Гибридная война по-большевистски

5 июня, 2015, 00:00 Распечатать

Говорят, новое — это хорошо забытое старое. Нынешние события в Украине лишний раз это подтверждают, ведь т.н. гибридная война — не новое изобретение. Похожие методы на украинских землях использовали большевики в 1917–1920 гг. и, как известно, таки добились своего.

Говорят, новое — это хорошо забытое старое. Нынешние события в Украине лишний раз это подтверждают, ведь т.н. гибридная война — не новое изобретение. Похожие методы на украинских землях использовали большевики в 1917–1920 гг. и, как известно, таки добились своего.

К власти —
через советы

Захватив власть в Петрограде, большевистские вожди взялись придавать своим действиям легитимность в других регионах бывшей империи. Делалось это через местные советы, где у них уже были свои представители. 25 октября 1917 г. (здесь и далее все даты по старому стилюР.К.), получив телеграмму о свержении Временного правительства, киевские большевики попытались протолкнуть решение о признании советской власти на общем заседании исполкомов советов рабочих и солдатских депутатов. Количество голосов "за" и " против" оказалась одинаковым, и замысел провалился.

В тот же день на заседании Малой Рады (исполнительного органа Украинской Центральной Рады — УЦР) был создан Краевой комитет защиты революции, в который вошли не только члены Центральной Рады, но и представители влиятельных политических партий, Киевского военного округа (КВО), советов солдатских и рабочих депутатов Киева, Харькова, Одессы, Екатеринослава. Попали в новый орган и представители от… большевиков: по мнению других членов комитета, это должно было предотвратить отдельные выступления его участников. Впрочем, эта комбинация уже на следующий день рассыпалась как карточный домик. Штаб КВО именно по поводу присутствия большевиков в составе крайкома отказался подчиняться и ему, и УЦР. К Киеву начали подтягивать дополнительные войсковые части. Руководители УЦР решили погасить конфликт, приобщив к участию в управлении страной другие общественные организации. В ночь на 27 октября на заседании Малой Рады они осудили события в Петрограде и приняли резолюцию о необходимости перехода власти "в руки всей революционной демократии".

Такой поворот событий не устраивал большевиков, поскольку нарушал их план просочиться во власть через советы. Сразу же после голосования они вышли из состава Малой Рады, а на следующий день, на объединенном заседании представителей советов рабочих и солдатских депутатов с представителями военных, фабзавкомов и профсоюзов, лидер киевского центра РСДРП(б) Георгий Пятаков таки протолкнул выгодную его партии резолюцию. В этом документе не только высказывалась поддержка новой петроградской власти, но и предлагалось создать ревком, который должен был сосредоточить в своих руках всю власть в Киеве.

Впрочем, взять власть в украинской столице оказалось не так просто. Большевикам не хватало и людей, и оружия. Поэтому сначала на заседании ревкома речь шла не столько о контроле над городом, сколько об обороне от войск штаба округа, под командованием которого находилось 10 тыс. чел. В ночь на 29 октября командование КВО, дождавшись приезда подкрепления — казачьей дивизии и чехословацкой бригады, начало наступление на большевиков. Военные окружили Мариинский дворец и предложили президиуму совета рабочих депутатов сдать оружие — три пулемета, несколько сотен винтовок и патроны. Членов ревкома арестовали. В ответ в нескольких районах города вспыхнули вооруженные стычки, продолжавшиеся почти два дня. Большевики проиграли. Этот конфликт лишь сыграл на руку Центральной Раде, сплотив вокруг нее другие политические силы.

Седьмая сессия УЦР, открывшаяся 30 октября 1917 г., стала своеобразным "триумфальным ходом" новой украинской власти. На ней были зачитаны резолюции о признании украинского парламента советом солдатских депутатов КВО, ІІІ Всеукраинским военным съездом, Юго-Западным железнодорожным союзом, почтово-телеграфным съездом... К этому кругу симпатизирующих присоединилась и Слобожанщина: представитель Украинского совета Слобожанщины сообщил, что "на Слобожанщине уже сместили всех комиссаров и на их место избрали украинцев", а местные советы и другие общественные организации постановили присоединить край к автономной Украине. Но самым важным итогом сессии стало расширение полномочий украинского правительства — в ведение Генерального секретариата передали управление войсками, почтой и телеграфом, продовольственными делами и судебной системой. УЦР приняла постановление о распространении власти Генерального секретариата на Херсонщину, Екатеринославщину, Харьковщину, материковую Таврию, Холмщину, часть Курщины и Воронежчины.

7 ноября 1917 г. украинский парламент решился на еще более решительный шаг — принял ІІІ Универсал, которым провозглашалось образование Украинской Народной Республики (УНР), но еще в "союзе с демократической Россией". До конца года о своей поддержке Центральной Рады заявили большинство городских дум Украины — в том числе и южного, и восточного регионов. Причина такой лояльности проста: альтернативой УЦР на тот момент был лишь большевистский Совет народных комиссаров, поддерживать который не спешили даже и яростные враги украинской государственности.

4 декабря 1917 г. в Киеве открылся І Всеукраинский съезд советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов Украины. Большевики планировали использовать его трибуну для поддержки петроградского правительства, однако ситуация сложилась не в их пользу. Большинство делегатов составляли украинские крестьяне, которых трудно было назвать приверженцами РСДРП(б). Масла в огонь подлил и ультиматум Совнаркома, присланный в Киев накануне.

В этом документе большевистское правительство якобы и признавало УНР, и даже ее право провозгласить независимость, но вместе с тем выдвинуло требование — отказаться от создания отдельного от России фронта, прекратить разоружение большевистских частей, признать советскую власть в Украине (т.е. согласиться на двоевластие) и пропустить через территорию Украины красногвардейские части на Дон, где большевики боролись с казачеством. На размышление Генеральному секретариату давалось 48 часов, после чего, в случае неудовлетворительного ответа, Совнарком объявлял войну УНР. Такой замечательный козырь украинские политики, ясное дело, не могли не использовать: в своих речах они упоминали ультиматум как доказательство агрессивных намерений большевиков относительно Украины. 6 декабря съезд завершил свою работу, приняв резолюцию о доверии Центральной Раде и о том, что ультиматум является "покушением против Украинской Народной Республики". Большевиков в зале не было — их делегаты покинули его еще накануне, поняв, что снова остались ни с чем.

11 декабря в занятом советскими войсками Харькове они открыли свой съезд советов, на котором было лишь 200 делегатов от 89 советов и ревкомов. На нем приняли такое желанное для Совнаркома решение: провозгласили советскую власть в УНР, избрали свой парламент — Центральный исполком советов Украины и правительство — Народный секретариат. Эта "клонированная УНР" встретила одобрение лишь в Петрограде — даже харьковские большевики и совет не спешили поздравлять ее новообразованное правительство. Но это было делом времени, а пока что большевистские вожди получили дымовую завесу, под прикрытием которой при благоприятной возможности могли осуществить военное вторжение. Однако выжидали, поскольку ультиматум Совнаркома и конфликт с УНР вызвали нежелательный резонанс в России, а большевики крайне нуждались в поддержке на Всероссийском съезде советов крестьянских депутатов и Всероссийском учредительном собрании. В газете "Правда"
12 декабря появилось интервью наркома по делам национальностей И.Сталина, который пытался успокоить общественное мнение, убеждая читателей, что никакого конфликта между Россией и Украиной нет, а есть лишь конфликт между Совнаркомом и Генеральным секретариатом.

Ставка
на "пятую колонну"

Тем временем на еще не занятых советскими войсками украинских землях продолжались большевистская агитация и подготовка мятежей. Этому изрядно способствовало и то, что руководство УНР, разоружая большевистские отряды и высылая их за пределы Украины, не запрещало деятельность большевистских центров, исходя из того, что это не демократично (!). Такая непоследовательная политика вскоре дала свои результаты — 25 декабря командующий советскими войсками в Украине В.Антонов-Овсиенко отдал приказ о наступлении, а на территории УНР вспыхнули организованные большевиками мятежи.

Первым пал Екатеринослав (нынешний Днепропетровск). Здесь большевики привлекли к мятежу рабочих и сагитированные воинские части, в частности и украинизированный полк им. П.Орлика. Центральная Рада смогла выставить против них лишь тысячу солдат 134-го Феодосийского полка и местных добровольцев — гайдамацкий и казацкий курени. К вечеру наши солдаты таки взяли город, но уже на следующий день к большевикам поступило подкрепление — части под командованием П.Егорова. Украинцам пришлось отступить. Такая же судьба в начале января 1918 г. постигла Александровск (Запорожье) и Полтаву.

На юге и востоке Украины большевики реализовали уже испробованный ими харьковский сценарий. 27–31 января 1918 г. в том же Харькове они созвали IV съезд советов рабочих депутатов Донецкого и Криворожского бассейнов, на котором провозгласили Донецко-Криворожскую республику (ДКР). Автором идеи и председателем этого "государственного образования" стал Федор Сергеев (псевдонимом Артем), впервые поднявший вопрос о выделении бассейна из состава УНР в ноябре 1917 г. В своем обращении ко всем государствам мира наркомы ДКР обосновывали свои действия… "инструкцией" Временного правительства Центральной Раде — дескать, оно ограничило территорию автономной Украины четырьмя с половиной губерниями, а остальные должны принадлежать России, которую в настоящий момент представляют большевики. Территориальные претензии лидеров новообразованной "республики" достигали западных границ Екатеринославской и Харьковской губерний, Херсонской губернии, материковой Таврии, да еще захватывали и часть западной Воронежчины, южной Курщины и округов Донской области. По замыслу большевиков этот промышленный регион должен был стать плацдармом для борьбы с Центральной Радой.

В Одессе сепаратистские настроения начали сказываться еще в декабре 1917 г., когда возник конфликт между красногвардейцами и гайдамаками, а затем (на объединенном заседании исполкомов советов) начали ставить вопрос о самоопределении города. 17 января 1918 г., после трехдневных боев с подразделениями Центральной Рады, местные большевики захватили власть. В тот же день на объединенном заседании советов и военно-революционного комитета была провозглашена Одесская республика и избран ее Совнарком. Так же, как и ДКР, это образование подчинялось не харьковскому Народному секретариату, а правительству в Петрограде.

Наступление советских войск окончательно развеяло федералистские иллюзии украинских политиков и заставило Центральную Раду провозгласить 11 января 1918 г. полную независимость УНР. Но защищать республику было некому — украинское руководство слишком поздно спохватилось, ибо считало, что для защиты революции хватит и добровольческих формирований, что регулярная армия для этого не нужна. Такое отношение можно объяснить и автономистскими лозунгами, и недоверием к кадровым военным и старой армии в целом. 6 января 1918 г. на заседании Малой Рады и.о. генерального секретаря военных дел Николай Порш заявил: "К сожалению, вынужден констатировать, что регулярная армия у нас, как и в России, находится сейчас в состоянии полного разложения, и потому все надежды можно возлагать только на революционные организации — партизанские отряды". Также политик рассказал, что в ночь на 5 января отряды "свободных казаков" и украинских военных осуществили рейд по Киеву, во время которого изъяли на заводе "Арсенал" 20 орудий, тысячи ружей и миллионы зарядов. Однако предотвратить большевистский мятеж в столице не удалось — в ночь на 16 января он все же начался. Лишь 22 января в столицу вошли подразделения Гайдамацкого коша Слободской Украины под командованием С.Петлюры и смогли навести порядок в городе. Но было уже поздно — к Киеву приблизились советские войска во главе с М.Муравьевым, которые после многодневного артобстрела заставили украинскую власть и войско отступить.

Дипломатические битвы

В это время за несколько сотен километров от Киева, в Брест-Литовском (современном Бресте) велась другая, дипломатическая, битва. Делегация советской России во главе с Л.Троцким пыталась включить в свой состав представителей от "рабоче-крестьянского правительства Украинской республики" — того самого, которое они недавно создали в Харькове. Но австрийская и немецкая стороны на это не согласились и включили в Брестский мир с РСФСР требование — подписать мир именно с УНР, а не с ее харьковским клоном.

Украинско-российские переговоры начались только в мае, когда большевистские войска уже покинули территорию Украины, а внутри государства сменилась власть — на смену Центральной Раде пришло правительство гетмана П.Скоропадского. Советская делегация пыталась всячески затянуть процесс. Сначала ее главе Х.Раковскому не понравилась фраза о том, что Украинское Государство и советская Россия заключают договор как отдельные и независимые государства. Он настаивал на том, что в документ необходимо внести положение о признании независимости Украины РСФСР. Но руководитель украинской стороны — юрист Сергей Шелухин наотрез отказался это делать: "Об этом не может быть и речи в переговорах о мире". Еще больше споров возникло при обсуждении украинско-российской границы. Украинская сторона пыталась руководствоваться этнографическим принципом, ссылаясь на данные Всероссийской переписи 1897 г. и земской статистики. Большевики предлагали решать этот вопрос путем волеизъявления — пусть народ сам решает, где он хочет жить. На это Шелухин иронически заметил: "Возьмем хотя бы Херсонскую губернию. Там есть села молдаванские, есть армянские, есть греческие, есть болгарские, есть украинские, есть великорусские. Воля народа такова: одно село скажет — я в Великороссию, второе — я в Румынию, третье — я в Армению и т.д. Неужели их так и присоединить?". В конце концов, в октябре 1918 г. переговоры прервались окончательно.

А 13 ноября 1918 г., после капитуляции Германии в Первой мировой войне, Всероссийский Центральный исполнительный комитет издал постановление об аннулировании Брестского мира. Этим советское руководство освобождало себя от всех предыдущих договоренностей. Параллельно большевики вели дипломатическую игру с представителями Украинского национального союза, которые в декабре того же года восстановили УНР. Очевидно, именно эти переговоры дали украинской стороне надежду на заключение мира. Бывший председатель Украинского телеграфного агентства Дмитрий Донцов описывает эти настроения в своем дневнике от 21 декабря: "На одном из заседаний Совета Комиссаров эти господа основательно думали о возможности переговоров с большевиками. Г.Порш предлагал послать им телеграмму, что на Украине уже произошла смена режима, и что, стало быть, незачем, после уничтожения "реакции", идти походом на нас. Дошло у меня до острого спора с ним. Не мог, хоть и выбирая слова, не назвать его дураком".

И отказываться от военного вторжения в Украину большевики, ясное дело, не собирались. Концентрировать войска на тогдашней границе с ней они начали еще до того, как Директория стала властью. Но теперь решили придать им более "украинский" вид. Борьбу формально возглавило Временное рабоче-крестьянское правительство Украины под руководством уже известного нам Г.Пятакова, а советские войска вошли на наши земли под названием Украинской советской армии. Руководил ею Реввоенсовет, где заседали бывший руководитель ДКР Артем, бывший руководитель киевского центра большевиков В.Затонский и В.Антонов-Овсиенко, за год до того уже командовавший советскими войсками на территории Украины. 5 января
1919 г. нарком иностранных дел РСФСР Г.Чичерин на запрос украинского МИДа о том, что делают российские войска на территории УНР, отвечал, что это — всецело войска независимого украинского советского правительства. Директория УНР опровергала это утверждение, отмечая, что в районе Харькова "действуют регулярные войска Советской российской армии, рекрутируются они преимущественно из китайцев, латышей, мадьяр и русских", которые грабят местное население, а похищенное имущество "грузят на захваченные ими поезда и отсылают в Россию". Комментарии, как говорится, излишни…

 
Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
  • kasnedasr kasnedasr 7 червня, 11:33 Спасибо автору за правилный взгляд . Гибридная война начиналось не в 1939, (Финляндия,Прибалтика), не в 2008 (Грузия), не в 2014 (Украйна) а1917 в Питере (Октябрская революция) Что интересно Революцию-перворот сделали военные-бывшая царская Армия (небольшая часть Питерского гарнизона). Пропаганда, подкуп, обещание, обман, шантаж (как в Крыму 2014) привело тому, что 5-10 % (от гарнизона) военных в Питере, помогли большевикам сделать военный преворот-революцию. Значение мятежних рабочих в (тоже частично обманутых) не более симболичное. Наверно таким способами согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно