Испытание совести

19 октября, 2018, 17:14 Распечатать Выпуск №39, 20 октября-26 октября

Галич входил в обойму известных советских драматургов, киносценаристов и поэтов.

19 октября исполнилось 100 лет со дня рождения Александра Галича, нашего земляка, уроженца Екатеринослава (сегодня Днепр). 

Безусловно, он был знаковой фигурой второй половины ХХ в., хотя сейчас немногие из молодых людей знают о нем. "Поворот общественного сознания часто выбирает себе отдельных лиц как своих выразителей, вдохновителей. Таким типичным — и точным — отобразителем интеллигентского понимания и настроения в СССР в 60-х годах стал Александр Галич", — писал о нем Александр Солженицын.

А.Галич входил в обойму известных советских драматургов, киносценаристов и поэтов. До войны он занимался в студии драматурга Алексея Арбузова. По здоровью (врожденный порок сердца) в начале советско-германской войны его не взяли в армию. С 1942-го вместе с театральной труппой А.Галич выступал на фронте вплоть до окончания войны. Очень скоро Галич стал известным драматургом и сценаристом, участвовал в создании многих фильмов. Десять его пьес поставлено большим количеством театров и в СССР, и за рубежом.

Но в начале 1960-х Галич неожиданно стал писать песни. В его жизни произошел невероятный поворот: из человека, нашедшего свое место в Системе, он стал настоящим борцом с ней. "Я был благополучным сценаристом, благополучным драматургом, благополучным советским холуем. И я понял, что я так дальше не могу. Что я должен наконец-то заговорить в полный голос, заговорить правду…", — вспоминал Галич. Его едкие, сатирические, иногда лирические, но всегда яркие песни всегда точно били в цель. 

Постепенно поэт пришел к идее духовного, жертвенного служения правде через свое творчество и стал рассматривать его как миссию, подобную пророческой. Путь Галича можно сопоставить с судьбой древнееврейского пророка Исайи, который был для Александра Аркадьевича этическим ориентиром. Он прошел путь от богоотрицания и богоборчества к обретению веры в Высшую истину. 

Мне очень повезло. Начиная с седьмого класса, я был убежденным антисоветчиком: уже читал самиздат и тамиздат. Ну и, конечно, мы с друзьями слушали песни Галича. Качество записей было ужасным: мы скорее догадывались, чем слышали, о чем там идет речь.

Но тогда мы еще не понимали истинного значения Александра Галича. И считали его скорее публицистом, нежели поэтом. Однако нутром чувствовали в нем большую величину. Он первый сравнил Бутырку и Треблинку, и это произвело на нас колоссальное впечатление и способствовало демифологизации советской эпохи в наших душах…

Галич, несомненно, был большим поэтом. И можно целиком и полностью согласиться с Юлием Кимом, который как-то заметил, что Галич воплощает собой драматурга среди бардов, его песни насквозь театральны, насквозь драматургичны. Многие из них являются ничем иным, как мини-пьесами. Не зря сам автор зачастую называл их балладами. 

Он нашел и тему, и форму для себя. И остался верен и этой теме, и этой форме навсегда. 

В одной из моих любимых песен "Принцесса с Нижней Масловки" просто потрясающее сочетание сатиры и лирики. Фоном проходит "демократическая шушера, не признающая принцесс". А главная героиня противостоит им лишь тем, что она не такая, как они. Быть особенной, не такой, как все, — одно из самых ненавистных вещей для "демократической шушеры".

К сожалению, газетная площадь не дает возможность рассказать обо всех песнях. Тут и "Бессмертный Кузьмин", "Еще раз о черте", "Мы похоронены где-то под Нарвой", "О теще из Иваново" (а также произведения, написанные от лица идиота "Клима Петровича Коломийцева"), да и многие другие, как мне кажется, навсегда вошли в фонд мировой культуры. 

Самые известные, пожалуй, строки Галича вот эти:  

"И все так же, не проще, 

Век наш пробует нас

Можешь выйти на площадь,

Смеешь выйти на площадь…

Смеешь выйти на площадь…

Можешь выйти на площадь,

В тот назначенный час".

Как ни странно, строки эти, написанные в 1968 г., стали актуальными не только для ХХ в., но и для нашего столетия. 

Два украинских Майдана, когда миллионы людей совершенно неожиданно, иногда даже и для себя, вдруг поняли, что они могут и смеют, а главное, хотят выйти на площадь. И эти два Майдана, как это не было невероятно, закончились победой. Когда я всматривался в их лица, особенно людей старшего поколения, можно было с уверенностью сказать, что их вдохновляли, среди прочего, также и эти строки Александра Галича.

Кстати, история песни "Петербургский роман" весьма интересна. Она была написана в двадцатых числах августа 1968 г. в Дубне, в санатории, где находился в этот момент поэт. К нему приехали друзья и с ужасом сообщили, что советские танки вторглись в Чехословакию. Среди них был и Лев Копелев.

Галич переписал текст песни. А на следующий день Копелев уехал домой, в Москву, и к нему пришли родственники, среди них и его зять, Павел Литвинов.

Когда Копелев прочитал текст песни, Литвинов, странно усмехнувшись, сказал: "Да, актуальная песня". А на следующий день Литвинов вместе еще с шестью смельчаками вышли на Красную площадь в знак протеста против оккупации Чехословакии.

И еще о нравственных постулатах Галича. Он первым вывел формулу: "Граждане! Отечество в опасности. Наши танки на чужой земле!". Понимания этого не было у депутатов Госдумы, которые единогласно одобрили оккупацию Крыма, да и у большинства жителей России (далеко не всех, разумеется).

Когда-то мой незабвенный учитель литературы Эдуард Бабаев заметил: "Важный признак таланта поэта —  полногласие". Например, "мальчишек радостный народ, коньками звучно режет лед".

У Галича есть много подобных примеров:  

"Время сеет ветры,
мечет молнии,

Создает советы и комиссии,

Что ни день —
фанфарное безмолвие

Славит многодумное безмыслие".

Вообще песни и стихи Галича можно сравнить с добротной кладкой при строительстве. Каждое его слово точно, каждый образ ярок и убедителен:

"Глотай своего якобинства опивки".

"Где только и счастья, что нету погони". 

"Мы не забудем этот смех,
и эту скуку. 

Мы поименно вспомним всех,
кто поднял руку".

…Александр Аркадьевич не был похож на других бардов. Хотя, по его собственным словам, его подвигнуло на написание песен творчество Булата Окуджавы. Но Галич пошел своим путем. Пожалуй, единственный, кто писал стилистически подобные песни, был Юлий Ким. А Окуджава, Юрий Кукин, Юрий Визбор, Евгений Клячкин и другие исполнители авторской песни разительно отличались от Галича. Их можно было переписывать, исполнять со сцены...

 "Думаю, никто из российских бардов не подходил так, как Галич, именно для массовой популярности, для самой широкой аудитории, но ему в этой аудитории было отказано. Тут сплелись факторы объективные и субъективные, но собственной его вины здесь, я думаю, не было никакой. Его песни не получили такого распространения, во-первых, из-за своей сложности и даже, пожалуй, виртуозности, а главное, за них уже можно было серьезно пострадать", — писал Дмитрий Быков.

Основная трибуна Галича — это кухни интеллигенции, а также магнитофонные записи. Единственный раз он выступил на сцене — 8 марта 1968 г. в Новосибирске в клубе ученых. Но кончилось все большим скандалом, разгромными статьями в прессе. И больше уже никто не рисковал приглашать Александра Аркадьевича выступать.

…Поначалу Галичу многое прощалось. Но постепенно становилось ясно, что новоявленный бард является непримиримым борцом с Системой. Вначале убрали из театральных репертуаров пьесы, закрыли доступ для выезда за границу; его имя исчезло из титров старых, ставших в какой-то мере классическими, советских фильмов. В 1972 г. А.Галича исключили из Союза писателей и Союза кинематографистов. Началась настоящая травля, которая привела уже к третьему инфаркту… 

А 25 июня 1974 г. поэта вынудили эмигрировать из страны. В октябре того же года Главлит запретил в СССР все его ранее изданные произведения. 

Первым пристанищем изгнанника стала Норвегия. Александр Аркадьевич уже бывал здесь, будучи "в обойме". Ему нравилась эта страна, но для полноценной жизни она ему не подходила. Затем был переезд в Мюнхен, где некоторое время А.Галич работал на радио "Свобода". 

Однако потом диссидент переехал в Париж. Надо сказать, что за границей поэт творил очень мало. Очевидно, полноценной средой его обитания все же был Советский Союз, который давал ему, пусть и в негативном смысле, источники творчества.

15 декабря 1977 г. поэт погиб от удара электрическим током при подключении антенны к телевизору. Есть разные версии его смерти. Некоторые (в том числе и его друзья) утверждают, что это был несчастный случай.  В частности, так считает выдающийся художник и скульптор Михаил Шемякин. Я далек от всяких конспирологических теорий, но, зная "кроткий" нрав советских и российских спецслужб, вполне допускаю и другую версию — Галич был убит. 

Если говорить об актуальности Галича в наши дни, то можно согласиться с постулатом Дмитрия Быкова о том, что "Родине же отдельное спасибо за то, что уж чему-чему, а вечной актуальности и даже бессмертию лучших стихов она сама способствует…". Согласен с тем, что Александр Аркадьевич актуален, и Юлий Ким: "Каждая его серьезная вещь пронизана пафосом испытания совести. А это испытание происходит во все эпохи и со всеми людьми".

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №19, 25 мая-31 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно