Джефф Хун: «Перспектива членства в ЕС должна быть открыта для стран Юго-Восточной и Восточной Европы, включительно с Украиной»

23 февраля, 2007, 00:00 Распечатать Выпуск №7, 23 февраля-2 марта

На будущей неделе в Киев с визитом прибывает министр Великобритании по делам Европы Джефф Хун. Наш...

На будущей неделе в Киев с визитом прибывает министр Великобритании по делам Европы Джефф Хун. Наш интерес к этому британскому политику нового поколения вызван тем, что он не просто является симпатиком Украины — он еще и член британского парламента и правительства. Так что его позиция относительно нашей страны не только персональная точка зрения человека, — он как официальное лицо влияет на формирование украинской политики Великобритании. Надеемся, оптимистические, на наш взгляд, ответы г­на Хуна на вопросы «ЗН» несколько уменьшат скептицизм отечественных европессимистов относительно европейского будущего Украины.

— Господин министр, насколько нам известно, во время дискуссии о мандате Еврокомиссии на переговоры с Украиной относительно нового усиленного соглашения британская сторона поддержала предложение Швеции, Польши и некоторых других стран по предоставлению Украине так называемой европейской перспективы. Почему Британия заняла именно такую позицию? Каковы были ваши аргументы?

— Расширение Европейского союза было одной из самых успешных стратегий ЕС. Расширение ЕС изменило континент, примирило старые расхождения, помогло странам-членам построить новые энергичные демократии и увеличило благосостояние всех жителей Европы. Но эта трансформация еще не закончена. Если мы хотим поощрить страны продолжать двигаться по пути реформ, мы не можем исключать для них конечной цели. Наша позиция заключается в том, чтобы перспектива членства в ЕС была открыта для тех стран Европы, которые и сейчас находятся в этом переходном процессе, — для стран Юго-Восточной и Восточной Европы, включительно с Украиной.

— Поскольку название будущего соглашения между ЕС и Украиной может быть определено в конце переговоров — в зависимости от содержания самого документа, может ли Киев, по вашему мнению, все-таки рассчитывать на то, что это будет соглашение об ассоциации европейского типа? Почему? Возможен ли другой вариант — соглашение об ассоциации, аналогичное тем, которые ЕС имеет, например, с Алжиром или Перу?

— Я думаю, что мы открыты к предложениям по поводу того, как назвать новое усиленное соглашение между Украиной и ЕС. Наш главный интерес — в его содержании. Это будет дальновидный документ, включающий соглашение о зоне свободной торговли, через которую Украина сможет принять примерно 40 тысяч из 60 тысяч страниц законодательных директив ЕС (acquis). Также в других сферах — демократии, верховенства права, социальной реформы — это новое соглашение станет мощным механизмом европейской интеграции Украины.

— Британия всегда подчеркивала, что политика расширения ЕС — весьма успешна, и это большое достижение Евросоюза. Почему в таком случае Украину так настойчиво стараются удержать в рамках Европейской политики соседства (ЕПС), которая, во-первых, вызывает довольно много критических замечаний в самом ЕС (в частности, и в Британии), а во-вторых, не отвечает дальновидным интересам и целям Украины? Почему ЕС согласился строить отношения с Россией вне границ ЕПС, а Украина такой возможности лишена?

— Я не вижу, чтобы Украину удерживали в рамках Европейской политики соседства. Посмотрим четко на то, чем именно является Европейская политика соседства. Европейский союз подтвердил, что эта политика не имеет предубеждения относительно расширения ЕС. Потому это не является препятствием для Украины на пути в Европейский союз, но, бесспорно, поможет Украине приблизиться к ЕС. Политика соседства уже включает помощь Украине более чем на миллиард долларов. Эта политика разработана таким образом, что страны, которые могут продемонстрировать наибольший прогресс в демократизации и управлении, получат большинство фондов. Украина действительно должна получить из этого выгоду. Она должна многое получить и ничего не потерять. Позвольте мне повторить: политика соседства не ущемляет отношений ЕС с Украиной. Если Украина продемонстрирует, что может достичь значительного прогресса в том, чтобы удовлетворить Копенгагенские критерии, тогда, полагаю, ЕС отреагирует соответственно.

— Что, с вашей точки зрения, может кардинально переломить ситуацию и изменить мнение других влиятельных государств ЕС в пользу Украины и ее возможного членства в Евросоюзе в будущем?

— Я не думаю, что нам нужно мыслить категориями кардинальных изменений. Даже самые большие приверженцы Украины внутри ЕС признают: нужен интеграционный процесс, который приведет к членству. И никто не отрицает, что Украина является европейским государством. Поэтому ваша страна должна продолжать курс демократического развития и европейской интеграции. Она должна четко продемонстрировать свое европейское призвание, осуществляя реформы, которые укрепят верховенство права, решат проблему коррупции и консолидируют достижения помаранчевой революции — свободные выборы и свободные медиа. Это является вызовом для правительства и президента Украины, а также для народа. И я уверен: когда Украина выдержит этот вызов, она получит ответ от ЕС.

— В Украине мнения разделились: одни политики и эксперты говорят, что членство нашей страны в НАТО поможет ей быстрее вступить в ЕС, другие утверждают, что это, наоборот, повредит нашей европейской интеграции. А как считаете вы?

— Процессы вступления в ЕС и НАТО независимы друг от друга. Однако эти две организации разделяют ряд ценностей, базирующихся на демократии и верховенстве права. Процессы присоединения к обеим структурам требуют осуществления реформ, которые бы демонстрировали приверженность к этим ценностям. Поэтому, демонстрируя приверженность к НАТО и ценностям, на которые опирается НАТО, вы также демонстрируете приверженность к ЕС и его ценностям. Мы приветствуем стремление Украины двигаться к большей евроатлантической интеграции.

— Британия явным образом симпатизирует Украине. Мы считаем вашу страну одним из важнейших своих партнеров. Когда же наши добрые отношения могут быть институцианализированы? Возможно ли в недалеком будущем создание межгосударственной или межправительственной комиссии (комитетов), аналогичной тем, которые Украина имеет, например, с США, Россией, Германией, а Британия — с Китаем или Индией?

— Я согласен, что отношения между Украиной и Великобританией постоянно улучшаются, хотя я не уверен, что действительно нужны новые институции. Это естественный процесс. Как сказал Тони Блэр, пребывая с визитом в Киеве, у нас теперь есть инфраструктура общих ценностей, которая поддерживает наши отношения. Это намного важнее, чем любые формальные дипломатические мероприятия. Благодаря тому, что украинцы четко продемонстрировали свою склонность к демократии и открытой экономике, на Украину в мире сейчас смотрят по-другому. И это, безусловно, является причиной того, почему мы увидели настоящую интенсификацию отношений и контактов между нашими лидерами, нашими правительствами, нашими парламентариями, а также, что тоже очень важно, — между гражданами Великобритании и Украины. Значительно возросло количество британцев, посещающих Украину, и украинцев, путешествующих в Великобританию. Также возрастает торговля. Таким образом, каждый год наши две страны становятся ближе друг другу, и Украина возвращает себе свое законное место в сердце Европы.

— Мюнхенские заявления президента Путина шокировали или разочаровали многих мировых политиков. А как их восприняли в Британии? Как, по вашему мнению, новый всплеск напряжения между США и Россией повлияет на отношения ЕС с Россией и на отношения между государствами в самом Евросоюзе?

— Мы продолжаем верить, что лучше всего достичь безопасности для всех — это придерживаться глобальных ценностей свободы, демократии, толерантности и справедливости. Дело в том, что существует продолжительное и тесное сотрудничество между Россией, США и ЕС во многих направлениях. Россия очень тесно сотрудничала с другими членами Совета Безопасности ООН над решением проблем вокруг иранской ядерной программы. Россия также принимает участие в ряде общих операций с НАТО, в том числе в операции «Активные усилия». Россия, ЕС и США — важные торговые партнеры. Они сталкиваются с общими угрозами — распространением ядерного оружия, изменением климата и терроризмом. Важно, чтобы они продолжали работать совместно. Выступление президента Путина не повлияет на необходимость продолжать это сотрудничество. Существует сильный императив на эффективную многосторонность в международных отношениях, который все больше осознают как в Европе, так и в США. Украина для нас — важный партнер в этом контексте благодаря ведущей роли, которую она играет в регионе, а также ее активному участию в международных операциях и организациях, ее вкладу в безопасность в мире.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 17 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно