ЧАСТНЫЕ? НЕСЧАСТНЫЕ…

23 августа, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск № 32, 23 августа-30 августа 2002г.
Отправить
Отправить

…Речь пойдет об учителях. Тема для людей, обремененных детьми школьного возраста, тем более в преддверии нового учебного года, весьма актуальная...

…Речь пойдет об учителях. Тема для людей, обремененных детьми школьного возраста, тем более в преддверии нового учебного года, весьма актуальная. Руководствуясь глубоким убеждением, что официальные обоснования всех образовательных реформ, «новые веяния в педагогике», скучнейшие интервью и комментарии к ним высокопоставленных чиновников, имитация бурной деятельности многочисленных околопедагогических заведений и реальная повседневная жизнь учителей и учеников продолжают существовать сугубо параллельно, предупреждаю, что никаких традиционных профессиональных пассажей в стиле «одна моя знакомая рассказала…» не будет — все проверено эмпирически. Посему предлагаю рассматривать нижеприведенные заметки со сноской на известную долю субъективизма, просто как «картинки с ярмарки»…

В свое время при поиске школы для сына наш выбор пал на некую столичную частную гимназию с гуманитарным уклоном. Начиналось все достаточно безоблачно. Как работающих родителей нас устраивало все: и развозка, доставляющая ребенка в школу и обратно, и многоразовое питание, количество детей в классе не более пятнадцати, наличие, кроме основной первой учительницы, еще одного специального педагога, контролировавшего подготовку домашних заданий. Однако процесс перехода из начальной школы в среднюю оказался крайне болезненным, на что имелись объективные и субъективные причины.

Во-первых, нашу первую учительницу, достаточно строгую и принципиальную, заменило множество педагогов (что объяснимо), однако вместо привычного классного руководителя мы получили более современную его модификацию — куратора. Следует сказать пару слов об одноклассниках сына и их родителях: в «ассортименте» присутствовали почти все слои населения — от явно небогатых и интеллигентных людей, отказывающих себе во всем ради известных целей, до пошлых нуворишей, чьи отпрыски, не стесняясь и безо всякой задней мысли, могли огорошить общественность непосредственной фразой: «А сейчас мой папа с бандитами приедет…»

Так вот, можете спросить вы, чем куратор отличается от классного руководителя? А всем. Если само словосочетание «классный руководитель» подразумевает наличие в классе дисциплины и порядка, то куратор — «осуществляет общее административное руководство» (цитата). В чем это проявлялось? Раз в две недели оценки детей выписывались на отдельной бумажке и вклеивались в дневник. Хоть убей, до сих пор не могу понять, что мешало по старинке выставлять оценки в дневник в конце каждого урока? Родительские собрания случались крайне редко, один куратор сменял другого, рассказы сына о школе звучали, мягко выражаясь, странно. В основном все время проводилось в подготовке к каким-то праздникам, встречам гостей из посольств, районо, гороно, «из будущего», в общем — «фестивали, конкурсы, концерты…» При этом успеваемость сына катастрофически падала, а количество замечаний от учителей угрожающе участилось — за их витиеватыми ядовито-красными посланиями в дневнике уже не угадывалось даже собственно расписание уроков.

Спрашивается, что делает в подобной ситуации родитель, сам воспитанный при тоталитарно-советской системе? Конечно, ругает ребенка, искренне рассчитывая на компетентность и авторитет педагога. А зря. Когда количество «замечаний» у ребенка просто зашкалило, а среди оценок начали появляться «тройки» и «пятерки» (это при новой-то двенадцатибалльной системе!), я, аки Верка Сердючка, поняла, что нужно срочно «что-то решать». Тем более что позорные оценки превалировали в основном по таким дивным предметам, как пение и «Мой Киев», введенном принудительно по приказу одного известного политика в пику другому, который ранее рекомендовал к изучению предмет «Футбол». «Ну да ладно, — думала я, — это ерунда. Но что же творится с остальными дисциплинами, математикой или украинским языком, например?» Не придумав ничего лучшего, решила самолично поприсутствовать на уроках. И удивительная картина мне открылась, господа!

Сначала был урок математики. Учительница — русскоговорящая. (Ничего не имею против, даже наоборот. В гимназии русский язык в почете, его преподавание входит в программу. И однажды, когда мой далеко не образцово-показательный сын долго пересказывал биографию русского писателя Гаршина, которого мы в свое время «проходили» в университете, цитировал Фета и прочее, я чуть не захлебнулась слезами умиления.) Однако учебник по математике составлен на украинском языке. То есть условия задач учительница зачитывала по-украински, варианты их решения и комментарии предлагала по-русски, в результате появлялся дивный суржик — и это притом, что гимназия по определению считается гуманитарной! Но все это чепуха по сравнению с тем, как вели себя дети на уроке. Их было всего семь или восемь человек, причем в классе находился посторонний (то есть я). Девочки увлеченно шушукались, перебрасывались записками, хихикали, один мальчик читал сборник анекдотов… На моих глазах развеялся миф о том, что чем меньше детей в классе, тем больше времени учитель уделяет каждому и тем, соответственно, выше уровень преподавания. Можно расслабиться: учитель уделяла внимание своим внутренне-лингвистическим проблемам, дети — своим, но все это вместе уроком уж никак нельзя было назвать.

Следующим на очереди был урок украинского языка. В чем проблема, я поняла сразу — учительница оказалась студенткой пединститута. Дети не реагировали на нее вообще. Их было человек десять, и они уже не шушукались, а разговаривали громко, не хихикали, а ржали, ходили по классу, выходили из класса, в общем, жили своей жизнью. По окончании урока она робко поинтересовалась у меня, что же с ними, собственно, делать. «Не по адресу ты обратилась, девочка», — подумала я. Согласно всем своим дипломам я могу преподавать в любой гимназии как минимум четыре языка, однако, не обладая выдающимися педагогическими талантами, предпочитаю этого не делать, чем приношу обществу неоценимую пользу.

Но суть не в этом. Невооруженным, педагогически не подкованным и вообще близоруким взглядом я увидела очевидное. Эти учителя просто-напросто боялись. Боялись детей. Боялись сделать им замечание, боялись оказаться резкими и грубыми, боялись, что с ними не продлят контракт, условия заключения которого просто кабальны — он подписывается на три месяца, поэтому редко кто задерживается надолго, и перед нашими глазами прошел целый калейдоскоп учителей. Они боялись и продолжают бояться не только детей, но и родителей на родительских собраниях. Ведь зарплата учителя в частной школе на несколько порядков превышает нищенское государственное педагогическое жалованье.

И опять-таки эти мелкие эпизоды просто ничто по сравнению с тем, как умудряются изгаляться великовозрастные детки-старшеклассники. Один из любимых приколов — когда, имитируя входящий звонок в мобильном телефоне, а на самом деле развлекаясь с настройкой звонка, половина класса просто идет гулять в близлежащий парк. Да и вообще, мало ли развлечений можно придумать, имея за спиной надежную защиту в виде ежемесячной оплаты, еще и в условных единицах…

Каждый из них, педагогов, приспосабливается как может. Одни спасаются бегством, другие идут по административной части, особенно это касается педагогически убогих, но лично преданных людей, третьи терпят «из-за своих детей», четвертые объявляют гимназистам войну, которая на самом-то деле является продолжением войны педагога с самим собой. После поучительного визита в школу я решила рассматривать все записи о поведении сына как роспись отдельных учителей в их полнейшей профессиональной несостоятельности. Тем более что, имея богатый личный образовательный опыт советской школы и двух факультетов столичного университета, достойных педагогов могу сосчитать по пальцам…

Остается лишь пожалеть их всех вместе взятых: сидела бы математичка со своим суржиком дома и пекла пироги, студентка-украинка спокойно доучивалась бы, а нервнорефлектирующий, затрудняюсь даже определить — «Мой Киев», что ли — торговал бы историческими книгами на Петровке. Кстати, он «отомстил» моему сыну наименее достойно — поставил за год в табеле «тройку», якобы за плохое поведение. Но мы не обижаемся, тоже спасаемся бегством, и, справедливости ради, сохраним добрую память о достойных учителях, наличие которых лишь подтверждает известный постулат о правилах и исключениях из них. Также не следует рассматривать эту заметку как сведение каких-либо счетов — это все равно что предъявлять претензии ко Времени…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК