Двуязычие: взгляд из Канады

19 июня, 2009, 13:46 Распечатать

Je me souviens(Я помню) Девиз Квебека Друзья из Донецка пишут — регионалы снова встают на защиту русского языка...

Je me souviens
(Я помню)

Девиз Квебека

Друзья из Донецка пишут — регионалы снова встают на защиту русского языка. Оно бы и неплохо, но, зная их таланты, можно сразу сказать, что результатов не будет, просто начинается президентская гонка. Тем не менее проблема языка существует, и решать ее придется в любом случае. Особенно если Украина собирается стать гражданским обществом. Это видно на примере Канады.

Главный город Манитобы, Виннипег, — пшеничная столица. Каждый десятый его житель — украинец, а перед зданием парламента стоит памятник Тарасу Шевченко. Согласно переписи 2001 года, жители с украинскими корнями составляли 14% населения провинции, с британскими — менее 6%, с французскими — 2%, с немецкими — 7%, с индейскими — 7% плюс еще метисы — 8%. Смешанным свое происхождение назвали около 45% населения, но в целом оно быстро консолидируется на базе английского языка.

Манитоба стала первой провинцией, уравнявшей права английского и французского языков. Еще в 1870 году Указом о Манито­бе парламент Канады включил ее в состав страны и провозгласил двуязычную систему образования. Правда, закон отменили в 1890 году, но в 1979-м признали это неконституционным. При уни­верситетском колледже, расположенном в пригороде Виннипега Сен-Бонифас (занятия здесь ведутся на французском), действует специальный институт, занимающийся переводом накопившихся с 1890 года законов. Ведь их нельзя считать законными, пока они не опубликованы на французском языке.

Вот пример. В 1984 году один франкофонный житель Манито­бы был оштрафован за нарушение правил дорожного движения. Но поскольку полицейский говорил только по-английски и квитанцию выписал на этом языке, нарушитель счел это дискриминацией и обратился в суд с требованием признать ПДД незаконными и не имеющими силы. И формально был прав. Что же делать? Ведь не только правил, но и всех остальных законов требование могло коснуться! Это вам не ГАИ запрещать волевым решением президента…

Дело дошло до федерального правительства, и оно поспешило опередить истца, обратившись в Верховный суд с просьбой дать соответствующие разъяснения. Иначе возникал опаснейший прецедент с непредсказуемыми последствиями, ведь канадское право основано на традициях англосаксонского, прецедентного. Мудрый суд принял решение, что все уже принятые законы обязательны к исполнению, но в течение пяти лет должны быть переведены на французский. Так что мир порядка и порядок в мире не рухнули, ПДД остались в силе, а штраф борцу за права французского языка все же пришлось заплатить.

Этот пример весьма показателен. Во-первых, он характеризует подход к языковому вопросу в развитой демократии, во-вторых, лишний раз доказывает, что язык задушить крайне сложно, почти невозможно. Ведь к моменту победы франкофоны в Манитобе составляли лишь около 4% населения — чуть более 40 тысяч. Украинцев, напомним, там втрое больше…

Англичане проводили в провинции жесткую политику, вплоть до террора и физического истребления методами ку-клукс-клана, тем более что большую часть франкофонов составляли метисы. Это привело к тому, что число носителей языка существенно уменьшилось. Фран­цуз­ский десятилетиями вытесняли из социальной практики, но так и не добились этого. Он сохранился и получил равный с английским официальный статус. И лишь сейчас французский язык сходит с манитобской сцены: средний возраст говорящих на нем достиг 50 лет, и молодежь предпочитает английский.

Что же тогда говорить о Квебеке, в котором франкоканадцы составляют большинство из 7,7 млн. населения? Французский язык в 2001 году назвали родным 81% жителей, английский — только 8%. В 1960—1970 годах, когда возник вопрос о преодолении хозяйственной отсталости огромной (две с половиной Украины!) провинции, он был решен за счет возрождения национального самосознания, языка — и за счет подготовки национальных управленческих кадров для администрации и бизнеса. Недаром местный парламент называется Национальной ассамблеей!

Характерно, что тогда начался упадок всесильной католической церкви, игравшей огромную роль в жизни франкоканадцев и проповедующей смирение перед властью, в том числе перед властью английской администрации. Тогда же зародилось движение за отделение от Канады, и время от времени возникает угроза целостности федерации. Однако в демократической стране такие вопросы решаются путем референдума, а на нем в 1995 году за суверенитет Квебека проголосовало 49,4% квебекцев, против — 50,6%. Единст­во Канады спасли всего 53 тыс. голосов! А в 2003 году после долгого правления националистов на выборах и вовсе победили либералы, сторонники федерации.

Специальным законом №22 от 1974 года, а потом и Хартией французского языка в 1977 году он провозглашен единственным официальным языком Квебека. На нем должны оформляться не только официальные бумаги (в том числе и в частных фирмах), но и витрины магазинов, все вывески и реклама. Этикетки любых товаров, продаваемых в провинции, тоже должны быть оформ­лены на французском (возможно и двуязычие). Дети иммигрантов обязаны ходить во французские школы. Такими мерами и широкой иммиграцией из бывших французских колоний удалось остановить сокращение числа носителей языка. А ведь было время, когда он, как и украинский в СССР, угасал, считался языком второго сорта. Собеседника даже порой призывали говорить, «как белый», то есть по-английски!

Впрочем, все это не означает ответной грубой дискриминации теперь уже английского языка. Знаменитая The Gazette по-прежнему выходит на английском, лекции в лучшем университете Мак Гилл читаются на нем же, имеется множество англоязычных телеканалов, английских госпиталей и т.д. Французский язык внедряется открытием телеканалов и радиостанций, а не закрытием тех, которые вещают на английском.

Но времена, в отличие от нра­вов, меняются. СССР распался, и теперь уже украинский язык стал в Украине единственным официальным. Ситуация поверну­лась на 180 градусов, стала зеркальной, и франкофонный Квебек напоминает уже не Украину в составе СССР, а русскоговорящий восток самой Украины. И рано или поздно — его пример, и особенно пример Манитобы, сви­детельствует об этом — русский язык в ареале своего функционирования добьется полного и официально признанного равно­правия. И с этим ничего не поделаешь. Нынешние же методы украинизации — грубые, топорные, непродуманные и недальновидные — лишь ускорят процесс кон­солидации русскоязычных, но уже на основе негативного отношения к государственному языку и к самому государству. Тщательнее надо, как говорил классик! Осторожнее и аккуратнее. Язык и вера — самое главное и самое чувствительное у человека, на них не стоит покушаться.

Параллели можно продолжить. Квебек активно поддерживается Францией. Возможно, и Россия когда-нибудь научится поддерживать русские диаспоры в других странах не как слон в посудной лавке, а тонко, цивилизованно, так, что страны эти не будут дрожать за свой суверенитет и порядок в доме. До федерализма, а тем более сепаратизма в Украине вряд ли дойдет, эту идею не поддерживают даже на востоке, ну разве что в Крыму. Вождям регионалов отделение, неизбежно ведущее к присоединению к России, по большому счету и даром не нужно. Если в Украине они что-то собой представляют (как-никак хозяева половины страны, их лидер даже сделал пару ходок в премьеры, у них все условия для уютного бизнеса), то в жесткой и холодной России кто их ждет, кому они нужны? Пример Ходорков­ского весьма красноречив…

Но в любом случае восток и юг Украины будут поддерживать связи с Россией и останутся русскоговорящими. Так сложилось исторически. И это надо учитывать. Это ни хорошо, ни плохо, это реальность, в которой есть и свои плюсы. Между прочим, несмотря на ведущую роль французского в Квебеке, практически каждый квебекец в той или иной мере владеет английским. Без него ни бизнес не сделаешь, ни пост в государственной администрации не займешь (чиновник обязан знать два языка). Так что фактически провинция двуязычна. Главное то, что ее жители считают себя в первую очередь не французами, а канадцами, а если и пользуются определением «франкоканадцы», то лишь в ответ на термин «англоканадцы».

Точно так же и у нас: все, кто хотел воссоединиться с исторической родиной, давно это сделали. Родина остальных здешних русских — Украина. И корни их гораздо глубже уходят в эту землю, чем, скажем, у русских в Прибалтике. Они почти столь же глубоки, как и французские корни в Канаде. Это значит, что пытаться лишить их языка или создавать трудности для говорящих на нем — бесперспективно.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно