Письмо турецкому другу

26 апреля, 2013, 18:05 Распечатать Выпуск № 16, 26 апреля-17 мая 2013г.
Отправить
Отправить

Геноцид не имеет срока давности, точно так же как никогда не потускнеет народная память.

Письмо турецкому другу
Группа армян, депортированных из Зейтуна в Мараш в мае 1915 г. Через полчаса после фотосъемки турки зарезали и сожгли всех. Губернатор стоит в верхнем ряду.

24 апреля минуло 98 лет со дня начала одной из самых ужасных трагедий в истории человечества - массовой депортации армян с их исторических земель, входивших тогда в состав Османской империи. После кровавых погромов, прокатившихся по стране в 1915 г. во время Первой мировой войны, а также нападений на группы беззащитных беженцев во время правления младотурок погибло приблизительно 1,5 миллиона невинных людей, преимущественно женщин, стариков и детей. В истории человечества это был едва ли не первый случай спланированного злодеяния государства против собственных граждан по этническому признаку - преступления, со временем получившего название "геноцид". В течение нескольких месяцев целый народ, который веками жил на своей земле, лишили родины. Ужасная практика массовых выселений будет взята на вооружение сначала немецкими нацистами, а затем и сталинской репрессивной машиной.

Волны этого невиданного в то время бедствия докатились и до Украины. В своем архиве я храню копию распоряжения руководителя тогдашнего правительства УССР Христиана Раковского о предоставлении неотложной помощи и трудоустройстве тысяч беженцев - "турецких армян", в поисках спасения оказавшихся на украинской земле. Именно от них, кстати, Павел Тычина научился в Харькове армянскому языку, а его коллеги, армянские писатели, при встрече все удивлялись, почему это их украинский побратим разговаривает с западноармянским акцентом...

Накануне этой печальной даты ко мне в руки попал ереванский еженедельник "Гракан терт" ("Литературная газета") с публикацией известного армянского писателя Левона Ананяна под названием "Письмо турецкому другу", которая меня глубоко взволновала и как литератора-арменоведа, и как дипломата, более десятка лет проработавшего послом Украины в Армении. Эти преисполненные боли строки не могут оставить равнодушным ни одного честного человека. Тем более нас, украинцев, прочувствовавших на себе то глухое безразличие, которым иногда пытается отгородиться от нас мир и даже некоторые ближайшие соседи, когда речь идет о признании и осуждении страшного Голодомора 1932–1933 гг. в Украине. Вспомнилось, с какой надеждой несколько лет назад мы, аккредитованные в Ереване иностранные дипломаты, следили за беспрецедентным шагом президентов Армении и Турции, решивших строить свои отношения с чистого листа, преодолеть пропасть взаимных оскорблений и обвинений и открыть, наконец, армяно-турецкую границу для своих граждан. Надеялись, что, в конце концов, ветер перемен затронет и эту болезненную тему. Свою поддержку упомянутой инициативе в своем заявлении высказало также внешнеполитическое ведомство Украины. Ведь мы, можно сказать, соседи как с одной, так и с другой страной, с обеими у нас хорошие отношения. Отсюда и наша особая заинтересованность в укреплении атмосферы добрососедства в регионе. Тем более что и армяне, и турки, как и мы, украинцы, заявляют о своем будущем в объединенной Европе.

Но в который уже раз добрые намерения двух государственных деятелей натолкнулись на камень взаимного недоверия и подозрений. Подписанные министрами иностранных дел Армении и Турции Цюрихские протоколы так и не были парафированы парламентами обеих стран. И вот в этом открытом письме, что очень важно, я увидел еще одну попытку - армянина и турка - на сугубо личном уровне подать друг другу руку, "выбросить в корзину для мусора накопленные в течение многих лет обиды и ненависть", попытаться понять друг друга. (Важно отметить, что делают это писатели, которые хорошо знают: слово может не только ранить, но и лечить глубочайшие раны.) Хотя дается это, откровенно говоря, нелегко. Это чувствуешь, когда читаешь письмо. Но все равно важно продолжать диалог, который, надеемся, сможет перейти в мирную беседу двух соседей, сумевших перевернуть одну из самых черных страниц общей истории. Нам, украинцам, хотелось бы в это верить.

Александр БОЖКО,
Чрезвычайный и Полномочный Посол Украины, писатель

ПИСЬМО ТУРЕЦКОМУ ДРУГУ

Мы познакомились случайно, в дни международного литературного фестиваля. Во время разговора выяснилось: ты - писатель турецкий, я - армянский. Тогда (да и во время последующих встреч) я многое не успел тебе сказать, и невысказанные слова комом застряли у меня в горле, потому и пишу это письмо - как обращение, как призыв к разговору. Хочу избавиться от желчи, накопившейся в душе, выбросить в корзину для мусора накопленные в течение многих лет обиды и ненависть, которые входят в каждого армянина с первым глотком материнского молока и покидают его с последним дыханием... Уже 98 лет мы смотрим на сегодняшний день сквозь призму пережитого, но должны найти в себе силы освободить свое будущее от ужасов прошлого.

Ты уже знаешь, что моя фамилия Ананян. Его этимология такова: "ан-Ани-ян", где "ан" означает "без", то есть "армянин, оставшийся без Ани". В 1319 г. мои предки покинули город Ани - свой престольный град тысячи и одной церкви, одиннадцатую по счету столицу Армении, разрушенную невиданным землетрясением, и стали беженцами; после продолжительных скитаний они осели в селе Кохб на северо-востоке Армении. История нашего рода идет от армянских Багратидов вплоть до моей крохотной внучки Ани; и я при любой возможности пытаюсь хотя бы краешком глаза заглянуть за колючую проволоку закрытой армяно-турецкой границы и отыскать взглядом руины отчего дома... с помощью бинокля. И каждый раз завидую беззаботному курдскому чабану и таким же беззаботным его овцам под полуразрушенными стенами Ани...

Нет, ты меня, видимо, неправильно понял. Это чадная ностальгия, которая разъедает гены наций и называется по-французски force majeure, а вовсе не жажда мести, которая вот уже девять десятилетий во сне и наяву бередит души потомкам полутора миллионов жертв геноцида армян (по законам естественного воспроизводства сегодня их стало бы пять миллионов) и стольких же изгнанников, нашедших приют в разных уголках Земли и ожидающих восстановления справедливости.

Ради Бога, только не повторяй заезженный турецким официозом рефрен о том, что, дескать, в 1893–1923 гг. никакого геноцида не было, а были только досадные погромы, и что (неприкрытый цинизм!), воспользовавшись беспорядками в годы Первой мировой войны, армяне сами взялись убивать "беззащитных" турок... И что выяснение истины следует оставить комиссии историков.

История давно уже вынесла свой приговор: тонны документов, фотографий, жуткие свидетельства очевидцев - как армян, так и иностранцев, разрушенные и уничтоженные города и села, превращенные в пустыню цветущие земли и в мечети - тысячелетние церкви...

В сирийской пустыне Тер-Зор до сих пор еще режет людям глаза фосфор отбеленных солнцем и ветрами костей незахороненных страдальцев-армян...

Собранные
в сирийской пустыне Дер-Зор армянские сироты
(в центре Давид Адамян), 1919 г.
Собранные в сирийской пустыне Дер-Зор армянские сироты (в центре Давид Адамян), 1919 г.

Миру хорошо известна неопровержимая историческая истина - известна она и Эрдогану, и Обаме, и, я уверен, тебе также. И это отнюдь не тайна для госсекретаря США, который в минуты откровения сокрушенно вздыхал: "К сожалению, в дипломатии государственные интересы часто важнее правды". Знают истину и американский Конгресс, и сенат, которые каждый раз пускают пыль в глаза, устраивая аморальный политический торг: вносить вопрос признания геноцида в повестку дня или нет, держа в напряженном ожидании целый народ... Лукавая, двоедушная, лицемерная игра...

Но оставим традиции маскарада в позднем Средневековье и отбросим эту жалкую комедию театра марионеток, когда в Ване с единственной целью, замылить европейцам глаза, восстанавливается церковь Святого Креста – без креста и литургии, когда в кафедральном соборе Ани совершается намаз. Разве это не издевательство над страной, которая первой в мире (301 г. н.э.) приняла христианство в качестве государственной религии! Сегодня пришло время называть вещи и явления своими именами, не рассуждать о нравственности, а жить по моральным принципам. Именно эта концепция заложена в основу Конвенции о предупреждении преступления геноцида и о наказании за него (1948 г.). Под которой, кстати, стоит подпись и Турецкой Республики. Документа, словно составленного на горьком опыте геноцида армян.

Группа людей (среди них Арутюн Овакимян), достающих из земли
останки армянских жертв. Пустыня Дер-Зор, Сирия, 1938 г.
Группа людей (среди них Арутюн Овакимян), достающих из земли останки армянских жертв. Пустыня Дер-Зор, Сирия, 1938 г.

Но не ради известных тебе азбучных истин пишу я это письмо. Несколько месяцев назад, приехав в Ереван по моему приглашению, ты спросил:

- Насколько же глубока ненависть в душе армянина - неужели в цивилизованном
XXI веке можно жить трагедией прошлого, тогда как у вас уже есть и независимость, и такая прекрасная столица?

Твой вопрос сродни удивлению, высказанному корреспондентом газеты "Гурриет":

- Как такое может быть, что гора Арарат расположена на чужой территории, а все армянские поэты воспевают ее как свою священную гору?..

Я ответил ему:

- Арарат - в самом нашем естестве. Он, наверное, и есть наше естество, и никто не может отобрать его у нас. Арарат - наше национальное самосознание, символ нашего возрождения. А если по-честному, то Луна тоже не принадлежит вам, но она красуется на турецком флаге, словно кривой ятаган...

Я знаю одну непреложную истину, которая передается из поколения в поколение. Знаю ее наизусть, как древние (405 г. н.э.) армянские письмена. Ее знают все армяне - от простого крестьянина до президента страны. Геноцид не имеет срока давности, точно так же как никогда не потускнеет народная память. А сегодня вы поучаете нас: надо, дескать, забывать прошлое.

Забыть полтора миллиона невинных жертв и караваны беженцев, чьи потомки мечтают когда-то вернуться на свою историческую родину? Забыть Варфоломеевскую ночь 24 апреля 1915 г., когда топор ксенофобии одним ударом отрубил голову западноармянской интеллигенции: Сиаманто, Даниэл Варужан, Рубен Севак, а со временем Григор Зограб - блестящие писатели, борцы за европейскую культуру... Забыть свидетельства священнослужителя, очевидца резни Григориса Балакяна, автора "Армянской Голгофы" (1924 г.), тема которой обозначена уже в самом названии?

Забыть чуткость и сочувствие арабского народа, который поселил у себя чудом спасшихся армян, разделил с ними свой кусок хлеба?

Забыть великого норвежского гуманиста Фритьофа Нансена, который согласно решению Лиги Наций (1924 г.) выдал "нансеновские паспорта" - удостоверения гражданина мира - 320 тысячам лишенных Родины армян, скитавшимся под чужим небом? Забыть австрийского писателя Франца Верфеля, который описал в своем романе "Сорок дней Муса-дага" отчаянную, героическую оборону беззащитного армянского населения против регулярной турецкой армии?

Забыть дерзкое наставление Адольфа Гитлера, благословлявшего своих солдат на еврейские погромы: "Смело беритесь за дело все, кто сейчас помнит об армянской резне"? Да разве все перечислишь!

Помню, в детстве, когда я простужался и кашлял, бабушка Ануш, воплощение доброты и чуткости, сразу говорила: "Не болей, мой мальчик, - пусть лучше кашляют турецкие дети".

Как-то я спросил: "Что плохого нам сделали незнакомые турецкие малыши, за что ты их всегда клянешь?" Бабушка, которая не видела геноцида, молча опускала глаза, но однажды, в очередной раз накормив нищего Миграна, забредшего в нашу деревню из Трапезунда, открыла мне жуткую истину. Мигран был такой худющий, что ему даже имя сократили - называли "беженец Мран". И я узнал, что он прошел все круги геноцидного ада: в 1915 г. у него на глазах жестоко убили жену и шестерых детей, потом выстрелили в него, ограбили и подожгли дом...

Сосед-курд спрятал тяжело раненого Миграна у себя на чердаке, выходил его, а летом отвел беднягу на высокогорные пастбища - словом, спас ему жизнь.

Я и сейчас вижу перед собой "беженца Мрана": худого - кожа да кости, с нищенской сумкой через плечо, его ладанку, в которой он хранил пепел родительского дома, слышу его осиротевший диалект:

- Хлебушка кусок, Христа ради...

По его морщинистому лицу текут ручейки слез, и вместе с ним вздрагивает и плачет Ванское море - где-то далеко.

Если бы можно было уйти от соседа-грабителя, мой народ давно бы бросил пожитки, свои культурные реликвии и... отправился бы куда глаза глядят. Но страна не квартира, ее нельзя поменять на другую.

Если бы вы знали, какое это мучение - каждое утро видеть Арарат, словно открытую рану, и вспоминать, вспоминать... Вы бы, наверное, развалили эту гору бульдозерами, перенесли ее в другое место или сравняли с землей...

Если бы... Однако история не знает условного наклонения.

Как-то на одном из турецких сайтов правозащитник Эроз Эолкорай высказал интересную мысль: почему геноцид армян остается политическим табу, если современная Турция в лице ее основателя Кемаля Ататюрка не несет ответственности за преступления, совершенные младотурками в Османской империи?

В самом деле, почему?..

Он называет три причины, которые дают основания считать сегодняшнюю Турцию связанной с Османской империей единой пуповиной.

Первая - программа "Турция - туркам", согласно которой Анатолия была очищена от армян, греков, евреев, христиан и других "нетурецких элементов". По мнению Эолкорая, на этой земле за последние 98 лет осуществлен десяток актов геноцида, четыре из которых пришлись на курдов, а самым массовым и спланированным был геноцид армян.

Вторая причина связана с войной, финансовым источником которой, кроме предоставленных большевистской Россией золота и оружия, послужили захваченные имущество и богатства армян.

И третья - в геноциде армян принимали участие преступники, чьи руки были по локоть в крови невинных жертв, преступники, входившие в руководство новообразованной республики. Вот почему нынешнее государство, наследник Османской Турции, срывает сегодня все попытки решить вопрос.

Это говорю не я - это говорит объективный турецкий правозащитник, добавляя при этом, что у Tурецкого государства есть только один выход из тупика - покаяться. А иначе каждый раз при упоминании о геноциде армян оно будет терять здравый смысл, впадая в состояние, близкое к сумасшествию. А сумасшедшее государство со своими псевдодемократическими лозунгами никогда не получит постоянной прописки в Евросоюзе, если даже будет стучаться в его двери двумя руками и ногами...

Немцы нашли в себе мужество признать еврейский Холокост, россияне через 70 лет признали польскую Катынь. Очередь за вами. Не затягивайте с ратификацией армяно-турецких протоколов, инициатором которых стал президент Республики Армения Серж Саргсян.

Но оставим политику политическим и государственным деятелям. Мы писатели, и наша обязанность - пером и словом сближать наши общества, убеждать в том, что признание геноцида армян не унизит, а наоборот, возвысит турецкую нацию. Ведь пока в каждом из нас не произойдет Нюрнберг над организаторами армянского геноцида, мы, оправдывая или замалчивая это преступление, невольно становимся соучастниками тех, кто его совершил.

На презентации своей книги ты говорил о преодолении порогов. Произносил красивые слова. Сказал, что пороги существуют также между народами и странами, но они должны служить не препятствием, а пропускным пунктом. Армяно-турецкая граница пока закрыта, и тебе пришлось преодолеть большое расстояние, чтобы добраться из Анкары в Ереван, а ты хотел прибыть прямой и короткой дорогой, как тот путь от сердца к сердцу, который воспевается и в турецких, и в армянских народных песнях. Ты сказал, что иногда пороги бывают охвачены огнем, и если медлишь их переступить, то промедление может перейти в болезнь. Но для того чтобы переступить порог, нужна открытая дверь, а вы наглухо затворили все двери - души, родного очага и страны...

Одно неоспоримо: если завтра геноцид армян признают США, а за ними и другие страны, притворяющиеся глухими и немыми, тогда за стол переговоров сядут армяне и турки, и именно турецкому обществу будет принадлежать право последнего слова.

В некогда глухой стене отрицания очевидных фактов уже появились трещины. Геноцид публично признали лауреат Нобелевской премии Орхан Памук, выдающийся историк Танер Акчам, издатель Рагип Зараколу... А еще сотни других смельчаков, которые не желают жить с ложью и фальшью в душе.

Убийство Гранта Динка потрясло мир (многое ли изменилось со времен беженца Миграна!). И в день его похорон у вас спонтанно возникло общественное движение "Я Динк, я армянин".

В 2010 г. на одном из стамбульских вокзалов, откуда в 1915-м началась насильственная депортация армянской интеллигенции, была организована демонстрация протеста и шествие с зажженными свечами. А недавно турецкая интеллигенция инициировала в Интернете сбор подписей за признание геноцида армян.

Диалог уже начат, и осудить преступление требуют множество голосов общественности. И - еще один голос. Твой голос. Во имя исторической правды. Во имя тех, кто не осквернит свои уста проклятием. Во имя тех, кто придет и унаследует бремя Истории и вызовы Будущего с чистой совестью и чистыми руками. Во имя наших детей, которых согревает одно и то же солнце, - независимо от национальной принадлежности, цвета кожи, языка и морального выбора.

С армянского перевел

Александр БОЖКО

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК