Синдром Парсифаля

22 мая, 2015, 00:00 Распечатать Выпуск №18, 22 мая-29 мая

Министры, советники, члены всевозможных международных жюри. Иностранцы в Украине. С лучшими намерениями, с коварными интригами. Тонкие "агенты влияния" и простецкие лузеры с почти родным иностранным. Самые-самые разные. Иногда они относительно успешны (чего не скажешь о стране, их принявшей). Но в целом их приключения трагикомичны, сюжеты — между высокой драмой и площадным театром. Одноактные пьесы и целые сериалы. Пользу или вред они приносят, сеют профессионализм или же хаос и некомпетентность под видом западной мудрости?

 

Министры, советники, члены всевозможных международных жюри. Иностранцы в Украине. С лучшими намерениями, с коварными интригами. Тонкие "агенты влияния" и простецкие лузеры с почти родным иностранным. Самые-самые разные.

Иногда они относительно успешны (чего не скажешь о стране, их принявшей). Но в целом их приключения трагикомичны, сюжеты — между высокой драмой и площадным театром. Одноактные пьесы и целые сериалы. Пользу или вред они приносят, сеют профессионализм или же хаос и некомпетентность под видом западной мудрости?

Ну, во-первых, все это уже было в 90-х. Подзабылось, и не без участия главных действующих лиц, которые потом несколько раз перекрашивались под цвет очередных выборов.

И тогда не было социальных сетей. И не было даже намеков на гражданское общество, которое стремительно развивается сейчас. Так, энтузиасты, чья безмерная самоотверженность равнялась их наивности. 

И в Украину хлынула диаспорная инициатива, десятилетиями ждавшая этого сакрального момента. 

Проблема была в том, что ее, диаспоры, романтическая визия порабощенной нации, опиравшаяся на довоенный опыт и советологические представления, не имела ничего общего с не менее романтическим, но гораздо более потребительским представлением о жизни тех, кого впоследствии назовут "совком", или, говоря уж совсем по-современному — "вышиватой". 

Местным жуликам достаточно было освоить нехитрый терминологический ряд (например, "треба гроші на Народний Рух") и повсеместно использовать этнический дресс-код, как кошельки доверчивых компатриотов раскрывались на полную. Многие будущие украинские политики сколотили себе на этом стартовый капитал.

Более квалифицированные диаспоряне, понимая, в чем прелесть экономического хаоса для предприимчивых людей, закружились в финансово интимных танцах вместе с украинскими чиновниками. Даром, что те были вчерашними коммунистами и комсомольцами.

Справедливости ради надо сказать, что они, в общем-то, сначала были не против того, чтобы и страна Украина что-то заработала. Только вот украинская чиновничья сторона категорически возражала. Ну и ладно, подумали варяги, будем грабить вместе с аборигенами, раз так. Наше дело — предложить, ваше — отказаться.

Кстати, о варягах. Опыт приглашения на княжение норманнов в Киев—Кэнугард—Гардарику, сменивших прежних хозяев-хазар, был эффективен до тех пор, пока управление и финансово-вещевые потоки по Днепру были в одних крепких варяжских руках.

А когда сформировалась и окрепла местная древлянская элита, претендуя на льготы и участие в налогообложении, сначала запылал Искоростень. А потом и вовсе все развалилось на века, истаяв в огне свар и усобиц — "пусть каждый да держит землю свою". 

И вот сейчас, с подачи ивента, именуемого "Саша Боровик", у темы открылось "второе дыхание". 

Собственно говоря, оно никогда особо не закрывалось. При всех президентах более или менее явно кружились какие-то западные советники и лоббисты.

Статус у советников был непыльный и ни к чему особо не обязывающий, потому что к их советам никто сильно не прислушивался — ну так, делали вид, кредиты ведь никто не отменял. Появлялись иногда в прессе, что-то сдержанно и оптимистично комментировали, в целом понимая, что все это — чистое фуфло, имитация развития.

У лоббистов было и того проще — организовать за приличные деньги какой-нибудь ужин с сенатором или конгрессменом, точно так же никого ни к чему не обязывающий, обслужить вечнозеленый поток финансирования "имиджа Украины за рубежом", да и вообще имитировать бурную внешнеполитическую деятельность. Благо, подавляющее большинство украинских политиков и бизнесменов не то что с английским, с родным языком не очень-то дружили. Это сейчас у них настали трудные времена, а было же времечко…

Ну и бизнес, как же без него. Вот в приличных странах есть список стран с высоким уровнем коррупции, где не рекомендуется вести бизнес и т.п. Так это как раз был лучший рекомендательный список — где же еще можно получить сверхприбыли, практически не платя налогов, да еще обзаведясь юридической "крышей" от целой что ни на есть страны? Не бесплатно, конечно, но оно того стоило. Ну пока донецкий завгар не стал, фигурально выражаясь, не только тырить колпаки с их машин, а и отжимать все, что отжималось.

Так что они все время были вокруг нас и с нами, кто на слуху, кто в тени, обрастали друзьями и знакомыми, приезжали-уезжали, ротировались. Но сложился из них некий клан посвященных, успешно обслуживавших украинскую клептократию, и не пускавших сюда никого более, спина к спине, перо к перу.

Война все изменила, сбежали прежние работодатели, новая власть оказалась неприятно осведомленной о западных кулуарах, да и надвигающаяся социально-политическая катастрофа требовала не просто иноязычных райтеров, а политических и экономических "пожарников" и "спасателей".

Совпало это с тем обстоятельством, что бесконечное терпение западных кредиторов Украины наконец-то лопнуло, после того как стало ясно, что политические серфингисты Майдана пытаются втереть бенефициарам о грядущих реформах ту же "байду", что и "папередники", только на хорошем английском.

И вот, пришли на помощь люди с Запада или с опытом западного менеджмента, если, например, иметь в виду Грузию. Они, по сути, повторили тот же волонтерский феномен, который возник внутри самой Украины. Увидев исторический шанс для глобальных изменений, понимая цивилизационные вызовы, грядущие риски и так далее. Они приезжали прошлой зимой прямо на баррикады, готовые к любым рискам и лишениям (та же диаспора, нового уже поколения), просто люди, для которых борьба страны за независимость — не пустой звук.

Эти две волны синергетически встретились, повысили взаимную мотивацию, создали общий кадровый ресурс.

И тут государство сильно забеспокоилось.

Потому что продолжение такой активности, да в евроатлантическом масштабе, неминуемо означает реальное, конституционное изменение системы власти в стране на действительно европейский лад. И, соответственно, мирную и быструю отставку имитаторов реформ. Ну кто же на такое пойдет добровольно, связанный квотами и договорняками? Поэтому, то ли возвращение в лоно, то ли приведение в стойло добровольцев, ветеранов, волонтеров, энтузиастов и прочих разных пылких реформаторов, включая иноземных, начало осуществляться под общим лозунгом типа: кто шибко сильно скачет и других подзуживает — тот москаль, сепаратист и вообще раскачиватель лодки.

И все было бы, может, как прежде, если бы Украина, стремительно теряя свежеобретенную субъектность, не попала обратно в терпеливые, но крепкие объятия международных санитаров. Уже не как объект амбулаторных процедур, а обитатель геополитического стационара.

Заявления Саши Боровика были не бог весть какие оригинальные. Мы же слышали нечто подобное и от незабвенного Кахи Бенукидзе, и от прочих "наших" братьев-грузинов. Ну да, они уже настолько наши, что мы слышали практически эхо собственных мыслей, ценили их и любили, однако дальше дело не шло.

Но совпали они по факту с первой показательной поркой украинской власти западными розгами, да с последующими приездами господина Керри и госпожи Нуланд. Вне сомнения, поинтересовавшихся, хорошо ли зажило, и не следует ли повторить, потому что вроде как, по всем показателям, точнее, их отсутствию — пора.

Превращение украинского рока в украинскую судьбу руками самих украинцев из-за несоответствия реальности завышенным ожиданиям породило у "выгорающих" пассионариев своеобразный "комплекс Парсифаля". Миф о Парсифале и его поисках Святого Грааля, созданный в XII веке, является прекрасной иллюстрацией наших собственных поисков. Парсифаль покидает дом, чтобы стать рыцарем и найти свою судьбу.

Когда сельский мальчик прибывает ко двору короля Артура и просит произвести его в рыцари, его поднимают на смех. Но Парсифаль настаивает на своем и добивается аудиенции у короля. Среди придворных короля Артура есть красивая девушка, которая не смеется и не улыбается уже на протяжении шести лет.

Легенда гласит, что она вновь рассмеется, когда при дворе короля Артура появится величайший рыцарь в мире. Увидев Парсифаля, она заливается радостным смехом, чем приводит в замешательство весь двор. Кто этот мальчик, которому удалось то, что прежде никому не удавалось? Неужели нелепый и неопытный Парсифаль — тот самый рыцарь, которого они ждали?

Вы тоже слышите этот хохот чиновничьей Украины над наивными "западниками"?

Из пословицы известно, кто именно смеется лучше всех, и почему.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 20 октября-26 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно