Молоко из… пустыни

7 декабря, 2012, 16:22 Распечатать Выпуск №45, 7 декабря-21 декабря

Руководить молочным стадом в Израиле просто: процесс полностью компьютеризован. Мы не то что никак не можем идентифицировать всю живность, но даже вдеть в уши дойных коров номерные «клипсы».

© автора

Кто кого должен был бы учить — они нас или мы их? На карте есть страна, две трети территории которой — пустыня. Только пятая часть земель занята сельскохозяйственным производством, из которых почти половина — на орошении. И в таких условиях среднегодовой удой на корову — 12 тыс. кг. Это при том, что почти все зерновые приходится импортировать. Аж завидно! Так вот, аграрные «миссионеры» из этой страны советуют нам, как повысить молокоотдачу. Не стыдно руководству утопающей в зелени Украины, со щедрой сырьевой базой, покрикивать на молочное стадо, производительность которого немного выше, чем у коз, прирученных Робинзоном Крузо?

Если сравнивать экономические, технологические и особенно инновационные аспекты производства молока в Израиле, то нашему аграрному чиновничеству стоило бы сначала попрактиковаться на компьютерной игре «Ферма». Настолько мы от них отстали! Отличие — в комплексном и системном подходе к решению проблем отрасли, желании власти накормить народ добротной продукцией собственного производства. Вот поэтому там начали с генетической селекции стада, а не с коровников, как у нас.

Да, в капиталистическом Израиле действуют «молочные» квоты: производить не больше и не меньше. Чтобы фермеры работали с прибылью, цены на сырое молоко устанавливает совет по производству молока. Государство контролирует цены на питьевое молоко, кефир, йогурты. В прошлом году приняли даже адресный закон. Но чем может обернуться такая зарегулированность — поучительный урок для наших депутатов, которые непродуманными идеями искажают понятие «государственный протекционизм».

Во время первого визита в Израиль я никак не мог понять: откуда такое постоянство в высоких надоях? Что у фермера, содержащего 50 коров, что в хозяйстве с полутысячным стадом… Даже в довольно контрастных климатических зонах — на севере, где условия для скота более-менее щадящие, и на юге, где восемь месяцев от жары все плавится, — расхождение в показателях мизерное.

В компании «Афимилк» феномен объяснили несколькими причинами. Первая: выносливость израильского вида голштинской породы коров, за что благодарны ученым-генетикам. Вторая причина: надлежащие условия содержания в открытых коровниках, где с помощью вентиляторов и «душевых» температура на десять градусов ниже, чем снаружи. Эта технология действует безупречно вот уже 30 лет подряд. Третья: научно подобранный рацион, в состав которого входят 15—20 компонентов. И напоследок — высокопрофессиональные фермеры.

Я небольшой знаток форм и размеров вымени, но на мировом подиуме израильским коровам, наверное, нет равных во всех номинациях. Представьте себе «богатство», в котором помещается 40—45 кг молока: дневная норма! Я уже не говорю о рекордистках, годовой удой которых составляет заоблачные для нас 18—20 тыс. кг. И если бы нынешнее молочное стадо — 120 тыс. коров да удвоить, то Израиль мог бы залить молоком по крайней мере соседние страны.

Не сможет! Поскольку производство молока, начиная с 1975 года, четко дозировано, регламентировано как общей квотой, так и индивидуальной. То есть надаивают столько, сколько потребляет население, увеличившееся за 15 лет на 2 млн. чел. Соответственно, в 1997 году квота определялась в 1 млн. кг молока, сейчас — 1,3 млн. А экспортировать невыгодно еще и потому, что окружающие страны потребляют его в ограниченном количестве.

Исключение — 2008 год, когда цены на сырое молоко резко взлетели вверх. Такой скачок вызвали как внутренние, так и внешние факторы. Китайцы начали пить больше молока, Австралия задыхалась от пожаров, в мире выросли цены на грубые корма… Так что в Израиле тоже подорожало молоко, цена которого обычно на 10% выше, чем у соседей. Тогда правительство осмелилось ослабить вожжи: производите молока столько, сколько сможете. Снятие ограничений дало 10-процентный прирост производства.

Еще один показатель стабильности молокопроизводства, которое в отрасли животноводства занимает скромные 10%: среднегодовой удой с 1999 года не опускается ниже отметки 10 тыс. кг на корову. Хотя в 1934 году, с которого ввели отчетность, начинали с обычных для Украины 4 тыс. Поэтому в Израиле не наращивают поголовье, как у нас, а повышают производительность коров.

Содержатся они как в крупных хозяйствах, так и на семейных фермах. Все молочное стадо — племенное! Какая из этих форм хозяйствования доминирует в Израиле? Мой очередной приезд совпал с реформированием молокопроизводства. Государственная программа, на которую израсходовали 100 млн. долл., поощряла молочников строить новые фермы.

Во-первых, поселения, соседствовавшие со старыми коровниками, — 60—70-летней давности, постоянно утопали в аммиачном «фимиаме». Во-вторых, отсутствие на них очистительных сооружений создавало угрозу окружающей среде. И, в-третьих, а почему бы не списать в утиль хлам, если государство компенсирует треть стоимости новой фермы? И не после ее сдачи в эксплуатацию, а еще на стадии проектирования. Остальные средства фермеры должны были выложить из собственного кармана. Правда, они не доставали их из тайников, а пользовались банковскими кредитами под 3—5% годовых.

Реформаторский процесс подтолкнул владельцев семейных ферм к кооперации. Хоть их и стало на 150 меньше, зато в укрупненных формированиях выросла рентабельность. Если в поселении функционируют 20 малых ферм по 50 коров на каждой, то благодаря комплексной сфере обслуживания на тысячное стадо составляют единый рацион, легче проводить селекционную работу, осуществлять ветеринарный надзор. Если в коммунах раньше крупными считались хозяйства, содержавшие 300 дойных коров, то сейчас там справляются с 500—700.

Сейчас молокопроизводство сосредоточено на 951 ферме, из которых 773 — семейные, 163 — кооперативы и 15 — в сельскохозяйственных школах. Посещая крупные и маленькие — на Голанских высотах, Иорданской равнине или в пустыне Арава, я не заметил чрезмерной благосклонности власти к той или иной форме хозяйствования. Все равны! Даже в удоях…

В двадцатке рекордсменов среди коллективных хозяйств самый высокий среднегодовой удой — 14,5 тыс. кг на корову, самый низкий — 13, среди семейных ферм —13,7 и 12,7 тыс. кг соответственно. При стандартном содержании жира — 3,48% и протеина — 3,2%. Разница лишь в том, что на крупных фермах доение трехразовое, а на домашних — двухразовое. Между тем переход на более частое доение — это 15-процентная прибавка к удоям.

Вообще-то руководить молочным стадом в Израиле просто: процесс полностью компьютеризован. В национальной базе данных — «биографии» 101 тыс. коров из имеющихся 120 тыс. Например, специалисты, занимающиеся генетической эволюцией, оценивают животное по 17 характеристикам. У ветеринара — свой статистический набор, у техника искусственного осеменения — свой… Современное оборудование на фермах, кроме электронной идентификации, автоматически взвешивает животное, назначает индивидуальный рацион, считывает информацию с доильных аппаратов, измеряет количество и качество молока, даже сигнализирует о скрытых видах мастита на ранней стадии, «желании» совокупиться с быком…

Доживу ли я до того времен, когда и в нашей стране наступит такой рай? Вряд ли… Мы не то что никак не можем идентифицировать всю живность, но даже вдеть в уши дойных коров номерные «клипсы». Обещания перекочевывают из года в год. А непаспортизованная корова — это не только мастит или послеродовой парез, но и лейкоз, бешенство и сибирская язва.

Скажите, при надлежащих профилактике, диагностике и лечении могло мясо коровы, инфицированной сибирской язвой, попасть в торговую сеть и на базу отдыха? Гарантирует ли Госветфитослужба, что вспышку заразной болезни летом этого года в Мелитопольском районе Запорожской области не придется гасить в другом месте?

Кто считал-учитывал, сколько в Украине стихийных «сибирских» скотомогильников, кроме тех 10 тыс., что обозначены на картах и вроде бы находятся под строгим контролем? А ведь на них выпасают скот! И споры сибирской язвы, жизнеспособные до ста лет, запросто через траву скосят не одну жертву. Чиновники же будут твердить заученное: молоко у коровы на языке… И от этого ближе к крестьянам никогда не станут.

В Израиле же все службы вращаются вокруг фермера. Он — статор, советники со вспомогательной инфраструктурой — ротор. 90% молочников сплотила ассоциация животноводов, основанная в 1926 году. Однако нахождение отказников вне ареала профессионального союза отнюдь не мешает им получать квоты и реализовывать сырье. Свои права молочники отстаивают в правительстве и кнессете, имея там своих полпредов.

В партнерских связях молокопроизводителей прекрасно ориентируется Алекс Маркович, доктор молекулярной биологии, сотрудник Института животноводства. Его часто можно встретить в CINADCO — Центре международного сельскохозяйственного развития и сотрудничества, где вот уже 20 лет он преподает курс «Молочное скотоводство и производство молока».

— Сердце лаборатории по качеству молока — электронная племенная книга, в которую заносят данные о содержании в молоке жира, белка, соматических клеток, о микробиальной чистоте. По результатам контрольного доения на фермах база ежемесячно обновляется. Лаборанты также проверяют молоко, поступающее на переработку. По результатам анализов — качественным характеристикам фермер получает расчеты — цену за сданное сырье. Три-четыре специалиста лаборатории тестируют около 1,5 млн. проб в год от учтенных 101 тыс. коров.

47 врачей ветеринарной клинической службы посещают хозяйства как минимум дважды в неделю. Они следят за здоровьем стада, условиями содержания, проводят клинические исследования, лечат. Учреждение работает на неприбыльной основе.

Компания «Сион», как и ветеринары, тоже находилась в составе ассоциации животноводов. Лет десять назад стала отдельной структурой, но семь шкур с фермеров не дерет. Занимается селекцией и разведением высокоудойных коров при участии ассоциации животноводов, выращивает быков, накапливает банк спермы. А с ней техники искусственного осеменения объезжают крупные хозяйства каждое утро, а семейные — по требованию хозяина. За каждым из 45 техников закреплен определенный регион, в среднем 3 тыс. дойных коров.

Искусственное осеменение стартовало в Израиле в 50-е годы прошлого века. 50 районных центров объединились сначала в два — на севере и юге. А 15 лет назад и они слились в компанию «Сион», которая обслуживает все молочнотоварные фермы. Да еще и экспортирует высокопроизводительную сперму израильских быков, которую за границей отрывают с руками даже без рекламы.

Каждый год стадо быков пополняется четырьмя-пятью новичками. Разумеется, чтобы развивать генетический потенциал потомства, надо постоянно искать лучших из лучших. С коровами проще: порылся в племенной книге, насобирал плюсы и по показателям отобрал молочную топ-модель. А на что способен подрастающий бычок? Как его протестировать?

Отбирают по упоминавшимся 17 генетическим характеристикам 300 элитных коров. Они рождают 150 телочек и столько же — бычков. Последних хозяйства обязаны вырастить и, по правилам объединения животноводов, поставить «Сиону», разумеется, не даром.

Будущие половые гиганты проходят отбор, как в отряд космонавтов. После выбраковки остается 50 бычков, спермой которых осеменяют коров. Рождаются телочки, которые через три года продемонстрируют свою производительность. Но на этом испытание «мужских» функций быка не заканчивается: заключительный вердикт ему вынесут лет через шесть.

Собственно, из 50 быков только пять войдут в историю Израиля. Для осеменения молочного стада обычно используют сперму 20 быков. Сейчас в «Сионе» хранится 3—4 млн. спермодоз. Однако монополизм этой структуры не означает, что фермерам запрещено самим спаривать коров. Тем более если этот процесс у них налажен.

Но центром, где сходятся интересы и производителей, и переработчиков, и членов правительства, и потребителей, называют совет по производству молока. Его функции довольно широкие. Совет устанавливает квоты на производство сырого молока (раз в год), пересматривает цену на него (раз в квартал), анализирует национальное производство и потребление молока, широко пропагандирует и рекламирует его, контролирует качество молочных продуктов, поддерживает научные разработки в этой сфере, ведет инструктаж-консультации.

Компьютеризация с роботизацией, разветвленная сеть обслуживающих кооперативов высвободили для молочников время, чтобы заниматься главным — экономикой производства молока. Даже традиционное занятие — приготовление кормов, взяла на себя индустрия. На одном из таких комбинатов на концкорма перемалывают все подряд: некондиционные овощи, пивную дробину, молочную сыворотку, стебли хлопчатника и земляного ореха, кожуру цитрусовых… Такой набор позволяет до 60% заполнить нехватку кормов.

Израиль — не Новая Зеландия  и не Австралия. Здесь скоту негде развернуться. Поэтому стойловое содержание — оптимальный вариант, к которому приучают сызмала. Как и к сбалансированному однотипному рациону — кормосмесям, в которых соотношение концентрированных и грубых кормов составляет 65 и 35% соответственно. С учетом разных возрастных групп.

Крупные предприятия транспортируют корма за 200—300 км. Семейные фермы, скооперировавшись, построили цеха со стационарными кормомешалками. Конечно, молочники могут к рациону добавлять что-либо со своего поля. Да и то лишь после того, как определят питательность зеленой массы. Скармливают ее даже не дойным коровам, а молодняку.

Израильского фермера прежде всего интересует прибыль. Расчет простой: если от коровы нет отдачи в шекелях, зачем тогда она в стойле? Чтобы не путаться в арифметике, скажу лаконично: годовая прибыль от коровы — тысяча долларов. Если в стаде 50, считайте сами… Собственно, за литр молока фермеру платят, по нашим меркам, 4,2 грн.

Но даже в Израиле не всегда Песах. Летом в прошлом году в Тель-Авиве потребители, сплотившись через социальную сеть Facebook, объявили бойкот… зернистому творогу со сливками «коттедж», который подорожал вдвое. Собралось около 100 тыс. противников. Запаниковали торговые сети: сбыт популярного пищевого продукта упал на 25—30%.

«Творожный» бунт стал предметом рассмотрения на одном из правительственных заседаний. Тогда премьер пригрозил открыть границу для ввоза молока и молочных изделий, снизить закупочные цены на сырое молоко. Теперь были недовольны уже фермеры, которые в качестве предупредительного сигнала стали поливать тротуары молоком. Молокоперерабатывающие предприятия хоть и снизили цену с  8 шекелей за стограммовую пачку до 5,49, однако процесс демонополизации набрал обороты. Импортные пошлины на сыр с 70% опустились до 20. Минфин заверил, что это только начало.

Это — у них. А у нас? «Ситуация в молочном скотоводстве стабилизируется…» Обрадовало премьера Николая Азарова то, что поголовье немного увеличилось. Но это ситуативная прибавка. Так происходит каждый год, после отела коров. В то время, как Николай Янович радовался мнимым плюсам, Государственная служба статистики проинформировала: поголовье коров против прошлого года уменьшилось на 21,8 тыс. Больше всего — в хозяйствах населения: на 20,1 тыс. А это уже результат «действенности» разрекламированной государственной дотации на молодняк крупного рогатого скота! Пролонгируют ли ее в следующем году, никто не знает.

Сомнительными выглядят и 2,7% — на столько в Украине за десять месяцев выросло производство молока по сравнению с аналогичным периодом 2011 года. И где? В сельскохозяйственных предприятиях: аж на 13,8%. Можно и на все 20! Если Иван да Марья подпишут договор аренды, по которому они двух собственных коровок вроде бы… арендуют у сельхозпредприятия или кооператива. После этого молоко считается уже промышленного производства, с НДС.

Если такую практику ввести не только в отдельных селах, но и по всей Украине, глядишь, за месяц агроформирования (за счет крестьян) удвоят, а то и утроят производство. И кого мы обманываем?

О каком восстановлении и динамичном росте отрасли разглагольствует аграрный министр? У Николая Присяжнюка опорой выступают то крупные молочнотоварные комплексы, то семейные фермы. Мечется между обоими… Да вы обоих запрягите — не сдвинут с места! Потому что только на холодильное оборудование для молочных кооперативов необходимо почти 20 млрд. грн.! С чем поднимать отрасль?

Учитесь у белорусов, находящихся в пятерке ведущих поставщиков молочных продуктов в мире. Вместе с тем тамошнего премьер-министра Михаила Мясниковича темпы роста реализации молока за год на 9,3% не успокаивают, как нашего кабминовского старожила. Если бы все области выполнили доведенные задачи, и за десятку перевалили бы. Реальную!

Не хотите перенимать опыт соседей, учитесь у евреев. Чтобы через энное количество лет с присущим им патриотизмом наконец-то можно было гордо произнести: молоко из Украины!

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно