ЗУБЫ В КОШЕЛЬКЕ

20 июля, 2001, 00:00 Распечатать Выпуск №27, 20 июля-27 июля

Думаю, у каждого из нас навсегда осталось в памяти счастливое детство с неизменно жужжащим шнуром ...

Думаю, у каждого из нас навсегда осталось в памяти счастливое детство с неизменно жужжащим шнуром бормашины и врачом, приветливо постукивающим чем-то металлическим по зубу, который тут же взрывался тысячами острых иголок. А когда в школе проходила всеобщая санация зубов, то в туалетах появлялась протестующая надпись: «Садисты, перестаньте нас мучить!»

Пришли новые времена, и навсегда исчезли (по крайней мере, в Киеве) старушки-бормашины «со шнуром», работавшие со скоростью токарного станка (30 тыс. оборотов в минуту). Дантисты перешли на турбины (300 тыс. оборотов), что позволяет не налегать на зуб отбойным молотком, а обрабатывать его чуть дотрагиваясь.

Появились новые анестезирующие средства — тот же лидокаин, пришедший на смену новокаину. И если удалить зуб можно довольно просто (случается, даже детишки легко переносят удаление), то «вставить» — часто проблема из проблем. Причина — низкое качество отечественных материалов, используемых для пломбирования и протезирования зубов. Например, наша цементная пломба, после укоренения в авитаминозном зубе, держится от силы шесть месяцев, и далее все повторяется сначала: острая боль, поход в поликлинику за талоном, зубоврачебное кресло...

Используемые ныне материалы для пломб отличаются от прежних примерно так же, как туфли от валенок. На смену цементам (два часа не есть, цветного не пить, за улыбку — расстрел) пришли подбираемые в цвет композиты. Если современная стоматология и рекомендует цементы, то — стеклоиномерные. У них такой же, как у зуба, коэффициент расширения, они выделяют лечебный фтор, прочно сидят, не говоря уже о косметических достоинствах.

В Киеве около полусотни стоматологических фирм, работающих исключительно на импортном оборудовании. Ни в одну из них не нужно ехать за талончиком, нет очередей, не требуется никакого блата. Все просто как мычание — приходите, укрепляйте свое здоровье и получайте голливудскую улыбку. Медицина вообще лечит настолько, насколько оплачивается: лучший анестетик — ультракан в капсулах (не содержащий, в отличие от отечественных, никаких консервантов) стоит даже крупным оптом 12 долларов за ампулу.

Разумеется, стоматологические новинки не проникли еще во все поры нашей жизни, во всяком случае, районные поликлиники стойко обходятся без них. К тому же очень многим людям остается лечить свои больные зубы разве что заговорами, на другое просто нет средств.

Стоматологическая одиссея

 

В районные суды Киева только за пять месяцев этого года поступило двадцать шесть исковых заявлений от лиц, пострадавших от некачественных стоматологических услуг. Читаю некоторые из них...

Виктор Василенко протезировался у врача Лидии Приступы в стоматологическом кабинете «Оптима» на Левом берегу. «Познакомился с этим врачом через добрую знакомую, которая рекомендовала Лидию Васильевну как лучшего протезиста Киева... Деньги в сумме 820 долларов выплатил в самом начале... Квитанцию не потребовал, т.к. поверил врачу изначально... Врач работала хорошо, и через месяц зубы из металлокерамики уже стояли во рту... Ровно через 21 день мост отвалился... Лидия Васильевна не захотела бесплатно исправить свою ошибку и снова потребовала денег...»

Галина Чайка лечилась в клинике «Стомато-люкс» у врача Екатерины Зелениной. «Замечательный врач... Деньги вперед... Мост отвалился вечером, и я его вынула, т.к. испугалась, что ночью проглочу... Екатерина Ионовна принять меня бесплатно отказалась...»

Алексей Карпенко лечился в стоматологическом кабинете по ул. Тампере, 11-а у врача Инны Косминской. «Я заплатил Инне Нигоосовне 800 у.е., но она не выдала никаких документов или квитанций... 4 марта 2001 года передняя часть протезов из металлокерамики выпала, а боковые остались стоять... Много дней обращался к Косминской И.Н. с просьбой принять меня, но она отвечала отказом... Когда я потребовал вернуть мне деньги, то Косминская И.Н. вызвала охрану и сказала: «Выведите его, он хулиганит...»

Станислав Славинский лечился в клинике «Стоматология-Оптима» у врача Ирины Славко. «Этого стоматолога-протезиста я нашел не по рекламе в газете, а лично знал мужчину, которому она поставила замечательные челюсти... Деньги в сумме 1000 (тысяча) у.е. я вручил лично, но при этом, к сожалению, квитанцию не попросил... Челюсть выпала скоро, ношу ее вот уже три месяца в кармане, т.к. Ирина Ивановна Славко ничего бесплатно не делает и не переделывает...»

Аналогичных исковых заявлений много, люди возмущены, требуют защиты. Поэтому начинаю журналистское расследование и выбираю один из адресатов.

Беседую со Сталиной Вольской. Ее дети давно хотели, чтобы мама привела свои зубы в порядок. Наконец, деньги на протезирование собраны, и Сталина Ивановна через свою хорошую приятельницу знакомится в клинике «Порцеляна» с врачом Еленой Криштаб, узнает, что она замечательный стоматолог — даже стажировалась в Германии и Швейцарии. После осмотра пациентки врач вынесла вердикт: «Хороший рот будет стоить 2400 долларов. Причем деньги надо внести вперед». При этом Елена Сергеевна сослалась на случаи, когда пациент, которому уже поставлены протезы, спускается к машине за деньгами и исчезает навсегда. Она также добавила, что сумма в 2400 долларов за столь качественную и объемную работу — сущий минимум, что другие протезисты берут в два, а то и в три раза дороже. Дескать, только для вас делается такая скидка. Вольская тут же вручила Криштаб все деньги, после чего в течение трех месяцев зубы проходили обточку, удалялись нервы, пломбировались каналы, устанавливались штифты...

Было это в марте 1997 года. Протезы наконец установлены, работа завершена. Но через месяц верхний протез стал подвижным, его пришлось снять, а за его новую установку врач потребовала дополнительную оплату. «Но ведь протез простоял всего месяц, а вы гарантировали 8—10 лет», — робко возразила пациентка. И тогда Елена Сергеевна щедро («Только для вас, дорогая Сталина Ивановна!») согласилась поставить протез за сущий пустяк — 100 долларов США. Началась работа. Врач решила уменьшить десну и лазером срезала часть ее. Три недели шло заживление и можно себе представить самочувствие пациентки, у которой во рту была зияющая рана. Когда, наконец, верхний протез был установлен, то зуб в центре не доходил на 4 мм до десны и этот дефект был хорошо виден. Но опытный врач убеждала: десна должна опуститься. Сегодня специалисты Киевской городской стоматологической поликлиники в один голос говорят, что десну резать было нельзя — следовало сперва полечить ее электрофорезом, от чего она обязательно уменьшилась бы сама. Так образовался десневой «карман», который «заделать» уже нельзя.

Тем временем зубы подпиливались, пломбировались, лечились. Наконец-то мост поставили на цемент. Но пациентка могла счастливо улыбаться лишь полтора месяца. Мост снова отвалился.

Эта стоматологическая одиссея Сталины Ивановны продолжалась три (!) года — постоянное лечение на кафедре стоматологии медуниверситета и постоянные проблемы с верхним и нижним мостами, с деснами... За все про все ушла куча денег, а главное, сил и нервов. «Жизнь моя превратилась в сплошные хождения по клиникам и боязнь лишний раз открыть рот», — говорит Сталина Ивановна.

В августе прошлого года Вольская снова разыскала врача Криштаб. Она уже не работала в «Порцеляна ЛТД», а являлась директором медицинского центра «Алькомед» (ул. Коминтерна, 15). Мост у Вольской пришлось снять (в который раз!), но уже вместе со штифтами. И началось: заново пломбировались каналы (они уже разгерметизировались), ставились новые штифты... Криштаб любезно сказала Вольской: «Надо опять оплачивать, ведь «Алькомед» не «Порцеляна», а другая организация. Но я могу стоимость работы уменьшить на 20%. Это только для вас». Протез установили, но через полтора месяца он вновь отвалился...

Можно и дальше продолжать эту грустную историю о новых хождениях по стоматологическим кабинетам. Ужасно, но мытарства Вольской с зубами (вернее, без зубов) продолжаются до сих пор.

В «Порцеляне ЛТД» разговаривать со мной не захотели. «Какая Криштаб? Она у нас уже не работает. Где она — мы не знаем». Сама Елена Сергеевна встретиться со мной не захотела. «Если у вашей больной Вольской есть квитанция об оплате за лечение и протезирование, то пусть она обращается в суд и тогда я все деньги выплачу, если же нет — гуд бай!» — сказала мне по телефону директор «Алькомеда» Елена Сергеевна Криштаб.

Главный стоматолог Киева, кандидат мед. наук С.Коломиец и заведующий кафедрой ортопедической стоматологии Киевской медакадемии, профессор, доктор медицинских наук В.Онищенко, осмотрев Вольскую, пришли к выводу: зубы верхней челюсти обточены до такой степени (величина зубов уменьшилась до 1 мм), что мост любой конструкции держаться на них не сможет. Следовательно, помочь Сталине Ивановне уже нельзя.

 

Коммерсанты
в белых халатах

 

О стоматологах-протезистах ходит множество слухов и легенд: об их заработках, об их знаменитых пациентах... Например, у Юрия Левитана — прославленного радиодиктора времен войны и последующих лет — не было ни одного своего зуба? А ведь это чудо стоматологии из фарфора и каучука было сотворено еще в 40-е годы!

Но вернемся к С.Вольской и ее товарищам по несчастью. Как могло так случиться? Почему уважаемый врач в уважаемой клинике ни за что не отвечает? Беседую с опытным протезистом, проработавшим в Киевской городской стоматологической поликлинике 36 лет. (Фамилию он просил не называть: «Стоматологи — народ весьма корпоративный, запросто затравят меня и выгонят на пенсию».)

Вот его рассказ: «Мои коллеги будут, конечно, недовольны, но я скажу, из чего порой делаются заработки. Теперь все стремятся заставить пациента «клюнуть» только на западные технологии, а это не всегда обосновано. Например, делается сложный, «накрученный» протез вместо того, чтобы сделать что-нибудь попроще и подешевле. Сложность работы выгодна врачу, фирме. Не нужна она только пациенту.

Из-за денег мои коллеги готовы ухватиться за любую новинку. Они вовсе не пытаются сохранить зубы, а наоборот — побольше их вырвать. После чего, естественно, можно приниматься за мосты и протезы. Относительно того, что все пациенты, о ком вы рассказали, выбрали врачей добровольно, более того, рвались именно к данному врачу — здесь ларчик открывается просто. Протезист, сделав хороший протез какому-то пациенту и, естественно, получив деньги, предлагает этому человеку: «Вы свои деньги можете получить обратно. С каждого пациента, которого вы приведете, я уплачу вам 20% от суммы, которую этот пациент мне даст». Данный метод рекламы практикуют почти все стоматологические клиники, работающие на дорогом оборудовании и с дорогими материалами.

Что касается мостов и протезов, которые достаточно быстро разгерметизируются и отпадают, то и это имеет простое объяснение. Наш, родной, отечественный цемент в 30—40 раз дешевле, чем стеклоиономерный. Вот и решите, какой из этих цементов врачу выгоднее использовать и почему многие пациенты носят свои мосты и протезы не во рту, а в кармане».

Мы еще долго говорили с этим опытным протезистом. В частности, он рассказал, что из Финляндии стоматологи приезжали к нам стажироваться по удалению зубов. Ведь «у них», где борются буквально за каждый зуб, тренироваться не на ком. А в наших клиниках рвут налево и направо...

Все у нас нелепо, все парадоксально. У нас всегда прав продавец, а не покупатель, как это принято везде в мире. У нас все наоборот. В большинстве случаев невозможно доказать вину врачей, «залечивших» того, кто попал к ним в руки. Так и в данном случае. Судьи вынесли решения: в исках к врачам-протезистам отказать, т.к. нет квитанций об оплате, нет других доказательств их вины.

Эта статья легла на стол начальника Управления здравоохранения г.Киева Романа Макомелы. Вот его комментарий: «Наверное, каждый врач может ошибиться. Но чем выше его профессиональный уровень, тем меньше вероятность такой ошибки. И наоборот. Да и свою лицензию нужно периодически защищать — ведь жизнь не стоит на месте. Таким образом мы смогли бы избавиться от случайных людей в медицине, которых, чего греха таить, еще хватает. И поднять престиж врача-профессионала. Что касается конкретных фактов, изложенных в статье, то могу ответить одно: это ужасное безобразие. Жаль только, что пострадавшие от непрофессионального стоматологического лечения не пришли к нам, не высказали свои жалобы».

Но оказалось, что в руководимое Романом Николаевичем ведомство жалоб на плохое качество медицины приходит на удивление мало. Скорее всего, люди боятся жаловаться на врачей. Ведь случись что — обращаться придется опять-таки к ним.

 

Чтобы не было мучительно больно...

 

Обязательно наступает момент, когда визит к стоматологу становится такой же неизбежной необходимостью, как генеральная уборка квартиры с выбиванием ковров. Очень не хочется, но надо. И приходится выбирать, кому доверить неприятную процедуру. Стоматологи стоят плотной шеренгой, и на одного потенциального клиента приходится в среднем два-три кресла с плавно опускающейся спинкой. Но на самом деле хорошо лечить зубы умеют не все, и каждому из нас надо четко знать, чем хорошая клиника отличается от плохой.

Итак, вы зашли в клинику впервые — оглядитесь. Кое-как приспособленное помещение с явными признаками временного пристанища, беспорядок в кабинете врача, неопрятность его внешнего вида должны насторожить. В хорошей клинике чисто, сделан ремонт, стоит новое оборудование, клиентам предложат бахилы на обувь, врач обязательно работает в шапочке, маске и перчатках.

Не надо стесняться задавать вопросы. Поинтересуйтесь, имеется ли у клиники лицензия именно на тот вид лечения, который вам необходим. Если собрались поставить коронки, в лицензии должно быть разрешение заниматься ортопедией. Исправление прикуса обозначено в этом документе термином «ортодонтия», ликвидация кариеса — «терапия». И так далее.

Нелишне будет поинтересоваться, имеет ли доктор категорию. Профессиональным стоматологам в соответствии с квалификацией присваивают сначала вторую, потом первую и, наконец, высшую категорию. Если врач уходит от ответа или говорит, что ему это не обязательно, значит, не сподобился, не дорос. Делайте выводы.

Вообще замечено, что реакция на дотошные вопросы пациентов является показателем добропорядочности заведения. Если доктор или сестра реагируют на вопросы болезненно и с заметным желанием уйти от разговора или вообще избавиться от любознательного клиента, без раздумий покидайте заведение. Хорошей клинике скрывать нечего. К слову, президент «Порцеляна, ЛТД» О.Немченко, узнав, что ведется журналистское расследование, связанное с ее клиникой, встречаться со мной категорически отказалась. Е.Криштаб тоже не захотела отвечать даже на самые простые вопросы. Уверены в своей полной безнаказанности?

Стоматологические клиники почти как гостиницы, можно было бы разделить на звездные категории. «Двухзвездная» клиника предлагает минимум терапевтических и ортопедических услуг. Протезирование металлокерамикой обойдется здесь в 50 у.е. за один зуб, пломба — в 15 у.е. В «трехзвездной» зуб стоит от 100 до 150 у.е. Начиная с «четырех звезд» возможности клиники приближаются к международному уровню. Тут выполняют имплантацию, имеется лазерный инструмент. Но зубчик стоит уже 300 — 400 у.е. Пломба — сто. «Пятизвездочное» лечение отличается от предыдущего уровня лишь набором немедицинских услуг, скрашивающих время пребывания в заведении.

Часто дорогие клиники любят щегольнуть тем, что держат в штате иностранных стоматологов. Клиенты к ним записываются за несколько недель и платят щедро. Оправдано ли это? Хорошему стоматологу ехать в Украину резона нет. Он и дома зарабатывает неплохо — стоимость стоматологического лечения на Западе дороже, чем у нас. Следовательно, сюда едет кто?

Запомните главное: прежде чем садиться в кресло, заключите с клиникой договор с указанием сроков гарантии на все виды работ. Завлекая клиента, клиники часто обещают кто пять, а кто и десять лет гарантии. Очень хорошо. Попросите, чтобы устное обещание было записано в договор и проследите за реакцией. Она подскажет вам, оставаться в данном заведении или поискать других стоматологов.

Но если после лечения возникли претензии, а признавать их добровольно клиника не хочет, предстоит пройти экспертизу. Экспертная комиссия работает при Городской клинической стоматполиклинике. Получили заключение, подтверждающее обоснованность ваших претензий, приложили к нему квитанции об оплате энных сумм за лечение — и в суд. Тут уж, помимо требования о возмещении денег, можно настаивать и на возмещении морального ущерба. И это будет справедливо.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно