Ракетный счет

2 апреля, 2010, 15:56 Распечатать Выпуск №13, 2 апреля-9 апреля

Каждый российский президент должен подписать с Америкой договор о ядерном разоружении. Так уж повелось у этих супердержав...

…Каждый российский президент должен подписать с Америкой договор о ядерном разоружении. Так уж повелось у этих супердержав. Очередной договор на эту тему, который планируют подписать в Праге в апреле, президент США назвал «самым всеобъемлющим соглашением по контролю над вооружениями за последние два десятилетия». Но впечатление такое, что систему захотели «перезагрузить», а она раз — и зависла. Ведь работать без сбоев вся эта система может лишь в двоичном коде: «свой» — «чужой».

Ядерные хроники

Стартовый Договор об ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1) был подписан Михаилом Горбачевым и Джорджем Бушем в Москве в 1991 г. СССР и США должны были за семь лет сократить свои ядерные потенциалы до 6000 единиц. Но уже в 2001 г. Россия заявила, что обязательства по Договору СНВ-1 выполнены. Это удалось за счет полного ядерного разоружения Украины, Казахстана и Беларуси, которые стали правопреемниками СССР по СНВ-1.

Следующий Договор СНВ-2 с Д.Бушем подписал уже Б.Ельцин — в январе 1993 г. Конгресс США ратифицировал СНВ-2 в 1996 г., Госдума РФ — в 2000 г. Однако после выхода США из Договора по ПРО Россия отказалась выполнять СНВ-2. Вместо него
в мае 2002 г. — уже В.Путиным был подписан Договор об ограничении стратегических наступательных потенциалов. Число ядерных боевых частей (БЧ) на развернутых стратегических носителях США и РФ к 2012 г. не должно было превышать 2200. Сейчас у США около 2200 развернутых боеголовок, у России — около 2600.

По новому соглашению о Стратегических наступательных вооружениях, которое Барак Обама и Дмитрий Медведев собираются подписать в Праге, две страны за семь лет сократят наступательные арсеналы примерно на треть. Точка отсчета — ратификация договора в сенате США и российском парламенте. В итоге каждая сторона будет иметь не более 1550 стратегических ядерных боеголовок и не более 800 носителей для ядерного оружия. Это бомбардировщики, межконтинентальные (МБР) и баллистические ракеты подводных лодок (БРПЛ). Из них только 700 могут быть развернуты. «Развернутые вооружения» включают боеголовки на действующих МБР, БРПЛ и бомбардировщиках.

Пацифисты с умыслом

Не будем соблазняться ожидаемыми дипломатическими изысками о прорывном значении новых договоренностей и заглянем за кулисы. Итак, Россия, где
608 стратегических носителей и 2683 ядерных боезаряда. Этот потенциал был обречен на сокращение и без СНВ-3. Еще в 2009 г. был опубликован доклад, в котором российские эксперты утверждали, что «стратегические ядерные силы являются для РФ единственным фактором, который делает ее влиятельным государством, а не гигантской полупустой территорией с огромным количеством природных ресурсов. При этом без принятия радикальных решений сохранить СЯС на приемлемом уровне Россия не способна, вне зависимости от каких-либо договоров с США».

За последние 20 лет арсенал средств доставки ЯО в РФ практически не обновлялся. Большинство ракетных комплексов отслужили установленные сроки, и в ближайшие годы предстоит их массовое снятие с дежурства. Их должны заменить новые ракеты, пройдя цикл испытаний. Ожидается, что к 2017 г. в РВСН РФ, кроме наиболее современных моноблочных «Тополь-М», службу будут нести еще и шестизарядные шахтные ракеты типа РС-18. Что же касается пока боеспособных РС-20, то Россия заинтересована ограничить их арсенал в составе РВСН. Эти ракеты изготавливались в Украине и сейчас обслуживаются специалистами КБ «Южное».

Но «Тополь-М» поступают на вооружение России гораздо медленнее, чем выводятся остальные МБР. При этом РС-18 имеет шесть боевых частей, а РС-20 — десять. Это означает, что замена «южмашевских» ракет на моноблочные «Тополя» лишь с одной боеголовкой приводит к значительному уменьшению ядерных БЧ у России в целом, а также лишает СЯС РФ так называемого возвратного потенциала. Иначе говоря, на ту же РС-20 «Сатану» при необходимости можно установить 10 ядерных БЧ вместо одной, а вот на «Тополь-М», при всем желании, лишь одну. И тогда вполне понятна та радость, с которой в октябре 2003 г. тогдашний президент Путин заявил, что на складах «нашлось» «несколько десятков» ракет типа РС-18 советской разработки. Мол, они много лет пролежали в НЗ, а потому могут считаться новыми. Как потом выяснилось, ракет было 29, и лежали они не в России, а в Украине. И Киев расплатился ими за часть российского газа.

Впрочем, даже появление этих «условно новых» ракет никоим образом ситуацию не меняет. Так как в РВСН РФ пока поступило 45 моноблочных МБР «Тополь-М», а списано уже 375 МБР с 1999 БЧ. В авиационном крыле дела не лучше. Ту-95МС — их более шести десятков — будут выводиться из состава ВВС из-за выработки ресурса. К ним просто нет двигателей. Что касается Ту-160, то к 2010 г. армия РФ получила лишь три таких самолета: один новый и два модернизированных. Возможность ввода в строй новых ракетных подводных крейсеров с ракетой «Булава» выглядит крайне сомнительной из-за неудач, которые преследуют новую российскую ракету. Из десятка испытательных пусков успешным оказался только один.

Итог: из-за старения подводных лодок, шахтных ракетных комплексов и стратегических бомбардировщиков российским ядерным силам вот-вот было бы уже не по силу «толкнуть» более 1 тыс. боевых частей. Подписание Договора СНВ-3 позволит Москве сохранить лицо и даже говорить о великой мирной цели. Почти как пацифисты. Зато понятно, почему на переговорах Москва хотела уговорить американцев пойти на значительное сокращение именно носителей — аж до 500. Но США, у которых носителей действительно ощутимо больше, это не устроило. Вашингтон был готов согласиться на значительное уменьшение ядерных боеголовок, как своих, так и российских, но уж никак не носителей…

У Америки пасьянс иной. Де-факто США уже обладают ощутимым преимуществом перед Россией в высокоточном оружии. Речь идет, например, о тех же крылатых ракетах «Томагавк», которые обеспечивают эффективность поражения целей на удалении до 2500 км от места пуска — как с воздушных, так и надводных и подводных носителей. При высокой точности попадания ядерная БЧ им не нужна. Просто нужна массовость применения в первом ударе. Тогда при слабеющей противовоздушной обороне РФ и при постоянно увеличивающемся количестве высокоточного оружия (ВТО) в составе ВВС и ВМС силовой расклад в варианте «стенка на стенку» — в пользу США. Стратегия применения американцами ВТО становится все более совершенной. При этом на неядерные крылатые ракеты ограничений нет — в отличие от ядерных боеприпасов и их носителей, «нарастить» которые после ратификации СНВ-3 Россия не будет иметь права. Даже если на это появятся деньги.

Вашингтон также проигнорировал стремление Москвы увязать сокращение ядерных арсеналов с ограничением противоракетных инициатив США. Пентагон утверждает, что документ «не содержит никаких ограничений на испытание, развитие или развертывание нынешних или планируемых американских программ ПРО». Правда, МИД России говорит, что в договоре «в юридически обязывающей форме будет зафиксировано положение о взаимосвязи стратегических наступательных и стратегических оборонительных вооружений». Но едва ли это тот случай, когда истина где-то посередине…

Противоракетная засада

В конце 2009 г. Белый дом обнародовал новую программу размещения объектов ПРО в Европе взамен той, отказ от которой Москва подавала как свою победу. Но США вовсе не отказались от размещения наземных элементов ПРО в этой зоне. Они лишь отсрочили начало их развертывания до 2015 г. А полностью позиционный район ПРО, включая наземную структуру, будет создан к 2020 г.

В основе будущего противоракетного зонтика, который США хотят раскрыть над Европой, — вовсе не десять дорогих и недоработанных ракет GBI ценой 70 млн. долл. каждая. Теперь ставка сделана на серийные системы противоракетной обороны на основе ПРО морского базирования Aegis с перехватчиками SM-3
(Блок-IA). Перехватчиков будет много. По словам министра обороны США Роберта Гейтса, «каждая фаза этого плана включит десятки ракет SM-3 как альтернативу странному плану по размещению лишь 10 противоракет наземного базирования».

Ракеты по-прежнему предполагается разместить на территории Польши, а также в Южной Европе. В частности, Румыния первой к 2015 г. разместит у себя батарею ракет-перехватчиков средней дальности SM-3. В Вашингтоне утверждают, что SM-3 в Европе вовсе не являются угрозой для СЯС РФ, так как они не предназначены для перехвата МБР, а будут направлены против ракетной угрозы со стороны Ирана и Северной Кореи.

Перехватывать вдогонку российские МБР, летящие в США через Северный полюс, ракета в модификации SM-3 Blok IA (дальность перехвата — 500 км, досягаемость по высоте 250 км, цена одной ракеты — 9,5 млн. долл.) действительно не способна. Но перехватчик обладает потенциалом для качественного улучшения. Проведено восемь удачных испытаний SM-3. Этой противоракетой также был сбит спутник (читай — боеголовка). Что является подтверждением — модернизированная SМ-3 будет обладать возможностями ПРО против баллистических ракет, включая МБР.

Сегодня системой Aegis с ракетами SМ-3 оснащены 18 крейсеров и эсминцев США. К 2013 г. таких кораблей должно быть 28, а к 2015 г. — уже 32. Количество развернутых на кораблях ракет «стандарт» SМ-3 составит около 1 тыс. «Плавающая» ПРО — и гибкая, и мобильная. Например, в связи с начавшимся таянием арктических льдов группа из нескольких крейсеров и эсминцев среди прочего вполне сможет облюбовать себе район базирования в высоких широтах, т.е. на траекториях полета МБР и БРПЛ из РФ в США.

Военные корабли США с системой Aegis и теми же «стандартными» ракетами-перехватчиками также «затачиваются» на патрулирование вдоль берегов Европы — до появления там первых наземных объектов с SM-3. В американской специализированной прессе уже появились схемы с указанием зон ответственности кораблей ПРО Aegis на европейском ТВД. Одному из пяти «европейских» кораблей ПРО Aegis отведено место в Черном море. Зона его ответственности совпадает с зоной покрытия перспективной базы ПРО в Румынии. Готовность захода крейсеров с системой Aegis в Черное море уже вызвала обеспокоенность РФ. Бывший командующий РВСН России, генерал Виктор Есин заявил: «Мы должны быть уверены, что планы США по укреплению потенциала ПРО не создадут такую ситуацию, когда корабли с такими системами будут перебазированы из Северного и Средиземного морей в Черное море, так как это будет представлять угрозу для СЯС РФ».

Украинское эхо

Новый Договор о сокращении стратегических вооружений должен быть подписан в Киеве. Такими были предложения от нового руководства Украины. Министр иностранных дел России Сергей Лавров тоже сказал: «Нам было бы комфортно подписать договор СНВ в столице Украины». Конечно, вклад Украины (обладавшей третьим в мире запасом ядерных вооружений и от этого «добра» отказавшейся в пользу безъядерного статуса) в общий процесс разоружения неоценим. Но неоценен. Безъядерная Украина не стала примером для подражания, а стремление к обладанию ядерным оружием в мире не убывает.

С такой предысторией приезд в Киев двух президентов — США и России — стал бы явлением излишне демонстративным. А потому — невозможным. К тому же это было бы поводом в очередной раз вспомнить, что подписанный ядерными супердержавами Будапештский меморандум, якобы предоставляющий гарантии безопасности Украины в обмен на ее разоружение, де-юре филькина грамота. Нет ни механизма применения таких гарантий, ни желания со стороны других государств пересмотреть статус-кво в пользу Киева. Хотя попытки со стороны Украины — правда, робкие и бессистемные — были. В частности, Киеву хотелось:

а) добиться подписания двусторонних международных договоров с теми из стран-гарантов, которые готовы принять такие обязательства;

б) включить в новый двусторонний Договор США-РФ о сокращении ядерных вооружений раздел о гарантиях безопасности странам — правопреемникам СССР (Украина, Беларусь и Казахстан), которые отказались от ядерного оружия и сделали значительный вклад в дело ядерного разоружения. Но слова «хотеть» и «добиться» — как символы двух противоположных полюсов. Особенно если поезда с боеголовками давно ушли. Что же тогда должно было продемонстрировать подписание СНВ-3 в Киеве?

А потому документ подпишут в Праге. Как объяснила госсекретарь США Хиллари Клинтон, это должно стать сигналом европейским партнерам: новый договор благоприятен не только для Вашингтона и Москвы, но и для безопасности Европы. При этом и в Вашингтоне, и в НАТО демонстративно заговорили о том, что Россия должна быть вовлечена в процесс создания ПРО для Европы. Генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен 27 марта заявил: «Нам нужна система ПРО, которая включает не только все страны НАТО, но и Россию. Один купол безопасности, который мы вместе поддерживаем и которым мы вместе управляем. Один купол, который нас всех защищает». А начальник Европейского командования ВС США адмирал Джеймс Ставридис в том же марте снова заговорил о возможности совместного использования российских радаров предупреждения о ракетном нападении. Мол, это стало бы «мерой укрепления доверия», создало бы «зону сотрудничества» между Россией и США. Казалось бы, тут самое время спохватиться и Киеву — мол, такие радары есть и у нас. Даже два. И стоят они без дела. Но не огорчайтесь — и российские СПРН в контур чужой системы ПРО включены не будут. Что бы ни говорили в НАТО и Вашингтоне. Хотя бы потому, что подписание договора СНО-3 вовсе не является признаком потепления. Скорее наоборот.

Чего еще ждать? В России, едва улягутся имиджевые оханья по поводу беспрецедентного соглашения о ядерном разоружении, снова заговорят об угрозе от новых противоракет в Румынии и Польше. Если у американцев все будет идти по плану, а такая черта им присуща, то на разворачивание систем ПРО с SM-3 в Европе Москва должна будет искать ответ. Или реальный, или демонстративный. Как в свое время с заявлениями о размещении ОТРК «Искандер» в Калининграде в ответ на базу ПРО в Польше.

Пока зондированием занимаются отставные российские адмиралы и генералы. Виктор Кравченко, бывший командующий ЧФ и начальник Главного штаба ВМФ, заявил агентству «Интерфакс» о том, что российскому руководству «в ситуации, когда американские ракеты-перехватчики SM-3 встанут на боевое дежурство в Румынии, следует не только остановить сокращение военной инфраструктуры Черноморского флота, но и пересмотреть его задачи, укрепить боевой потенциал, усилить корабельный состав». Но и без этого можно ожидать, что Москва будет склонять Киев к тому, чтобы тот не артачился по поводу появления в составе ЧФ более современных средств поражения. Одна тут беда у РФ: даже если Киев вдруг и станет податливым, усилить ЧФ, собственно, пока нечем. Фрегаты все строятся, а подводные лодки еще нужно купить у Германии.

Зато вот в соседней Румынии решение о размещении элементов ПРО США на своей территории министр обороны этой страны назвал «историческим моментом». «Румыния становится важной границей ЕС и НАТО, — сказал он, — обеспечивая безопасность не только собственного народа, но и всей Юго-Восточной Европы». Звучит почти как заклинание Хомы в гоголевском «Вие», который пытался отгородиться от летающей нечести молитвами и меловым кругом. Теперь вопрос в том, что сама Украина сумеет противопоставить новому расчерчиванию Европы.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 13 октября-19 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно