«Сидеть всю жизнь? Лучше расстреляйте меня». Уже месяц в винницкой тюрьме №1 голодает пожизненно заключенный, требующий пересмотра дела или своей смерти

05 ноября, 2004, 00:00 Распечатать Выпуск № 45, 5 ноября-12 ноября 2004г.
Отправить
Отправить

Инспектор обратился к заключенному: — Хорошо ли вас кормят? — Да. Вероятно. Не знаю. Но это неважно....

Инспектор обратился к заключенному:

— Хорошо ли вас кормят?

— Да. Вероятно. Не знаю. Но это неважно. Важно, и не только для меня, несчастного узника, но и для властей, творящих правосудие, и для короля, который нами правит, чтобы невиновный не стал жертвой подлого доноса и не умирал под знаком, проклиная своих палачей...

Александр Дюма,
«Граф Монте-Кристо»

Виктора Велыкого осудили к пожизненному заключению по обвинению в преднамеренном убийстве с отягчающими обстоятельствами девять лет назад. Вернее, осудили к высшей мере наказания — расстрелу. Но на смертную казнь как раз наложили мораторий, и Велыкий стал одним из первых, кому «вышку» заменили пожизненным заключением. Тогда ему было 25 лет, сейчас — 34. Все эти годы он не уставал добиваться пересмотра своего дела, считая себя невиновным. И себя, и свою уже 10-летнюю дочь, которая, наверное, уже не очень-то и верит в сказки взрослых о том, что ее папа находится в тюрьме на работе — бандитов охраняет. За эти годы Велыкий написал 97 жалоб в разные украинские и международные инстанции. И, вконец отчаявшись, 15 сентября с.г. объявил в знак протеста против незаконного осуждения «мокрую» голодовку.

От него сразу перевели в другую камеру сокамерника и на следующий же день разрешили посещение матери, чтобы та упросила сына прекратить голодовку. И даже пообещали пересмотреть дело. Но заключенный решил голодать до вынесения конкретного решения. За три недели «диеты» в виде 2-3 литров кипяченой воды Велыкий потерял 17 кг, и с 5 октября его стали кормить принудительно — через зонд...

Возможно, кто-то скажет, подумаешь, нашли зэка-страдальца. Такие заслуживают то, что имеют. Да и «вышку», мол, по ошибке не дают. В это просто хочется верить. Даже зная, что, если европейские суды выносят 15—17 процентов оправдательных приговоров, американские — 23—25, то наши суды первой инстанции — не больше процента. Который, собственно, только и отделяет наше судопроизводство от Особого совещания, где этот процент вообще равнялся нулю.

…Виктора Велыкого с еще двумя виннитчанами задержали 22 июня 1995 года по подозрению в подстреле. Раненый умер в больнице через 11 дней. Но...

— После ознакомления с делом я пришел к выводу, что настоящий убийца оставил большое количество следов, которые не принадлежали никому из осужденных по этому делу, — объяснил «ЗН» адвокат Сергей Габрук. Он, кстати, ведет это дело только в течение последнего года, когда от него отказались все другие защитники.

— Имеется масса просто вопиющих фактов. В частности, потерпевший жил еще 11 суток и не указывал ни на Велыкого, ни на других осужденных по этому делу. Потом его как выздоравливающего перевели из одной городской больницы в другую. И там он вдруг через несколько дней умер. Одновременно пропала история болезни, которая не найдена до сих пор. А отпечатки пальцев в материалах дела, по выводам экспертов, не принадлежат ни Велыкому, ни двум другим осужденным, которые тоже отбывают наказание. Правда, они еще смогут выйти на свободу — одному дали 12 лет, второму — шесть. А пожизненно заключенный Велыкий даже помилование сможет просить только через 20 лет...

— К сыну недавно приходили из СБУ, — добавила мать «вечника» Лидия Велыкая. — Оказывается, пистолетом, из которого якобы стрелял Витя, год назад застрелили человека. Это что же получается? Сын уже девять лет как в тюрьме сидит, а у кого-то до сих пор этот проклятый пистолет стреляет...

Перед объявлением голодовки Виктор Велыкий передал адвокату письмо, в котором требует отменить приговор и возбудить уголовное дело против всех чиновников, причастных к расследованию и рассмотрению его уголовного дела.

«Я даю свое согласие на любые методы допросов, — написал он, — мне бояться и терять нечего, я невиновен! Требую справедливости, а если ее нет, то требую как исключение — расстреляйте меня! Я не хочу жить в этом «гуманном скотстве», которое вы создали...»

Напомню, что пожизненное лишение свободы как вид наказания введено Украиной после отмены (по требованию Совета Европы) смертной казни в 2000 году. Согласно ст. 64 Уголовного кодекса Украины, пожизненное лишение свободы устанавливается за совершение особо тяжких преступлений и применяется только в случаях, специально предусмотренных УК, если суд не считает возможным применить лишение свободы на определенный срок. К осужденным к пожизненному лишению свободы не применяется условно досрочное освобождение от отбытия наказания и замена его судом на более мягкое наказание. Через 20 лет преступник имеет право подать прошение о помиловании. Впрочем, никто не гарантирует, что его просьба будет удовлетворена. Просто на основании прошения запрашивается личное дело осужденного, анализируются положительные и отрицательные качества осужденного. За хорошее поведение он может получить дополнительное свидание с родственниками, дополнительную передачу или бандероль…

Отбывают наказание осужденные к пожизненному заключению в Виннице и Житомире.

Только в винницкой тюрьме за решеткой сидят 318 «вечников», на счету которых более 700 жертв, отправленных ими на тот свет. Самому старшему среди них уже за восемьдесят. Преступление совершил тоже в преклонном возрасте: убил четверых своих соседей в доме престарелых. Сидят здесь также киллер, убивший журналиста; солдат, расстрелявший семь человек караула, парень, который убил свою девушку и выточил из ее черепа пепельницу «на память»...

— И вы думаете, что кто-то из них признает себя виновным? — ставит риторический вопрос Михаил Товпыга, заместитель начальника управления Госдепартамента по вопросам исполнения наказаний в Винницкой области.

Служащие УИНа впервые столкнулись с голодовкой, но сомневаются, что она позволит что-то изменить. Впрочем, Михаил Товпыга признал, что после отмены смертной казни подобные дела можно хотя бы проверить. Во всяком случае, Велыкого не расстреляли и осужденный может теоретически доказать свою невиновность. Если, конечно, дело снова возьмется расследовать Генпрокуратура, а Верховный суд, уже признавший Велыкого раньше виновным, изменит свое решение.

Тем не менее журналистов к Велыкому пустили только в самом начале голодовки. Все же режимный объект с повышенным уровнем безопасности, да и случай уж больно непредсказуемый.

— Я не прошу помилования, так как этим автоматически признаю свою вину, — заявил голодающий, которого привели в комнату свиданий в вызывающе ярко-оранжевой униформе (в соответствии с международными нормами) и в наручниках. — Я требую только справедливости. Ко мне приходил заместитель областного прокурора, который пообещал пересмотреть мое дело и, возможно, отправить на доследование. Откровенно говоря, это из области фантастики, я в это не верю.

— Зачем же тогда голодать?

— А вы бы смогли так жить? Мало того, что меня осудили ни за что, так еще, зная это, приговорили к расстрелу. Хотя... Лучше бы меня расстреляли... Да, я ничего не изменю, но, возможно, удастся привлечь внимание к тому, как у нас осуждают невиновных. Да, я требую возбуждения уголовного дела против судьи, против прокуроров, которые вели мое дело. А если справедливости не будет, то я лучше умру, чем буду сидеть всю жизнь ни за что!

— Вы специально объявили голодовку накануне выборов?

— Я в курсе, что происходит по ту сторону решетки: читаю газеты, в камере есть телевизор. Но политикам я не верю, нет. Я долго вынашивал идею голодовки и объявил ее, когда почувствовал себя готовым.

— Но вы хотя бы интересовались, сколько человеческий организм может выдержать без пищи?

— Да, три-четыре месяца...

А пока, по словам Габрука, прокуратура уже месяц изучает дело Велыкого. Но ответа нет.

По наблюдениям психологов, абсолютное большинство невинно осужденных рано или поздно смиряются с судьбой. Лишь у единиц хватает духу бороться за свою свободу, несмотря на всеобщее равнодушие, и писать письма, которые остаются без ответа. Велыкий не смирился, но, похоже, устал бороться. И просто пытается теперь умереть в тюрьме единственно возможным для себя способом.

А мне почему-то кажется, что даже европейская Фемида, получись у Велыкого достучаться до нее, вряд ли бы изменила что-то в этой истории. Европейский суд, увы (или аж), только раз вступился за украинских заключенных, признав в 2003 году факт грубого нарушения прав шести смертников. И даже присудил выдать каждому денежную компенсацию за моральный ущерб в размере 2—3 тысяч евро. Но тогда речь шла об условиях содержания смертников в украинских тюрьмах, не соответствующих Конвенции о защите прав и свобод человека. После чего Департамент по исполнению наказаний значительно улучшил условия содержания приговоренных к высшей мере.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК