Тест на «родительство», или Возврату и обмену не подлежат!

21 мая, 2010, 14:00 Распечатать

«Тринадцать лет у нас с мужем не было детей, и я считала, что без детей нет смысла в жизни. Уговаривала мужа усыновить ребенка...

«Тринадцать лет у нас с мужем не было детей, и я считала, что без детей нет смысла в жизни. Уговаривала мужа усыновить ребенка. Он сказал: хочешь — бери, но жить вместе мы не будем. Муж считал, что нормальных детей для усыновления не бывает. Я сделала выбор и три года назад удочерила ребенка двух с половиной лет. С мужем мы сразу развелись, я мать-одиночка. Удочерила проблемную, гиперактивную с дефицитом внимания девочку. Я тогда не знала, что бывают такие проблемы, и с ужасом осознала, что это на всю жизнь. Мы сменили уже третий садик. Она бьет детей. Я очень эмоциональный человек и меня раздражает ее гиперактивность. Иногда я даже закрываю ее в комнате, чтобы не слышать и не видеть. В истории болезни дома ребенка был указан диагноз: задержка темпов психического и речевого развития. Девочка была активная, но при встречах практически не разговаривала. Меня убеждали в доме ребенка, что это особенность всех детдомовских детей, они таким образом привлекают к себе внимание.

У меня началась сплошная черная полоса. Думаю, это меня Господь наказал за то, что я считала, будто без детей нет смысла в жизни, даже в депрессию впала. Сейчас точно знаю: дети не главная ценность в жизни. У меня нет больше сил, здоровья и терпения воспитывать этого ребенка. Я не вижу в ней ничего положительного, не знаю, что мне делать и на сколько меня еще хватит. Я не вижу в ней ни опору, ни помощницу — сплошные разочарования.

Если бы только можно было все вернуть обратно, сделала бы это незамедлительно. Я искалечила жизнь себе и ей. Подскажите, пожалуйста, как можно вернуть ее в детдом? Я не могу больше так жить!»

Наталия, 36 лет.

Это письмо адресовано не Министерству по делам семьи, молодежи и спорта, не органу опеки и попечительства, не социальной службе и даже не психологу. Письма подобного содержания опубликованы на одном из форумов, посвященных усыновлению детей. Я не берусь судить эту женщину. Бесспорно одно: и она, и усыновленный ребенок нуждаются в помощи. Но хватит ли этой горе-маме сил и смелости обратиться к специалистам? И почему такое благое дело, как усыновление, порой заканчивается плачевно прежде всего для самого малыша? А главное — можно ли сделать так, чтобы подобные «ошибки-разочарования» не повторялись? Эти и другие вопросы мы задали директору Госдепартамента по усыновлению и защите прав ребенка Людмиле БАЛЫМ.

— Людмила Владимировна, мне удалось найти статистические данные, которые свидетельствуют, что только за 2007 год в России состоялось более 6 тысяч отмен решений о передаче сирот под опеку, в приемные семьи и на усыновление. А какова статистика возврата усыновленных детей в Украине?

— Чтобы адекватно оценить проблему количества отмены усыновлений, мы должны знать, что в семьях украинцев сегодня воспитывается приблизительно 35 тыс. усыновленных детей. Ситуация не является критической. Радует, что украинцы стали усыновлять детей чаще. По итогам 2009 года наши сограждане усыновили 2374 ребенка. Это самый высокий показатель за последние семь лет.

Что касается неудавшихся усыновлений, статистика такова: в 2006 году отмена усыновления состоялась в отношении семидесяти пяти детей, в 2007-м вернули тридцать четыре ребенка, в 2008-м — двадцать восемь, в 2009-м — двадцать четыре. Безусловно, это всегда трагедия и для ребенка, и для взрослых.

— Как вы думаете, в чем причины возврата усыновленных детей?

— Наибольшее количество судебных решений по отмене усыновления (по статистике) касается детей старшего возраста. Т.е. того периода, который считается трудным. Даже в семьях, имеющих родных детей, это время редко проходит спокойно и без проблем. Это период больших испытаний, переживаний, непонимания, споров, я бы сказала душевной работы. Нужно стремиться услышать своего ребенка, понять его, строить с ним партнерские уважительные отношения, говорить откровенно. Возможно, искать помощи и поддержки у специалистов. Если усыновитель к этому не готов — кризис в отношениях может привести к полному разрыву. В суде, как правило, причина формулируется так: «Не сложились отношения».

При отмене усыновления в раннем возрасте причиной обычно называют состояние здоровья ребенка. Например, усыновители обнаружили, что ребенок имеет заболевания, которые ранее не были диагностированы.

Однако в основе решения часто лежит неготовность родителей к роли усыновителей.
Иногда усыновитель создает в мечтах нереальный образ ребенка. А жизнь штука сложная, наполненная болезнями, капризами, несоответствием поведения и требований ребенка нашим представлениям, накопившейся усталостью. Это нужно учитывать, об этом нужно думать. Взвешивать свои силы и лишь тогда принимать решение. Надо ответить себе на вопрос: «Почему я хочу усыновить ребенка?» Ответить честно. И еще — быть готовым к сотрудничеству со специалистами.

Надо отдавать себе отчет: не получится на усыновленного ребенка наложить кальку биологически родного. Ведь, воспитывая своего ребенка, мы понимаем, откуда те или иные проявления в его в характере и поведении, в случае же с рожденным не вами малышом это трудно установить…

И самая большая, даже грубая ошибка — в том, что мы вменяем ребенку в вину ошибки его родителей, дескать, яблоко от яблони… Это не его вина, а наши ошибки в воспитании. Мы не готовы понимать его, сопереживать и сотрудничать.

— Существует множество страхов по поводу плохой наследственности сирот. Многие уверены в том, что алкоголизм, наркомания и даже проституция передаются по наследству. Принято думать, что все дети, воспитывающиеся в детдомах, умственно отсталые и психически неуравновешенны. Что правда, а что миф?

— Могу привести пример. В 2003 году, работая в неправительственной организации, мы организовали отдых для детей, которые воспитывались в домах семейного типа. Дети отдыхали на море вместе с родителями. Помимо оздоровления, мы провели медицинское обследование детей. Для этого пригласили одного из ведущих генетиков Украины Елену Гречанину. Она провела осмотр более 100 детей. Среди них ни одного ребенка с проблемами генетического характера не было выявлено. Безусловно, существуют заболевания, которые передаются по наследству, но их не так много. У любого человека может быть определенная предрасположенность, но разовьется она или нет, зависит от воспитания и коррекции поведения ребенка. Дети из интернатов в такой же мере подвержены риску генетических заболеваний, как и дети из обычных семей.

— Реально ли отработать общегосударственные стандарты подготовки усыновителей? Например, принятие постановления, предусматривающего обязательное прохождение обследования у психолога и подготовку по специальной программе. Или же создание специальных психологических курсов, которые был бы обязан пройти любой желающий усыновить ребенка.

— Сейчас мы серьезно думаем о введении процедуры обязательного обучения для будущих усыновителей, создании специальных программ. Считаю, что такая практика очень важна. Ведь мы — повторюсь — ищем родителей для ребенка. Во многих странах принята практика, когда специалисты-психологи, работающие с ребенком, подбирают ему родителей из числа кандидатов в усыновители с учетом всех особенностей конкретного малыша и возможностей семейной пары. Этой паре могут отказать в праве усыновления, если она отказывается от усыновления конкретного (рекомендуемого) малыша.

Однако если будущие усыновители желают уже сейчас пройти обучение — это возможно. Существует практика обязательного обучения приемных родителей (не путать с усыновителями!), родителей-воспитателей, опекунов. Такие курсы проводят по утвержденной программе специально подготовленные специалисты центров социальных служб для семьи, детей и молодежи. Где конкретно — подскажут в службе по делам детей, в которой кандидатов ставят на учет.

Обязательного тестирования нет. Есть только перечень документов, который утвержден постановлением Кабинета министров и Семейным кодексом. Не всегда психологический тест может сработать. Нет стопроцентной гарантии. Важно совпадение множества факторов.

— Расскажите, пожалуйста, о службах, призванных контролировать, сопровождать, оказывать необходимую помощь приемным семьям и усыновителям.

— Сегодня такой обязательной процедуры не существует. Но усыновители могут обратиться в службу по делам детей, в центр социальных служб для семьи, детей и молодежи. Главное — не бояться и не прятаться, как улитка, в свой маленький домик. Проблемы и сложные моменты в жизни могут не пройти бесследно. А цена за допущенные ошибки и промахи слишком велика.

Приемная семья — это семья граждан Украины, принимающая на воспитание ребенка на основании договора с органом местной власти. Родственных отношений в такой форме семейного воспитания не возникает. А усыновление — это принятие ребенка на правах сына или дочери. И происходит оно на основании решения суда. Приемные семьи в Украине сопровождаются специалистами социальных служб. Более того, в этих семьях более строгая система контроля органов исполнительной власти. Что же касается семей усыновителей, то первые три года после усыновления контроль (посещение семьи) проводится ежегодно, в последующем — раз в три года до достижения ребенком совершеннолетия. Это норма закона. Безусловно, это должно происходить корректно, с соблюдением тайны усыновления.

— Тайна усыновления — еще одно тяжкое бремя для родителей, усыновивших ребенка. Всегда найдется «доброжелатель», который шепнет на ухо: «Ты же им неродной!» И неизвестно, как ребенок отреагирует на подобную новость. К тому же о факте усыновления знают многие: органы опеки, суд, ЗАГС, врачи. Не пора ли отменить тайну усыновления?

— Тайна усыновления в нашей стране предусмотрена законом: усыновители имеют право сохранять тайну, госслужащие — обязаны ее сохранять. Но парадокс в том, что тайна усыновления противоречит Конвенции ООН о правах ребенка, которая ратифицирована Украиной, и является частью законодательства нашей страны. В Конвенции указано, что ребенок имеет право знать о своем происхождении. И в Семейном кодексе есть норма, которая гласит, что по достижении четырнадцати лет ребенок также имеет право получить информацию о своем усыновлении. Получается, соблюдая права взрослого, мы нарушаем права ребенка.

Специалисты давно готовы к отмене данной нормы. Но это произойдет не через год, не через два. Для этого должно созреть общество. Во-первых, существует стереотип: если ребенок — сирота из детского дома, значит — неполноценный. Таким образом, с помощью тайны усыновления родители хотят защитить ребенка от ярлыков и психотравм. Во-вторых, большинство усыновителей — это люди, которые по тем или иным причинам не могут иметь детей. Они не хотят афишировать факт усыновления.

Новая семья не сможет лишить ребенка воспоминаний. А новые родители стараются спрятать ребенка и спрятаться сами от памяти прошлого, живут в постоянном страхе и напряжении. Взрослые часто не задумываются о том, что ребенок чувствует и понимает очень многое. И даже не помня свое прошлое, малыш интуитивно чувствует фальшь и неискренность.

Таким образом тайна усыновления срабатывает против самого усыновления.

— Как вы считаете, должны ли нести какую-либо ответственность усыновители, вернувшие ребенка в детский дом?

— Если усыновители злоупотребляли своими правами по отношению к ребенку, жестоко обращались с малышом — они могут и должны быть привлечены к суду. В этом случае предусмотрена процедура не отмены усыновления, а лишения родительских прав. С таких усыновителей должны удерживаться алименты на содержание ребенка.

— Как происходит процедура разусыновления? Могут ли в ней отказать и по какой причине? На каком этапе ребенка возвращают в детский дом? И сколько времени занимает эта процедура?

— Процедура отмены усыновления в Украине проводится в судебном порядке. Основной причиной отмены усыновления является конфликт межу ребенком и усыновителями, их психологическая несовместимость. Отказать усыновителям в таком случае невозможно. Как правило, ребенка сразу забирают из семьи усыновителей в приют, не дожидаясь результатов суда.

— Как, по-вашему, можно определить реальную готовность и мотивацию родителей усыновить ребенка? Существуют ли определенные тесты?

— Скажу честно — это не так просто. Очевидно, на сто процентов избежать ошибок невозможно. Многое зависит и от усыновителя, и от специалистов, которые рядом с усыновителем и малышом, от особенностей и потребностей ребенка, от их окружения. От уровня морали и ценностных ориентиров общества, нацеленности государственных и общественных структур! А мы об этом чаще всего даже не думаем! Нам еще многому нужно учиться. Проблемы, возникающие в усыновлении, должны не муссироваться, а тщательно изучаться специалистами, чтобы принимать правильные решения при последующих усыновлениях. Нам нужно принять как аксиому: усыновление всегда должно происходить в интересах ребенка. Для ребенка нужно искать семью, которая хочет и может ему помочь. И никак не наоборот.

Благодаря пропаганде и социальной рекламе у людей складывается впечатление, что усыновление — это просто и даже выгодно. Особо циничные прикидывают, что можно расширить жилплощадь или получить денежное пособие за счет «приемыша». Некоторые ищут в ребенке смысл жизни, опору и поддержку на старости лет. Кто-то из жалости, по доброте душевной желает «осчастливить» сироту. Но есть только одна причина, по которой вы имеете право усыновить ребенка, — это безусловная любовь.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №23, 16 июня-22 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно