НАЦИОНАЛЬНОЕ ЯБЛОКО

21 марта, 1997, 00:00 Распечатать Выпуск №12, 21 марта-28 марта

«Несомненно, что тот садовладелец, который посадит у себя хоть одно дерево Ренета Симиренко и дождется урожая, не только не пожалеет о сделанном выборе, но и приступит к более широкому насаждению этого сорта...

«Несомненно, что тот садовладелец, который посадит у себя хоть одно дерево Ренета Симиренко и дождется урожая, не только не пожалеет о сделанном выборе, но и приступит к более широкому насаждению этого сорта. Для условий же Украины едва ли найдется второе по качеству яблоко, которое могло бы состязаться в достоинствах с Ренетом П.Ф. Симиренко как в условиях малой, так в особенности широкой промышленной культуры».

Л.П. Симиренко, 1912

С реди обширного гено-

фонда сортов яблони,

пожалуй, трудно найти какой-либо другой, который по своей популярности и весьма широкому ареалу мог бы соперничать с прославленным украинским сортом Ренет Симиренко, ставшим украшением и гордостью отечественного плодоводства.

В эпоху бурного развития садоводства и постоянного сортообновления в промышленных насаждениях перешагнуть столетний рубеж суждено лишь немногим сортам. Они, безусловно, должны обладать комплексом выдающихся производственно-биологических особенностей. Именно благодаря им сорт Ренет Симиренко довольно продолжительное время удерживается в стандартном сортименте многих районов южной зоны плодоводства.

В настоящее время Ренет Симиренко районирован в девяти областях, краях и автономных республиках Российской Федерации, в 18 областях Украины, Азербайджане, Армении, Киргизстане, Таджикистане, Туркменистане, Узбекистане и Молдове. Только в Украине, по данным последней всесоюзной переписи садов и виноградников, в колхозах и совхозах насчитывалось около 10 миллионов деревьев яблони сорта Ренет Симиренко. Фактически каждое седьмое дерево яблони в общественных садах республики представлено этим замечательным сортом.

Не будет преувеличением, если скажем, что сегодня Ренет Симиренко - основной промышленный сорт яблони в целом в южной зоне плодоводства большинства стран бывшего Союза.

Помологическая литература прошлого касательно происхождения и оценки места сорта в садах будущего крайне противоречивы. В буквальном смысле слова в 80-90 гг. прошлого столетия Ренет Симиренко был «яблоком раздора». Каждый садовладелец, прямо или косвенно соприкасающийся с этим выдающимся сортом, стремился в той или иной степени увековечить свое имя. Вот почему сорт длительное время распространялся различными питомниками под разными названиями. В одних питомниках его именовали Ренетом Жуковского, в других - Ренетом зеленым бесподобным, в третьих - Зеленкой Вуда, а в садах северной Таврии, в частности на Мелитопольщине, сорт был известен как Ренет Филибера, или Цитронный Ренет.

После возвращения Л.П. Симиренко из сибирской ссылки и включения в активную садоводческую деятельность им была предпринята попытка упорядочить название сорта, восстановить приоритет и причастность своего отца и млиевских садов к происхождению этого сорта.

Молодому ученому пришлось встретить яростное сопротивление воинствующих космополитов и выслушать массу упреков и публичных оскорблений. В научной печати и на всевозможных выставках Л.П. Симиренко обвиняли в присвоении имени отца сорту, к которому якобы ни он, ни отец не имели ни малейшего отношения. И неудивительно, что Лев Платонович, обладающий исключительной скромностью, при описании сорта Ренет Симиренко в таких капитальных научных трудах, как «Крымское промышленное плодоводство» и «Помология», почти ничего не говорит о своей причастности к распространению сорта в России и роли отца - Платона Федоровича - в его происхождении.

Несмотря на значительную популярность и широкое распространение во многих районах нашей страны, вопрос о происхождении заслуженного ветерана отечественного плодоводства сорта Ренет Симиренко и истории его внедрения в промышленную культуру изучены крайне недостаточно. Некоторые материалы, проливающие свет на этот вопрос, так же, как и научная дискуссия Л.П. Симиренко со своими противниками рассеяны по различным дореволюционным изданиям, ставшими библиографической редкостью и недоступным широкому кругу специалистов.

В этой связи все современные помологические источники в основном повторяют данные самого Л.П. Симиренко о происхождении сорта, приведенные при описании Ренета Симиренко в наиболее известных трудах ученого: «Происхождение этого превосходного Ренета, с успехом у нас соперничающего с наилучшими европейскими сортами, до сих пор с положительностью не установлено, - отмечал Лев Платонович, - неизвестно, есть ли это старый сорт, но забытый на Западе, или это помологически самостоятельное и новое яблоко, родившееся от случайного посева в саду «Платонова хутора», принадлежавшего в былое время моему отцу. Одно кажется несомненным: это яблоко распространялось в России, и в последнее время кое-где в Европе, из нашего сада».

Действительно, генетическое происхождение сорта до сих пор не установлено. По-видимому, надежные данные о его филогении и родительских формах могут быть получены лишь с привлечением современных методов генетического, цитологических и цитобиохимических исследований. Ведь генетикой решен уже более сложный вопрос: экспериментальным путем доказано происхождение сливы домашней. Что же касается истории происхождения сорта Ренет Симиренко и его распространения в южной зоне плодоводства нашей страны, этот вопрос нуждается в дополнительном изучении и некоторой детализации.

Известно, что дед и отец Льва Платоновича Симиренко были страстными аматорами садоводства. Их сады пользовались широкой известностью у крестьян Киевской и других губерний. Платон Федорович Симиренко, отец ученого, собрал в своем саду коллекцию лучших отечественных и зарубежных сортов. Они завозились главным образом в виде саженцев. По свидетельству современников, Платон Федорович имел несколько больших плодовых садов. Один из них был в Млиеве возле дома. Два других сада принадлежали фирме Яхненко-Симиренко и находились в лесу на так называемом «Платоновом хуторе», расположенных на земле, арендованной у князей Воронцовых, а затем у помещицы Елены Балашовой. На этом же хуторе находился обширный питомник, выпускавший десятки тысяч саженцев плодовых культур. Саженцы в народе называли млиевскими, поскольку «Платонов хутор» находился в окрестностях села Млиева. «П.Ф. Симиренко, - отмечает Н. Буренков, - еще в 50-х гг. выписывал саженцы для своего сада из Парижа от Iminett Duranell из Teuta в Бельгии от Louis van Houtte и др. питомнических фирм». После смерти отца, умершего сравнительно рано, в 1863 году, жена покойного Татьяна Ивановна, насколько хватало сил и времени, старалась с помощью родственников хоть как-то поддерживать сады в прежнем состоянии. Однако это ей не всегда удавалось. Многие деревья со временем или по возрасту, или после суровых зим погибли, затерялись также источники их приобретения. К тому же, один из наиболее богатых в помологическом отношении садов, расположенный на арендованных землях на так называемом «Платоновом хуторе», в начале 80-х гг. был отчужден землевладельцем, и Лев Платонович не мог воспользоваться сортовыми фондами отцовского сада.

Случилось так, что в начальный период распространения сорта в товарные сады Киевской и других губерний Л.П. Симиренко был лишен возможности активно влиять на этот процесс. В 1874-1879 гг. он был студентом Киевского и Новороссийского университетов и принимал активное участие в революционном народническом движении. После окончания университета Лев Платонович был арестован и до конца 1886 года находился в административной ссылке в Восточной Сибири. Таким образом, в период после смерти отца и вплоть до конца ссылки сорт Ренет Симиренко распространялся главным образом из питомника А.И. Храпаля, родственника Симиренко, и крестьянами близлежащих к Млиеву сел. Кроме того, отдельные плодоносящие деревья его имелись также в садах крупных садовладельцев. Это обстоятельство впоследствии послужило противникам Л.П. Симиренко почвой для всевозможных измышлений и необоснованных обвинений в присвоении имени отца сорту, к которому династия млиевских садоводов не имела якобы никакого отношения. Уже тот факт, что Л.П. Симиренко на следующий год после возвращения из ссылки представляет плоды млиевского сорта на Харьковскую сельскохозяйственную выставку, убедительно говорит о том, что даже в ссылке он помнил о нем и был весьма озабочен его судьбой. Представление плодов Зеленого ренета на суд специалистов-садоводов, прибывших на выставку со многих губерний России, имело своей целью не только привлечь внимание садоводов к этому сорту, но и способствовать его продвижению в товарные сады и отстоять фамильный приоритет на него. На Харьковской выставке Лев Платонович впервые представил плоды этого сорта под названием Ренет зеленый П.Ф. Симиренко. После этого в течение 30 лет на него обрушился поток обвинений и масса оскорблений от всевозможных завистников, в числе которых были даже именитые садоводы.

Красноречивое свидетельство литературы подобного толка - письма крупного чигиринского садовладельца П.А. Жуковского, наводнившего все печатные издания того времени «разоблачительными открытыми» письмами к Л.П. Симиренко. Научный и этический уровень этих писаний достаточно убедительно демонстрируют следующие строки: «Зачем Л. Симиренко понадобилось цеплять имя своего отца к сорту, заведомо иностранному, зачем присваивать своим предкам заслуги, которых никто за ними не знал. Если г. Симиренко хочет увековечить свою фамилию в русской помологии, пускай он сам выведет какой-нибудь помологический сорт. С вишнями всего скорее в 3-4 года он будет иметь Guigne или Bigareau de Lev Platonovitsch Simirenko или пусть новый сорт хотя бы яблок - при ограниченности наших помологических знаний за него сойдет любой сорт, и к осенней выставке 1889 года будут горы «Findling von Simirenko». Но цепляться за чужую работу, как крыловская муха, не всегда безопасно».

Законодатель мод в плодоводстве 80-х гг. прошлого столетия, небезызвестный автор некогда нашумевшей теории акклиматизации плодовых культур и редактор еженедельной газеты «Русское садоводство» А.К. Грелль в стремлении взять реванш за смелую критику Л.П. Симиренко его акклиматизационной теории, эксплуатируя служебное положение, писал в своем издании: «...Так называемый Зеленый ренет П.Ф. Симиренко есть сорт французский, разведенный А.А. Филибером с промышленными целями в саду его, на берегу Азовского моря. Именовать его Ренетом зеленым бесподобным на все и про все или иным трехэтажным названием - нет никакого основания. Скорее следует допустить то название, которое дано у нас этому сорту А.А. Филибером, т.е. «Цитронного ренета». А так как этот сорт французский, то его описание должно находиться непременно в помологическом дисконере Андре Леруа. Ищите там - и обретете».

М ногие диле-

танты-садо-

воды, а также некоторые именитые помологи действительно ринулись искать во всех помологических изданиях сорта, хотя бы чем-либо сходные с млиевским Зеленым ренетом. Одни, например, Э. Регель, находили сходство его с распространенным в садах Крыма сортом Ренет английский. Другие доказывали, что Ренет Симиренко - не что иное, как английский сорт Зеленка Вуда, третьи (С.Я. Павленко) приписывали сорту бельгийское происхождение. П.А. Жуковский приложил немало усилий для того, чтобы в садах многих садовладельцев сорт Зеленый ренет продолжительное время возделывали под этим ошибочным названием. Все доводы Жуковского основывались на скоропалительном заключении помолога Э.К. Клаусена, работавшего в Никитском ботаническом саду. Он нашел, что присланные из Чигирина П.А. Жуковским плоды весьма сходны с Зеленкой Вуда. Выводы Клаусена, на которые больше всего ссылался П.А. Жуковский, были более чем скоропалительны и не профессиональны. Как отмечает Л.П. Симиренко, Клаусен сам признавал в личных беседах с ученым и в письмах к нему шаткость своего заключения.

Ведь он определял Зеленый ренет лишь по внешним признакам присланных ему плодов. Несмотря на это, он все же нашел значительную разницу во вкусе плодов обоих образцов. Поэтому вполне обоснованно замечание Л.П. Симиренко своему оппоненту: «Так как печатно он (Клаусен) не сказал своего внятного слова, то, безусловно, принимать его определение, сообщенное в частном письме, нельзя. Повторяю, если бы г. Жуковский был ближе и основательнее знаком с вопросом о помологическом определении сортов (чего от него и трудно спрашивать), то, наверное, с такою же уверенностью не выдавал чужое «письмо» за положительное утверждение. Лично я очень ценю авторитет г. Клаусена, но от ошибок никто не застрахован, притом сам же г. Жуковский говорит, что, послав плоды в 1883 г. в Никиту, ему ответили, что сорт этот там неизвестен. Теперь же, когда в Никитском саду не существует маточного сада зерновых пород, г. Клаусен находится в невозможности проверить свое первоначальное наблюдение».

Первоначально и сам П.А. Жуковский не отрицал причастность млиевских садоводов к происхождению Ренета Симиренко и даже предлагал еще в 1886 году «назвать сорт именем его первого вводителя в Россию - «Зеленым Ренетом Симиренко» (цитируется по Л.П. Симиренко).

По мнению яростного германофила Жуковского и других оппонентов Л.П. Симиренко, природно-климатические условия Украины не могли способствовать формированию такого ценного сорта. Он, по их твердому убеждению, мог быть только иностранного происхождения. «Я не сомневаюсь, что этот сорт был если не в руках, то под пером всех европейских помологов», - отмечал он.

Научный уровень помологических изысканий Жуковского хорошо охарактеризовал сам Л.П. Симиренко: «По-видимому,

г. Жуковский большой любитель плодоводства, но, как дилетант в этом деле, слишком легко относится к вопросу помологического определения плодов, тогда как это вещь весьма и весьма серьезная и трудная».

Многие авторитетные помологи того времени не подтвердили предположение П.А. Жуковского в отношении идентичности Ренета П.Ф. Симиренко и Зеленки Вуда. Известный плодовод и помолог N. Gaucher ответил назойливому чигиринскому дилетанту так: «Яблоко, полученное мной от г. Жуковского, не есть Зеленка Вуда (Crunling Wood's). Однако не имея плодов и самих деревьев для одновременного сравнения, трудно решить вопрос об идентичности Зеленки Вуда и Зеленого ренета. Для выяснения этого вопроса необходимо было бы привить черенки того и другого сорта по возможности в близком соседстве и вывести свои заключения из наблюдений и сравнения роста, листьев, черенков, глазков и т.д.»

Крымский помолог Х.И. Клейн писал: «... Этот Зеленый ренет вовсе не похож на Зеленый ренет, разводимый в Крыму. Крымский Зеленый ренет по качеству плода относится к кухонным, сильно гниет, страдает от грибка и дольше января не может быть сохранен». Установлением помологической самостоятельности Ренета П.Ф. Симиренко занимался также известный отечественный помолог В.В. Пашкевич. Как и многие другие помологи, он пришел к заключению, что Зеленый ренет (Ренет Симиренко) не похож на описание каких-либо сортов, включенных в помологию в английских, французских и немецких авторов».

Чем же объяснилась многолетняя околонаучная возня, затеянная Жуковским вокруг нового украинского сорта, и почему он был яростным противником названия гордости отечественного плодоводства именем первооткрывателя П.Ф. Симиренко? Тщательный анализ садоводческой литературы того времени дает довольно четкий ответ на этот вопрос. Все надоевшие читателям измышления, открытые письма и обвинительные инсинуации в редакции журналов малокомпетентного в вопросах помологии чигиринского садовода-дилетанта преследовали довольно утилитарную цель. Жуковскому очень импонировало предложение известного немецкого плодовода Н. Гоше, ответившего ему в 1885 году после детального изучения присланных плодов Зеленого ренета: «Нахожу этот сорт красивым и отменным ренетом и советую по мере сил способствовать его распространению и предлагаю назвать это яблоко именем П.А. Жуковского» (цитируется по Н. Буренкову, 1900). К счастью, предложение это не было поддержано большинством отечественных плодоводов, и при активном содействии Л.П. Симиренко сорт стал распространяться в Российской империи и за рубежом под единственно правильным названием Ренет зеленый П.Ф. Симиренко.

Нежелание многих крупных помещиков-садовладельцев и некоторых представителей официальной науки видеть фамилию вчерашнего политического ссыльного, активного участника революционного народнического движения Л.П. Симиренко в названии весьма популярного сорта носило также отчетливо выраженный политический характер. Обычно новым сортам по установившейся традиции присваивали имена королей, канцлеров и всевозможных вельмож. Могли ли допустить противники Льва Платоновича, чтобы фамилия бывшего политического ссыльного была увековечена в названии этого замечательного сорта?

Нужно было обладать величайшей выдержкой и силой воли, чтобы в обстановке организованной П.А. Жуковским травли и клеветы стать на защиту истины и отстоять приоритет отечественного плодоводства в выведении этого замечательного сорта. Что мог ответить кристально честный ученый зарвавшемуся демагогу? «На все эти выпады специально г. Жуковскому отвечу двумя словами - стыдно Вам», - писал Л.П. Симиренко в открытом письме к читателям еженедельной газеты «Русское садоводство». И далее отмечал: «После всех этих объяснений читатель видит, на чьей стороне было право и осудит те некрасивые полемические приемы, к которым прибегал г. Жуковский. Я же принял твердое решение дарить все его будущие вылазки против меня тем молчаливым презрением, какого они заслуживают». Верный своему слову, ученый до конца жизни больше не вступал в бесплодные дискуссии с помологическими дилетантами. Наиболее объективным арбитром в этом споре оказалось время и народ.

Еще в конце прошлого столетия сорт завоевал исключительную популярность у садоводов Украины. С тех пор началось триумфальное шествие по садоводческим районам Российской империи. Плоды Ренета П.Ф. Симиренко на всех закрытых дегустациях получали наивысшие оценки, что и обеспечило сорту широчайшую рекламу. И здесь ученому не пришлось прибегать ни к ухищрениям, ни к силовому давлению.

К акова же истинная ис-

тория распространения

сорта Ренет Симиренко в нашей стране и в ряде стран Западной Европы? Ответ на этот вопрос дают зафиксированные в литературе скупые воспоминания млиевских старожилов и отрывочные сведения, приведенные в литературной полемике 80-90 гг. прошлого столетия по поводу происхождения сорта Ренет Симиренко. Случайный ли это сеянец какого-либо отечественного или интродуцированного П.Ф. Симиренко из-за рубежа сорта яблони, или же найденная пытливым садоводом почковая мутация - на основании имеющихся данных судить трудно. Одно лишь бесспорно, что Ренет Симиренко - новый, помологически оригинальный, а не старый, забытый иностранный сорт яблони.

Как уже отмечалось, идентификацией сорта занимались ведущие помологи мира, имеющие в своем распоряжении богатейшие коллекции яблони. И все они единодушны в том, что Ренет Симиренко действительно оригинальный сорт, не встречающийся ни в одной из помологических коллекций Европы. Нельзя допустить, чтобы сорт яблони, обладающий такими выдающимися производственно-биологическими особенностями, не был замечен и не зафиксирован в литературе ни одним помологом и садоводом Западной Европы. Более того - чтобы он бесследно затерялся во всех европейских помологических коллекциях и по какому-то счастливому случаю сохранился лишь в млиевских садах П.Ф. Симиренко.

Млиевский старожил Харитон Грицай, работавший в саду на «Платоновом хуторе», рассказывал в 1890 году городищенскому садоводу Павленко о том, что лет 40 тому назад (примерно в 1850 году) он видел несколько маточных деревьев так называемого Зеленого ренета, растущих на усадьбе П.Ф. Симиренко на территории бывшего млиевского сахарного завода. «После смерти П.Ф. Симиренко его родственник и компаньон А.И. Храпаль выкопал и перевез многие сорта на один из хуторов, расположенных в лесах мошногородищенского имения князей Воронцовых. Впоследствии из этих маточных деревьев брались черенки для прививки и окулировки в торговом питомнике, организованном А.И. Храпалем в урочище «Мазарня» и в Середницком хуторе при с. Млиев», - опираясь на воспоминания Х. Грицая, отмечает Павленко. Сам Павленко видел в саду Храпаля старые маточные деревья тогда еще безымянного сорта: «В Середницком хуторе при с. Млиев в бывших садах П.Ф. Симиренко и А.И. Храпаля стоят и доныне основные деревья этого безымянного сорта, которым уже, вероятно, лет под 40 и тем не менее, сравнивая их с тут же стоящими деревьями Антоновки, Титовки и другими отечественными выносливыми сортами, нельзя заметить особенной разницы в здоровье и целостности деревьев, проживших в совершенно одинаковых условиях такой значительный период».

Осенью 1993 года мы с внучкой Льва Платоновича Татьяной Владимировной посетили одно из красивейших на Черкасчине мест - останки Храпалевого хутора вблизи Млиева. Там еще сохранился удивительный каскад прудов, на склоне которых обильные заросли одичавших плодовых деревьев, столетние штамбы которых покрыты древним мхом. От этого священного для украинского садоводства места повеяло историей и удивительным равнодушием тех, кто на симиренковской славе десятилетиями строил свое благополучие, зарабатывал всевозможные научные звания, премии и титулы. Усадьбу А.И. Храпаля посещал Тарас Шевченко. Он восхищался не только каскадом прудов, уникальным домом хозяина, напоминающим казацкий курень, но и садами и питомником. Из питомника Храпаля поэт предполагал завезти саженцы плодовых деревьев для своего будущего сада. Ныне это место стало объектом номенклатурного мародерства. Его пытаются использовать для традиционных чиновничьих коттеджей и охотничьих домиков. О пребывании Т. Шевченко на этой земле стоило бы установить хотя бы памятный знак.

Питомник П.Ф. Симиренко, а затем А.И. Храпаля первоначально распространял саженцы безымянного млиевского Зеленого ренета среди крестьян Черкасского и других уездов Киевской губернии. Вскоре Зеленым ренетом заинтересовались и садоводы других губерний. Примерно в 60-х годах прошлого столетия саженцы этого сорта были завезены в сады херсонского помещика П.А. Безрадецкого, имение которого располагалось вблизи

г. Александрия (ныне Кировоградская обл.). В 1879 г. при посещении П.А. Жуковским имения Безрадецкого ему показали три полузаброшенных плодоносящих дерева, завезенных из млиевских садов Симиренко под названием Зеленый ренет. Владелец сада не обращал на них особого внимания, считая сорт весьма ординарным, а плоды пригодными лишь для кухонных целей. Необходимо отдать должное проницательности П.А. Жуковского, который первый обратил внимание незадачливого александрийского садовладельца на этот сорт и сыгравшего на первых порах видную роль в его популяризации. Черенки из сада Безрадецкого Жуковский отправил своему знакомому - крупному киевскому питомниковладельцу Кристеру, размножавшему сорт вначале под названием Зеленого ренета, а затем сорту дали английское название «Зеленка Вуда». Интерес П.А. Жуковского к Зеленому Ренету возрос после того, как в 1883 году в рождественские праздники он получил от своего товарища прекрасно сохранившиеся плоды неизвестного сорта, весьма сходные с плодами из александрийских садов Безрадецкого. Оказалось, что и в с. Каменку Чигиринского уезда этот сорт завезли из млиевских садов П.Ф. Симиренко.

Хорошо осознавая, что он напал на след малоизвестного для плодоводов сорта яблони,

П.А. Жуковский послал плоды из сада П.А. Безрадецкого в правление Петербургского общества садоводства. Экспонатам присудили малую серебряную медаль, а сорт официально был назван Зеленым ренетом.

Еще в 1889 году редактор еженедельной газеты «Русское садоводство» А.К. Грелль писал, что «сорт, сходный с Зеленым ренетом, хорошо известен мелитопольскому жителю доктору

А.В. Карвацкому и сыну г. Филибера Николаю Амидеевичу, который, несомненно, постарается сохранить все старые деревья этого сорта и прибавить к ним побольше молодых».

Можно полагать, что в любительские сады северной Таврии так называемый Зеленый ренет в 50-х гг. пришел из млиевских питомников П.Ф. Симиренко или же был завезен А.А. Филибером от кого-то из киевских питомниковладельцев. В Приазовском имении А.А. Филибера «Атманой» (ныне Акимовский район Запорожской области) имелся крупный сад, в котором под названием Ренета Филибера или Цитронного выращивались яблоки, сходные с Зеленым ренетом.

Уже в 1886 году известный московский фруктовщик О.Е. Горбов купил у Филибера большую партию фруктов, среди которых, по свидетельству А.К. Грелля, было 10 ящиков тех самых яблок, которые П.А. Жуковский прислал в редакцию «Русского садоводства». Сообщение Филибера о якобы французском происхождении нового сорта, на наш взгляд, продиктовано коммерческими соображениями и стремлением подороже сбыть товар из своего малоизвестного в мире фруктоторговцев сада. Пионер южного степного садоводства врач-народник А.В. Карвацкий в 80-х гг. прошлого столетия включил Ренет Симиренко в коллекцию лучших сортов и приложил немало усилий для его популяризации среди крестьян северной Таврии. Он считал его одним из наиболее перспективных сортов для юга Украины.

Но наибольшая заслуга в распространении сорта в торгово-промышленные сады южной зоны плодоводства России принадлежит самому Л.П. Симиренко. Однако включиться в эту работу ученый смог только после возвращения из ссылки в 1887 году, представив плоды Ренета П.Ф. Симиренко на Харьковскую сельскохозяйственную выставку.

Интересно отметить, что, представляя сорт на зональную выставку, Лев Платонович вынужден был покупать плоды у крестьян близлежащих к Млиеву сел. Более того, приступив к организации помологической коллекции, Л.П. Симиренко осенью 1888 года заказал у киевского питомниковладельца Кристера 25 саженцев Зеленого ренета. А еще раньше он просил черенки этого сорта у П.А. Жуковского. Эти обстоятельства в последующем послужили Жуковскому и другим противникам Льва Платоновича, по их мнению, наиболее веским основанием для всякого рода измышлений и обвинений, имеющих своей целью скомпрометировать ученого и доказать непричастность млиевских садоводов к происхождению Зеленого ренета. Действительно, на первый взгляд кажется парадоксальным факт обращения Льва Платоновича к Жуковскому и Кристеру с просьбой прислать ему черенки и саженцы Ренета Симиренко, маточные деревья которого находились на «Платоновом хуторе». Почему Л.П. Симиренко не мог воспользоваться маточными деревьями из старого отцовского сада и зачем ему понадобилось прибегать к услугам других садоводов? Исчерпывающие ответы на эти вопросы мы находим в открытом письме Л.П.Симиренко в редакцию еженедельной газеты «Русское садоводство». «В юго-западном крае, в помещичьих лесах разбросано много фруктовых садов, которыми невозбранно пользовались их владельцы (крестьяне и не крестьяне), до сравнительно недавнего времени внося в пользу определенный и неизменный «чинш». Чиншевое владение напоминает арендное, но существенно отличается от него тем, что оно «бессрочное». С этим-то институтом у нас идет со стороны помещиков лютая война, в которой все средства оказываются хороши, причем, как видится, «сильный» брал до сих пор перевес над слабым. Я уже упоминал в прошлом году в одном из своих «писем» на страницах «Русского садоводства» об экспроприации у крестьян соседнего помещика нескольких сот десятин таких садов. Черед дошел и до нас. Весной 1887 года мы были выдворены из нашего хутора («Платоново») и теперь одна надежда на восстановление нашего попранного права кладем на чиншевы комиссии. В силу этих обстоятельств фактический владелец наших хуторов, помещик, запродал скупщикам урожай наших садов, и для выставок мы должны были «покупать яблоки» (хуторные сады наши по преимуществу яблоневые), из «своих садов и фруктовщика». Что же касается черенков, то мы их там могли бы достать лишь тайком, крадучись, на что мы не могли бы, конечно, решиться. Отсюда, стало быть, необходимость их в другом верном источнике, которым считали

г. Жуковского, хотя он нам прислал столь плохих тонких прутиков, а не хороших черенков, что мы не могли воспользоваться его любезностью».

Таким образом, кабальные условия аренды земли частного предпринимателя лишили молодого ученого наследственного права на старый отцовский сад на «Платоновом хуторе» и большую коллекцию плодовых культур, собранную отцом. Если бы к тому времени сорт Ренет Симиренко не распространился в садах крестьян Киевской и других губерний, то могло случиться так, что детище млиевских садоводов бесследно исчезло бы в садах, захваченных именитой помещицей. Но Ренет Симиренко уже был признан и любим народом. Ему суждена была долгая жизнь в садах нашего Отечества.

Первое помологическое описание сорта сделано одним из оппонентов Л.П. Симиренко П.А. Жуковским. Он оставил о сорте восторженный отзыв: «Что касается меня, то я не обманувшись, назвал бы этот сорт идеалом яблока. По вкусу оно истинно бесподобно, по пригодности для хозяйственных целей - оно универсально; по всему, что требуется от качества и свойства плода и дерева, оно свободно от всяких недостатков».

В последующем изучением и описанием сорта Ренет Симиренко занимались многие плодоводы и помологи. Детальное описание Ренета Симиренко приведено во многих работах Льва Платоновича. «Всякий, кто посадит у себя в соответствующих, конечно, условиях хоть одно дерево этого ренета, дождавшись через 5-6 лет урожая, не только не пожалеет о сделанном выборе, но и, вероятно, расширит, в случае возможности, посадки этого сорта», - отмечал ученый в наиболее крупном труде «Помология».

Благодаря энтузиастам-садоводам, печатным работам и активной пропаганде ученого Ренет Симиренко начали массово сажать как в любительских, так и в торгово-промышленных садах многих районов России. Популярность сорта особенно возросла после Харьковской выставки 1887 года. В конце прошлого столетия сорт получил широкое распространение в садах Киевской, Полтавской, Екатеринославской и Харьковской губерний. Харьковский садовод А. Рабинович, изучавший ренет Симиренко на Слобожанщине, так характеризовал этот сорт: «Как промышленный сорт, я считаю его незаменимым, ибо как рост, так и размеры плодоношения не оставляют желать ничего лучшего; ветви ежегодно покрываются массой плодовых почек, у нас в Харьковской губернии никогда еще не страдавших от мороза; долголетние мои наблюдения, а также сообщения других местных садоводов заставляют признать этот сорт одним из немногих сортов, достойных распространения в нашем районе. Сорт этот имеет выдающуюся будущность в промышленном плодоводстве». «Это такой драгоценнейший сорт, распространение которого на юге будет несомненным прогрессом отечественного плодоводства», - писал садовод Павленко из Городища Киевской губернии.

Ренет Симиренко, по свидетельству Льва Платоновича, в конце прошлого столетия встречался в Черниговской, Подольской, Херсонской и даже Курской губерниях. Только один владелец крупного промышленного сада из Екатеринославской губернии выписал в 1900-х году из питомника Л.П. Симиренко 1500 саженцев этого сорта. Еще в прошлом веке Ренет Симиренко начали возделывать в крымских садах. В своей первой крупной работе, посвященной изучению плодоводства Крыма, «Опыт исследования крымского промышленного плодоводства и плодоторговли» Лев Платонович характеризует поведение сорта Ренет Симиренко в Крыму. В то время сорт встречался там лишь в отдельных садах. «В Симферопольском уезде, - как отмечает Л.П. Симиренко, - насчитывалось всего лишь 1802 дерева этого сорта». Однако внимание крымчан к Ренету Симиренко вскоре возросло, и он стал одним из наиболее распространенных сортов. В течение нескольких десятилетий экономика промышленного плодоводства Крыма базировалась на этом сорте. За ним и сейчас прочно удерживается слава основного торгово-промышленного сорта яблони.

В начале нынешнего сто-

летия Ренет Симирен-

ко начал распространяться в промышленных садах Средней Азии. «Из Туркестана идут вести об увлечении, с которым тут также ведут культуру нашего ренета, и, например, В. Капустин, посетивший недавно этот край, писал мне о том, что там Ренет Симиренко сажают в громадных количествах», - отмечал Лев Платонович».

«Интерес западноевропейских плодоводов к сорту Ренет Симиренко возрос под влиянием как публикаций русских садоводов, так и благодаря систематически проводимым Всероссийским и Международным выставкам плодоводства. Первая публикация в иностранной печати о сорте Ренет Симиренко относится к 1891 году. Примерно в этот период его начали испытывать многие западноевропейские плодоводы... В минувшее десятилетие этот ренет под названием Reinette Simirenko получил на Западе, в особенности во Франции, некоторое распространение благодаря моему питомнику, и в настоящее время во многих каталогах европейских и в особенности французских помологов он постоянно встречается и нередко на разных выставках фигурируют там и его плоды. Например, на Всемирной выставке в Париже в 1900 году я видел Ренет Симиренко в коллекциях гг. Бальте, Кру и сына Нобле-Брю», - отмечал Лев Платонович. Печатный орган самого крупного и наиболее авторитетного французского помологического общества так характеризовал сорт Ренет Симиренко: «Плоды зеленовато-желтые, мякоть очень нежная, тающая, сочная, очень сладкая и очень душистая, отличного качества. Этот сорт, присланный нам г. Симиренко в 1894 году, был описан и принят на испытание в 1895 году, самые лестные отзывы об этом сорте были даны в 1896, 1897 и

1898 г.». Помологический конгресс в Туре, состоявшийся в 1911 году, признал Ренет Симиренко интересным сортом и включил его в список сортов, подлежащих детальному изучению. Во многих странах Западной Европы сорт продолжительное время возделывался в промышленных садах. Затем ему на смену пришли новые сорта. Уже в 30-40 гг. симиренковский Ренет стал основным торгово-промышленным сортом во многих областях Украины, в Крыму, на юге Российской Федерации, Северном Кавказе, Закавказье и республиках Средней Азии. Плоды Ренета Симиренко, выращенные в Украине, наряду с другими сортами успешно экспортировались в Западную Европу, главным образом в скандинавские страны. По экспортной значимости они превосходили многие европейские и американские сорта.

После ареста профессора Владимира Симиренко в 1933 году и расстрела его органами НКВД в 1938 году, аграрные чиновники репрессировали не только научные труды отца и сына, но и переименовали сам сорт. В официальной литературе его называли Зеленкой Вуда. Однако в народе яблоко упорно продолжали называть Ренетом Симиренко, хотя за одно упоминание названия этого сорта на страницах научной прессы и с трибун научных конференций можно было схлопотать немалый срок. Репрессировав и уничтожив выдающихся украинских садоводов Симиренко, запретив и изъяв из библиотек их уникальные научные труды, переименовав их знаменитый Ренет, большевики не смогли убить народную память о них. Как вызов коммуно-фашистской системе симиренковские сады и симиренковский Ренет продолжали жить в Украине, украшая землю цветущим майским половодьем, даря людям сконцентрированную в плодах энергию солнца и щедрость души создателей этого замечательного сорта.

Первая международная выставка садоводства в г. Эрфурте 1961 г. показала, что за плодами Ренета Симиренко прочно удерживается слава лучшего сорта. Плодам его снова на этой выставке присуждена Большая золотая медаль.

Проходят десятилетия. На арене промышленного плодоводства появляются и исчезают новые сорта, но в стандартном сортименте районов Украины и многих стран СНГ еще продолжительное время будет находиться замечательный украинский сорт Ренет Симиренко. Задача селекционеров методами гибридизации и клоновой селекции устранить некоторые недостатки этого поистине выдающегося сорта и в улучшенном виде передать как национальную реликвию в руки грядущих поколений.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно