательный процесс, как над Савченко?

— Как можно сделать показательный процесс, если он будет закрытым, из-за наличия в деле государственной тайны? Думаю, более справедливым является допущение, что Сущенко хотят осудить и обменять на кого-то, кто содержится в Киеве.

— Вот я как раз и хотела спросить: не считаете ли вы, что Сущенко стал очередным украинским заложником в руках российских властей?

— С политической точки зрения — конечно. 

— Как считаете, каким может быть предмет политического торга в данном случае?

— Я не знаю, кто из числа граждан России содержится в украинских тюрьмах в качестве обвиняемых или осужденных, и есть ли среди этих людей сотрудники спецслужб. Но если таковые есть, и об этом знает российская сторона, наверное, на таких людей могли бы обменять. Я исхожу исключительно из предыдущей практики: ведь был же обмен по Савченко? Почему бы ему не быть и в других случаях?

— Следующий вопрос, конечно, риторичен, но все-таки… какова перспектива выиграть это дело?

— Нулевая. В России нет суда, в котором можно было бы выиграть хоть какое-нибудь дело. Оправдательных приговоров не существует, тем более — по политическим делам против украинцев. Не существует решений, которые были бы не в пользу власти. Иначе — зачем бы они его "брали"?

В то же время это не означает, что человека нельзя спасти. Нужно разделить понятия "выиграть дело" и "спасти". И спасти Романа можно. 

— Каким образом?

— Публичное давление может привести к его освобождению либо обмену. Я считаю, что в данном деле это возможно. До меня долетают всякие споры на тему "может быть, Фейгин не так защищает, набивает политическую цену подзащитным, а обмен в таких условиях может быть слишком дорогим", и т.д. Критика — это хорошо, дискуссии — это замечательно, но, когда они основываются на непонимании — это печально.

— Но ведь публичный резонанс действительно поднимает цену Романа как заложника.

— А кто определяет, какова цена человеческой судьбы? И потом, если мы защищаем Романа как журналиста и украинского гражданина, разве мы не действуем в интересах самого украинского общества? Упреки в том, что кто-то достоин, а кто-то не достоин, сугубо субъективны. Вот, например, за Савченко как боролись? Понятно, что общество слегка разочаровалось, получив Савченко обратно, но, тем не менее, она дома.

Я считаю, что за Савченко правильно боролись, и заплатили правильную цену. Потому что это нужно было не только самой Савченко, но и украинцам. 

Вы знаете о судьбе Гилада Шалита (израильский военный, захваченный в плен палестинцами в 2006 г. и освобожденный по обмену в 2011 г., после нескольких безуспешных операций по его освобождению. — О.Д.). За него отдали полторы тысячи террористов, отбывавших наказание, и это при том, что в бою он проявил себя не лучшим образом. Но израильское общество нашло в себе силы и возможности его обменять, ведь другие солдаты, видя, как боролись за судьбу Гилада Шалита, не опасались, что их бросит родное государство. 

Или вот, например, Черний, который давал показания на Сенцова и Кольченко. Сколько стоит его жизнь? Ну, вот, человек — не герой, расклеился и всех сдал. Его надо спасать? Ведь он же все равно — гражданин Украины.

Человеческая жизнь сама по себе очень дорога. Не все люди сильны, люди бывают и слабыми. Но только украинское общество может решать, дает ли оно фору таким слабым людям, по отношению к сильным. Это не мне решать. 

 

P.S.

Пока верстался номер, стало известно, что представители следствия в России предъявили Роману Сущенко официальное обвинение в шпионаже, а украинские дипломаты добились встречи с ним на следующей неделе.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 2
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно