Безопасность: эхо 1930-х

23 октября, 2014, 21:45 Распечатать Выпуск №39, 23 октября-31 октября

Основательно подготовив за последние годы военную машину, Кремль прибегнул к аннексии и открытой агрессии против Украины как главной колонны, на которой держатся суверенитеты стран постсоветского пространства. Возвращаются 1930-е годы?

В тридцатые годы ХХ в. в европейской политике доминировали две противоположные по своему характеру тенденции. Первая, апологетами которой были коммунисты и нацисты, выражала нарастающую нестабильность и агрессию. Вторая — крайнюю потребность в создании системы коллективной безопасности.

Проблема безопасности, старая как мир, не перестала быть актуальной. Ее задача защитить государственный суверенитет, поставить войну вне закона с неизбежным наказанием агрессора. Прав американский философ Ф.Фукуяма, отмечая, что даже хорошо вооруженное государство, а таким оно должно быть, чтобы защитить себя, нуждается в умножении своих сил через организацию коллективной безопасности.

Первая мировая война видоизменила мир. После 1917 г. российские большевики грезили мировой коммунистической революцией, и амплитуда внешнеполитического курса СССР колебалась от порывов немедленного ее осуществления до... красного бронепоезда на запасном пути. Побежденная Германия, в свою очередь, погрузилась в реваншизм, прониклась нацизмом, начала готовиться к новому раунду борьбы за мировое господство.

Ухудшение политического климата в Европе с приходом Гитлера к власти в Германии насторожило западные государства, которые прибегли к поиску договоренностей с ним. Много времени они потратили на решение вопроса, кто же опаснее: нацистская Германия или большевистская Россия. СССР приход Гитлера встретил без особых предостережений, очевидно, из-за нелюбви к Западу и неоценимых услуг Берлина в создании советского ВПК. США прятались в раковине изоляционизма. Германия и СССР наращивали вооружения. В мире начал формироваться опасный и непредсказуемый треугольник сил.

Неустойчивая ситуация 1933 г. разродилась неудачным "пактом четырех" (Великобритании, Франции, Италии, Германии). В основу проекта заложили два положения: не распоряжаться территорией государств без их согласия, а в случае его пересмотра эта функция переходила к Лиге наций. Сам пакт виделся инструментом ревизии парижских мирных договоров. Первое не устраивало Берлин и Рим, второе — Лондон и Париж. Пакт не имел ничего общего с системой коллективной безопасности и оказался мертворожденным.

И все же под давлением обстоятельств в 1930-е годы были инициированы два проекта системы коллективной безопасности. Первый — Восточный пакт, предложенныйФранцией, наиболее остро чувствовавшей нарастание масштабов опасности. Этот проект энергично продвигал министр иностранных дел ФранцииЛуи Барту в 1933—1934 гг. Поскольку Англия не проявляла к нему интереса, надеясь на антибольшевистский поход Гитлера, Барту решил заручиться поддержкой СССР, с которым Франция уже имела пакт о ненападении 1932 г. Восточный пакт как комплекс трех договоров, предусматривал: а) взаимную гарантию и немедленную военную помощь в случае агрессии между такими странами — Германией, СССР, Финляндией, Эстонией, Латвией, Польшей, Чехословакией; б) франко-советский договор о взаимной помощи через присоединение СССР к Локарнскому соглашению 1925 г. и Франции — к Восточному пакту; в) "общий пакт", свидетельствовавший: оба первые не противоречат уставу Лиги наций и вступят в действие, как только вступит в нее СССР.

Однако под предлогом того, что придется помогать России, Германия отказалась от пакта. На самом же деле он ставил под вопрос агрессивные планы нацистов. К Германии присоединилась и Польша, надеясь балансированием между Берлином и Москвой сохранить государственность. Для СССР Восточный пакт был интересен в смысле ожидания, пока не определятся контуры европейской политики и выяснятся планы оппонентов. Вместе с тем СССР в таком развитии событий получил шанс стать сильным игроком мировой политики. Да и дальнейшее признание большевизма как такового становилось немаловажным фактом. Но все рухнуло 9 ноября 1934 г. после выстрелов в марсельском порту. Однако не это было заключительным аккордом драмы Восточного пакта. Все было намного сложнее: силы, которые призвал Барту под знамена коллективной безопасности, были не только не совместимы, но и диаметрально противоположны между собой и враждебны западным демократиям.

В период между кампаниями из попыток по созданию системы коллективной безопасности были аншлюс Австрии и Мюнхена, ликвидация Чехословакии, аннексия Мемеля…. Вместо сомнений в политическое мышление Запада приходило осознание опасности. "Миротворец" Н.Чемберлен был вынужден признать, что с Гитлером договариваться невозможно, при любой попытке Германии "доминировать над Европой" в "каждой стране, которая ценит свою свободу, будет развиваться сопротивление". При таких условиях Англия и Франция прибегли к предоставлению гарантий малым странам Европы: 6 апреля 1939 г. — Польше, 13 апреля — Румынии и Греции, и все более решительно склонялись к сотрудничеству с СССР. Чтобы остановить агрессию нацистов, снова начались поиски возможностей по созданию системы коллективной безопасности.

И вновь на пути договоренностей возник ряд препятствий идеологического характера. Англия не хотела воевать за большевистскую Россию, Сталин — за панскую Польшу. Сама Польша цеплялась за "политику равновесия" между СССР и Германией. Малейшие нюансы перерастали в непреодолимые барьеры. Для оценки ситуации Кремль высказывался за созыв конференции Англии, Франции, Польши, Румынии, Турции, Советского Союза. Лондон настаивал на совместном заявлении о предоставлении гарантий.

3 мая М.Литвинова, приверженца договора коллективной безопасности с западными государствами, заменили В.Молотовым, что подтверждало поворот в советской внешней политике. СССР устраивал вариант войны на Западе. А Великобританию и Францию — советско-немецкий конфликт на Востоке. На случай агрессии против стран Балтии и Финляндии Англия предлагала заключить отдельный протокол. СССР, спеша получить право на введение войск в страны Балтии, настаивал на внесении их в общий список стран, которым предоставлялись гарантии. Расхождения позволили Молотову отклонить англо-французские предложения. С новыми предложениями западных государств, содержащими предоставление гарантий странам Балтии и Финляндии, к которым присоединялись Голландия и Швейцария, Молотов также не согласился, вызвав в начале июля протест Финляндии, Голландии и Швейцарии. На переговорах возникли острые разногласия, поскольку Советский Союз уже вел секретные переговоры с Германией и тянул время. Лондон и Париж ничего Сталину не обещали, а империя всегда "болеет" чужими территориями. Поисками контактов с Германией тайно занимались и Англия, и Франция. Была провалена и военная конвенция. Москва разводила руками: почему Англия и Франция так мало выставляют дивизий против Германии? Потому что надеялись на незыблемость версальско-вашингтонского мирового порядка и к войне не готовились. Франция была еще и деморализована Народным фронтом. Вторую попытку создать систему коллективной безопасности сорвала Москва. Вместо нее мир получил Вторую мировую войну.

Крах коммунистической системы в конце ХХ в. актуализировал проблему коллективной безопасности. Посткоммунистические страны Центральной и Юго-Восточной Европы, в том числе и Балтии, став на путь рынка и демократии, быстро перешли под знамена НАТО. Все попытки Украины повторить этот путь были остановлены как внутренним антиукраинским фронтом мощной пятой колонны, так и запретительным жестом Кремля. Против вступления в Альянс в Украине и за ее пределами развернулась масштабная информационная война. Противники НАТО в Украине заговорили, что США "снимают с себя стратегическую ответственность за безопасность", а ЕС не может взять на себя ношу собственной безопасности, не говоря уже о том, чтобы гарантировать ее в Европе. Отсюда вывод: Россия — ключевой геополитический игрок.

Широко рекламировался проект безопасности "от Ванкувера до Владивостока", инициированный президентом РФ Д.Медведевым в 2008 г., который якобы придет на смену Ялтинско-Хельсинкскому, и мир станет "свободным от разграничительных линий и внутренних угроз". Проект сводил под одну крышу НАТО, ОДКБ и нейтральные страны — всю Европу, Северную Америку и постсоветскую часть Азии. В таком конгломерате дверь для всех открыта без каких-либо предостережений. Но такая архитектура безопасности, объединяющая страны с различными общественно-политическими системами — аморфна, неустойчива и противоречива по своей природе. И даже в таком формате коллективной безопасности Россия была бы вынуждена отказаться от имперской политики и признать де-факто постсоветские страны независимыми и равноправными, что сложно представить. Проект, очевидно, не представлял интереса и для самого Кремля, поскольку его оформление невозможно без юридической фиксации на международном уровне статус-кво постсоветских реалий. Изначально ему была отведена роль в стиле хорошо известных советских пропагандистских клише "установления прочного и длительного мира во всем мире".

Как следствие многолетней антиукраинской внешней и внутренней кампании, Верховная Рада 1 июля 2010 г. приняла закон о внеблоковом статусе Украины. Удивительный закон: военные блоки в мире отсутствуют, а внеблоковость есть. Почему не нейтралитет? В прошлом так много стран провозглашали себя нейтральными, что дефиниции "гарантия" и "нейтралитет" давно дискредитированы. Голландию и Бельгию в Первую и Вторую мировые войны не спас нейтральный статус. Не помогли гарантии и Польше в 1939 г. Для Украины "граблями" стал Будапештский меморандум 1994 г. Дело не в том, что в нем не оказалось достаточно слов, которые были бы более дипломатически точными и справедливыми для Украины. Закон был конформизмом сложного внутренне- и внешнеполитического положения Украины: а) стратегия ее внешней политики вырабатывалась не в Киеве; б) внутри политической элиты страныпрослеживался устойчивый разброс ориентационных предпочтений:взгляды одних обращены на Запад, других — на РФ. Последние призывали не раздражать Россию...

Запад со скепсисом относится к внеблоковости, которая не утверждает окончательно независимость Украины, не решает проблему объединения континента, не ставит точку в новом противостоянии Европы и Евразии. Россия, со своей стороны, не воспринимает всерьез меморандум 1994 г., Большой договор с Украиной 1997 г. и юридическо-договорную систему после 1945 г. Придерживаться их буквы означает для нее отказ от реинтеграции Украины в евразийское пространство. А ее вне блоковость воспринимается как консервация возможности возврата Украины с помощью всех способов, включая силовые, в "Русский мир". Испытав все средства "мирной ревизии" распада СССР и основательно подготовив за последние годы военную машину, Кремль прибегнул к аннексии и открытой агрессии против Украины как главной колонны, на которой держатся суверенитеты стран постсоветского пространства. Возвращаются 1930-е годы? По форме да, по смыслу — не совсем. Сегодня как никогда после 1945 г. человечество приблизилось к войне, отмеченной вероятностью применения оружия, которому мир бессилен противостоять. Любой конфликт может обернуться ядерным пожаром, последствия которого однозначны.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно