Григорий Селещук: "Украинские мигранты сегодня оказывают активное давление на наших политиков"

16 августа, 2013, 16:34 Распечатать Выпуск №29, 16 августа-22 августа

Украинские мигрантские сообщества — это пример объединения людей, оказывающих определенное давление на власть и формирующих политический заказ. Кстати, в Украине я не вижу подобной среды, формирующей конкретную политическую платформу.

В начале июля впервые в независимой Украине состоялись парламентские слушания по вопросам трудовой миграции, в ходе которых обсуждались проблемы украинских трудовых мигрантов, т.е. украинцев, выехавших на заработки после распада СССР. Таких сегодня, по разным оценкам, в странах Европы и в России — от 1,2 до 4,5 млн человек. ZN.UA беседовало с одним из лидеров общественного мигрантского движения — председателем комиссии УГКЦ по делам мигрантов, заместителем председателя Совета по вопросам трудовой миграции граждан Украины Григорием Селещуком

— Господин Селещук, кто инициировал парламентские слушания? Украинские политики наконец-то заинтересовались своими гражданами за рубежом? 

— То, что слушания состоялись, — результат цепи событий, а также свидетельство политического внимания к проблемам мигрантов. Но, кроме этого, я хочу акцентировать внимание на очень важном феномене — активизации мигрантского сообщества, росте уровня его самоорганизации. Украинские мигранты создают сегодня широкие объединения не только в рамках какой-то страны, но и между странами. Цель таких сетей — определить основные потребности мигрантов, способы защиты их интересов и прав, в том числе и посредством активных лоббистских кампаний в Украине. Центр активного мигрантского движения — в Западной Европе (речь идет, в частности, об Италии, Испании, Португалии, Чехии, Германии), хотя к обсуждению приобщились также украинцы из Северной Америки, Ирландии, Финляндии и других стран. 

Кристаллизацию самоорганизационных мигрантских движений отмечают многие эксперты в этой сфере, и недавние парламентские слушания — еще один результат этих процессов. Несмотря на попытки власти перевести слушания в маргинальную плоскость, считаю, что они все же были конструктивными — прежде всего потому, что докладчики из мигрантских объединений разных стран смогли очень организованно, четко и логически сформулировать свои требования к украинским политикам. 

— Какие именно вопросы поднимали мигрантские лидеры? Много ли выдвигали требований?

— Мы подготовили целый пакет предложений, требований, рекомендаций к резолюции парламентских слушаний, под которой подписались 30 мигрантских организаций из разных стран мира. А к обсуждению был привлечен еще более широкий круг людей — по меньшей мере, вдвое больше. 

Среди пунктов мигрантской "повестки дня" одним из главных является вопрос о включенности мигрантов в социально-политическую жизнь Украины. Речь идет об изменениях в процедуре голосования, в частности об обеспечении возможности голосовать по мажоритарным округам. 

Ставились вопросы культурно-образовательной жизни трудовых мигрантов, поддержки украиноязычных школ и украинских культурных мероприятий. 

Еще один блок вопросов — реэмиграция украинцев, разработка соответствующей юридической процедуры и механизма социальной адаптации возвращенцев. 

Мигрантские лидеры требуют признать их инвесторами в украинскую экономику, поскольку, только по официальным данным, в прошлом году мигранты перечислили в Украину 7,5 млрд долл., тогда как иностранные инвесторы вложили лишь свыше 6 млрд. Конечно, денежные переводы не являются прямыми инвестициями в экономику, но это уже отдельный вопрос — как именно их рационально использовать для развития страны. 

Проблемой сегодня является и деятельность украинских дипломатических учреждений за рубежом, работающих еще по советскому законодательству, формировавшемуся в совершенно других общественно-политических реалиях. Режим их работы был сформирован с учетом небольшого количества украинцев в стране, тогда как сегодня в странах ЕС их — миллионы. Например, в Италии ныне неофициально проживает полмиллиона украинцев (по данным Института статистики Италии — 201 млн 830 тыс. чел. — Авт.), но там — всего четыре украинских консульства. И они должны заниматься всеми вопросами — от внутренних паспортов, оформления наследства, нотариальных соглашений и до справок о несудимости и других документов. Можно ли представить, чтобы сотням тысяч людей смогли эффективно помочь работники всего четырех государственных учреждений? 

— Хорошо, все эти проблемы были озвучены, но что дальше? Где гарантии, что власть попытается их решить? Каков дальнейший правовой механизм? 

— По результатам парламентских слушаний Верховная Рада принимает постановление, которым акцептирует наработанные рекомендации. В этот документ должны быть включены полсотни конкретных предложений от мигрантов. После чего Кабмин обязан выдать распоряжение относительно реализации рекомендаций ВР — кто конкретно должен выполнять соответствующие поручения. Это будет непосредственным результатом слушаний. Из рекомендаций ВР и увидим, насколько наши депутаты готовы их реализовывать, а именно — ратифицировать соответствующие международные конвенции, принять закон о внешней трудовой миграции, внести изменения в Таможенный кодекс, избирательное законодательство Украины и другие нормативные акты. 

— Это предусматривает целый ряд бюрократических процедур, а потому может растянуться во времени. Удалось ли решить что-либо из безотлагательных для мигрантов проблем уже здесь и сейчас? 

— Да, примеры быстрой реакции есть. Скажем, на слушаниях были затронуты вопросы об отсутствии бланков для изготовления загранпаспортов в украинских диппредставительствах за рубежом. Бланков не было несколько последних месяцев, потому процесс с паспортами был заблокирован. Через неделю после того, как мигранты озвучили проблему на слушаниях, в Лиссабон отправили 400 бланков. 

Другой пример: нам известно об инициативе некоторых политиков — о двойном налогообложении поступающих в Украину мигрантских переводов. Почти сразу после парламентских слушаний в Верховную Раду поступил законопроект, запрещающий это делать. 

— А какой механизм общественного контроля за политиками есть сейчас у мигрантов?

— Во-первых, это постоянный мониторинг внесения изменений в законодательство и продолжение проходящей сейчас лоббистской кампании по защите прав мигрантов. Во-вторых, мы и в дальнейшем будем создавать коммуникационные площадки между политиками и мигрантскими лидерами. 

— Что именно вы имеете в виду? 

— Например, недавно была создана межведомственная рабочая группа для разработки законопроекта о внешней трудовой миграции, куда, кроме членов правительства, входят и представители от мигрантов. Мигранты-члены рабочей группы не имеют права вето, но имеют право голоса. И это не единственный пример коммуникационной площадки между мигрантами и властью. До сих пор такого не существовало вообще, и я воспринимаю это как первые положительные шаги к формированию эффективного миграционного законодательства, как одну из побед мигрантов. 

К слову, я знаю немного примеров в других сферах, где было бы что-то подобное. 

— Чем вы объясняете динамику в самоорганизации мигрантских сообществ? Это влияние политических культур развитых стран?

— Думаю, что это результат роста сознания украинцев, годами живущих и работающих за рубежом. Если сначала они были сосредоточены на индивидуальных проблемах, то со временем в странах пребывания украинцы начали создавать общины. Это начиналось с создания организаций, устройства торжеств, фестивалей, концертов. Но позже понимание общины начало расширяться. И сегодня мы уже говорим о наднациональном сообществе украинских мигрантов и об актах их общих решений, переходящих в сферу политических требований. Таким примером организованного действия была Оранжевая революция, предпринимательский майдан. Но что кроме этого? Если от общины нет запросов, политикам просто нечего делать. 

Украинские мигрантские сообщества — это пример объединения людей, оказывающих определенное давление на власть и формирующих политический заказ. Кстати, в Украине я не вижу подобной среды, формирующей конкретную политическую платформу. 

Возможно, это результат заимствования из политической культуры стран, где они работают и живут, а возможно — результат дистанционного наблюдения и анализа ситуации в Украине. Интересно, что их запросы моментально находят отклик в политической среде. 

Сегодня мигранты являются значительной частью украинского политикума, хотя до недавнего времени их часто считали маргиналами. Лично я убежден, что большинство политиков, обращающих внимание на мигрантов, делают это из-за личной заинтересованности. Очень важно, что четко сформулированный политический запрос со стороны мигрантов находит быструю реакцию со стороны политиков. Это то, чего сегодня не хватает разным общественным группам в Украине в целом, — четкого гражданского требования. 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 3
  • Марія Марія 20 серпня, 19:20 Ти , києвлянине, живеш там , де є робота, а мова йде про регіони де навіть заробіток в 1000 гр. є малоймовірним. Цих людей викинуто за кордон, а вони ж вміють і хочуть працювати і підтвердженням цього є ті великі гроші, які вони переводять в Україну. Якщо ти такий мудрий, приїдь в будь-яке депресивне містечко, влаштуйся там на роботу і тоді напишеш коментарі. Успіхів тобі, друже! согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться Киевлянин Киевлянин 20 серпня, 21:48 Если уехал вместо того, чтобы работать на страну, если не платишь налогов и пенсионных отчислений, то нечего и разевать рот на госбюджет. согласен 0 не согласен 0 Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно