Повышать нужно не пенсионный возраст, а официальную зарплату. Пенсионная реформа глазами непостороннего

10 сентября, 2010, 16:43 Распечатать

В последнее время на страницах средств массовой информации участились дискуссии относительно настоящего и будущего пенсионной системы Украины...

В последнее время на страницах средств массовой информации участились дискуссии относительно настоящего и будущего пенсионной системы Украины. Эти дискуссии сосредоточены преимущественно на отдельных деталях: все без исключения специалисты едины во мнении, что отечественная пенсионная система находится в критическом состоянии и нуждается в немедленном реформировании.

Почему нужна реформа?

По большому счету, к сегодняшней пенсионной системе можно предъявить всего две ключевые взаимосвязанные претензии. Во-первых, она не способна обеспечить достойный уровень жизни пенсионеров. Во-вторых, даже с учетом нынешнего нищенского уровня пенсий она является непосильной ношей для государственного бюджета, за счет которого покрывается дефицит бюджета Пенсионного фонда. Иными словами, на нужды пенсионеров отвлекаются средства, которые предназначаются на иные общественные потребности: образование, науку, медицину, армию и т.д.

Общепринятым показателем уровня пенсий является коэффициент замещения, то есть отношение средней пенсии к средней заработной плате. В соответствии с нормами Международной организации труда, он должен составлять не менее 55%. За последние несколько лет этот коэффициент в Украине в целом увеличивался и достиг в 2009 году 49%. Для сравнения: в Италии и Испании он составляет 90%, Швеции и Германии — 65, Франции, Японии, США — 50%. Иными словами, Украина имеет хоть и меньший, но вполне сопоставимый показатель.

Однако пенсионеров мало интересуют различные коэффициенты. Их интересует реальный размер пенсии. При средней зарплате в 2009 году в 1906,0 грн. средний размер пенсии по возрасту составлял 942,7 грн. Но даже если бы он достигал, скажем, 1340,0 грн. и коэффициент составил бы 70%, а мы по этому показателю переплюнули бы Швецию с Германией, облегчило бы это жизнь миллионам пенсионеров? Да, безусловно. Изменило бы это ситуацию коренным образом? Уверен, что нет. Доведи мы этот пресловутый коэффициент хоть до 100%, украинский пенсионер все равно не сможет потреблять столько же жизненных благ, как шведский.

Причина кроется в уровне отсчета. Слишком низок уровень официальных зарплат, с которых уплачиваются страховые взносы. Проблема пенсионной системы заключается в одном — теневые зарплаты платить можно, а теневые пенсии — нет. Пенсия по природе своей прозрачна и официальна.

Автор не питает иллюзий по поводу искоренения теневой экономики. Да, это возможно. Но это не захотели сделать предыдущие правительства, не хочет нынешнее и, уверен, не захотят и последующие. Слишком много интересов переплетено вокруг теневого сектора. Эта специфическая отрасль культивировалась на протяжении двух десятилетий и пустила слишком глубокие корни. Соответственно, и усилия по ее ликвидации должны быть огромны и подкреплены соответствующим количеством государственной воли.

С другой стороны, согласно некоторым экономическим теориям, именно теневая экономика способна увеличить устойчивость официальной и сгладить разрушительные последствия различных кризисов. Однако именно для пенсионной системы она является реальным и абсолютным злом.

Заметим также, что наполняемость Пенсионного фонда при прочих равных условиях зависит от соотношения числа пенсионеров и плательщиков страховых взносов. И здесь украинские реалии совершенно безрадостны. В последние годы это соотношение растет и, согласно демографическим прогнозам до 2050 года, будет расти неуклонно. В 2008 году коэффициент рождаемости (количество детей на одну женщину) в Украине составил 1,46. По прогнозу ООН, до 2050 года он будет расти до 1,85, а по данным Института демографии и социальных проблем НАН Украины и того меньше — до 1,60. На практике это означает, что все меньшее количество работников должно будет обеспечивать все большее количество пенсионеров.

Справедливости ради отметим, что Украина в подобной тенденции не одинока. Из 30 стран Европы коэффициент рождаемости превышает 2,0 лишь в Ирландии, Франции и Исландии. Но нам от этого, как говорится, не легче. Украина попала в демографическую ловушку.

Оба негативных фактора (низкий уровень официальных зарплат и демографическая ситуация) на сегодняшний день приняли системный характер, то есть не могут быть исправлены с помощью локальных мероприятий. Проблемы устранения этих факторов имеют различную степень сложности и различный временной горизонт. Перелом демографической ситуации является наиболее сложной задачей и даст результат в лучшем случае через 20 лет. Но в любом случае следует отдавать себе отчет, что кардинальное решение проблемы уровня жизни пенсионеров лежит за рамками пенсионной системы.

Магистральные направления реформ, обсуждаемые в научных, законодательных, чиновничьих, профсоюзных и иных кругах, не вызывают сомнений. Это — модернизация солидарной, введение накопительной и стимулирование добровольной составляющих пенсионной системы.

Модернизация солидарной системы

Относительно солидарной системы чаще всего предлагаются устранение диспропорции в размерах пенсий, ликвидация досрочных и льготных пенсий, введение запрета либо ограничений на получение пенсий работающими пенсионерами и т.д. Безусловно, в нынешних условиях все эти меры нужны и важны хотя бы потому, что большинство из них укрепляют веру населения в социальную справедливость. Однако следует заметить, что в лучшем случае они лишь способствуют более справедливому (с точки зрения большинства населения) распределению пирога, никоим образом не увеличивая его размеров. Иными словами, они способны лишь частично уменьшить дефицит Пенсионного фонда. Именно уменьшить — даже не сделав его бездефицитным.

Отдельно следует упомянуть проблему повышения пенсионного возраста. Да, МВФ настаивает. Да, это соответствует мировой практике. Но вместе с тем надо помнить, что у этого шага один реальный аргумент pro — частичное уменьшение пресловутого дефицита бюджета Пенсионного фонда. Причем весьма временное (в масштабах государственной политики).

Вариант, предлагаемый Программой экономических реформ Украины на 2010—2014 годы (повышение пенсионного возраста для женщин до 60 лет постепенно по полгода ежегодно в 2012—2021 годах), с финансовой точки зрения является наименее эффективным из всех обсуждаемых в экспертной среде. В случае его реализации снижение дефицита бюджета Пенсионного фонда даже в разгар реформы не превысит 20% его размера.

Все остальные аргументы в пользу повышения пенсионного возраста (более полная реализация трудового потенциала, повышение уровня жизни пенсионеров, снижение проблемы дефицита рабочей силы, рост ВВП и т.д. и т.п.) следует считать не более чем хорошей миной при плохой игре.

Возникает закономерный вопрос: стоит ли овчинка выделки? На наш взгляд, крайне затруднительно ответить на вопрос, что более важно для государства и его граждан — частичное снижение дефицита бюджета Пенсионного фонда либо целый букет негативных демографических, социальных и иных последствий, о которых апологеты мероприятия предпочитают не распространяться. Среди них — неизбежное увеличение контингента пенсионеров по инвалидности, дополнительное давление на рынок труда. Можно также прогнозировать «сверхнормативное» ухудшение демографической ситуации. Если сегодня 35-летняя женщина думает: «Надо заводить второго ребенка. Маме все равно в этом году на пенсию — пусть нянчит», то после повышения на пять лет пенсионного возраста придут другие мысли: «Маме на пенсию только через пять лет. Нет, со вторым ребенком не справимся».

О политических последствиях повышения пенсионного возраста упоминать вообще не имеет смысла.

По большому счету, все шаги, направленные на модернизацию действующей солидарной системы, призваны всеми доступными средствами отсрочить, оттянуть дальнейшее сползание Пенсионного фонда в пропасть и не более того. Поэтому их вряд ли можно считать реформой в буквальном понимании этого слова, поскольку они не меняют кардинальным образом принцип действия системы.

Введение накопительной системы

В общем контексте действительно реформаторским шагом можно считать введение накопительной составляющей. Так же, как и солидарная, накопительная система является обязательной, то есть взносы в нее вносятся не на добровольной, а на обязательной основе. Однако имеется принципиальное отличие. Солидарная система не предусматривает денежных накоплений на индивидуальном счету.

В отличие от солидарной, накопительная система предусматривает персонификацию пенсионных взносов, то есть индивидуальное накопление денежных средств в процессе трудовой деятельности на индивидуальном счету. Именно эти средства и будут являться основным источником пенсии в старости.

Солидарная система порождает к себе со стороны работника абстрактно-отстраненное отношение как к своеобразному налогу. Накопительная же по своей экономической сути представляет собой отложенный доход. Фактически это индивидуальный пенсионный фонд, и человек видит прямую связь между своей зарплатой сегодня и размером пенсии в старости.

Налицо кардинально отличная идеология. В солидарной системе человек вынужден надеяться на будущее поколение своих соотечественников, количество которых к тому же постоянно сокращается. В накопительной же системе человек может надеяться только на самого себя: размер накоплений определяется его легальной зарплатой, суммарным трудовым стажем и качеством управления пенсионными активами.

Накопительная система понятна и прозрачна. В ней отсутствуют хитроумные формулы, понятия нормативного и сверхнормативного трудового стажа и многие другие малопонятные атрибуты солидарной системы. Кстати, и с технической точки зрения ее реализация не является слишком уж сложной задачей.

Однако она имеет две особенности, порожденные тем, что работник делает взносы в систему на протяжении всей своей трудовой деятельности, не имея возможности изъять их до наступления пенсионного возраста. Отсюда первая особенность — необходимость строжайшего контроля над обеспечением надлежащего управления. Даже если предположить, что пенсионный возраст останется на уровне 60 лет, будущие поколения будут отчислять взносы с начала трудовой деятельности. И эти взносы будут накапливаться в системе на протяжении минимум 35 лет. И этими взносами необходимо будет управлять. У определенной части понимающих людей от таких перспектив учащается сердцебиение и в блаженстве закатываются глаза.

Отсюда требование к системе — жесточайший контроль со стороны государства. Контроль на основании расширенных полномочий, которые при этом сопровождаются реальной, а не декларируемой ответственностью. Сохранность пенсионных активов в накопительной системе и невозможность злоупотреблений со стороны должностных лиц должны быть реально гарантированы государством.

Вторая особенность проистекает из необходимости в течение длительного времени управлять накопленными средствами. Даже при условии абсолютной, стопроцентной честности должностных лиц любые инвестиции подвержены рискам. Безрисковых инвестиций не бывает по определению. Поэтому процессы управления пенсионными накоплениями должны быть построены таким образом, чтобы свести риски к минимуму и обеспечить приток денежных средств в диверсифицированные финансовые инструменты.

С направлениями вложения средств и диверсификацией просто — достаточно заложить соответствующие ограничения в законодательство и контролировать их соблюдение. А вот первая составляющая (риски процентных ставок, валютных курсов, котировок ценных бумаг и иных финансовых инструментов) могут быть лишь частично (!), с определенной долей вероятности (!) минимизированы введением пруденциальных правил и норм. Тем не менее такие правила и нормы должны быть разработаны и внедрены в практику управления пенсионными активами накопительной системы. А минимальным критерием эффективности управления должна быть защита накоплений от инфляции.

Отдельно следует упомянуть проблему переходного периода. Пенсионная система достаточно понятно (хорошо или плохо — другой вопрос) функционирует сейчас. Достаточно понятно она будет функционировать по окончании переходного периода, когда пойдут на пенсию те, кто начнет выплаты в накопительную систему с получением трудовой книжки. Остаются две категории работников. Первая — те, чей возраст сегодня колеблется между 40 годами и пенсионным. Это завтрашние пенсионеры. Согласно идеологии внедрения накопительной системы, они не успевают сделать достаточные накопления, поэтому вовлекать их в накопительную систему просто не имеет смысла. Следовательно, источником их пенсий по-прежнему будет оставаться солидарная система.

Вторая категория — ныне работающие люди моложе 40 лет. Это послезавтрашние пенсионеры. Они успеют сделать определенные пенсионные накопления, но их размер будет тем более недостаточным, чем ближе сегодня возраст к 40 годам. Следовательно, источником пенсий этих людей наряду с собственными накоплениями должны быть средства солидарной системы.

Сегодня, условно говоря, из солидарной системы каждому работнику выплачивается вся пенсия целиком. По окончании переходного периода из солидарной системы каждому пенсионеру должна выплачиваться некая минимальная пенсия. Ее источником должны быть взносы в солидарную систему в минимально необходимом объеме.

Отсюда вытекает проблема балансировки доходов Пенсионного фонда в переходном периоде, точнее, оптимизации соотношения отчислений в солидарную и накопительную системы. Интуитивно понятно, что вследствие демографических процессов указанное соотношение должно меняться в пользу последней и определяться не на глазок, а с использованием соответствующей многофакторной математической модели. По нашему мнению, это достаточно непростая задача, которая еще ожидает своего решения.

Стимулирование негосударственного пенсионного обеспечения

Негосударственное пенсионное обеспечение развивается в Украине с 2004 года. На сегодняшний день в этой области создана вся необходимая инфраструктура и сформирована полноценная конкурентная среда. Однако цели, задекларированные при внедрении системы, по-прежнему не достигнуты. Реально негосударственным пенсионным обеспечением охвачено не более 3% трудоспособного населения. Суммарный объем привлеченных средств не достигает и 1 млрд. грн. Довольно скромный итог для пяти лет развития.

Надежды на то, что добровольные накопления могут составить значительный сегмент в пенсионной системе, на сегодняшний день явно завышены. Поскольку человек самостоятельно решает, вступать ли ему в систему добровольного накопления, отчисления на будущую пенсию начинают конкурировать с иными статьями расходов (питание, одежда, товары длительного пользования, образование, лечение и т.д.), которые на определенных этапах жизненного цикла становятся более насущными. Иными словами, добровольные пенсионные накопления — забава для богатых обществ, к числу которых Украина, к сожалению, не относится.

Кроме того, есть еще две причины, которые тормозят развитие негосударственного пенсионного обеспечения. Во-первых, население (совершенно, кстати, обоснованно) не доверяет финансовым институтам. События конца 2008 года в очередной раз растоптали робкие ростки доверия к политике НБУ.

Во-вторых, действующих стимулов явно недостаточно для реальной заинтересованности работников и работодателей. Нужна дополнительная мотивация работодателей, которая, по нашему мнению, может базироваться исключительно на экономической выгоде.

Поэтому усилия специалистов целесообразно сосредоточить на разработке стимулов неденежного характера. Например, в случае повышения пенсионного возраста в солидарной системе относительно участников НПФ могли бы применяться отдельные правила определения пенсионного возраста. Аналогичные механизмы могут быть разработаны для системы образования, здравоохранения и т.д.

Действующая пенсионная система жизнеспособна, когда структура общества напоминает правильную трапецию, основанием которой служат плательщики взносов, а вершиной — пенсионеры. Причем работает она тем лучше, чем больше трапеция приближается к треугольнику.

В Украине, наоборот, трапеция близка к прямоугольнику, а в перспективе грозит превратиться в перевернутую трапецию, когда количество пенсионеров превысит количество плательщиков. Система нуждается в немедленном реформировании.

Будущую пенсию работнику должен обеспечить работодатель. Это аксиома любой пенсионной системы. При Советском Союзе мы все работали на государство, а оно платило нам пенсию и несло весь груз ответственности. Сегодня большая часть граждан работает на частного работодателя, а ответственность за пенсии по-прежнему остается на государстве. С учетом жульничества со стороны работодателей (зарплата в конвертах) и отсутствия социальной ответственности населения перед будущими поколениями (наши родители, а вслед за ними и мы перестали заводить большие семьи) это бремя становится для государства все более непосильным. Лишь внедрение накопительной системы в долгосрочной перспективе способно снять это бремя с государства и переложить на работодателей и самих граждан, тем самым лишив последних ненужных иллюзий и ложных надежд.

Конечно, сама по себе накопительная система не является панацеей. В накопительной системе, так же, как и в солидарной, начисления делаются не на всю, а лишь на официальную зарплату. И когда новоиспеченный пенсионер обнаружит, что его персональных накоплений явно недостаточно для удовлетворения его же амбиций, предъявить претензии можно будет лишь самому себе.

Мы уже начинаем это понимать. И без реформ на смену эстрадным шуткам советских времен типа «нам с женой умирать еще рано, надо детей до пенсии дотянуть» вскоре придет беспощадная риторика: «Кручусь на двух работах, как белка в колесе, выплачиваю драконовский кредит, да еще и старикам-родителям с их нищенской пенсией помогаю»...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №24-25, 23 июня-6 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно