Носов. Волшебник цветочной страны

26 июля, 16:35 Распечатать Выпуск №29, 27 июля-16 августа

Последние два года своей жизни популярный детский писатель Николай Носов практически не выходил из дома.

Николай_Носов

Он хворал: врачи лечили желудок, а болело сердце. Накануне смерти двоюродный брат с внуком отправились на рыбалку, наловили карасей, сварили уху и привезли деду. Обедали всей семьей. Николай Николаевич поел с аппетитом, казалось, дело пошло на поправку. Спустя два дня на дачу, которую в Подмосковье на лето снимала семья, приехала сестра второй супруги — Тамара Федоровна и сообщила: "Дедушка умер: ночью, во сне. Говорят, от разрыва сердца".

Это случилось 26 июля 1976 г. в Москве. Похоронили литератора на Кунцевском кладбище. На могиле стоят два памятника — скромная стела с портретом писателя и гранитный Незнайка… Ждет?

Существует литературная байка, мол, первый президент РФ Борис Ельцин во время первой инаугурации читал клятву на единственной найденной в спешке толстой книге, находящейся в ящике стола у кого-то из помощников. Поскольку конституция только что осуверененной России все еще переписывалась, находясь на доработке в очередной редакции, взяли то, что под руки попалось. 

Не знаю, плакать или смеяться украинцам, но той "толстой книгой" по роковой случайности оказался "Незнайка на Луне". Вот так и появилась Страна, которая свалилась с Луны.

К примеру, советский космонавт №11, первый человек, вышедший в открытый космос, Алексей Леонов сожалел, что до полета не прочел книжку "Незнайка на Луне", где существовало предостережение от опасной глупости. Выйдя в марте 1965-го в открытый космос с кинокамерой, он забыл оставить в корабле "Восход-2"… крышку от объектива. Снятая на орбите она вовсе не улетела, а стала вращаться вокруг космонавта и корабля, опасно запутывая соединительные шланги.

Носов. Чарівник квіткової країни
Алексей_Леонов

Знаменитый прозаик, драматург, киносценарист Николай Носов был нашим земляком и родился 10 (23) ноября 1908 г. в Киеве. Стал он у родителей вторым сыном. Еще в семье артиста эстрады был старший сын Петр, а также младшие — дочь Лариса (Лялька) и сын Борис (Бобка). Детство Коли пролетело в небольшом украинском городке Ирпень, что раньше находился в 40 км от Киева, а теперь — в 10 км. Жила семья на улице Первая линия. 

Название было не случайно: городок-то стихийно вырос вокруг поселка железнодорожников, строивших в 1900–1902 гг. ветку Юго-Западной железной дороги, линия Киев—Ковель. Состоятельные киевляне покупали здесь дачи, так как в 1900 г. польский помещик Северин Сагатовский нарезал свои земли на крупные наделы — по 3–5 га, просеками отметил будущие улицы, называя их по порядку: Первая линия, Вторая линия и т.д. Участками он успешно торговал под застройку, тем более что у оного неподалеку от села Яблонька имелся собственный кирпичный завод, выпускавший в лучшие времена 1,5 млн кирпичей в год. 

Одним из первых в Ирпене, среди соснового бора, на Первой линии (ныне ул. Стельмаха, 12) обосновалась семья Носовых — певец Николай Носов с супругой-певуньей Варварой, милой домохозяйкой и рукодельницей, после института благородных девиц знавшей толк в педагогике. Как Коля в детстве любил маму! Без нее он не мыслил своего существования. И когда однажды Варвара Петровна куда-то ненадолго уехала, жизнь для ребенка потеряла смысл: в слезах сын так и уснул во дворе, положив головку на дырявый эмалированный тазик.

В истинной любви и тепле память писателя запечатлела беленький домик с двускатной зеленой крышей: три комнаты и веранда. Перед строением — колодец, а чуть дальше — клумба с цветами: настурции, маргаритки, резеда; за клумбой — поляна с полевыми и луговыми цветами, а дальше — молодой березово-ольховый подлесок, где весной благоухают огромные розовые фиалки и грустные ландыши. 

Родительская усадьба представлялась Коле цветочным царством, куда в детском воображении ночью приходили гномики, такие, знаете, маленькие человечки ростом с палец. Позже именно с Ирпеня был списан уютный Цветочный город в знаменитых детских книжках "Приключения Незнайки и его друзей", а также "Незнайка в Солнечном городе".

Со старшим на полтора года братом Петькой были они не романтиками, а настоящими сорванцами: то в болоте новенькие сандалии промочат, а затем в духовке изжарят, то на ножной швейной машинке по дому гоняют, то с соседской крыши сигают в бочку с водой.

Маленький любознательный Кока любил ходить с мамой на выступления отца. До революции в Киеве был такой колоритный квартет "Сибирские бродяги", где все четверо участников переодевались в ветхие одежды, покрытые заплатками, обувались в крестьянские лапти, изображая арестантов, сбежавших с каторги и пробиравшихся сквозь сибирскую тайгу на родину. Исполняли они соответствующий репертуарчик: "Глухой, неведомой тайгою, / Сибирской дальней стороной / Бежал бродяга с Сахалина / Звериной узкою тропой", "Дубинушку", прочий дореволюционный шансон, как значилось на афише — "Песни тюрьмы и воли".

Родители полагали, что Колюха, как сына называл отец, тоже станет актером. Но уже в школьные годы мальчик мечтал о музыке, ему даже скрипку купили. Только вскоре подросток сообразил, что учиться тяжело, и скрипка убежала в чулан. 

В Ирпене гимназии не было, а первая школа открылась только в 1908 г. Потому первые уроки Петя и Коля Носовы брали частным образом, у местной учительницы Павлы Аполлинариевны. Гувернантка помогла им успешно выдержать вступительные экзамены в подготовительный класс киевской частной гимназии М.Стельмашенко, что находилась в Рыльском переулке, 10. 

Чтобы сыновья занимались в Граде на семи холмах, в 1914 г. милый уютный домик под зеленой крышей в Ирпене отец продал, и семья переехала в Киев, где на Глубочицкой улице поселилась в съемной квартире в одноэтажном невзрачном домишке. Казалось, впереди лежала целая жизнь. 

Хотя первыми самостоятельно прочитанными книжками Николая Носова, подаренными племяннику дядей Володей, стали "Чудо-сказки" и "Волшебные сказки", сказки в Киеве быстро закончились. Довелось немедленно взрослеть — начиналась Украинская революция 1917–1920 гг.: голод, холод, эпидемии, темень, чехарда с властью. Вся семья Носовых переболела тифом, но, к счастью, никто не умер. Когда Колюшка выздоровел (а болел сын дольше других, потом даже ходить заново учился), мама Варвара Петровна плакала от радости. 

Детские мечты большевики загнали в сердечные глубины. Николай Носов больше не грезил, что будет жить в прелестном пятиэтажном особняке с балконами, с затейливой лепниной, с чудесными статуями ангелов и демонов над входной дверью в подъезд. Аллегории закончились… На Глубочицкой семья прозябала в невзрачной, полутемной и тесной квартирке в сером домишке с деревянным крыльцом в три ступени. К счастью, вскоре они перебралась на Шулявку — на улицу Борщаговскую, 70 (дом не сохранился). Хотя большую часть мебели, привезенной из Ирпеня, пришлось продать. 

Гимназисту зеленая киевская окраина — Шулявка, где был колодец и дом с садом, напоминала сказочный Ирпень. Летом здесь цвела черемуха, а зимой деревья раскрашивали снегири. В ту пору Коля увлекался всем на свете: театром, шахматами, музыкой, выучившись играть на мандолине, фотографией, а еще — электротехникой и радиолюбительством. Наступила пора самообразования. После 1917 г. частную гимназию новая власть превратила в школу-семилетку, которую братья и закончили. 

Чтобы помогать отцу, Николай Носов отправился работать. Землекоп, торговец углем, косарь, возчик бревен на лесозаготовках, продавец газет в дядиной лавке на букинистических развалах Евбаза — он многое узнал из первых рук. Но юношу неизменно тянуло к литературе.

В старших классах Николай с одноклассником Люсиком (Леонардом) Боровским на чердаке его дома на улице Лютеранской оборудовали химическую лабораторию, где друзья ставили различные опыты. 

Пределом мечтаний будущего писателя стал… химический факультет Киевского политехнического института. Правда, вмешались обстоятельства. Поскольку абитуриент не закончил профшколу, которую Советская власть приравняла к среднему образованию, к заветной мечте пришлось идти извилистым путем. Для начала Николай Носов сменил класс мещан на… рабочий класс, устроившись сезонным чернорабочим в Ирпенскую цементную артель Братуся. Затем короткое время НЭПа юноша пахал мусорщиком, как называли тачковоза на частном кирпичном заводе Северина Сагатовского в городке Буча, вывозившего шлак из печи для обжига кирпича. Только потом Коля записался в профшколу — на вечернее отделение — и стал по ночам готовиться к поступлению в КПИ. 

Носов. Чарівник квіткової країни
Николай Николаевич Носов с внуком Игорем.

Перед тем как подать документы, абитуриент вдруг передумал и в 1927 г. поступил в… Киевский художественный институт, реорганизованный из Киевского училища живописи и ваяния. Нет, решение не было спонтанным. К тому времени Николай Носов серьезно занимался фотографией, пока не переключился на кинематограф. К счастью, в КХИ имелось фотокиноотделение, готовившее кинооператоров и художников-декораторов для кино, куда одновременно со старшим братом Петром они и поступили.

Земли Киевской губернии не только научили среднего сына эстрадного певца мечтать, но и по-настоящему любить. Именно в Буче, где Николай и Петр Носовы трудились тачковозами на кирпичном заводе, братья встретились с… сестрами: Мария и Елена Мазуренко работали на предприятии съемщицами кирпича. Оказалось, их родительская хата, поставленная как украинская мазанка под соломенной крышей, соседствовала с бывшим участком Носовых на Первой линии. Цветочный город Николая не отпускал.

Вот так нежданно-негаданно Носовы двукратно породнились с большой и дружной семьей бывших соседей, где выросло 11 детей: девять дочерей и два сына. Вскоре Николай Носов женился на Елене, а Петр взял в жены Марию. Когда братья еще женихались, то делали это современно. С парнями суженные притарабанили в дом будущего тестя, на улицу Подгорную, киноаппарат и показывали возлюбленным и их родственникам фильм в сопровождении даже не тапера, а целого ансамбля: скрипка, мандолина, гитара, балалайка. 

Решительный выбор женатые сыновья профессионального эстрадного "бродяги" сделали в 1929 г., когда из киевского вуза перевелись в Московский институт кинематографии и вместе с молодыми женами укатили в Белокаменную, где долгое время жили в общаге — в тесноте, шуме и смехе. Быстро пролетели три года учебы, и последующие две декады на разных киностудиях Николай Носов работал постановщиком и режиссером мультипликационных, научных и учебных фильмов. 

Писать детские рассказы он начал после рождения сына Пети в апреле 1931 г. Последующие семь лет это было просто хобби: написал — и в стол, написал — и в стол. К 1938 г. брак дал глубокую трещину, Николай Николаевич полюбил другую, бросил семью и женился на Татьяне Серединой, работавшей на киностудии монтажером. При этом супруг поступил благородно, оставив Елене Артемовне с сыном московскую квартиру и всячески помогая материально. Осенью 1941 г., когда гитлеровцы подступали к Москве, Елена Мазуренко умерла от сердечной недостаточности. Сказались изнурительные работы на рытье окопов, куда власти сгоняли гражданских. Николай Николаевич с новой женой Татьяной забрали и воспитали Петю, так как своих детей у них не появилось. 

В творческом плане ситуация изменилась только в 1938 г., когда в журнале "Мурзилка" (№9, с. 20) появился первый детский рассказ "Затейники" с иллюстрациями художника Николая Радлова. 

Позже увидели свет другие рассказы: "Живая шляпа", "Мишкина каша", "Огурцы", "Чудесные брюки", "Огородники", "Фантазеры" и т.д. Первым сборником рассказов "Тук-тук", изданным на желтой дешевой бумаге тиражом 30 тыс. экземпляров, в детскую литературу он достучался только в 1945 г. Дальше стало легче. Спустя два года автор издал следующий сборник, "Ступеньки". За ними последовали "На горке" и "Прятки"; далее — "Веселые рассказы и повести". 

К 1950 г. в детской советской литературе Николай Носов заработал литературную репутацию и считался известным автором веселых рассказов. Следовало взрослеть вместе с аудиторией. Вскоре широкую популярность обрели повести для подростков "Веселая семейка" и "Дневник Коли Синицына". Между тем профессиональный режиссер Н.Носов продолжал работать в кинематографе и менять профессию не думал. Положение дел изменилась в 1951 г., когда главный редактор толстого литературного журнала "Новый мир" Александр Твардовский вдруг опубликовал авторскую повесть "Витя Малеев в школе и дома". 

Вот тогда пришло настоящее признание. В 1952 г. редакция "Нового мира" выдвинула детскую повесть на соискание Государственной премии СССР. Случилось непредсказуемое — Сталинскую премию 3-й степени получил детский аполитический писатель. Со всей ответственностью режиссер Н.Носов оставил кино и профессионально занялся литературой. В 1951–1953 гг. повесть "Витя Малеев в школе и дома" выдержала 30 изданий и была переведена на 23 языка!

Именно Николай Носов ввел в идеологически зашоренную советскую детскую литературу нового героя — наивного и здравомыслящего, озорного и любознательного непоседу, одержимого жаждой деятельности и постоянно попадающего в необычные, зачастую комические ситуации. Ребятню этот герой литературно учил простым вещам, они пригодятся им во взрослой жизни: как сварить кашу и построить инкубатор, как починить велосипед и в улье ухаживать за пчелами, как учить арифметику и вырастить на балконе помидоры. 

Как вспоминал сын писателя, фотожурналист Петр Носов: "Отцу всегда было трудно, он не был подхалимом, не сочинял заказных произведений. Мария Прилежаева (автор повести "Жизнь Ленина", 1970. — А.Р.) и другие писали рассказы и очерки о Ленине, Сергей Михалков — слова Гимна Советского Союза. Тем временем Николай Носов госзаказов брать не желал. Отец не был даже членом КПСС. Когда выходил "Витя Малеев в школе и дома", главный редактор (1947–1974) издательства "Детская литература" Константин Пискунов (1905–1981) уже знал, что книгу выдвинули на Сталинскую премию. 

Он вызвал к себе писателя: 

— Николай Николаевич, вы знаете, вашу книгу, вероятно, будет читать Сталин, а у вас в повести нигде нет имени вождя. 

— Но ведь герои книжки — не отличники: как же можно трепать имя Сталина среди троечников и двоечников? 

— Вы все-таки подумайте: где-нибудь, как-нибудь надо об этом сказать... 

Спустя неделю К.Пискунов опять вызвал прозаика: 

— Ну-с, Николай Николаевич, вы что-нибудь сделали? 

— Нет, знаете, ничего в голову не пришло. 

Константин Федотович был человеком умным: 

— Николай Николаевич, у вас в повести есть пионерский сбор? 

— Да, — ответил Н.Носов. 

— Вот и напишите, что в классе, например, висел портрет Сталина. 

— И луч света на этом портрете, да, Константин Федотович?

Главный редактор заерзал на стуле. Упрямый до аполитичности Н.Носов все-таки получил Сталинскую премию за "Витю Малеева в школе и дома", а в книге не обнаружилось имени Сталина. Не было даже портрета Горца на стене". 

Что в Совке значило — держать нос по ветру? Писать лишь то, что партия одобрит, а посему опубликовать позволит. Действуя в духе времени, маститый писатель раздумывал браться за… Лениниану. К счастью, победило искусство, а не пропаганда. И в творчестве Николая Носова конъюнктурнщина о маленьком Володе Ульянове уступила место повести о маленьком солнечном мальчике — Незнайке. 

Спеленать колоритного героя помог украинский писатель, тогда — новоназначенный главный редактор (1951–1975) детского журнала "Барвінок" Богдан Чалый, который в интервью так описал ситуацию: "В ноябре 1952 года вместе с Валентином Бычко и Максимом Рыльским нас делегировали в Минск на празднование 70-летия белорусского писателя Якуба Коласа. Там (по другой версии, случилось это в купе поезда, еще по дороге в Минск. — А.Р.) мы познакомились с Николаем Носовым. Он сказал, что под влиянием Марии Прилежаевой, очевидно, надо написать повесть о Ленине-ребенке. Хотя, признался дальше Носов, хотелось бы написать роман о стране… сказочных коротышек. Даже есть главный персонаж — Незнайка. Также он посетовал, что в Москве опубликовать рукопись будет сложно, она же не о примерном пионере!".

Тогда Богдан Чалый оживился и предложил печатать "Незнайку" в Украине, в журнале "Барвінок". Почему это стало возможным? Потому что коллеги полностью совпали по вектору любви к детям, цветам и волшебству. Ведь спустя пару десятилетий сам Богдан Иосифович написал захватывающую сказку в стихах "Пригоди Барвінка і Ромашки", за которую на XIV Всемирном конгрессе Международного совета по детской и юношеской литературе ЮНЕСКО в 1980 г. его наградили почетным дипломом им. Ханса Христиана Андерсена.

Два взрослых мужика влюбились в страну обаятельных коротышек ростом не больше огурца. И уже в январском номере за 1953 г. дети получили первые главы романа-сказки "Приключения Незнайки и его друзей", сразу издаваемого на двух языках; перевод на украинский сочно выполнил поэт Федор Макивчук, занимавший тогда должность главного редактора журнала "Перець". 

Все шло, вроде бы, неплохо, но мартовский номер "Барвінка" вдруг продолжение не напечатал. Заволновались маленькие читатели, завалили редакцию письмами. Тут все было понятно: умер "лучший друг всех советских детей", и журнал вышел в траурной рамке с портретом Сталина… Дальше снова печатался Незнайка, но один из осенних журналов опять был издан без продолжения. И опять заволновалась ребятня, в редакцию полетели сотни писем…

Закончилось все благополучно. Отдельной книгой роман-сказка "Приключения Незнайки и его друзей" увидела свет в издательстве "Детгиз" спустя год после публикации в украинском "Барвінку". Это был неповторимый аполитический прецедент с иллюстрациями художника-графика Алексея Лаптева, которые до сих пор воспринимаются как "подлинные" портреты жителей Цветочного города. Впервые главным героем современной советской сказки стал не пионер, а двоечник и шалопай  Незнайка! 

Примерным поведением такие не отличаются, но у них чуткое сердце, очаровывающее ребенка. В свое время, читая Незнайку, по крайней мере я понимал, каким могу быть, если меня бросят воспитывать со всех сторон, пытаясь сделать во всем положительного человека. В какой-то момент я даже поймал себя на мысли, что читаю о себе, о том мальчишке, из которого никто не стремится сотворить "примерного соседского мальчика".

Только самые близкие и родные знали: нет более отзывчивого и простого в общении человека, чем Николай Николаевич. Окружение удивляли его деликатность и доброта. Нет, он не набивался в друзья и не лез в душу, компромиссов не допускал, слыл правдолюбом. Еще деталь: близких и родных писатель не обременял мелкими поручениями, даже канцтовары редкостный фантазер покупал сам. 

Так и прожил Николай Носов жизнь: для детей писал веселые познавательные книги, для подневольных на партийной барщине коллег оставался свободным человеком, для семьи служил неутомимым светом в окошке... 

Как вспоминал его внук Игорь Носов: "В СССР мог позволить себе только настоящий мужчина — разрешить жене, не задавленной бытом, не зарабатывать, а… рисовать в свое удовольствие. Хотя Носовы вовсе не были богаты, Татьяна Федоровна стала художницей. Это при том, что у Николая Николаевича даже не было личной машинистки. Он уверял, что ему "приятно" перепечатывать собственные произведения".

И эта непоколебимость таланта конвертировалась в тиражи. В 1957 г. авторитетное международное издание – "Журнал ЮНЕСКО по информатике, библиотечному делу и архивоведению", задался вопросом: произведения каких русских писателей чаще всего переводились на иностранные языки? Когда подсчеты были завершены, оказалось, что верхнюю тройку — вслед за Александром Пушкиным и Максимом Горьким — замыкает Николай Носов.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 14 сентября-20 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно